Юджин Сернан, Дональд Дэвис «Последний человек на Луне» - рецензия П. Можейко
«Покорение космоса стоит риска для жизни». (Гас Гриссом, американский астронавт, погиб в пожаре в ходе репетиции запуска «Аполлон-1»)
НАЗВАНИЕ: Последний человек на Луне
АВТОР: Юджин Сернан, Дональд Дэвис
ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: The Last Man on the Moon
ISBN: 978-5-04-099338-3
ГОД ИЗДАНИЯ: 2019
ИЗДАТЕЛЬСТВО: «Бомбора»
СЕРИЯ: «Герои космоса. Лучшие книги о космонавтике»
КОГДА МНОЙ ПРОЧИТАНО: Март 2024
ИСТОЧНИК: Оригинальная книга
О КНИГЕВ декабре 2023 года мне повезло присутствовать на лекции известного астронома и просветителя Владимира Сурдина в Минском планетарии. Тема лекции была очень актуальна: «Путешествия к Луне». Все указывает на то, что мы живем во время перерождения космических программ в целом и новой «лунной гонки» в частности. Вот запуски спутников только за последние годы:
Как видно, в новой лунной гонке появились и новые участники, которые, к тому же, порой более успешны, чем ветераны. Со времен 1960-х космонавтика изменилась, и дело не только в том, что все большую долю в ней занимает частный сектор, но и в значительно продвинувшихся технологиях. Искусственный интеллект, автоматизация процессов, новые материалы и инженерные решения позволяют отправлять на Луну умные роботизированные машины, которые могут делать то, что раньше мог сделать только человек. Один из примеров миниатюризации – японский луноход Lunar Excursion Vehicle 2 (LEV-2) массой всего 250 грамм и размером с бейсбольный мяч. Он уже на Луне и выполняет свои задачи.
Сравните это с технологиями 1960-х в воспоминаниях астронавтов:
«Компьютеров, необходимых для того, чтобы долететь до Луны, а тем более чтобы выполнить посадку на нее, еще просто не существовало. Действительно, одной из моих обязанностей на «Джемини-9» было, используя карандаш с ластиком на другом конце, блокнот, таблицы и логарифмическую линейку, выполнить некоторые вычисления в интересах встречи и стыковки, в то время как Том будет через свое окно визировать звезды с помощью похожего на секстант устройства. В общем-то, эта технология была недалека от той, с помощью которой Колумб прокладывал свой путь в Новый Свет. Я бы отдал правую руку, чтобы иметь возможность перенести в то время современный персональный компьютер, запустить под Windows программу, запросить навигационный спутник, ввести формулу и подождать, пока на жидкокристаллическом экране появятся точные данные о курсе. Современный наладонник в 500 раз производительнее того вычислителя, который мы имели на «Джемини-9». В 1966 году большая часть компьютеров была размером с корову, Кремниевая долина – одним из калифорнийских пастбищ, а Биллу Гейтсу, гению Microsoft, исполнилось лишь 10 лет!»
Лунные программы двух крупнейших государств того времени США и СССР – это настоящее научно-техническое достижение нашей цивилизации, даже несмотря на то, что космонавтика всегда шла параллельным курсом с развитием военных технологий, да и первые астронавты и космонавты были военными летчиками, нередко с боевым опытом. Только закончилось все по историческим меркам внезапно, а для нас с вами еще и давно. Уже больше, чем полвека нога человека не ступала по лунному грунту. Родилась целая мифология доморощенных конспирологов о фальшивости всей программы «Аполлон». Для подробного разбора их доводов я отсылаю вас к книге исследователя космонавтики Антона Первушина «Космическая мифология. От марсианских атлантов до лунного заговора». Один из часто цитируемых доводов конспирологов звучит так: «Если на Луну можно было летать с технологиями 1960-х, то почему за полвека так никто и не смог повторить этот полет?» Ответ до боли банален: потому что это никому уже не было нужно. Сегодня в это трудно поверить, но начиная со второй высадки человека на Луну, интерес к этой теме у публики постепенно стал угасать. Это была гонка, и с миссией «Аполлон-11» она завершилась победой США, публика же получила свое моральное и зрительское удовлетворение (кадры с Н. Армстронгом и Б. Олдрином транслировались по ТВ). Но без интереса и поддержки публики (читай – налогоплательщиков), нет экономического и политического интереса, а стало быть, и финансирования.
«А вот переменчивая публика дезертировала от нас толпами. То, что нам представлялось изумительным результатом с точки зрения техники и летного мастерства, американский народ воспринимал как скучную рутину. Мы же уже были на Луне! Мы побили русских! Мы видели цветные телепередачи из дальнего космоса! Телевизионные сети становились жадными по части бесплатного эфирного времени, потому что изображения мужиков, парящих в невесомости и прыгающих подобно кроликам по Луне, не выдерживали конкуренции с рекламой стиральных порошков, пива и зубной пасты. Нарастающее равнодушие привело к уменьшению общественной поддержки, и тем самым создало дополнительную угрозу финансированию, которое и так было недостаточным, а становилось еще более скудным».
