Васіль Быкаў «Пайсці і не вярнуцца» - рецензия П. Можейко
«Сумленне — нашых спраў вага
І атэстат душы людское,
Па ім нам выверыць ільга,
Што добрае, а што пустое».
(Анатоль Астрэйка)
НАЗВАНИЕ: Пайсці і не вярнуцца
АВТОР: Васіль Быкаў
ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: ---
ISBN: ---
ГОД ИЗДАНИЯ: 1979
ИЗДАТЕЛЬСТВО: «Мастацкая літаратура»
СЕРИЯ: ---
КОГДА МНОЙ ПРОЧИТАНО: Февраль 2025
ИСТОЧНИК: Оригинальная книга
О КНИГЕОдним из главных инстинктов считается инстинкт самосохранения. Особенно сложные формы он принимает у разумных существ. Стремление спасти свою жизнь понятное и объяснимое желание, но ввиду сложной социальной структуры человеческих сообществ, кодекса морали, принципов, сформированных культурой и воспитанием, спасение собственной жизни может стать признаком духовного разложения, трусости, отчаяния и страха. В своей повести «Пойти и не вернуться» 1978 года, остросюжетной психологической драме на фоне большой войны, белорусский писатель, фронтовик и гражданский деятель Василь Быков (1924-2003) достоверно показывает, как легко в трагических обстоятельствах преодолевается граница между «спасти собственную жизнь» и «спасти собственную жизнь ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ». В этих двух словах вся суть этого талантливого произведения, которое не только мало кого оставит равнодушным, но и, как мне кажется, привносит в белорусскую литературу черты одного весьма неожиданного жанра. Хотя это не одно из главных произведений в творческом наследии Василя Быкова, оно определенно выделяется и акцентирует внимание не столько на войне как таковой, сколько на трансформации отношений между двумя главными героями.
Девятнадцатилетняя партизанка, бывшая студентка педтехникума Зоська Нарейко получает свое первое серьезное задание: она должна в одиночку добраться до городка Скиделя на самом западе оккупированной немецкими войсками Беларуси и передать донесение командира отряда. В Скиделе живут ее мама и старшая сестра. Смелую, преданную делу, но еще весьма неумелую девушку «снаряжают» лишь поддельными документами для прохода блокпостов. Командир считает, что компас и оружие могут ее дискредитировать. На дворе суровая снежная зима, и заблудиться в лесу в такое время проще простого. Это и происходит с Зоськой. Во время своих блужданий девушке все отчетливей слышится, что за ней кто-то идет. Она действительно замечает какого-то мужчину вдалеке и пытается от него оторваться, перебравшись по поваленному деревцу через речку, но срывается и падает в воду. Вытягивает ее из потока тот самый незнакомец, которым оказывается Антон Голубин – молодой красивый парень из Зоськиного отряда. Он соглашается сопроводить девушку, смутно указывая причину своего появления. В любом случае, Зоське приятна его компания и помощь опытного партизана.
Молодые люди добираются до ближайшей деревни и устраивают ночлег в стоге сена, где им удается выгадать время, чтобы обсохнуть. Тут Антон намекает Зоське на то, что она ему очень нравится, и что в целом он убежал из отряда ради нее. Он начинает приставать к девушке, но та не позволяет ему распустить руки.
