Жизнь замечательных икоников — Возвращение домой. Часть четвертая. Об убийстве сородичей

Часть 3. Хруст костей

Руки Амири горели, но она продолжала карабкаться вверх. Пальцы судорожно цеплялись за мелкие выступы в камне. Один из особо неприятных кусков скалы умудрился неплохо порезать ей ногу под коленом. Исключительно ей назло, как она полагала. Амири на ходу разматывала веревку и закрепляла ее всякий раз, когда находила точку опоры, которая могла выдержать вес Бранума и Оски.

Брат с сестрой медленно двигались ниже. Они оба привязали себя к веревке, и Оска помогала брату подниматься, по возможности указывая на удобные опоры для рук и ног. Девушка посмотрела на верх, и свет отбросил ей на лицо узкую полосу.

— Не устала еще? — спросила она. — Ты замедляешься.

— А может не будешь оскорблять женщину с веревкой? — ответила Амири, бросив сверху хмурый взгляд.

— А может... мы просто... постараемся... не спешить навстречу смерти? — пропыхтел Бранум.

— Если свалишься с такой высоты то, скорее всего, сразу не умрешь. Зато переломаешь ноги и сдохнешь от голода, — сказала Амири.

— Скорее уж от жажды, чем от голода, — возразила Оска.

— По твоему мне от этого полегчать должно? — спросил Бранум. Он остановился, цепляясь за веревку и пытаясь отдышаться.

— Я не дам тебе упасть, — серьезно сказала Оска.

— Я знаю. Кроме того, я смогу... обеспечить нам... мягкую посадку. Я не... так уж и бесполезен, — напомнил ей Бранум. Он пошевелил пальцами, и вокруг них заплясали бледные огоньки.

— Хорош выпендриваться, побереги силы. Давай. Полпути уже одолели, — сказала она с нежностью в голосе.

Он кивнул, собрался с духом и снова начал восхождение. Обнаружить такого среди Шести медведей было очень странно, подумала Амири. Он доверял сестре. Более того, он с готовностью принимал ее помощь и ободрение. Ни разу он не возразил против того, чтобы она взяла на себя физические задачи. Его совершенно не беспокоило, что женщина сильнее его. Такое среди их сородичей встречалось не часто. Практически никогда.

Амири подтянулась на очередном выступе и остановилась. До верха было недалеко, уже можно было заглянуть в узкую дыру в каменном потолке. Проем вел в другое помещение, но, судя по просачивающемуся свету, оно не было полностью закрытым.

Сверху доносился лай, рычание и скрежет когтей. Звуки усилились, и Амири резким жестом показала остальным остановиться и замолчать. Что-то громыхнуло, и с края шахты посыпались кости с еще оставшимися на них хрящами. Амири прижалась к стене, чтобы не попасть под костяной душ. Бранум подавил испуганный возглас, когда бедренная кость стукнула его по плечу.

Жди, махнула рукой Амири. Звуки не прекращались. Щенки играли.

Спустя несколько минут внезапно наступила тишина. Амири подождала еще несколько мгновений, а затем снова начала подниматься. Теперь они двигались молча, медленно, но уверенно.

Вскоре Амири добралась до потолка шахты. Она высунулась по плечи из отверстия и огляделась в поисках перитона со щенками.

Детеныши лежали, свернувшись калачиком, на дальнем выступе большой скалы. Все было завалено костями, потрохами и недоеденными тушами. Один из щенков заснул в процессе глодания черепа, который на вид принадлежал полурослику. У другого между лапами была зажата рука, наполовину лишенная плоти. За выступом открывалось большое плато с отвесными склонами со всех сторон. Матери щенков видно не было.

Амири забралась наверх так тихо, как только могла, и повернулась, чтобы помочь остальным. Оска отодвинулась в сторону, чтобы толкать навстречу тянущей Амири, и вместе они вытащили Бранума на ровную поверхность, где он практически рухнул, стараясь хрипеть потише. Оска взлетела наверх, словно белка, но руки у нее дрожали, а кисти двигались, будто сведенные судорогой.

Конечности Амири тоже были не очень рады происходящему.