Программа NASA «Аполлон» по осуществлению первой пилотируемой высадки на Луну не смогла найти должного финансирования и закрылась в 1975 году. Последней миссией в декабре 1972 года стала «Аполонн-17» с экипажем в составе: Юджин Сернан, Харрисон Шмитт, Рональд Эванс. Еще трем запланированным ранее полетам так и не суждено было осуществиться. Новая лунная гонка началась лишь тогда, когда технологии позволили обходиться вовсе без людей и без заоблачных бюджетов, а в Луне ученые нашли новые причины и возможности для исследований. В свете этих событий, история программы «Аполлон» в целом, и человека, который был последним на Луне, в частности, представляет большой интерес.
«В течение 1968 года почти вся программа была сосредоточена на одной цели – благополучно запустить Уолли, Уолта и Донна. На «Аполлон» работали 33 000 человек, получающих жалованье в NASA, и 383 тысячи в частном секторе. Боевой корабль вполне мог бы плыть в поту, который они все вместе пролили. Если бы преданность делу превращалась напрямую в ракетную тягу, они бы смогли отправить «Аполлон-7» на дальние окраины Галактики, подобно кораблю «Энтерпрайз» в новом популярном телевизионном проекте Star Trek».
Так совпало, что ровно год назад я читал биографическую книгу Джеймса Хансена «Первый человек. Жизнь Нила Армстронга». Эта история, сосредоточенная непосредственно на жизни первого ступившего на Луну человека и на самой миссии «Аполлон-11». Ровно через год я прочитал эту книгу, как бы заигрывающую с названием первой: «Последний человек на Луне». Это автобиография американского астронавта Юджина Сернана, командира «Аполлона-17», написанная им совместно с американским писателем и бывшим военным корреспондентом Дональдом Дэвисом (который по странному стечению обстоятельств никаким образом не упоминается в книге, кроме как в исходных данных).
«Я – американец чешского и словацкого происхождения во втором поколении. Розалия и Франтишек Циглар, Стефан и Анна Чернян приехали в Америку еще до начала Первой мировой войны и, как и многие чехи и словаки, поселились в районе Чикаго».
В отличие от книги Джеймса Хансена, сосредоточенной на отдельной персоне, и книги другого журналиста Джеффри Клугера «Аполлон-8». Захватывающая история первого полета к Луне», сосредоточенной на конкретной миссии, книга астронавта рассказывает о всей программе «Аполлон» и развитии американской космонавтики на протяжении одного десятилетия (с середины 1960-х по середину 1970-х).
Как известно, в американской космонавтике было 2 первых набора астронавтов: т.н. «Первая семёрка» (Алан Шепард и др.) и т.н. «Новая девятка» (Нил Армстронг и др). Через несколько лет (1963 год) в состав третьего набора, «четырнадцатку», как раз и вошел Юджин Сернан. Этот набор был ориентирован на лунную программу.
«Никто из моего набора не стартовал ранее чем через два с половиной года, а последний из нас полетел лишь почти по истечении шести лет. Четверо погибли, не получив шанса на полет, и лишь четверо из нас прошли по Луне. Все мы прибыли в Хьюстон под новый, 1964 год: из ВМС США – я, лейтенант Алан Бин, лейтенант-коммандер Ричард Гордон и лейтенант Роджер Чаффи; капитан Корпуса морской пехоты Клифтон Уильямс; офицеры ВВС США: майор Эдвин Олдрин по прозвищу Базз, капитаны Донн Айзли, Уильям Андерс, Чарлз Бассетт, Майкл Коллинз, Дэвид Скотт и Теодор Фриман; наконец, двое гражданских – Уолтер Каннингэм и Расселл Швейкарт».
Таким образом, на глазах Сернана разворачивалась как программа «Джемини» (парные полеты), так и вся программа «Аполлон». Он работал и летал со всеми звездами космонавтики своего времени, и благодаря своему разностороннему опыту и довольно долгой полетной карьере рассказывает о космонавтике с самых разных сторон: как с технической и организационной, так и с бытовой и исторической.
Среди его заслуг участие в трех миссиях: «Джемини-9A» (1966) – второй пилот, «Аполлон-10» (1969) – пилот лунного модуля и «Аполлон-17» (1972) – командир.