На утро попутчики продолжают свой путь и доходят до скрытой лодочной переправы через Неман. На другом берегу они пытаются заночевать в следующей деревне, но натыкаются на хату, забитую пьянствующими полицаями. Тогда Антон ведет их в еще один знакомый ему хутор, где молодые люди наконец находят место для ночлега - каменное помещение для скота с печкой. Здесь парень признается Зоське в любви и благодаря своей настойчивости соблазняет ее. Утром мимо места их ночлега проезжает обоз с полицаями, которые обсуждают обстановку на фронте. Антон слышит не все слова, но интерпретирует разговор, как признак краха советских войск на фронте и скорого падения Сталинграда. Это все накладывает отпечаток на и без того печальное положение в отряде, понесшем за последнее время большие потери, и общую усталость от войны. Антон принимает важное решение, которое перевернет его жизнь: сдаться немцам и «внедриться в новую, на немецкий лад, жизнь, коль ничего не вышло с советской». В Скиделе начальником полиции как раз работает его старый знакомый Жорка Копыцкий. Зоське он признаётся в своих намерениях и пытается склонить на свою сторону, предлагая ей совместную жизнь под новой властью. После долгого спора, пара продолжает свой путь. Зоська стремится несмотря ни на что выполнить свое задание, а Антон просто хочет попасть в Скидель, чтобы перейти на сторону врага. Вот только теперь Зоську он рассматривает как заложницу, как «подношение», которое он принесет полицаям, чтобы получить свой пропуск в новую жизнь. Девушка понимает грозящую ей опасность, и молодые люди приходят в дом польско-белорусских крестьян. После ужина Зоська отказывается идти дальше, что выводит Антона из себя. И тут начинается волна подкрепленного отчаянием террора, который, пройдя этап избиения и ложного обвинения в предательстве беззащитной девушки, закончится винтовочной пулей, выпущенной Антоном в спину Зоськи, но и это не убьет ее, а только вынесет окончательный приговор юноше, который так хотел убежать от войны и остаться живым…
Хотя многие вполне обоснованно приписывают этой повести жанр психологического триллера, я рекомендую посмотреть на нее под неожиданным углом, потому что на мой взгляд перед вами настоящий белорусский вестерн. Именно таким предположением и предлагаю завлекать читателей на прочтение этого произведения. Объясню свою позицию. Конечно, здесь никакой не Дикий Запад, нет ковбоев, индейцев и коварных искателей золота. Но есть много характерных деталей, которые роднят повесть Василя Быкова с вестернами Америки. Во-первых, это роман о путешествии одиноких случайных путников по пустынной и враждебной территории, где опасность может поджидать в любом месте. Во-вторых, здесь множество противостоящих друг другу лагерей: немецкие войска, партизаны, подпольщики, полицаи, простые граждане… из-за чего в регионе царствует серая мораль и беззаконие, главный закон здесь - сила. В-третьих, это отношения между самими путниками, в которых привязанность перерастает в недоверие, а потом и в откровенную вражду, сопровождающуюся предательством, сменой лагеря и убийством. В-четвертых, это строгий реализм и натурализм в описываемых сценах, не обошлось даже без постельной сцены. В-пятых, в конце концов зло здесь терпит полный крах, хотя и попьет кровь у тех, кто придерживается стороны добра. В повести описана территория, где человек может рассчитывать в первую очередь только на самого себя, где лучше никому не доверять, а вчерашний друг может внезапно оказаться ярым врагом, где смерть – рядовое событие, а повод для убийства может быть предельно мелочным, где нет правосудия, кроме личной морали и принципов справедливости, где чувство долга противостоит страху, усталости и искушению хотя бы частичной безопасности и благополучия, купленной отказом от химеры совести. Чем вам не Дикий Запад из популярных вестернов? Но давайте рассмотрим сюжет повести и трансформации главных героев в ней подробнее.
В первую очередь, это произведение о Пути, в котором, проходя через ряд испытаний, меняются главные герои. В повести описан промежуток времени, равный всего лишь нескольким суткам, но если героиня за это время приходит к возвышению через жертву ради долга и чести, ради общего дела и справедливости, то герой наоборот опускается в бездну зла, уничтожая любые моральные, этические и даже физические препятствия на пути ради сохранения своей жизни, своей, но не чужой. Василь Быков прекрасно описал обстоятельства этого пути, и читателю доведется буквально ощущать снежную пургу, проникающий под одежду мороз, гадкий холод в набравших воду и снег сапогах, тяжесть шага по заснеженному полю и страх, страх быть обнаруженным врагом в любой момент. Наблюдать параллельно реальное перемещение главных героев по оккупированной территории и их духовное преображение интересно, хотя сам такой сюжетный ход далеко не нов. Тут уместно обратить внимание на удачное название повести: «Пойти и не вернуться». Здесь заложен не только буквальный смысл, но и философский, ведь любой проделанный путь меняет человека в ту или иную сторону, и он не может вернутся к тому же состоянию, в котором был до первого шага в этом направлении. Что уж говорить о тех испытаниях, которые легли на долю главных героев!
