Дэниел Киз «Цветы для Элджернона» — рецензия П. Можейко
«Иногда нужно, чтобы кто-то просто подержал зеркало и показал вам ваше сердце.» (Байрон Кейти)
НАЗВАНИЕ: Цветы для Элджернона
АВТОР: Дэниел Киз
ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: Flowers for Algernon
ISBN: 978-5-699-72391-1
ГОД ИЗДАНИЯ: 2017
ИЗДАТЕЛЬСТВО: «Эксмо»
СЕРИЯ: «Культовая классика»
КОГДА МНОЙ ПРОЧИТАНО: Июль 2019
ИСТОЧНИК: Оригинальная книга
МОЕ МНЕНИЕ О КНИГЕ:
«Цветы для Элджернона» - титулованный фантастический роман-бестселлер социальной тематики, выросший из небольшого рассказа. Совмещая в себе и без того довольно острые проблемы психического здоровья и людей с ограниченными способностями, принудительного «очеловечивания», экспериментов над разумом и историю «маленького человека», этот роман широко обнажает проблемы нашего современного общества, ставя перед читателем вопрос, где начинается Человек, где начинается Личность, и сколько нужно каждому Разума, чтобы «стать и быть» первым, и вторым.
СЮЖЕТ: Чарли Гордон – 32-летний уборщик в пекарне, страдающий слабоумием. У него короткая память, проблемы с социализацией, сильные руки и доброе сердце. По-своему, он счастлив в своем маленьком мире, но, конечно, не против стать умнее. Этот шанс ему дарят доктора Штраус и Немура, которые проводят экспериментальную операцию на мозге, позволяющую наладить и ускорить память и мыслительные процессы. Такую же операцию они, предварительно, провели у мышонка Элджернона, который станет впоследствии самым близким и понятным существом для самого Чарли. В результате операции Чарли действительно начинает стремительно умнеть. Он много читает, изучает языки. Постепенно он становится умнее докторов, сделавших его умным, и начинает исследовать свою же болезнь, после чего приходит к выводу, что после стремительного прогресса неизбежен стремительный регресс. Время Чарли ограничено, но прежде, он успеет встретить свое «Я», свое прошлое и познать всю противоречивость человеческой натуры.
При всей простоте формы романа (небольшие «отчеты» о произошедшем за день, написанные от имени Чарли) и интересном стилистическом приеме (количество орфографических ошибок и стилистика «отчетов» меняются в соответствии с текущими умственными способностями главного героя), «Цветы для Элджернона» могут быть прочитаны как разные истории. Это и мелодраматическая история про неумолимо покидающего «этот мир» партнера, и история про сложный эксперимент с неожиданными последствиями, это социальная драма про инвалида, и история проблемных отношений в семье, и вдохновляющая притча про важность простоты и доброты, силу духа и честность к себе. Но, как мне кажется, самая важная проблема, поднятая в этой книге – это тяжесть приобретенной «трезвости», когда мир вдруг видится со всей своей обескураживающей резкостью. И Чарли, главный герой этого романа, не только срывает с себя пелену «недопонимания» и ограниченного знания, но и вкусив объективной реальности, возвращается в негу комфортного и привычного уклада «незнания». И я думаю, что читатели этой рецензии, как жители стран-наследниц государства, сутью которого была ограниченность информации, ложь и пропаганда, особо чутко проживут в произведении все нюансы освобождения от дурмана и последующего кризиса, проведя определенные параллели с реальной историей конца ХХ века, да и начала века ХХI-го.
Как известно, в краю глупцов, не любят умных. Но и глупейших презирают не менее рьяно. Пока мы пониманием, что согласны на свое оболванивание, мы противны себе. Когда мы становимся проницательнее и трезвее других – мы становимся противны им. Жизнь в неведении дает много шансов стать изгоем, для себя самого и общества.
«Больше мне нечего было сказать ни ей, ни другим. Никто не смотрел мне в глаза. Раньше меня презирали за невежество и тупость, теперь ненавидят за ум и знания. Господи, да чего же им нужно от меня?»
И тем тяжелее осознание ограниченности возможностей изменить свою ситуацию.
«Я открыл, как человек может начать презирать самого себя. Это происходит, когда он сознает, что поступает неправильно, но не может остановиться.»
Известно, что основа долгожительства лжи – это страх. Один из них - иррациональный страх правды. Но и уровней этого страха несколько, и одно дело бояться не успеть купить по акции любимую вещь, и совсем другое, бояться узнать о том, что твоя страна (семья, личность) не совсем то, чем пытаются казаться.
«— Страх — совершенно естественная реакция.
— Не совсем. Страшно мне бывало и раньше. Я боялся ослушаться Нормы, боялся переходить Хауэлл-стрит — там была одна компания, которая буквально терроризировала меня. Я боялся учительницу, миссис Либби, — она связывала мне руки, чтобы я не играл предметами на парте. Но все это было реально — я знал причину страха, знал, чего именно я боюсь. Теперь все по-другому…»
А можно ли считать себя полноценным до «протрезвления»? Существовали ли мы «до», если сейчас «вот так»?
