Уэйд Грэхем «Dream Cities: 7 урбанистических идей, которые сформировали мир» - рецензия П. Можейко (часть 2 из 2)
НАЗВАНИЕ: Dream Cities: 7 урбанистических идей, которые сформировали мир
АВТОР: Уэйд Грэхем
ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: Dream Cities: Seven Urban Ideas That Shape the World
ISBN: 978-5-699-96759-9
ГОД ИЗДАНИЯ: 2018
ИЗДАТЕЛЬСТВО: «Бомбора»
ИСТОЧНИК: Оригинальная книга
О КНИГЕ (часть 2 из 2)НАЧАЛО РЕЦЕНЗИИ ТУТ:
https://vk.com/@pavelmazheikabooksreview-313-1
Концепция «города широких горизонтов» (децентрализованные антигорода) Фрэнка Ллойда Райта:
«Концепция Райта стала развитием более ранних вариантов сельского Эдема: она включала в себя современные технологии. Город широких горизонтов был не простым возвращением к земле, а полным сломом искусственного разделения на городской и сельский образ жизни. Но эта модель несла в себе целый ряд противоречий. <…> Город широких горизонтов не походил на город. Он, скорее, представлял собой небольшой городской центр и маленькие городки, разбросанные вокруг центра на преимущественно плоской местности. Дома находились на большом расстоянии друг от друга. Они буквально терялись в виноградниках, фруктовых садах, лесах и фермерских полях. <…> Город широких горизонтов целиком зависел от личных автомобилей – машина должна была иметься у каждой семьи. В более поздних вариантах плана предусматривалось небольшое количество «аэроторов» – личных вертолетов футуристического вида. <…>
Юсонианские проекты Райта широко обсуждались и копировались. Они стали высоким архитектурным шаблоном для того, что стало самым распространенным типом отдельно стоящего дома в годы послевоенного бума пригородного строительства – дома-ранчо. Еще одно наследие Райта, которое страшно не понравилось бы самому архитектору, это «мобильный дом» и обилие подобных домов в американском пейзаже. Возможно, не Райт был изобретателем подобного жилища, но он, несомненно, оказал серьезнейшее влияние и на дизайн, и на те ценности, которые сделали «мобильные дома» привлекательными для миллионов людей: низкая стоимость, возможность расширения, расположенность на дешевых, полусельских землях. Кроме того, подобные дома обеспечивают ту самую независимость, которую Райт сам считал главной ценностью своей архитектуры. Это было воплощение в жизнь его теории о том, что автомобиль способен полностью изменить город, «открыв дверцу клетки» и дав людям «возможность ехать». И они поехали исследовать пригороды и дальше, на самые окраины городских зон, где можно было ощутить полную свободу в условиях низкой плотности населения. Другое изобретение райтовского Города широких горизонтов – это придорожный рынок. Его можно считать предшественником вездесущих торговых центров на автомобильных трассах. Такие здания воплощали в себе новый вид радикально децентрализованного антигорода».
Пространство как граница:
«Принцип: разделение через строгий пространственный контроль. И то, что мы видим сейчас, – именно это так тщательно планировал Райт. Сравните его идеи с определением роста городов за счет сельской местности, которое дал градостроитель и архитектор Джон Даттон: «рассеяние, децентрализация, отсутствие четких границ и доминирование автомобилей». Вид из окна самолета показывает, что американцы, сами того не сознавая, фактически реализовали идеи Райта о безграничном пространстве, на котором господствуют автомобили, и псевдосельские поселения покрыли весь континент от побережья до побережья, а единственными ограничениями для них являются горы, водоемы и пустыни. В этом есть некая ирония судьбы: если Райт считал свои дома-усадьбы средством частичной экономической независимости, жители реальных пригородов целиком и полностью зависят от огромных внешних корпораций и банков, а все необходимые услуги им оказывает центральное правительство».
Реакция на пространство – скученность. Канадско-американский теоретик городского планирования и одна из основоположниц движения нового урбанизма Джейн Джейкобс предлагает реформировать городские улицы. Свои идеи она высказала в нашумевшей книге «Смерть и жизнь больших американских городов» (1961).