Во вторую очередь, это настоящий психологический триллер, в основе которого лежат отношения между Зоськой и Антоном. Первую половину повести молодые люди как будто нащупывают то, что из себя представляет попутчик, и лишь когда все карты раскрыты, на первый план выступает борьба характеров. Быков здесь переходит от тонкой игры нюансов, к эмоциональным диалогам, с высказанной в глаза правдой. Сравните это:
«Сярод ночы Зоська прачнулася, як-колечы прыгрэўшыся ў сене за цёплай мужчынскай спіной, якая адразу напомніла ёй пра ўсё, што з ёй здарылася. Каб не парушыць мернае дыханне Антона, яна кончыкамі пальцаў ціхенька дакранулася да яго крутога пляча і ўсміхнулася сама сабе ў цемры. Гэта ж трэба такому здарыцца! Выпраўлялася адна, перажывала, баялася розных прывідаў у балоце і не марыла спаткаць тут таго самага, хто, здаецца, ужо запаліў у ёй маленькую іскрынку дзявочай цікаўнасці да сябе…»
С вот этим:
«— Мне напляваць на апраўданні. Але ты сапсавала мне ўсё жыццё. Я не кажу ўжо, што ты хацела мяне забіць. А я чаго для цябе хацеў? Я хацеў з табой жыць. Як палагаецца, па-людску. А ты? Прадажніка з мяне робіш.
— Ты даўно ўжо прадажнік!
— Памыляешся! Я нікога яшчэ не прадаў. Хіба што пачну з цябе першай. Калі ты мяне на гэта штурхаеш…
— Што ж, прадавай! — злосна сказала яна, адчуўшы, як усё ў ёй затрэслася ад злоснай бяссільнай ярасці. — Прадавай! Не ты першы. Але памятай, нават першы падавіўся сваімі срэбранікамі. I за ім усе астатнія.
Антон, здавалася, нібы і не чуў яе гнеўных слоў, яго мала краналі старыя аналогіі, таксама як і Зосьчыны слёзы. Падобна на тое, што ён сам быў пакрыўджаны не менш за яе і цяпер даў выйсце ўсім сваім крыўдам.
— Ты мне наплявала ў душу. Падняла на мяне тапор!
— А ты не напляваў мне ў душу? Не зганьбіў мяне?
— Я? Не. Я табе памагаў. Без мяне ты б даўно ўжо ўлопалася.
Зоська падумала, што ў гэтым, можа, ён і меў рацыю, але пасля таго, што здарылася, яе ўдзячнасць да яго прапала. Яна ўжо гатова была ўзненавідзець сябе за тое, што прымала гэтую яго некалі неабходную ёй дапамогу.
— Я не прасіла цябе памагаць.
— Мала што не прасіла. Я па сваёй волі. Бо кахаў цябе.
— Сволач ты!
— Во дзякуй! Але цяпер ты мне паможаш. Бо табе ўсё адно прападаць. Дык паслужы мне хоць напаследак.
— Во ўжо не! — выкрыкнула яна, скаланаючыся на цвёрдай падлозе. — Гэта не будзе. Не думай. Я цябе бараніць не буду.
— А я і не прашу мяне бараніць. Ты толькі пацярпі трошкі. Да Скідзеля. Во і ўся твая задача.
Зоська ў роспачы ўся абвяла і сціхла. Значыць, яна не памылялася, адгадаўшы ягоны намер, значыць, ён яе павядзе ў паліцыю. Дзіва толькі, як яна не разумела таго ў самым пачатку. Паддалася яго прывабнасці, наслухалася ягоных прызнанняў, растала ад яго кахання. Во гэта каханне, каб яно спрахла! А яна думала… Колькі яна перачытала пра яго ў кніжках, нагледзелася ў кіно. Колькі марыла пра яго да вайны ды і пасля ў лесе! Якім яно ўяўлялася ёй прыгожым! А выпала горшае за самое жыццё. I хто вінаваты? Немцы? Вайна? Час? Антон лічыць, што ва ўсім вінавата яна. Яна ж упэўнена, што ўсяму віной ён і яго шкурныя планы. На якога д’ябла яны сышліся на адной сцежцы ў той начны час каля незамерзлай Шчары, нашто яна дала выцягнуць сябе з рэчкі? Ці не лепей было ціха і неўпрыкмет булькнуць пад лёд, каб не перажываць столькі перажытых і яшчэ наканованых ёй пакутаў?»