«Когда вертолет приблизился, и парашютисты спрыгнули в волны, мы поняли, что вода у наших ног не поднимается. Как оказалось, «Джемини-9» вовсе не тонул. От жесткой посадки лопнула внутренняя водяная магистраль, и остатки питьевой воды пролились в кабину. Я посмотрел на Тома, а тот на меня. Мы улыбнулись и хлопнули ладонями в знак победы. Мы провели в космосе трое суток и 21 минуту, мы сделали 45 оборотов и пролетели 1 900 000 км и снова были на Земле, совершив наиболее точную посадку в истории американской космической программы. Мы плюхнулись в воду всего в 700 метрах от расчетной точки и в 6500 метрах от ожидающего нас спасательного корабля».
Сернан стал вторым американцем (и в целом — третьим человеком), вышедшим в открытый космос. В книге он отмечает, что в каждом выходе было много проблем с возвращением обратно. Также были проблемы с перемещениями вне корабля. Самому Юджину при возвращении пришлось сгруппироваться, настолько растянув суставы, что он чуть не потерял сознание от боли.
«Я пробыл в открытом космосе два часа и девять минут, «пройдя» за это время примерно 58 000 км – один полный виток вокруг Земли и более трети второго».
Описанные Сернаном последствия проблемных выходов в открытый космос отразились на конструкции кораблей и программе тренировок астронавтов:
«После трех проблемных выходов отношение к ним стало другим. Инженеры NASA изменили конфигурацию следующих кораблей и установили на них множество новых поручней, перил и стремян, в которых будущие астронавты могли бы зафиксировать свои ноги. Стремена оказались настолько удачными, что мы назвали их «золотыми тапочками». А поскольку я сравнил выход в открытый космос с плаванием в условиях невесомости, агентство арендовало бассейн для тренировки астронавтов».
Он дважды летал к Луне. В рамках «Аполлона-10» лишь приблизился к спутнику на расстояние 14 км, а в рамках «Аполлона-17» посадил на поверхность лунный модуль. Именно Сернан дольше всех из гостей Луны провел времени на ее поверхности (почти 75 часов), в том числе вне лунного модуля (как командир, он всегда первым выбирался из него и последним заходил обратно).
«Как я мог быть разочарован, улетев на ракете «Сатурн V», самой мощной из когда-либо построенных, на орбиту и затем на расстояние в 400 000 км от Земли, увидев невероятные картины, зависнув на три дня у Луны, спустившись на 14 км над ее поверхностью, вернувшись на родную планету и проделав великолепный огненный вход в атмосферу на высокой скорости, чтобы приводниться в Тихом океане? И кроме того, у меня была мечта – я собирался вернуться туда».
Сернану принадлежит мировой рекорд в скорости, достигнутой человеком: 39 897 км/ч. Самым быстрым он оказался и на поверхности Луны: 18 км/ч (благодаря электромобилю «Лунар Ровер»).
Забавно, но среди его наград есть и телевизионная премия «Эмми» за съемки Луны в рамках миссии «Аполлон-10».
Книга Юджина Сернана – это подробный рассказ о том, как становятся астронавтами, как между собой взаимодействуют инженеры и пилоты, как проходят испытания техники и тренировки людей, как отрабатываются команды и упражнения. Не мало строк в этой книге уделено взаимоотношению между астронавтами, между ними и руководством NASA, и, главное, между астронавтами и их семьями. Можно сказать, что книга Сернана – самая социально ориентированная книга о космонавтике. Красной нитью здесь проходят его сложные отношения с супругой, настоящей «женой астронавта» (есть такая «должность»), а также трогательная любовь к дочери Трейси, которой он сделал один из самых вечных, оригинальных и трогательных подарков: в лунном грунте Сернан вычертил ее инициалы, которые в безатмосферных условиях спутника могут сохраняться миллионы лет.
Тут не так много пафоса, который часто можно встретить в книгах на эту тему. Здесь много о личных переживаниях, о дружбе, азарте, зависти, сомнении, даже страхе. Сернан метко описывает характер каждого, с кем ему приходилось работать. Это может и сбивает налет «супергероя» с образа астронавта, но делает каждого из них живым человеком, со своими достоинствами и недостатками. В этом, пожалуй, главное отличие и преимущество «Последнего человека на Луне» в ряду похожих книг.
В автобиографии также много остросюжетных моментов. Чего только стоит попытка Сернана влезть обратно в корабль после выхода в открытый космос! А все эти отложенные в последнюю минуту старты… Многочисленные смерти товарищей…
«Смерть Роджера Чаффи стала для меня ударом, но гибель Си-Си разбила мое сердце. Я устал терять друзей. Си-Си был четвертым членом нашего набора, который погиб, и пятым астронавтом всего лишь за год. Добавьте сюда Комарова – за 1967 год мы потеряли шестерых космопроходцев. В этот черный год Барбара не смогла даже написать друзьям традиционные рождественские письма: настроения не было никакого».