«Города, по определению, полны посторонних, и их безопасность обеспечивается сообществом – торговцами, хозяевами магазинов, родителями, гуляющими и даже барменами, – а не полицией. Необходимой основой является доверие, которое медленно возникает из «сети мелких повседневных событий в жизни каждого»: «Доверие городской улицы формируется с течением времени из огромного множества мелких общественных контактов на тротуарах. Оно возникает, когда люди останавливаются у бара, чтобы выпить пива, получают советы от бакалейщика и делятся советами с продавцом газет, сравнивают свое мнение с мнением других посетителей кондитерской, здороваются с мальчишками, пьющими газировку в парке и глазеющими на девчонок в ожидании, когда их позовут обедать. Доверие возникает, когда люди журят расшалившихся детей, узнают о рабочих местах от сантехника, занимают доллар у аптекаря, восхищаются младенцами друг друга и с симпатией оценивают новое пальто… В результате… у людей возникает ощущение общественной идентичности, сеть публичного уважения и доверия, осознание личных и общественных потребностей. Отсутствие такого доверия – катастрофа для городской улицы. Но возникновение его невозможно формализовать». Первой целью градостроителей должно стать «создание живых и интересных улиц».
Джейкобс и ее идея разнообразия:
«Джейкобс весьма убедительно подводит итог своим наблюдениям: «Чтобы обеспечить яркое разнообразие городских улиц и кварталов, необходимы четыре условия». Во-первых, район должен исполнять более одной основной функции: необходимо «близкое разнообразие функций, которые будут постоянно поддерживать друг друга и экономически, и социально». Во-вторых, кварталы по большей части должны быть короткими, чтобы люди имели возможность разнообразить свои маршруты и получать больше возможностей для взаимодействия. Короткие кварталы увеличивают полезную площадь улиц, что расширяет «пул экономического использования». Длинные кварталы, особенно там, где жилье отделено от бизнеса, приводят к появлению «угнетающе длинных, монотонных и темных участков – Великому царству скуки, с кричаще-яркими разрезами через большие интервалы. Это самый типичный пример неудачной планировки городских кварталов». В-третьих, в городских районах должны соседствовать дома разного возраста и состояния, что обеспечивает экономическое разнообразие. Джейкобс полагала, что более старые дома с низкой арендной платой будут доступны для людей с небольшими доходами, что даст новые возможности молодежи и начинающим предпринимателям. И, в-четвертых, в районе должна быть достаточно плотная концентрация людей. Это условие, по мнению Джейкобс, вытекало из первого требования – сочетания функций. В такой ситуации люди будут наполнять квартал в разное время суток. Выполнение этого условия зависит также от достаточной плотности жилья. Джейкобс указывала, что высокая плотность и перенаселение – это не одно и то же. «Перенаселение и высокая плотность жилья никогда не идут рука об руку». Планировщики городов должны добиться второй цели, не скатываясь к первой. Выполнение четырех условий ведет к обеспечению разнообразия и достижению успеха: успешные улицы порождают успешные кварталы, затем успешные районы, а из успешных районов создаются успешные города. Одно вытекает из другого. «Городское разнообразие допускает и стимулирует дальнейшее развитие разнообразия». Джейкобс не давала гарантий, но утверждала, что при выполнении этих четырех условий «городская жизнь получит наилучшие шансы».
Постепенно обрел свою популярность новый формат торговли – большие торговые центры, которые в свою очередь стали новым стимулом развития городов. Торговые центры стали местом, где можно было одновременно сделать покупки, отдохнуть, развлечься и встретиться с друзьями.
«Шопинг – это несерьезно, об этом говорил еще Цицерон: «Все торговые сделки можно назвать бесчестными и подлыми». Архитектура же всегда отстаивала свой статус высокого искусства. Естественно, что она не хотела иметь ничего общего с коммерцией. Ну разве что только для оплаты счетов. Луис Салливен построил универмаг, Фрэнк Ллойд Райт – бутик, Рудольф Шиндлер – пару магазинов. Первым проектом Йо Мин Пея стал торговый центр. Но все эти творения редко включают в список канонических «шедевров» этих мастеров. И все же нужно признать, что шопинг в виде торговли открыл второе дыхание для городов. Шопинг был и остается животворящей кровью, пульсирующей в их сердцах. Дизайн шопинг-центров неотделим от дизайна городов с незапамятных времен, и он остается главным ориентиром для будущего городов. Если мир превращается в торговый центр, то не становится ли шопинг стимулом развития городской формы? Обмен товарами заставляет людей собираться вместе, собрание людей порождает общество. Шопинг порождает движение и плотность. Если все это так, то высокая концентрация шопинга максимально усиливает урбанизм».
