Лю Цысинь «Вечная жизнь Смерти» - рецензия П. Можейко (часть 2 из 2)
НАЗВАНИЕ: Вечная жизнь Смерти
АВТОР: Лю Цысинь
ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: 死神永生
ISBN: 978-5-04-091564-4
ГОД ИЗДАНИЯ: 2023
ИЗДАТЕЛЬСТВО: «Fanzon»
СЕРИЯ: «Sci-Fi Universe. Лучшая новая НФ»
КОГДА МНОЙ ПРОЧИТАНО: Сентябрь 2023
ИСТОЧНИК: Оригинальная книга
О КНИГЕ (часть 2 из 2)НАЧАЛО РЕЦЕНЗИИ ТУТ:
https://vk.com/@pavelmazheikabooksreview-336-1
Работы по созданию светового двигателя (так в романе называются двигатели, позволяющие двигаться со скоростью, близкой к скорости света) в это время считаются преступлением, т.к. возможность разделения человечества на тех, кто сможет себе позволить улететь прочь (и выдать существование землян «темному лесу»), и тех, кто вынужден будет остаться на Земле породит многочисленные философские, социальные, политические и юридические проблемы, которые помешают консолидации общества для строительства космических убежищ. Но работы по световому двигателю все равно ведутся, подпольно.
«Открытие следов, оставляемых двигателями, искривляющими пространство, окончательно поставило крест на полетах со скоростью света, к которым и без того относились с огромным скепсисом. Конгресс Флотов и ООН быстро приняли законодательный акт, запрещающий любые разработки в данной области, и национальные государства сразу же приняли такие же. Этот запрет стал самой строгой из мер, направленных против развития технологии, со времен договора о нераспространении ядерного оружия триста лет назад. У человечества оставались теперь только две альтернативы: космические города-убежища и черный домен».
Вселенная снова преподносит сюрприз человечеству: ожидаемый удар «темного леса» был нанесен, но это не был сверхзвуковой фотоид, разрушающий звезду. На этот раз это была с виду простая полупрозрачная «бумажка» небольшого размера, в которой было трудно обнаружить угрозу всей Солнечной системе, пока… пока она не стала сворачивать все трехмерное пространство вокруг себя в два, т.е. в плоскость!
«— Адмирал, помните, вы сказали: «Она просто ничто. Внутри ничего нет»? Вы были правы. Эта «бумажка» и в самом деле ничто и ничего не содержит. Она — само пространство, такое же, как то, что окружает нас, — оно ведь тоже ничто и не содержит ничего. Но между ними существенная разница: то, другое пространство — двумерное. Это не кубик, а ломтик. Ломтик без толщины.
— А разве эта штука не испарилась?
— Испарилось защитное поле вокруг нее. Оно выступало в качестве упаковки, отделяющей двумерное пространство от трехмерного. Но сейчас оба вошли в соприкосновение. Вы помните, что видели «Синий космос» и «Гравитация»?
Никто не ответил, но все помнили: четырехмерное пространство падало в три измерения, словно водопад с обрыва.
— Как четырехмерное пространство схлопывается в три измерения, так и трехмерное пространство может схлопнуться в два; одно измерение свернется и уйдет в квантовый мир. Площадь этого фрагмента двумерного пространства — он имеет только площадь, без объема — будет быстро увеличиваться, захватывая все больше и больше трехмерного пространства... Участок космоса, в котором мы сейчас находимся, падает в два измерения. За ним последует и вся Солнечная система. Иными словами, Солнечная система превратится в картину без толщины».
Бумажка оказалась хитрой бомбой с отложенным стартом. Солнечная система начинает неумолимо с огромной скоростью расширения границ плоскости схлопываться в два измерения. Убежать от этой ловушки можно только на корабле, оборудованном световым двигателем. И лишь подпольно сделанный «Орион», принадлежащий Чэн Синь способен на это. Вместе с подругой АА («Эйэй») она отправляется на границу Солнечной системы, на Плутон, где расположен «Музей человеческой цивилизации», хранителем которого является автор Устрашения и предыдущий Держатель Меча Ло Цзи. Долгие поиски формата сохранения информации о человечестве, способного пронести ее через миллионы лет в неизменном виде, закончились весьма оригинальным решением.
