Сила тысяч: Музыка — это математика, а математика — это магия

Цепкий Корень была тесно знакома с чувством навязчивой тревожности. Оно часто посещало ее с самого детства. Гноллка надеялась, что вне родного дома и клана ей станет легче, но прибытие в Магаамбию лишь все усугубило. Каждый проект, задание или презентация добавлялись в высоченную шаткую башню ожиданий окружающих, к вершине которой она безуспешно карабкалась с самого рождения.

Так что совсем неудивительно, что неожиданный стук в дверь заставил ее душу уйти в мохнатые пятки.

— Э-э... м-минутку, — отозвалась она, в спешке пытаясь навести порядок в бумагах и книгах перед собой.

— У меня сообщение, — крикнула Эси через дверь. — Учитель От сказал, что хочет тебя видеть.

Сердце Цепкого Корня застучало с бешеной скоростью. Ту-тум. Ту-тум. Ту-тум.

— Он не сказал зачем?

— Нет. Зато попросил добавить, что тебе ничего не грозит, что ты не сделала ничего плохого и можешь не спешить, а прийти, когда будет удобно, что это не срочно, и он на тебя не злится.

Ну. От этого ситуация стала по крайней мере вполовину менее страшной.

— А, и вот еще что. Он сказал захватить инструмент.

Цепкий Корень нашла Такулу Ота во дворе, где он отдыхал под небольшим деревцем. Наставник сидел с закрытыми глазами, держал на коленях мбиру и лениво пощипывал металлические чешуйки. Мягкое бренчание металла было знакомо всем его ученикам. Мбира была довольно популярным инструментом в Нантамбу, но иностранцы считали ее очень странной. Мол некоторые ноты звучат не так, как от них ожидают, и это отвлекает от мелодии.

Такулу пока не заметил Цепкий Корень, и у нее в голове промелькнула мысль развернуться и отправиться обратно в комнату. Но в конечном итоге это лишь продлило бы ее беспокойство. Лучше разобраться сейчас.

— Учитель От? — все же позвала она.

Его руки замерли. Он поднял взгляд.

— А, тебя-то я и хотел увидеть, — сказал он, слегка улыбнувшись. Казалось, что улыбка посещает его лицо гораздо чаще всех других выражений вместе взятых. — Эси передала мое сообщение?

Цепкий Корень полезла в сумку и достала флейту из слоновой кости.

— Великолепно! Тебе, наверное, интересно, зачем я тебя позвал. Видишь ли, я чувствую, что слегка халатно отнесся к выбору подхода в преподавании тебе некоторых элементов мистического заклинательства. Я обожаю математику и считаю, что она представляет собой прекрасную параллель мистицизму. И там, и там есть уникальные формулы, которые можно разбить на составные части, решить, вычислить и... — Такулу вовремя посмотрел на собеседницу, увидел, как прижались уши Цепкого Корня и смущенно прочистил горло. — Так вот, все это можно сказать и про музыку, а Эси упоминала, что ты в этом весьма талантлива. Так что может сыграем вместе?

— Что? Эси так сказала? Про меня? — спросила шокированная Цепкий Корень. — В смысле, нет, я бы не сказала, что у меня есть талант или что-то подобное. У кого есть талант, так это у Эси, а я просто, ну, подыгрывала иногда, и может даже у меня неплохо получалось... Хотя "неплохо", это наверное сильно сказано, и я скорее просто... простите, я слишком много говорю.

— Нет, вовсе не слишком много, — уверил Такулу. — И "просто подыгрывать" вполне пойдет, если ты не возражаешь против того, что я буду разговаривать во время игры.

Цепкий Корень кивнула и рухнула на землю в движении, которое лишь очень снисходительные наблюдатели могли бы назвать "села". Такулу снова начал щипать мбиру и, уловив спустя пару мгновений мелодию, к нему присоединилась Цепкий Корень. Такулу постепенно наращивал темп и она старалась не отставать. Он медленно сменил мелодию, а она перешла в дополняющую гармонию.