Первый мегамолл:
«Первый мегамолл пришел к нам прямо из сада. Пакстон родился в 1803 году. Он был седьмым сыном в семье фермера из Бедфордшира. В 15 лет он стал помощником садовника, а затем стал работать в садах Садоводческого общества в Чизвике, где произвел большое впечатление на герцога Девонширского, и тот предложил 20-летнему юноше стать главным садовником своего поместья Четсуорт. Здесь Пакстон смело экспериментировал – строил фонтаны, теплицы и зимние сады. Кульминацией его усилий стала огромная Большая оранжерея, построенная в 1837 году. Оранжерея была 70 метров в длину и 37 метров в ширину. Ее венчала ребристо-бороздчатая система расходящихся тонких балок, поддерживающих стеклянные пластины. Обогрев оранжереи осуществлялся с помощью бойлера, разгонявшего пар по железным трубам. В 1849 году Пакстон сумел добиться цветения экзотической водяной лилии «Королева Виктория», присланной с Амазонки. Это не удавалось даже королевским садовникам из Кью-гарденз. Наблюдая за тем, как лилия поднимается над слишком маленьким для нее 3-метровым бассейном, Пакстон обратил внимание на структуру листа – так ему пришла в голову идея, которая легла в основу потрясающего стеклянного дворца. Первые эскизы он набросал в июне 1850 года, а в мае следующего года Хрустальный дворец уже был построен. За полгода, что шла выставка, дворец посетили шесть миллионов человек со всего мира. Даже критики Хрустального дворца не могли сдержать завистливого восхищения: «Мы откровенно признаем, что замерли в восхищении перед беспрецедентными внутренними эффектами этого строения… общая легкость и волшебное сверкание, о котором раньше нельзя было и мечтать, и, самое главное… очевидная достоверность и реальность конструкции, которая превосходит самые смелые ожидания. И все же в нас крепло убеждение в том, что это не архитектура; это чудо инженерной мысли, обладающее высочайшими достоинствами, но не архитектура».
Торговые центры «папы мегамоллов» Виктора Грюна стали появляться по всей Америке. Но почему в них так важно было поддерживать «вечную весну»?
«Грюн активно пропагандировал свои новации. Он был убежден в том, что будущее – за закрытыми торговыми центрами: «Круглогодично обеспечивая климат “вечной весны” с помощью искусных архитекторов и инженеров, торговый центр сознательно заботится о покупателе, а тот в благодарность проделывает большой путь, посещает центр чаще, задерживается на дольше и, следовательно, обеспечивает высокий уровень продаж». Чтобы окончательно убедить застройщиков оплачивать дополнительные расходы, Грюн составил таблицы времени и расстояния, которое человек «готов пройти в разных климатических условиях». Он «эмпирически» доказал, что инвестиции в кондиционирование воздуха приносят свои плоды. По его расчетам, закрытый торговый центр с климат-контролем был в десять раз эффективнее городских улиц, лишенных подобных удобств».
Наконец, после всех описанных изменений и трансформаций, появилась новая концепция, признающая вечную изменчивость городов. Так появилась концепция «города-метаморфозы», архитектура стала использовать формы и язык биологии. Японский архитектор Кисё Курокава становится одним из основателей так называемого «движения метаболистов» в архитектуре.