«В те времена люди боялись, что конец света может настать в любой момент. Новые власти Федерации решили одновременно со строительством убежищ поставить и могильный камень человечеству, но официально этот объект назвали «Музей цивилизации Земли» — чтобы не выглядело слишком пессимистично. Главой проекта назначили меня. Первым делом мы задумались, как пронести информацию через геологические эры. Начальным ориентиром нам определили миллиард лет. Ха! Миллиард! Эти идиоты думали, что это раз плюнуть. <…> Мы искали информацию, которая сохранилась бы так долго. Узоры на доисторической керамике пережили примерно десять тысяч лет. Пещерные рисунки в Европе имели возраст сорок тысяч лет. Если считать информацией сколы на камнях, сделанные нашими предками-гоминидами, то им два с половиной миллиона лет. Но все-таки мы нашли информацию, которой сто миллионов лет, хотя оставили ее не люди. Это были отпечатки динозавров. <…> В тусклом свете она увидела, что та покрыта тесно выбитыми строками и рельефными картинками. Стена была не просто каменная; судя по виду, в нее вплавили какой-то металл, а может быть, покрыли поверхность чем-то долговечным — сплавом титана или золотом. Но в основе своей это ничем не отличалось от резьбы по камню. Шрифт был отнюдь не мелкий: каждый знак или буква занимали примерно квадратный сантиметр — еще один способ придать информации долговечность, потому что мелкий текст сберечь труднее».
Новая задача Чэн Синь и АА увезти часть памятных и знаковых артефактов человечества прочь от ловушки двухмерности и распределить их в пространстве таким образом, чтобы они, даже оказавшись в двумерном пространстве могли быть распознаны и восстановлены. Только есть одна большая проблема: двумерное пространство невидимо в трехмерном. Это не переформатирование, а настоящее исчезновение Солнечной системы…
«Двумерное не видно из трехмерного. Это потому, что в трехмерном пространстве есть такой параметр, как толщина — измерение, в котором свет, исходящий из четырехмерного пространства, поглощается или рассеивается. В двумерном пространстве толщины нет, поэтому свет пронизывает его насквозь, нигде не останавливаясь. Двумерный мир абсолютно прозрачен, и увидеть его невозможно.
— Нет вообще никакого способа? — спросила АА.
— Никакого. Теория не позволяет. Существует только один способ найти двумерную Солнечную систему из трехмерного пространства: по притяжению. Масса Солнечной системы никуда не делась, поэтому систему можно обнаружить как невидимый источник гравитации».
Ло Цзи, к тому времени уже уставший двухсотлетний старик, отказывается улетать вместе с девушками и готовится с достоинством принять надвигающуюся смерть. Девушки улетают к звезде DX3096, которую Юнь Тяньмин купил для Чэн Синь во времена программы «Наша цель — звезды». Там она встречает астронома с «Гравитации» Гуань Юйфэна, от которого узнает, что выжившие люди с кораблей «Гравитация» и «Синий космос» заселили четыре планеты, каждая из которых выбрала свой курс. Одна, например, стала «черным доменом», закрывшись от мира и «темного леса». Ученый делится знаниями о том, как устроена Вселенная, как в ней воюют, и чего можно ждать. На челноке Чэн Синь и Гуань Юйфэн отправляются посмотреть на инверсионные следы корабля неизвестной расы, но по пути попадают в ловушку рвущегося следа, оказавшись в участке с замедленным светом, т.е. в «черном домене». 13 лет полета в нем оборачиваются 18 миллионами лет, прошедшими на планете. Синь и Юйфэн единственные выжившие люди. Они читают высеченное в камне послание Тяньмин и АА, что можно спрятаться от грядущего схлопывания мира в «карманной» вселенной. Таких комнат в Большой Вселенной много, и каждая из них для своего создания забирает часть материи, а чем меньше материи, тем меньше вероятность того, что Большая Вселенная схлопнется и через новый Большой взрыв возродится заново. Если массы мало, то она просто бесконечно расширяется, пока не охладится и не замрет, убив все живое. От сообщества рас (Возвратников) Синь и Юйфэну приходит сообщение:
«Информация от Возвратников: общая масса нашей Вселенной упала ниже критической отметки. Вселенная из закрытой станет открытой, начнет неограниченно расширяться и медленно погибнет. С ней уйдет вся жизнь и вся память. Пожалуйста, верните массу, которую вы отняли, и отправьте в новую Вселенную только ваши воспоминания».
Чэн Синь и Гуань Юйфэн принимают последнее важное в истории человечества решение: возвращаются из карманной в Большую Вселенную, которая скоро возродится, но перед этим умрет, вместе с последними людьми, доказавшими свою ответственность перед будущим мира.