В биографии самого Сернана было немало ключевых эпизодов, которые могли закончится большой трагедией. Так, например, из служебного модуля «Аполлона-10» был переставлен кислородный бак в печально известный «Аполлон-13», ставший причиной взрыва его служебного модуля прямо в космосе. Сернан чуть не загубил свою карьеру, когда из-за желания полихачить при полете на вертолете, задел кромку воды и упал в озеро, получив ожоги дыхательных путей. Дело замяли, сославшись на «неисправность двигателя». А незадолго до старта «Аполлона-17» играя в бейсбол, астронавт сильно подвернул ногу, что могло лишить его возможности хотя бы раз ступить на поверхность Луны. Благодаря усилиям штатного доктора, Сернан успел вовремя восстановиться.
Юджин увлекательно описывает то, как формировались экипажи. Обычно было принято так: дублирующий экипаж через один старт становится основным. Но кто-то погибал, кто-то сам губил свою карьеру, а кто-то просто уходил на покой. Астронавты постоянно тасовались. Все мечтали слетать на Луну, но ступило на нее лишь 12 человек в 6 миссиях. Эти «придворные» игры местами были похлеще «Игры престолов». Сам Сернан отказался от одного полета ради призрачной надежды все-таки возглавить миссию с высадкой на Луну. Его ставка сыграла.
Не стоит забывать, что во время программы «Аполлон» на другом конце Земли шла Вьетнамская война, а все астронавты были военными летчиками. Те, с кем они дружили, служили и летали до своей космической карьеры, в это время гибли и попадали в плен. Хотя астронавты часто выступают в образе суперлюдей, несущих свет цивилизации и науки за пределы Земли, на самом деле многие из них тогда придерживались довольно милитаристских взглядов.
«Многие из нас ощущали царапающее чувство вины за то, что другие летчики сражаются, а мы отсиживаемся в стороне. Странное это состояние ума, но нам действительно было неуютно ходить в образе героев, в то время как наши товарищи истекают кровью, попадают в плен и погибают в настоящих воздушных боях, к которым мы до того готовились. Разные антивоенные заявления злили нас. Из бесед один на один в Отделе астронавтов, из посиделок с пивом после работы и долгих дискуссий за барбекю в выходные дни родилась идея. Зачем, спрашивается, мы сидим в Хьюстоне и ничего не делаем? Если Пит Конрад, Дик Гордон, Ал Бин, я или любой другой астронавт достаточно сильны, чтобы летать на космических кораблях NASA, то мы определенно можем усовершенствовать квалификацию в части посадки на авианосец и отправиться в эту вьетнамскую заваруху, чтобы использовать наши боевые способности во время паузы в космической гонке».
Но это о Вьетнаме. А вот к советским космонавтам в NASA относились как к достойному сопернику. Астронавты с интересом наблюдали за успехами и неудачами своих советских коллег. Уже через несколько лет состоится очное знакомство, многие из них станут друзьями на долгие годы. Но по началу происходило много забавного. Вот один из таких эпизодов про званный ужин, который вспомнил Сернан:
«Поскольку Советский Союз тогда сторонился американских фильмов и музыки, наши русские друзья не узнавали большую часть знаменитостей – они не имели понятия, кто эти люди. Среди встречающих был Фрэнк Синатра, и я представил его Георгию, который тепло приветствовал Голубоглазого Старину, а затем прошептал: «А кто это?» Комик Дэн Роуан немедленно покинул очередь и отправился пить. «Какой мне смысл встречать их, если они не знают Синатры», – объяснил он».
А вот заявления советских политиков у астронавтов (в том числе будущих) вызывали совсем другие чувства:
«Я все еще слушал лекции по летным дисциплинам, когда советский премьер Никита Хрущёв обратился к Америке с издевательским обещанием «Мы вас закопаем». Но я был уже военным и офицером и воспринял этот вызов как обращенный ко мне лично. Я посмотрел в зеркало и увидел тощего, стриженного по-армейски молодого будущего летчика, в летном костюме, с эмблемой учебно-тренировочной эскадрильи, пришитой к рукаву, но ощущающего себя крутым мужиком. Я был готов запрыгнуть в самолет и показать Хрущёву пару-тройку финтов. Была, правда, одна небольшая проблема: я все еще не умел летать».