Обратите внимание на выделенные слова, они подчеркивают уровень отвратительного самооправдания Антона.
Быков исследует конфликт двух людей с самых разных сторон. С одной стороны, это классическое противостояние между мужчиной и женщиной, между романтиком, идеализирующим мир, и прагматичным практиком, в этом мире разочаровавшемся. Девушка верит в любовь и впервые в жизни отпускает чувства на волю, потому что прощает себе такой поступок на фоне усталости от войны. Юноша же просто не отказывается от того, что ему так наивно предлагают, для него Зоська лишь случайно подвернувшаяся удача, инструмент, для достижения целей. С другой стороны, это противостояние между верной своему долгу, ответственной и патриотичной девушкой, и мужчиной, который не имея стержня, легко идет по волнам изменчивой судьбы, находится в бесконечном поиске наиболее выгодного положения, каких бы моральных уступок это не требовало. Наконец, это борьба между тем, кто ставит репутацию, верность, правду, честность своего имени выше собственной жизни, и тем, для кого последняя бесценна, и значит любые жертвы во имя нее будут оправданны.
В третью очередь, это история о предательстве и измене, причем неоднократных. Сначала Антон предает любовь, романтические чувства Зоськи, когда просто пользуется ее наивной открытостью. Потом он предает верность, когда решает воспользоваться юной доверчивой партизанкой, как заложницей. Затем он предает свой народ, когда решает перейти на сторону противника.
«Гарэзліва ўсміхнуўшыся яму, яна выскачыла з каморкі, туга прычыніла за сабой дзверы. Ён стаяў і задуменна пазіраў у парог. Думкі ягоныя цяпер кружыліся каля Зоські, ад разумных паводзін якой надта шмат залежала ў ягоным рашэнні. Вядома, ён разумеў, што схематызму партызанскага мышлення ў ёй будзе даволі, мабыць, не так проста пераканаць яе ў адзіна правільным выйсці і падвесці да непазбежнага. Галоўнае, каб яна зразумела ўсю безнадзейнасць іх партызанскіх пакутаў, нікчэмнасць іх партызанскіх сіл перад сілай фашысцкага гіганта, з якім не можа саўладаць уся Чырвоная Армія. Да таго ж Зоська не мае права забыць, што ў Скідзелі ў яе маці, і павінна разумець, якой небяспецы падвяргае яе як партызанка. Калі дагэтуль усё неяк абыходзілася, дык гэта не значыць, што немцам або паліцыі ўрэшце не стане вядома, дзе знаходзіцца дачка адной жанчыны са Скідзеля. Антон адчуваў, што ў тым быў ягоны галоўны козыр, і ён выкіне яго пад канец, калі, можа, не падзейнічаюць усе іншыя козыры. Праўда, у яго някепскай задуме было адно слабаватае месца, тое, што датычыла сябра Капыцкага. Як той паставіцца да Галубіна і ягонай сяброўкі, калі яны з’явяцца на жыхарства ў Скідзель, заставалася невядома. I нават калі сам Капыцкі паставіцца да іх добразычліва, дык як на гэта паглядзяць яго начальнікі — немцы?»
Потом Антон предает принципы гостеприимства и взаимопомощи, когда устраивает разборки в доме приютивших его с Зоськой хуторян, а затем еще угрозами заставляет их искать ему коня. Затем он предает уверенность в себе и последовательность своих действий, когда захваченный другими партизанами и подозреваемый в измене, приписывает перебежничество самой Зоське, а сам намеревается тем самым заслужить доверие тех, ряды кого еще вчера самозабвенно покинул. После Антон предает принципы добра и человечности, когда стреляет в спину девушки. Но самое главное, в этом круговороте измен и преступлений, он постепенно приходит к пониманию того, что прежде всех этих шагов, он предал самого себя, отказавшись от совести.