«Ничто не вечно под Луной» - знаем мы не первый век. Но и сама Луна далеко не вечна, как и планета, и звезда, вокруг которых она вращается, как и наша галактика… Смерть делает всех равными. И отдельно взятый человек, и Земля, и Солнце – одинаково смертны. Это позволяет по-другому соотнести себя с гигантами, которые способны светить ослепительным светом миллиарды лет. Сколько всего происходит за этот промежуток времени! А сколько всего происходит за нашу жизнь? И так ли уж важен тут масштаб тела? Лю Цысинь заставляет задуматься о том, что может все это и не имеет большого смысла, если итог все равно один. Или все же есть что-то в самом процессе, в самом существовании и осознании себя как личности, жаждущей жить, бороться и… надеяться. «Я хотя бы попробовал!» - говорит Макмерфи в романе Кена Кизи «Над кукушкиным гнездом», попытавшись сдвинуть тяжеленный кран, чтобы сбежать из психлечебницы. Человечество в трилогии Лю Цысиня пробует неоднократно, и каждый раз находит способы выжить. Да, делая ошибки, делая порой ужасные вещи, но неизменно выбирая Жизнь, выбирая СВОЁ существование, а не уничтожение ДРУГИХ. Расправиться с такой цивилизацией можно только переломав мир, в котором она обитает, и потому, самое страшное оружие во Вселенной, то оружие, которое используют высокоразвитые цивилизации в противостоянии «темного леса» - это оружие, меняющее законы природы (замедляющее свет и сворачивающее измерения).
«Основные законы Вселенной являются самым страшным оружием и самым эффективным средством обороны. Где бы это ни происходило — в Млечном Пути или Туманности Андромеды, в масштабе местной группы галактик или сверхскопления Девы, у противостоящих друг другу цивилизаций, владеющих технологией, неотличимой от божественной, не дрогнет рука воспользоваться основополагающими физическими законами как оружием. Для войны пригодны многие законы, но чаще всего пользуются количеством измерений пространства и скоростью света. Обычно уменьшение размерности пространства — средство нападения, а для обороны снижают скорость света. Удар по Солнечной системе понижением размерности был технически сложной атакой, знаком уважения. А в этой Вселенной заслужить уважение не так-то просто. Пожалуй, земной цивилизации оказали честь. <…> Удары размерностью постепенно приведут к тому, что больше и больше участков Вселенной будут становиться двумерными. А однажды двумерной станет вся Вселенная. Точно так же создание укреплений приведет к тому, что все области с пониженной скоростью света сольются, и различия между ними уравняются. Это новое среднее значение станет новой скоростью света во Вселенной».
Лю Цысинь описывает бесконечное противостояние, в котором в конечном счете проигрывают все. «Темный лес» - это не выбор, это трагическая судьба. Человечество не выбирало противостояние со всей Вселенной, но разделило незавидную участь остальных цивилизаций.
Вспомним, что говорили в своем последнем послании самые развитые (и, наверное, самые древние) цивилизации Возвратников: «отправьте в новую Вселенную только ваши воспоминания». Воспоминаниям они придавали самое главное значение. А что такое воспоминания? Во-первых, это наш опыт, а опыт – не что иное как результат действенного проживания жизни. Не будет ни опыта, ни воспоминаний, если лежать все время камнем в воде. Та активная деятельность, которую ведет и будет вести человечество, и эта неспособность «молчать» (с точки зрения концепции «темного леса») - с одной стороны пагубна, но с другой – это именно то, чем может гордиться наша цивилизация. Во-вторых, воспоминания – это информация. След от погибшей цивилизации должен остаться не материальный, не энергетический, а информационный. Поэтому важны не камни, и не слова, которые на них высечены хранителем «Музея», а важны смыслы, которые могут донести эти слова при должной расшифровке. Перефразируя: «я мыслил, значит я существовал». И тут важно вставить одну из самых важных цитат, которая могла затеряться за плотной канвой сюжета:
«Всем разумным существам предначертано стать настолько же великими, насколько велики их устремления».В этом квинтэссенция высказанных выше мыслей про информацию, деятельность и опыт.
«Цивилизация была безумным рывком вперед длиной пять тысяч лет. Прогресс порождал дальнейший прогресс; бесчисленные чудеса давали начало множеству других чудес; человечество, казалось, стало всесильным, как боги... И все же истинное могущество принадлежит времени. Оставить после себя след труднее, чем создать мир. Цивилизация подошла к своему концу, а единственное, что смогло сделать человечество, — это то же, что делало в далеком прошлом, когда было еще младенцем: высекло слова в камне».