«Начал формироваться ряд принципов: город может вторгаться на новые территории, в том числе в море, в небо и на искусственную землю; должно идти постоянное обновление, позволяющее строениям адаптироваться к модернизации и изменениям (или катастрофам) природы; необходима «групповая форма», то есть включение спонтанного строительства и сноса, инициируемого обществом вне контроля дизайнеров. Не один Курокава был склонен к определенному мистицизму: «Архитектура, которая неотделима от земли, отделяет себя от нее, расширяясь и устремляясь к вселенной». Многие проекты вдохновлялись внешним видом бактерий, с их бесконечно повторяющимися и расширяющимися клеточными структурами. Архитекторы использовали язык биологии для описания городских функций и структур, которые должны изменяться со временем – то есть проходить «метаморфоз». Так появился японский термин shinchintaisha, обозначающий замену старого новым. Он вполне согласовывался с синтоистской доктриной смерти и обновления через виталистическую жизненную силу и с традицией непостоянства, характерной для старинных японских построек. Самым знаменитым примером такого непостоянства мог служить храм Исэ, который с 690 года н. э. перестраивался каждые 20 лет. Тангэ и Кавадзоэ были свидетелями реконструкции 1953 года и в 1961 году опубликовали книгу «Исэ: Прототип японской архитектуры». В ней они воспевали простоту храма, модулярность и использование готовых конструкций. Точно так же периодически заменялись капсулы Города башен Кикутакэ и функционировали приливы в его Морском городе. Курокава очень точно уловил тенденции нового японского мышления, выходящего за рамки жестких категорий архитектурного конгресса. Японские архитекторы стремились «понять сдвиг от века механического к эпохе биодинамической». Это был ключевой момент – от восприятия промышленного города и его проблем, характерных для XIX века, к сложному, изменчивому городу ХХ века, всегда непостоянному и всегда приспосабливающемуся. Японский термин shinchintaisha переводится как «метаболизм».
Книга «Dream Cities» - это не только отличное путешествие в историю прежде всего американской культуры, истории и архитектуры, но еще и описание того, как с каждым новым поколением меняется концепция обустройства динамически развивающихся городов. Очевидно, что ничего универсально совершенного пока еще не придумано, и кому-то будет хорошо в небоскребе в центре перенаселенного мегаполиса, а кто-то души не чает в уютном одиноко стоящем особняке рядом с лесом, кто-то выбирает степенное течение пригородной жизни, а кто-то чувствует азарт от стремительного ритма строгих столичных бизнес-центров. Ни одна из хоть в какой-то степени реализованных идей не пропадет бесследно. Новые поколения архитекторов и градостроителей берут лучшее из них (или просто подходящее) и используют в своих новых идеях. Бесконечная изменчивость города признак того, что это живой организм, который является отражением социальных и экономических процессов, новых открытий в науке и инженерном деле, новых направлений в культуре. Однако, следует помнить, что город зиждется прежде всего на своем прошлом, и потому так важно его знать. Ведь как писал Виктор Гюго: «Зодчество было главной летописью человечества».
МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:
Качественное издание в традиционном для научно-популярной литературы оформлении.
Формат расширенный (170x240 мм), твердый переплет, без суперобложки, 288 страниц, без иллюстраций.
Достоинства издания: хорошее качество печати; белая бумага; твердый переплет; обращающая на себя внимание обложка; наличие колонтитулов; информация об авторе; подробное оглавление; хорошо выделенные заголовки и цитаты; примечания; чуть укрупненный размер шрифта, удобный для чтения.
Недостатки издания: книге катастрофически не хватает иллюстраций, и это единственный, но большой минус.
ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:
Да. Очень интересно написанный, увлекательный, изобилующий фактами и отсылками рассказ о том, как менялся город в XIX и XX веке.
КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:
Книга будет интересна тем, кто любит города и, не являясь специалистом в области, интересуется архитектурой, урбанистикой и историей, и взаимопроникновением этих дисциплин.
ТЕГИ: Нон-фикшн, науч-поп, архитектура, урбанистика, города, улицы, постройки, транспорт, жилье, история, США.
ВИДЕО В ТЕМУ: Ниже представлена визуализация стремительного роста города Нью-Йорк за несколько веков. Также на канале можно найти такие же визуализации для европейских городов (Лондон).
https://vk.com/pavelmazheikabooksreview
https://t.me/pavelmazheikabooksreview
=> Эта рецензия на "живой книге (мой ник PavelMozhejko) <=