«Отношения наши с каждым днем становятся все напряженнее. Надоели его постоянные разговоры обо мне, как некоем лабораторном образце. Его послушать, так до эксперимента меня вообще не существовало.»
Можно сделать всех тупыми, чтобы казаться умным. Даже самая уродливая власть выглядит относительно «на уровне» на фоне покорного одурманенного идеологией народа.
«— Многие люди относились к тебе достаточно хорошо.
— Интересно, откуда ты это знаешь? Послушай, даже лучшие из них жалели меня и этим возвышали себя в собственных глазах. Приходилось ли тебе замечать, что рядом с кретином кто угодно смотрится гением?»
И когда вскрывается все правда о тех людях, кто стоял над нами, о тех, от кого зависела наша судьба, часто становится совсем не по себе.
«Но все равно страшно подумать, что мою судьбу держат в своих руках не те гиганты, какими я представлял их себе раньше, а люди, не знающие ответов на многие вопросы.»
И лишенный конечности, и лишенный разума человек – инвалид. Но если к первому мы чаще испытываем жалость, и считаем его пусть и ограниченным в возможностях, но личностью, то перед вторым часто испытываем страх и отвращение, потому что за лишенным разума мы не видим личности, не видим того, кто отвечает за себя. Нам сложно себе представить, каково это, не чувствовать свое «Я». Но тот, за кем мы не чувствуем личности, нам в целом более безразличен, и потому, им проще манипулировать самым безобразным образом. Потому, думающие люди – это всегда камень преткновения для управления хаотичной толпы.
«Удивительно, как люди высоких моральных принципов и столь же высокой чувствительности, никогда не позволяющие себе воспользоваться преимуществом над человеком, рожденным без рук, ног или глаз, как они легко и бездумно потешаются над человеком, рожденным без разума. Ярость моя происходит из того, что я вспомнил, как сам был клоуном.»
Но когда мы увидим реальность таковой, какова она есть, что делать с эмоциями? Достаточны ли новые знания для обоснования «жизни в правде»? После «протрезвления» жить приходится не только с новыми фактами и знаниями, но и с новыми эмоциями, сила которых порой просто разрушительна. Эмоции могут быть настолько невыносимыми, что приведут к повторной деградации. Как и всякое «неудобство», прихотливой человеческой памятью они могут быть умышленно забыты.
«Попытка самому решить проблему провалилась, но чем глубже погружался я в пучины снов и воспоминаний, тем яснее сознавал, что эмоциональные проблемы не могут быть решены так же, как интеллектуальные.»
В «Цветах для Элджернона» Киза, как и в «Собачьем сердце» Булгакова, можно увидеть лишь просто отличный фантастический роман, если бы только оба произведения не говорили нам о другом, более важном, используя фантастику только как форму.
Спор о «неудобной правде и удобной лжи» настолько сложен, что видимо будет сопровождать человечество на всем его долгом пути. Можно понять некоторые обоснования и сторонников одной стороны, и сторонников другой. И дело, как мне кажется, не в том, на каком «полюсе» вы сейчас находитесь, а в том, к какому из них вы сейчас направляетесь. Лично мне кажется, важнее двигаться к «неудобной правде». Чарли Гордон проделал путь в двух направлениях, но самое важное то, что при этом он остался приличным человеком. И это, самое главное: куда бы вы не направлялись в координатах вечной дилеммы, главное оставаться порядочным, добрым и ответственным человеком.
«Мис Кинниан если вы про читаете это не желейте меня. Я рат што у меня был второй шанс как вы сказали я был умным и вы учил уйму всево чево я не знал што есть на свете и я рат што кое што по видал. Хорошо што я вспомнил про маму и папу и Норму и про себя. Ведь было как бутто у меня не было семьи пока я не вспомнил про них и увидил их и сичас я знаю што у меня были родные и я был человек как все.»
МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:
Стандартное, ничем не примечательное серийное издание от «Эксмо».
Формат стандартный (130x200 мм), твердый переплет, без суперобложки, 320 страниц.
Достоинства издания: хорошее качество печати, плотная бумага, колонтитулы.
Недостатки издания: желтая бумага, невзрачная обложка.
ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:
Больше да, чем нет. Довольно простая и не слишком оригинальная фабула кратковременного искусственного «очеловечивания» в романе, тем не менее, обнажает довольно серьезные проблемы нашего общества. К тому же, в романе оригинальным образом литературно передан прогресс и последующий регресс главного героя.
КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:
Тем, кому интересна социальная фантастика, тема «чужого для своих», проблематика «неудобной правды» о себе. Наконец, это просто хорошая драматичная (и мелодраматичная) история о «маленьком человеке».
ТЕГИ: Научная фантастика, исследования лекарств, опыты над мозгом и мышлением, развитие и деградация, изгой, драма, правда и ложь.
ВИДЕО В ТЕМУ: О том, как используют мышей и лабиринт в реальных научных исследованиях, например, для изучения стресса, можно посмотреть в видео «Доклинические исследования: приподнятый крестообразный лабиринт»
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
https://t.me/pavelmazheikabooksreview
=> Эта рецензия на "живой книге (мой ник PavelMozhejko) <=
https://www.livelib.ru/review/1170335-tsvety-dlya-eldzhernona-deniel-kiz