Лю Цысиня справедливо ругают за довольно «плоских» героев. С другой стороны, часто ли можно встретить глубоко прописанных драматических персонажей в научной фантастике? Хорошо получился образ мятежной Е Вэньцзе в «Задаче трех тел» и первого Держателя Меча Ло Цзи в «Темном лесе». В остальном же, автор оперирует более крупными социальными стратами: государствами, организациями, цивилизациями… Но это не отменяет одного важного противостояния, которое мы постоянно встречаем в тексте: личность и толпа.
Широко известно, насколько важен коллективизм в Китае. Но в самых важных для человечества эпизодах, ключевую роль играют решения одного человека. Это и завязка всей истории (отправка сообщения трисолярианам Е Вэньцзе), и проект «Отвернувшиеся» с последующим Устрашением от Ло Цзи, и не нажатая Чэн Синь в роковую минуту нападения Трисоляриса на Землю кнопка, и решение капитана «Синего космоса» уничтожить остатки земного флота ради ресурсов, и тайная разработка бескомпромиссным Томасом Уэйдом светового двигателя, и решение Чэн Синь с Гуань Юйфэнем выйти из карманной вселенной, чтобы погибнуть со своим миром…
Толпа у Цысиня всегда инфантильна, глупа, поверхностна. Она обладает короткой памятью, и также легко восхваляет своих героев, как и предает их анафеме. Толпа – это размазанная ответственность, это бесконечные споры, это поиски «недостаточно соответствующих». Ей противопоставлена Личность, будь то Держатель Меча, Отвернувшийся, или летящий в капсуле мозг посланника к трисолярианам Юнь Тяньминя. Решение, которое принимает Личность – консолидировано, но полярно в своем выборе. Личности еще проще ошибиться, но решение может быть принято мгновенно. Та огромная ответственность, которая возлагается на такую Личность, отвечающую за всю цивилизацию, неизменно меняет человека, и обрекает его на проклятье теми, кого он защищает.
«Чэн Синь отметила, что за все время никто не поблагодарил Ло Цзи за пятьдесят четыре года его службы. Она не знала, собирались ли председатель СОП или начальник штаба сказать что-нибудь, но когда они готовились к церемонии, никакие благодарности уходящему Держателю Меча не планировались. Человечество не ощущало признательности перед Ло Цзи. В вестибюле старика остановили несколько мужчин в черных костюмах. Один из них сообщил:
— Господин Ло, от лица прокурора Международного трибунала мы извещаем, что вы обвиняетесь в предполагаемом мундициде. Вы арестованы, и по делу будет начато следствие.
Ло Цзи даже не взглянул на них и продолжил шагать к лифту. Помощники прокурора инстинктивно расступились. Наверное, Ло Цзи их вообще не заметил. Яркий огонь в его глазах сменился спокойствием заката. Он завершил свою трехсотлетнюю миссию и передал груз ответственности на плечи других. С этого момента, даже если феминизированное человечество и воспринимало его как дьявола и чудовище, оно будет вынуждено признать, что он добился неслыханной за всю человеческую историю победы».
То, что человечество доверяет свою судьбу всего лишь одному человеку, пусть даже и тщательно отобранному, выгладит сомнительно. Но как социальная модель для рассуждения – это интересно. Власть Держателя Меча в общем-то абсолютна. А абсолютная власть развращает абсолютно. Цысинь утверждает, что любой Держатель в глазах общества рано или поздно становится диктатором.
«Человечество осознало, что любая политика в отношении Трисоляриса должна принимать в расчет Держателя Меча. Без его одобрения ни одно земное решение не возымело бы на инопланетян действия. Таким образом, Держатель стал влиятельным диктатором, наподобие Отвернувшихся. Со временем Ло Цзи стали называть безрассудным маньяком и деспотом, убийцей планет. Люди поняли, что Эра Устрашения — странная эпоха. С одной стороны, человеческая цивилизация достигла невиданных высот, в мире царят демократия и права человека. Но, с другой стороны, над всей этой системой нависала тень диктатора. Эксперты полагали, что, хотя наука и технология обычно противодействуют тоталитаризму, при возникновении кризиса, угрожающего самому существованию цивилизации, наука может привести к созданию нового тоталитарного общества».
Цысинь подчеркивает, что люди устают бояться, и хватка «мертвой руки» рано или поздно ослабевает. Роль же Держателя – постоянно бдить, а значит, противоречить общему настроению. Старые угрозы обретают статус предрассудков.
«Со времен Эры Устрашения изучение концепции «темного леса» выросло в целую науку. Помимо теоретических исследований ученые проводили массу астрономических наблюдений и строили многочисленные математические модели. Но для большинства из них эта теория оставалась лишь гипотезой, которую невозможно ни доказать, ни опровергнуть. Истинными приверженцами теории «темного леса» были политики и народ. А народ выбирал, во что верить, исходя из собственного житейского опыта. В начале Эры Космической Передачи все больше и больше людей стало склоняться к тому, что теория «темного леса» — это всего лишь мания вселенского преследования».