Еще один интересный момент: именно в миссии «Аполлон-17» впервые принял участие не профессиональный летчик, а ученый, геолог. Им был Харрисон «Джек» Шмитт. Сернан подробно описывает, как сами астронавты, да и руководство NASA долго сопротивлялось такому решению. Геологу откровенно не доверяли. Но Шмитт героически доказал, что он надежен, и что ученым есть место в космосе. Собранные им данные на поверхности Луны многое рассказали науке о строении нашего спутника. Сам Сернан так подчеркивал различие между летчиком и геологом на Луне:
«Так или иначе, между нами имелось важное различие. Доктор Камень работал в Центре управления полетом и в научных лабораториях, а я был летчиком. Джек полагал, что если что-то случится, ребята в ЦУПе вытащат нас отсюда. Я же знал по опыту множества опасных посадок на авианосец, что хотя люди за пультами и должны помогать нам, но в конечном итоге не они пилотируют самолет. За штурвалом сидел я, и ответственность за то, чтобы вытащить отсюда наши задницы, в конечном итоге лежала на мне».
Когда один журналист спросил у маленькой дочки Сернана: «Могут ли астронавты найти на Луне воду?», она ответила: «Если они найдут воду, значит, они не туда попали». Миссия «Аполлон-17» воду не нашла, а нашла таинственный желтый лунный грунт:
«Когда я фотографировал вблизи вала Шорти, Джек глянул вниз на участок грунта, который потревожили его ботинки. «Эге!» Он наклонился, чтобы посмотреть получше, потому что не поверил своим глазам. Кругом простиралась бесцветная Луна, а он стоял на цветном ковре. «Здесь оранжевый грунт!» Я подумал, что он слишком надышался кислородом. О боже, мой ученый находится здесь уже слишком долго и получил передоз от камней. На Луне не может быть оранжевого грунта! Здесь вообще нет никаких цветов! «Не трожь его, пока я не посмотрю. <…>
Увы, когда ученые смогли изучить нашу находку, они обнаружили, что грунт состоит из маленьких шариков цветного стекла невулканического происхождения и имеет приблизительно такой же возраст, как и другие древние лунные породы. Материал, возможно, поднялся на поверхность в далеком прошлом с глубины примерно 300 км под невероятным давлением газа в струе так называемого огненного фонтана. Этот процесс в принципе имеет сходство с фонтаном из бутылки колы, если ее потрясти. Давление газа выбросило брызги расплавленной лавы на высоту в сотни и тысячи метров, а потом она остыла и превратилась в стеклянные бусины, окраска которых определялась минеральным содержанием. Предложенная модель утверждала далее, что эти капельки стекла лежали на поверхности в течение многих эпох, пока их не перекрыла лава какого-то настоящего вулкана, защитив от вечного дождя небольших метеоритов, которые иначе бы уничтожили их. Затем в Луну врезался достаточно крупный метеорит и оставил кратер, названный нами Шорти, одновременно вскрыв цветной грунт, и он ждал на поверхности еще много тысяч лет, пока мы с Джеком не наткнулись на него.
Итак, хотя наш оранжевый грунт и не подтвердил недавнюю вулканическую активность и не изменил тем самым хронологию эволюции Луны, он тем не менее содержал химические элементы из ее глубинных слоев. Когда его сравнили с зелеными капельками стекла, найденными среди лунных образцов «Аполлона-15», ученые нашли, что они содержат титан, бром, серебро, цинк, кадмий и прочие элементы, которые не могли быть занесены каким-то случайным метеоритом. Благодаря этим открытиям мы получили информацию о внутреннем строении Луны, которую невозможно было бы добыть другим способом, и ученые смогли продвинуться дальше в разгадке лунных тайн. Пройдут годы, и эксперты скажут, что оранжевый грунт стал одним из самых удивительных открытий всей программы «Аполлон».
Возможно вы удивитесь, но именно геология – главная «сторонняя» научная дисциплина в курсе подготовки астронавтов. Летчикам это не нравилось.
«На занятиях в NASA делался большой акцент на научных дисциплинах, главным образом на геологии. Считалось, что это пригодится нам, когда мы наконец достигнем Луны. У всех нас была техническая подготовка, но черт возьми, мы же пилоты! Проблема в имидже – мы не хотели, чтобы на нас смотрели как на ученых. Мы ставили себя так: не существует ничего, что мы не смогли бы сделать, в том числе и собрать лунные породы необходимых видов. Вам нужен геолог – отлично, у вас есть геолог, и это я. В конечном итоге мы смогли защитить наш взгляд. 11 из 12 человек, которые исследовали Луну, были летчиками, и мы привезли целую сокровищницу научного знания.
Прослушанные нами лекции закреплялись полевыми экспедициями в такие отдаленные места, как вулканические территории в Аризоне и на Аляске, а также в Исландии. Одним из наших инструкторов от Геологической службы США был приземистый молодой геолог по имени Джек Шмитт. Он-то и стал двенадцатым человеком на Луне, где мы провели вдвоем трое суток».
Тут хочется упомянуть еще несколько ярких эпизодов из курса подготовки астронавтов. Первый связан с джунглями и перееданием определенного деликатеса, а второй эпизод подготовки к «выживанию» связан со сном на природе и муравьями.