«Сумленне? Канешне, ён не стане бажыцца, што сумленне яго спакойнае. Было трохі няёмка, нешта яго трывожыла. Але што рабіць? Ён даўно ведаў, што калі прыслухоўвацца да згрызотаў сумлення, дык хутка адкінеш капыты. Не так проста з гэтаю штукай, якую завуць сумленнем, спакойна пражыць у мірны час, не кажучы ўжо пра вайну. Бо тут — барацьба, дзе пануе адзіны закон: хто — каго. Ён не слабак і не зломак, але чаму б і яму ў цяжкі час не пакарыстацца часткай таго, з чым заўжды носяцца гэтыя прапагандысты сумлення. Няхай вось яны і дакажуць сваю гатоўнасць да самаахвяравання ў імя бліжняга».
Как верно подчеркнуто Быковым в предыдущей цитате, совесть – это то, что наиболее неудобно в момент суровых испытаний и трагических событий, таких, как война. Но именно способность не отказаться от нее, позволяет сохранить в себе человека, и дает надежду на наступление мира, ведь без совести, все что остается, это раскрутка спирали ненависти до тотального взаимного истребления. Без совести человек из «судьи самому себе» взращивает в себе самоназванного «судью для других», берет на себя ту ответственность и ту меру свершаемого зла, которую не потянул бы, сохрани он в себе человеческое достоинство.
«Скурчыўшыся, Зоська ляжала на падлозе, і Антон раз за разам пазіраў на яе, каб не развязалася. ён ужо вынес ёй свой прысуд, і, як ні дзіўна, яму не было яе шкода — хай прападае. Няхай прападае, калі яна такая дурніца, ні д’ябла не разумее ў жыцці, не хоча ацаніць ягонай рэдкай па гэтым часе адвагі. Сапраўды, ці шмат знайшлося б у атрадзе мужчын, якія б дзеля такой смаркачкі адважыліся б рызыкаваць галавой, ратаваць яе ад вайны. А ён вось адважыўся. ён пакінуў атрад, правёў яе скрозь асіныя паліцэйскія гнёзды, аберагаў, саграваў. А яна? Чым за ўсё тое адплаціла яму яна? Як апошняя ідыётка, яна не можа зразумець розніцы паміж гэтай вайной і тым, што пра яе пішуць у газетах і гавораць на мітынгах».
Василь Быков в своей повести описал пугающую картину, когда тот, кто хочет больше всего жить, совершает самые отвратительные поступки. Здесь то, за что, казалось бы, нельзя винить человека, как раз и является его главной виной. Писатель как будто подвергает сомнению известное выражение, что «жизнь бесценна», ведь если это так, то любая плата за ее спасение – оправдана. Но ведь это не так! Так, где же та цена, которая является пределом? И тут мы приходим к широкому, метафизическому пониманию слова Жизнь, заложенному в произведение этим автором, мастером экзистенциальных сюжетов. Ведь жизнь не ограничивается лишь физическим существованием. Это сложное явление, включающее в себя множество нематериальных составляющих, таких, как память, честь, долг, верность, дружба, жертвенность, любовь… Удерживая себя от падения в бездну зла, человек сохраняет и взращивает в себе эту часть Жизни, и взлелеяв духовную ее часть, легче ставит на весы обстоятельств физическую. Для того же, кто поддался злу, остается только опустошенное бренное тело, которое он безрезультатно пытается спасти.
Для падшего человека самое страшное, это смириться со своим положением. Отчаяние только способствует этому смирению. Именно это и делает Антон, смиряется со своим новым качеством, придает ему статус «оправданной нормальности», что подчеркнуто его размышлениями об убийстве Зоськи:
«Назаўжды расквітаўшыся з Зоськай, Антон адчуў у сабе палёгку, амаль душэўшы спакой, быццам скінуў са спіны цяжар, які доўга не даваў спакою. Цяпер сведак больш не было, ніхто не мог ведаць пра яго намеры, яго грэшную спробу ўцячы ад вайны. Ён зноў быў чысты, сумленны, бязгрэшны ў адносінах да радзімы, людзей і сваіх таварышаў. Падагрэты яшчэ не астылаю злосцю на Зоську, ён не адчуваў вялікіх згрызот сумлення — падумаеш, забіў дзеўку! На свеце, дзе ішла вайна і кожны дзень забівалі тысячы, дзе кожную хвіліну маглі забіць яго самога, гэта маленькае забойства зусім не здавалася яму злачынствам — забіў, бо іначай не мог. Загінула праз дурны свой характар, які ў такіх вось абставінах рана ці позна прывёў бы яе да магілы. Калі б не застрэліў Антон, яе ўсё роўна застрэлілі б немцы, вырваўшы ў дадатак сякія-такія партызанскія звесткі — каму было б лепш ад гэтага?»