Все больше расходясь с тем обществом, которое он защищает, Держатель обрекает себя на одиночество, то самое «одиночество в толпе». Делает ли оно кого-то лучше? А вообще, может ли Держатель (Личность в нашей модели) позволить себе мягкость и доброту? Цысинь нападением Трисоляриса утверждает, что нет.
«Чэн Синь удивленно воззрилась на Томоко.
— Мы построили графики в соответствии со степенью устрашения, присущей вашим личностям. Твоя составляла около десяти процентов, и твой график походил на извивающегося на земле червя. Степень устрашения Ло Цзи была девяносто процентов, его кривая походила на кобру, изготовившуюся к броску. Но Уэйд... — Томоко взглянула на просвечивающее сквозь клубы дыма заходящее солнце; над горизонтом оставался лишь самый краешек. В ее глазах мелькнул ужас, она встряхнула головой, словно отгоняя привидевшуюся ей картину. — Его график представляет собой прямую! В любых жизненных обстоятельствах его уровень устрашения всегда составляет сто процентов! Чистый дьявол! Если бы он стал Держателем Меча, ничего этого не случилось бы. Продолжалось бы перемирие. Мы уже прождали шестьдесят два года, но нам ничего бы не оставалось, как ждать еще — может быть, пятьдесят лет, может быть, дольше. И тогда Трисолярису противостояла бы Земля, равная нам в технологии и могуществе. Нам пришлось бы договариваться... Но мы знали, что человечество выберет тебя.
Томоко размашистым шагом направилась прочь. Немного отойдя, она обернулась и крикнула застывшим в молчании Чэн Синь и АА:
— Ничтожные клопы, готовьтесь отправиться в Австралию!»
В «Вечной жизни Смерти», что неудивительно, много смерти. Гибнут корабли, города, планеты, звезды и галактики… Но трудно найти сентиментальность и печаль у автора по погибающим. Даже по поводу гибели основных героев. Цысинь эмоционально сух и не романтизирует смерть. Герои уходят из жизни немного пафосно, но смиренно. Правда, есть в романе одна из самых «красивых» смертей, которые можно встретить в научной фантастике:
«— Благодарю всех за то, что до конца исполнили свой долг, — промолвил Василенко. — Мы хорошо работали вместе, пусть и недолго.
— А я благодарю всех представителей человеческой расы, — сказал Айс. — Однажды мы все жили в Солнечной системе.
«Омега» выпала в двумерное пространство. Всего за несколько секунд она превратилась в тончайшую пленку. Огни, подобные фейерверку, еще раз осветили космический мрак. Эта громадная плоская фигура была хорошо видна с «Аляски», находившейся в ста тысячах километров от сцены трагедии. Можно было ясно различить каждого человека на борту «Омеги»: они лежали бок о бок, держась за руки, и каждая клетка их двумерных тел была открыта всему космосу.
Они стали первыми изображениями на грандиозном полотне смерти».
Красной нитью через роман проходит мысль о том, что экспансия человечества в космос потребует Нового человека. Даже оставаясь на Земле, Держатели Меча и Отвернувшиеся – это были не совсем обычные люди. И большой вопрос, сколько в человеке, вышедшем за пределы земной атмосферы, столкнувшемся с другой цивилизацией и экзистенциальной угрозой, незримо присутствующей каждую секунду во Вселенной, от того человека, которым являемся сегодня мы?
Особенно трагично нарисован Новый человек в суде над экипажем «Бронзового века», который вполне справедливо считал, улетая в дальний космос, что человечество уничтожено и именно ему предстоит его как-то возродить ЛЮБЫМИ СРЕДСТВАМИ. Экипаж выбрал жесткую дисциплину, тоталитаризм…
«Когда экипаж «Бронзового века» понял, что нам суждено быть вечными странниками, мы тоже построили тоталитарное общество. Вы знаете, сколько нам понадобилось времени? Пять минут. Именно так. Мы созвали общее собрание, и через пять минут подавляющее большинство членов экипажа стали сторонниками тоталитарных идей. Затерянным в космосе нужно не более пяти минут, чтобы скатиться в тоталитаризм».
… и каннибализм!
«РОВИНСКИЙ: Нам всем под кожу левой руки ввели чип для идентификации, он не больше рисового зернышка. Порой чип не разрушался в котле. Я уверен, что этот человек увидел чип в своей тарелке, достал личный коммуникатор и прочел, кому он принадлежал.