«Нас забрасывали попарно. Имея в своем распоряжении минимальный набор средств для выживания – только то, что будет у нас после реального полета, – мы должны были продержаться на местных ресурсах до недели. Естественно, нам дали инструкции, как это сделать. Одна из них состояла в том, что нужно срубить пальму и срезать ее верхушку, чтобы добраться до сочной и вкусной сердцевины, которая обычно встречается лишь в дорогих ресторанных салатах. За несколько дней в Панаме я съел столько этого чертова деликатеса, что с тех пор не могу на него смотреть.
Другой совет заключался в поимке и приготовлении игуаны. Это было легче сказать, чем сделать. Через несколько дней, когда от голода уже подводило желудок, эти большие ящерицы стали казаться похожими на стейки из курятины с подливкой. Игуаны, кажется, тоже об этом знали, и играли в игру под названием «поймай меня, если сможешь».
Мы с Донном Айзли нашли ручей, из которого можно было пить, построили укрытие и привязали парашюты к деревьям, превратив их в гамаки. Нас предупредили, что на земле спать нельзя. Бревно, уложенное на пень пальмового дерева под нами служило импровизированным столом. Среди ночи нас заставило насторожиться какое-то гудение, как будто бы поднялся в воздух целый улей пчел. Мы уставились во тьму; шум становился сильнее и ближе, превращаясь в ритмичный толкающий звук, как будто по мокрой листве идет стадо животных. Какого дьявола? Мы схватили фонарики и увидели переднюю кромку огромного ковра из муравьев, приближающихся со стороны деревьев. Миллионы жвал издавали непрерывное и громкое чавканье. Ковер двигался вперед, поглощая все на своем пути, и аккурат между мной и Донном».
К слову, среди заслуг Сернана еще одна, бытовая: он - первооткрыватель космического бритья:
«В процессе празднования мы проделали нечто, за что нас поминало добрым словом множество астронавтов, пришедших следом: наш экипаж впервые успешно побрился в космосе. В предыдущих полетах медики запрещали нам использовать опасную бритву, считая, что если астронавт порежется, то может истечь кровью в невесомости. Другое опасение состояло в том, что волоски могут заплыть в «нежную» аппаратуру космического корабля и нанести неисчислимый ущерб. Мнительность, она такая. Они предложили небольшую электрическую бритву, способную всасывать срезанные волоски, но она ни черта не работала и была забракована, поэтому астронавты возвращались на Землю после длительных полетов с щетинистыми подбородками и выглядели грязновато. Экипаж «Аполлона-10» сыграл роль первопроходцев и в этом деле: мы намылили щеки плотным гелем для бритья, соскребли щетину безопасной бритвой и собрали полный волосков крем влажной салфеткой. Всё прошло отлично!»
В книге конечно же много производственной «внутрянки» и объяснения разных жаргонных выражений, ранее понятных только своим. Например, что такое для астронавта «неделя в бочке»? Нет, это не барокамера!
«Порядок старшинства означал, что нам придется ждать своей очереди на полет. Была лишь одна обязанность, которую старшие астронавты радостно переложили на нас – она называлась «неделя в бочке». Каждый политик и каждая организация граждан хотела заполучить астронавта в качестве гостя и послушать его, и Дик долго сражался, чтобы убедить NASA в том, что мы готовимся лететь на Луну, а не произносить речи. Компромисс был найден в том, что каждую неделю один астронавт выделялся для такой работы – это и называли «неделя в бочке». Отдел связей с общественностью выстраивал запросы в соответствии с их важностью, и «дежурный по пиару» ездил на мероприятия, давал интервью журналистам и вообще «демонстрировал флаг». Обычно говорить приходилось тем из нас, кто меньше всего знал о том, что происходит».
Я часто вспоминаю один видеофрагмент из документальной съемки «Аполлона-11», который был показан в рамках вышеупомянутой лекции Владимира Сурдина. На нем два первых человека на Луне, своим присутствием на которой они обязаны сотням умных голов и огромному количеству денег и сил, прыгают по серо-пепельной поверхности, напевая веселую песенку! В этом триумфе науки и силы духа, в то же время столько дурашливости и оптимизме, что мне кажется в этом и есть все мы, всё человечество. Так и у Сернана в книге полная серьёзность часто соседствует с шутками и розыгрышами.
«На всем пути к Луне и обратно и даже на лунной поверхности, когда бы экипаж ни открывал ящик, сумку или контейнер, из него неизменно вылетала эмблема Первой команды. Как дублеры, мы с Роном и Джо имели доступ к кораблю до последней минуты, и пока мы устанавливали в исходное положение переключатели и проверяли приборы, мы также запихивали свои эмблемы с Дорожным бегуном в каждый уголок и в каждую щель, чтобы Трое новичков получили целый ураган находок. Наверное, чаще всего по закрытому радиоканалу во время полета «Аполлона-14» звучала фраза Шепарда, разозленного внезапным появлением очередной эмблемы. «Передайте Сернану, – рычал он, – бип-бип его задницу».