Грешна не попытка убежать от войны и не желание жить, грешны средства, которыми это достигается. По иронии судьбы, спасая свою жизнь, Антон именно ее и уничтожает, оставляя миру уставшее от всего тело преступника, но вымарывая из него Человека.
«Калі ж усё стала зразумела, Антон вяла выпрастаўся, сцішыў крок, спыніўся зусім і самотным разгубленым позіркам уставіўся ў змрок. Ён яе не забіў, толькі параніў, і яна папаўзла ў вёску, дзе ў яе знаёмыя, сувязныя, сяброўкі. Яму ж падацца туды было нельга. Спрабуючы як-колечы асэнсаваць новы паварот у сваім становішчы, ён вярнуўся назад, падабраў вінтоўку. Называецца, пашкадаваў патрон і — загубіў жыццё. Праклятая Зоська! Колькі ж гэта можа яшчэ цягнуцца?»
Стоит отдать должное Василю Быкову за то, что он в своих произведениях никогда не морализаторствует. Его повести и романы не назидательны, не показывают, как «надо» или «не надо». Это все побочные последствия от их прочтения. Главное, что дают все эти сюжеты, это понимание пугающей сложности жизни, такой жизни и таких обстоятельств, в которых зло и добро не всегда однозначны, где плохие поступки являются порой причиной вполне объяснимых и понятных целей. В мирное время сложно винить человека за желание жить и желание не участвовать в войне, но если война уже в твоем доме, то все становится иначе. Если уж кого-то, ужаленного патриотической истерией и не пугает нынче война, то пусть хотя бы испугает описанная Быковым сложность жизни, в которой так трудно, но так необходимо оставаться Человеком.
МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:
Стандартное массовое советское издание художественной литературы.
Формат стандартный удлиненный (140x245 мм), твердый переплет, суперобложка, 262 страницы, иллюстрации.
Достоинства издания: твердый переплет; суперобложка; плотная белая бумага; хорошее качество печати; иллюстрации Арлена Кашкуревича.
Недостатки издания: не обнаружено.
ДОПОЛНИТЕЛЬНО: Процесс создания иллюстраций к этой книге (мои фото из Музея белорусского книгопечатания в г. Полоцк).
ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:
Да. Прекрасный пример психологической прозы, поднимающей важные морально-этические проблемы в трудных обстоятельствах. Интересно было увидеть в белорусской военной прозе общие черты с американскими вестернами.
КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:
Всем поклонникам творчества Василя Быкова, а также тем, кто любит сложную психологическую прозу об экзистенциальном выборе, о моральном падении и предательстве. Также могу посоветовать повесть тем, кто хочет увидеть, как бы выглядел «вестерн по- белорусски».
ТЕГИ: Художественная литература, Беларусь, война, оккупация, партизаны, путь, предательство, выбор, случай, совесть.
ВИДЕО В ТЕМУ: В 2008 году вышла российская экранизация по мотивам повести под названием «Обреченные на войну» от режиссера Ольги Жулиной. Роль Антона исполнит популярные сегодня актер Юрий Колокольников. В картине акцент смещен на отношения между Антоном и Зоськой как между мужчиной и женщиной. Экранизация звезд с неба не хватает и весьма странно пытается имитировать белорусский язык (стоило ли пытаться?), но тем не менее кадры из нее могут послужить иллюстрацией к повести.
https://www.youtube.com/watch?v=fhxll9jsFBs
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
https://t.me/pavelmazheikabooksreview
Другие мои рецензии на страницах:
Группа "ВКонтакте":
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
Канал в "Телеграм":