СУДЬЯ: Порядок! Порядок в зале суда! Пожалуйста, вынесите упавших в обморок. Мистер Ровинский, вы, конечно же, понимали, что нарушаете самые фундаментальные законы, которые делают нас людьми?
РОВИНСКИЙ: Мы подчинялись другой морали, вам ее не понять. В битве Страшного суда «Бронзовому веку» пришлось превысить конструктивно допустимое ускорение. Реакторы оказались перегружены, на два часа отключилась система жизнеобеспечения, многое вышло из строя. Ремонт занял продолжительное время. Системы гибернации тоже пострадали; мы смогли положить в анабиоз только пятьсот человек. Оставалась тысяча человек, которым надо что-то есть. Без дополнительного источника пищи половина экипажа умерла бы от голода.
Даже если не учитывать эти обстоятельства, перед нами лежала дорога в бесконечность. Как можно бросить в космосе так много бесценной белковой массы?
Я не пытаюсь оправдаться и не оправдываю действий кого-либо еще на «Бронзовом веке». Теперь, когда мой образ мышления вновь стал земным, мне тяжело рассказывать о происшедшем. Очень тяжело».
Для открытого космоса и околосветовых скоростей нужен Новый человек… Как не вспомнить тут еще и мозг Тяньминя, полетевший в капсуле к Трисолярианам. Взгляды Цысиня в этом вопросе довольно пессимистичны.
«Мне почти нечего сказать — кроме предостережения. Когда жизнь вышла из океана на берег, начался новый этап эволюции. Однако первые рыбы, выползшие на сушу, перестали быть рыбами. Точно так же, когда люди порывают с Землей и теряются в просторах космоса, они перестают быть людьми. И я скажу всем вам: если задумаетесь о том, чтобы навсегда улететь в космос, откажитесь от своих намерений. Вы заплатите непомерную цену».
Роман «Вечная жизнь Смерти» по праву можно назвать мультижанровым. Технология гибернации, которой пользуются почти все главные герои, отражает путешествия во времени. В книге много социального и политического, это ярко выражено в тех эпизодах, где объединенные силы Земли пытаются договориться между собой и выработать общее решение проблем. Можно встретить здесь и юридические драмы, с эпизодами суда над расчеловечившимся экипажем «Бронзового века». Еще это и роман-катастрофа, причем катастроф здесь ни одна: гибель космического флота, захват Земли, гибель Солнечной системы, гибель Вселенной…
Особенно удачная находка Лю Цысиня – это сказки Юнь Тяньмина. Это действительно три неплохие сказки, интересные сами по себе. Но еще интереснее разгадывать те метафоры, в которые он заложил двойные смыслы, чтобы передать важную информацию людям. Лично мне удалось разгадать их лишь частично. Выбор сказок, как инструмента передачи секретной информации – это не только интересно с точки зрения автора, т.е. с литературной, но и сущностно, ведь сказка – это универсальный шифр, отражающий богатую культуру человечества и ее метафоричность. Помните, как во второй части трилогии «Темный лес» трисоляриане не могли понять людей, а точнее их умение врать? Умение выдумывать, обманывать, искажать и обыгрывать информацию – наш козырь, основа культуры человечества и гибкости нашего нередко алогичного мышления.
Еще роман «Вечная жизнь Смерти» - это местами книга-аттракцион. Довольно интересно описан опыт пребывания действующих лиц в четвертом измерении или в «черном домене» с замедленной скоростью света.
«Невозможно заглянуть в четвертое измерение из трехмерного пространства. Но можно, находясь в четырехмерном пространстве, видеть все, что происходит в трехмерном, и воздействовать на предметы в нем. Мы устроили засаду на «капли» в четырехмерном пространстве. Как бы ни были прочны зонды сильного взаимодействия, они всего лишь трехмерные объекты. В этом смысле трехмерность — синоним уязвимости. Из четырехмерного пространства «капли» представились нам чертежами-развертками, совершенно беззащитными. Мы проникли внутрь и, не понимая их устройства, просто стали крушить все подряд».
К слову, на этот раз Цысинь использует чуть поменьше отсылок к различным философским течениям, математическим и физическим моделям, концепциям, ученым. Третья часть «Воспоминаний о прошлом Земли» оказалась самой фантастической.
И конечно же, роман интересен образами будущего и технологическими придумками автора. Давайте рассмотрим некоторые из них.
ОБРАЗЫ БУДУЩЕГО. Процесс эвтаназии.