— Знаешь, многим мбира кажется очень странным инструментом. Мол ноты слишком диссонируют. И нельзя сказать, что они совсем неправы. На этом инструменте нельзя играть в одиночку. Лучше всего он звучит вместе с аккомпанементом, — сказал учитель.

Цепкий Корень опустила флейту, чтобы ответить:

— Но вы же всегда один играете.

Такулу бросил на нее хитрый взгляд, который всегда появлялся у него, когда он приближался к сути урока.

— Правда? Не думаю, что когда либо слышал мбиру саму по себе. Этот инструмент сделал мой дедушка, так что его руки на ней вместе с моими. Играть меня научила мама, и ее песня всегда гармонирует с моей. Я не разбираюсь в деле хранителей костей, но думаю, что это чем-то похоже. С тобой всегда частичка твоей истории. В твоей музыке и в твоей магии. Когда стоишь на плечах предков, можно достичь гораздо больших высот, чем в одиночку.

Юная гноллка отложила флейту, чтобы обдумать слова наставника.

— Тысячи тех, кто был до тебя, — пробормотала она.

Такулу кивнул.

— Так что, может попробуем то заклинание с последнего занятия? У тебя в тот раз почти получилось, и мне кажется, что если ты приложишь чуть больше усилий, то прекрасно справишься.

— Да, учитель От, — сказала Цепкий Корень.

Она решила не упоминать, что с тех пор, как у нее не получилось создать простейшую иллюзию перед всем классом, она десятки раз практиковалась с заклинанием в одиночку. Если об этом сказать, то учитель будет ждать, что она легко справится. Если же у нее не получится, когда от нее ждут легкого успеха, будет ведь намного хуже, чем провал, когда от нее вообще ничего не ждут. Так что без лишних слов она протянула руку и сотворила идеальную иллюзорную копию своего фамильяра.

Изображение цыпленка с пронзительным писком заскакало по двору и начало клевать землю в поисках насекомых.

Такулу мягко хлопнул в ладоши и сказал:

— Очень хорошо. Даже у меня не получилось бы сотворить более правдоподобного цыпленка. Черпать из собственного опыта — прекрасный способ укрепить иллюзии, но не стоит слишком сильно на него полагаться. Интересно, может попробуешь что-нибудь побольше? И погромче?

— Эмм... Н-не знаю...

— Давай хотя бы попробуем. Получится не очень — ничего страшного, — сказал Такулу. Он встал, стряхнул траву и грязь с одежды и направился в сторону. — Я пойду встану на той стороне двора. Попытайся сделать что-нибудь, что я оттуда увижу.

Так. Что-нибудь большое. Насколько большое? Все вокруг большое, если ты муравьиный гнолл, но учитель От — довольно высокий мужчина, подумала она. Горилла? Жираф? Собака? Злая собака, которая лает каждый раз, когда ты проходишь мимо, и каждый раз застает тебя врасплох, хотя ты проходишь мимо каждый день и уже подумываешь, что надо бы сказать владельцу, что ему надо обучить своего пса не лаять на незнакомцев, но у него очень злая собака, а у тебя всего лишь цыпленок и...

— Давай, как будешь готова, Цепкий Корень, — прокричал Такулу с другой стороны двора.

В панике она схватила одну из костей на своем ожерелье и сотворила заклинание.

— Большое и громкое. Большое и громкое, — прошептала она. Гноллка едва слышала собственный голос из-за стука сердца. В вихре света между деревьями появился мечущийся из стороны в сторону трубящий слон, с оглушительным топаньем устремившийся к Такулу. Когда зверь врезался в него, прошел насквозь и исчез, учитель широко улыбнулся.

— Да! Превосходно! У тебя получилось! — обрадовался Такулу. Он вернулся к дереву и опустился на колени, чтобы подобрать свой инструмент. — Я знал, что в тебе это есть. Ты себя недо... не отдаешь себе должного. А ведь у тебя настоящий талант. Если не бросишь учебу, то тебя ждет невероятное будущее. Может однажды ты сама станешь наставником и будешь учить студентов...

— Цепкий Корень? Хм. Как ей удается так быстро бегать?

Michelle Jones
https://paizo.com/community/blog/v5748dyo6shsd