Или вот, в фильме Стэнли Кубрика «Доктор Стрейнджлав, или, как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу» (1963) есть известный эпизод с «человеком на бомбе». Один астронавт же сумел оседлать целый космический корабль!
«Еще через два месяца пришел черед Дика Гордона на «Джемини-11», с командиром Питом Конрадом, и все думали, что если кто-то и сможет укротить дракона по имени Выход, то это Дик Гордон. Но проблемы с солнцезащитным щитком гермошлема начались у него уже в корабле, а систему жизнеобеспечения Дик перегрузил еще до старта. Он выбрался наружу уже разгоряченный и вспотевший, а потом так устал во время выхода, что уселся на «Аджену» верхом, будто на лошадь, просто чтобы отдохнуть, причем полный сил Конрад еще и кричал: «Езжай, ковбой!» Эти два парня были лучшими в нашей программе, и их проблемы окончательно подтвердили мои. Я перестал быть единственным астронавтом, испытавшим трудности при работе в открытом космосе».
Свои карьеры некоторые астронавты также гробили по глупости. Вот пример:
«Когда «Аполлон-15» вернулся, его считали, пожалуй, одним из самых плодотворных научных исследований во всей программе, но этот блестящий успех оказался подпорчен исключительной глупостью со стороны экипажа. Они взяли с собой без разрешения набор почтовых конвертов, погасили их на Луне и продали коллекционеру в Европе. Этот случай вызвал огромное возмущение, поставил в неловкое положение NASA, а командир, талантливый Дейв Скотт, мог лишь беспомощно наблюдать, как его звездная карьера рухнула из-за такой невероятной мелочи. Никто не верил, что такое вообще может произойти, но куча небрежно проштампованных конвертов вывела из строя одного из лучших парней в программе».
И еще несколько слов про астронавтов, как секс-символов своего времени:
«Была еще одна причина, вставшая во весь рост в самом начале, еще до полетов «Меркуриев», – секс. Множество привлекательных женщин мечтали о любви с героем космоса, а некоторые из них отдали бы все, чтобы переспать с астронавтом. Такое искушение некоторые из нас находили слишком сильным, чтобы от него отказаться. До того, как рок-концерты стали передвижными праздниками секса, наркотиков и рок-н-ролла, роль лучшего шоу в городе играли астронавты. Мы были привлекательными пилотами, склонными к пьянкам, и являлись магнитами для дам. Астронавту, которому хотелось секса, было достаточно оставить открытой дверь в номере отеля – с немалой вероятностью через несколько минут ее могла закрыть за собой хорошенькая девушка. Жены оставались в Техасе, а Флорида была местом для игры без правил, полным красоток. Если же ты хотел привезти с собой во Флориду жену и детей, нужно было получить согласие Дика и дать знать об этом другим астронавтам. Конечно, люди вели себя по-разному, и некоторые воздерживались полностью, но недостатка в возможностях не было».
Конечно, будучи уже шестой миссией с высадкой людей на Луну, посадка лунного модуля «Аполлон-17» не выглядит так драматично, как у Нила Армстронга. Но в космосе каждая миссия – это большая опасность. Сернан и его экипаж сделали свою работу на отлично. Чего только стоит точность посадки!
«Мы были всего в 60 метрах от точного места, выбранного в качестве цели несколькими месяцами раньше на Земле. Было 11 декабря 1972 года, 13:54 хьюстонского времени. Прошло 110 часов 22 минуты и 11 секунд с момента, когда мы стартовали из Флориды. Я подождал немного и медленно выдохнул, закончив одну из самых мягких посадок в моей карьере».
С точки зрения истории интересны слова, которые произнес Юджин Сернан 14 декабря 1972 года, поднимаясь в последний раз по трапу лунного модуля «Челленджер»:
«Я поставил ногу на опору и схватился за поручни трапа. Я знал, что три прошедших дня изменили меня, что я больше не принадлежу только лишь Земле. Отныне я буду принадлежать Вселенной. Все на Земле слушали меня, и я оставил заметки, записанные на «шпаргалке», и заговорил вдруг от чистого сердца.
«Сейчас мы покидаем Луну и район Тавр-Литтров, покидаем, как и пришли, и, даст Бог, еще вернемся – с миром и надеждой для всего человечества». Я поднял ногу из лунной пыли и добавил: «Делая эти последние на какое-то время шаги с поверхности, я бы хотел отметить, что сегодняшнее испытание Америки выковало завтрашнюю судьбу человека».