«Сотрудник рассказал Лао Ли, что на экране загорится вопрос, и этот вопрос зададут пять раз. Под вопросом будут кнопки, пронумерованные от нуля до пяти. Если Лао Ли желает ответить утвердительно, он должен щелкнуть мышкой на кнопке с номером, написанным в инструкции на экране; для каждого вопроса компьютер выберет случайный номер. Если же Лао Ли захочет ответить отрицательно, он должен нажать «ноль», и процедура немедленно остановится. Обычных кнопок «да» и «нет» не предусматривается. Человек в белом халате объяснил, что такой сложный метод не позволит пациенту нажимать одну и ту же кнопку раз за разом, не думая об ответе».
ОБРАЗЫ БУДУЩЕГО. Отказ от маскулинности.
«За все дни с момента пробуждения она не увидела ни одного мужчины.
— Ты о чем? Они же везде! — АА указала на людей вокруг. — Видишь вон там парня, прислонившегося к перилам? Тут трое. А эти два идут в нашу сторону.
Чэн Синь не верила своим глазам. У тех, на кого указала АА, были гладкие, красивые лица, они носили прическу до плеч, и казалось, что в их тонких, гибких телах даже кости мягкие. Мужчины двигались грациозно и плавно. Ветер доносил до нее ласково журчащие голоса... В ее эпоху таких мужчин назвали бы женоподобными. Через мгновение она поняла. Дело к этому шло уже давно. Мужественность в ее традиционной форме перестала считаться идеалом еще с конца 1980-х годов. С тех пор и общество, и мода предпочитали мужчин, похожих на женщин. Она вспомнила, что однажды приняла нескольких поп-звезд, мужчин-азиатов, за девушек».
ОБРАЗЫ БУДУЩЕГО. О литературе.
«Художественная литература исчезла больше ста лет назад. То есть «литература» и «писатели» продолжали существовать, но повествование теперь не писали, а монтировали как набор цифровых образов. Классические романы и рассказы считались нынче старинными диковинками. Во времена Великой пади были утеряны произведения многих прежних авторов».
ТЕХНОЛОГИИ. Связь.
«С развитием науки и техники человечество узнало о двух намного более эффективных методах связи: с помощью нейтрино и гравитационных волн. Грависвязь легла в основу системы устрашения, развернутой человечеством против Трисоляриса. Теория «темного леса» значительно изменила человеческую цивилизацию.
ТЕХНОЛОГИИ. Модульные корабли.
«Гравитация» стала первым кораблем звездного класса, построенным после битвы Судного дня. В эру Устрашения космические корабли больше не собирали по жестким типовым схемам. Вместо этого крупные корабли состояли из многочисленных модулей, образовывавших различные конфигурации».
ТЕХНОЛОГИИ. Астрономия.
«Честь открытия планет в системе DX3906 принадлежала кандидату наук, астроному по имени 艾 АА. В своей диссертации она предложила методику использования гравитационного поля одной звезды в качестве линзы для наблюдений за другой».
ТЕХНОЛОГИЯ. Производства, рассчитанные под разную силу тяжести.
«Существовали убежища и еще более странных форм. По большей части это были промышленные или сельскохозяйственные объекты без постоянных жителей. Например, город под названием Ресурс I насчитывал в длину 120 км, зато диаметром был всего три, то есть напоминал тонкую палку; и вращался он не вдоль продольной оси, а кувыркался вокруг центра. Внутренность его была поделена на уровни, тяготение в которых резко варьировалось. Для жизни были пригодны только несколько уровней, на остальных же размещались промышленные производства, приспособленные для различной силы тяжести. По словам Цао Биня, вблизи Сатурна и Урана существовали другие города, составленные из нескольких таких «палок» в виде креста или звездочки».
ТЕХНОЛОГИЯ. Гелиоцентрический ускоритель частиц.
«Шлюпка остановилась и зависла поблизости. Чэн Синь прикинула, что диаметр всей структуры составлял около двухсот метров, а толщина кольца — метров пятьдесят.
— Перед тобой гелиоцентрический ускоритель частиц, — сказал Цао Бинь с благоговением.
— Какой-то он... маленький...
— Ох, прошу прощения, я неясно выразился. Это один из его разгонных соленоидов. Всего их три тысячи двести, они расположены в полутора миллионах километров друг от друга и образуют кольцо вокруг Солнца, поблизости от орбиты Юпитера. Частицы проходят сквозь центр, разгоняются в силовом поле, создаваемом обмоткой, и летят к следующему соленоиду, где разгоняются опять... За время эксперимента частицы неоднократно облетают Солнце.
Когда Цао Бинь раньше говорил о гелиоцентрическом ускорителе частиц, Чэн Синь представляла его себе в виде гигантского бублика в космосе. На самом же деле выстроить вокруг Солнца сплошную «Великую стену» хотя бы в границах орбиты Меркурия было бы равносильно «Инженерному проекту Господа Бога». Сейчас Чэн Синь наконец сообразила: наземному ускорителю требуется закрытое кольцо-труба, чтобы поддерживать внутри вакуум, но ведь в космосе такая труба не нужна! Частицы могут просто лететь сквозь пространство, ускоряясь в одном соленоиде за другим. Чэн Синь невольно повернула голову и вытянула шею: а вдруг удастся разглядеть соседний?..
— Следующий разгонный соленоид находится в полутора миллионах километров отсюда, то есть в четыре или пять раз дальше, чем Луна от Земли. Ты его не увидишь, — сказал Цао Бинь. — Этот суперколлайдер способен разгонять частицы до энергетического уровня Большого Взрыва».
ТЕХНОЛОГИЯ. Патроны из антивещества.
«Вид у патронов такой же, как в старину, но начинка совершенно новая. Фактически до того новая, что эти штуки можно назвать боеприпасами будущего. Пуля представляет собой сверхпроводящий контейнер, внутри которого чистый вакуум. Магнитное поле удерживает в середине пули маленький шарик так, чтобы он не касался оболочки. Шарик состоит из антивещества».
Завершение трилогии у Лю Цысиня получилось бесспорно масштабным, но сюжет стал еще более фантастическим, наполненным более глобальными событиями (что повредило погружению и созданию более продуманных сложных персонажей), фрагментированным и.. самоповторяющимся. Некоторые идеи весьма спорны, хотя и красивы, но стоит отдать должное, без них сложно было бы заставить Вселенную «красиво погибнуть». Могла бы эта книга быть потоньше? Могла. Но не объем ее проблема. Дело в том, что сюжет напоминает синусоиду. Здесь мы видим постоянные качели взаимных угроз тотального уничтожения. То «бодаются» Трисолярис и Земля, то Земля и «темный лес». После третьего подхода к ситуации «мы все умрем!» становится предсказуемо и даже немного скучновато. «Шо, опять!?». Это напоминает двух супругов, которые регулярно ссорятся, грозя поубивать друг друга, но в итоге успешно проживают долгую совместную жизнь.
Радует, что автор не опустился до «внезапного хеппиэнда», да и вообще, до хеппиэнда в целом. Такой мрачный космос интереснее радужных грез. Но даже в таком мрачном космосе есть смысл жить, творить, бороться за жизнь и развивать себя. История человечества, описанная в трилогии Лю Цысиня это доказывает. Прав Конфуций: «На самом деле, жизнь проста, но мы настойчиво её усложняем».
МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:
Довольно неплохо оформленное издание научно-фантастической прозы.
Формат стандартный (145x215 мм), твердый переплет, суперобложка, 688 страниц, заглавные иллюстрации.
Достоинства издания: хорошее качество печати; твердый переплет; суперобложка; наличие колонтитулов; информация об авторе; подробное оглавление; хорошо выделенные заголовки; тематические заглавные иллюстрации и оформление обложки; предисловие переводчика; список действующих лиц.
Недостатки издания: ссылки в сносках на «Википедию», тем более русскую, не лучшее решение; не отслежено одинаковое написание имен (в тексте «Чэн Синь», а в хронологии на форзаце «ЧэнЬ Синь».
ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:
Да. Конечно, хотелось дочитать трилогию, чьи первых два тома очень понравились. Могла бы третья часть быть лучше? На мой взгляд да. Тем не менее, в книге много интересных и оригинальных идей, а сам финал действительно масштабный.
КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:
Любителям космооперы и фантастики-катастроф с элементами политики, социологии, утопии. Тем читателям НФ, для которых важнее интересные идеи, нежели захватывающие приключения и харизматичные персонажи.
ТЕГИ: Научная фантастика, социальная фантастика, будущее, идеи, технологии, общество, космос, наука, контакт, Солнечная система, Вселенная, катастрофа, кризис.
ВИДЕО В ТЕМУ: В одном из выпусков популяризатор науки и физик Дмитрий Побединский рассмотрел 4 сценария гибели Вселенной: тепловая смерть, Большой хлопок, Большое замерзание, Большой разрыв.
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
https://t.me/pavelmazheikabooksreview
Мои рецензии на моих страницах:
Группа "ВКонтакте":
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
Канал в "Телеграм":