Я повернулся и снова увидел маленькую табличку, приделанную под трапом каким-то неизвестным доброжелателем, с фразой, которую я повторял каждый раз, покидая «Челленджер» или возвращаясь в него. «С богом, экипаж «Аполлона-17»», – сказал я и поднялся на борт.
Мои шаги по Луне стали последними следами человека на слишком много лет вперед».
Юджин Сернан в своей книге подчеркивает одну проблему, с которой сталкиваются многие астронавты, особенно астронавты его поколения – поиск нового себя после завершения карьеры.
«Я провел много лет, пытаясь найти Новое Большое Дело, которое могло бы заменить мне великое лунное приключение, и все время спрашивал себя: «Ну и куда же теперь, Колумб?» Я понимаю, что другие смотрят на меня иначе, чем я сам, потому что я один из 12 человеческих существ, которые стояли на Луне. Я сжился с этим и с той огромной ответственностью, которую это налагает, но что касается подходящего нового дела – нет ничего даже близкого».
И еще немного о дальнейшей судьбе героев космоса. Интересное наблюдение, как «бронзовеют» астронавты:
«Мы все еще жили в небольшом домике в замкнутом пространстве Нассау-Бей, но уже не были частью активного отряда астронавтов. Сюда въезжали новые молодые ребята с семьями, но им не приходило в голову, что нам может быть интересно участвовать в их вечеринках, или пообедать у них дома и познакомиться поближе. Удивительно, но для этого нового поколения мы, самые общительные из людей, стали чем-то вроде Джона и Анни Гленн или Алана и Луизы Шепард, на которых мы в свое время смотрели как на недоступных, хотя они таковыми не были. Кэптен Сернан три раза летал в космос и ходил по Луне! А Барбара почти так же популярна, как кинозвезда! Мы просто не можем пригласить таких людей на сосиски и картофельный салат! А в результате нам казалось, что нас изгнали из клана».
Книги, подобные этой, иногда намного лучше произведений твердой научной фантастики. Да, где-то они проигрывают в увлекательности, но уж точно не уступают им в остросюжетности и намного превосходят в достоверности. Космос – это место опасности и геройства, пространство, где нет места плохим людям, ненадежным товарищам, глупцам и трусам.
«Глаза» нашей цивилизации, аппараты «Вояджер» покинули Солнечную систему. Ее границы очень далеко. Наши же руки и ступни дотронулись лишь до Луны. Слово «лишь» звучит в данном случае оскорблением для всех тех, кто причастен к лунным программам в разных государствах. Но куда большим оскорблением является то, что сегодня многие предпочитают заниматься войной, а не амбициозными проектами по исследованию нашей Вселенной и расширению возможностей человечества. От прочтения книги Юджина Сернана возникает интересный эффект: точно понимая, что она про прошлое, ты осознаешь, что она о мечте, о той мечте, которую, возможно, реализует вторая лунная гонка. Но может случится и так, что по глупости нашей на Луну больше не ступит нога человека, и последние слова, произнесенные Сернаном на Луне, останутся несбывшимися.
МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:
Качественное издание в традиционном для научно-популярной литературы оформлении.
Формат стандартный (140x215 мм), твердый переплет, без суперобложки, 416 страниц, без иллюстраций.
Достоинства издания: хорошее качество печати; белая бумага; твердый переплет; оригинальная тематическая обложка; наличие колонтитулов; информация об авторе; подробное оглавление; хорошо выделенные заголовки; предметно-именной указатель; расшифровка специализированных аббревиатур, которые встречаются в тексте; над книгой хорошо поработал редактор, в примечаниях много важных технических и научных уточнений.
Недостатки издания: книге катастрофически не хватает фотографий; в книге непривычно мелкий для современных изданий шрифт, для некоторых это может оказаться недостатком; нет никакой информации о соавторе.
ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:
Больше да, чем нет. Интересная книга о космонавтике в целом, и программе «Аполлон» в частности. Книга дает широкий взгляд на американскую космонавтику, в том числе обращая внимание на социальную сторону данной сферы.
КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:
Тем, кому интересны книги о космосе и космонавтах, история американской космонавтики, а также эта индустрия с научно-технической точки зрения.
ТЕГИ: Нон-фикшн, науч-поп, биография, история, космос, США, Луна, NASA, Джемини-9A, Аполлон-10, Аполлон-17, астронавты, Сернан, семья.
ВИДЕО В ТЕМУ: В 2010 году вышел документальный фильм «Аполлон-17. Последние люди на Луне». Он отлично дополнит материалы книги, в которой, к тому же, отсутствуют фотографии.
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
https://t.me/pavelmazheikabooksreview
Другие мои рецензии на страницах:
Группа "ВКонтакте":
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
Канал в "Телеграм":