— Лучше уйти, пока мать не вернулась, — прошептала она.

Оска кивнула и потрепала Бранума по плечу. Он подавил стон, пошатываясь, поднялся на ноги, и они двинулись по краю пещеры. Оска шла впереди, а Амири — сзади, чтобы следить за щенками.

Оска шагнула на открытое пространство, нахмурившись, оглянулась в сторону брата... И в следующее мгновение скрылась из вида, с криком поднявшись в воздух.

— Оска! — закричал Бранум.

Амири отпихнула его в сторону. Крылья перитона поднимали вихри из пыли и камней, пока тварь поднималась наверх. Острые когти задних лап глубоко вонзились в плоть плеч Оски. Девушка закричала от боли и извернулась. Но не для того, чтобы высвободиться, а для того, чтобы швырнуть свой лук с колчаном вниз изо всех сил. Они упали на землю футах в двадцати. Амири бросилась за ними и приготовилась стрелять.

Прицелилась. Выждала. Перитон неуклюже кружил вокруг. Вес бьющейся в когтях Оски мешал маневрировать.

— Чтоб тебя, не дергайся, а то он сбросит тебя вниз! — крикнула Амири. — Подожди!

Существо заложило вираж и пролетело над их головами. Оска, каким-то чудом, замерла в когтях.

— Надеюсь, ты не врал о мягкой посадке, — сказала Амири Брануму, не ожидая, что тот ответит. Тень перитона упала на край плато.

Амири выпустила стрелу. Та вонзилась в левый задний коготь. Тварь издала сдавленный вопль боли и разжала хватку на сопротивляющейся охотнице. Та полетела вниз. Бранум протянул руку и выкрикнул какое-то слово. Оска приземлилась, слегка присев, а перитон перевернулся в воздухе, выровнялся и отлетел прочь.

— Мы можем отогнать эту тварь? — спросил Бранум. — Или сбежать?

— Мы были в ее гнезде. Тут ее детеныши. Она не оставит нас в покое, — ответила Амири. Воительница бросила лук с колчаном обратно растиравшей пробитые плечи Оске, сняла со спины громоздкое, сломанное основание своего меча и взялась обеими руками за рукоять.

Тень перитона снова скользнула по плато. Вот только форма ее была другой.

— Она забрала твою тень, — сказала Оска, тоже заметив происходящее. Девушка бросила на Амири оценивающий взгляд. — Значит, она нацелилась на тебя.

— Значит, вы можете бежать, — ответила Амири, — и она не погонится за вами, пока я стою на ногах.

Зверь издал жуткий вой, После чего сложил крылья и нырнул, не сводя глаз с Амири. Оска с Бранумом отпрянули. А Амири прыгнула навстречу атакующей твари.

Они столкнулись в воздухе, клинок и зверь, клык и ярость. Глаза перитона пылали огнем матери, чьим детям угрожает опасность. В крови Амири пела ее собственная ярость. Гнев на зверя, да, но и ее прежний гнев воспылал с новой силой, когда она рухнула на каменистую землю вместе с чудовищем.

Быстрый взгляд обратно — брат с сестрой ушли. Хорошо, подумала она. Они будут в безопасности. Живы. У Марука больше не будет причин преследовать ее.

Зазубренный клинок вонзился в грудь зверя, и среди гор раздался издевательский смех ее братьев. Зубы щелкнули в дюйме от горла, и воздух наполнился шепотом. Это неправильно. Она позорит всех нас. Нужно что-то с этим сделать.

Они предали ее. Выставили дурой. Унизили и пытались довести до смерти. Но у них не вышло. Она показала свою истинную силу.

Амири снова и снова наносила перитону удары в шквале стали и когтей. Тварь наносила быстрые выпады, отступая прежде, чем воительница успевала нанести нормальный удар. Каждый раз, когда она закрывалась, тварь использовала взмахи крыльев, чтобы сменить положение, и заставляла Амири карабкаться по плато среди отвесных скал. Баланс громоздкого сломанного клинка был ни к черту. Ярость сменилась разочарованием. Амири остановилась, тяжело дыша. И она, и зверь были покрыты множеством кровоточащих мелких ран.

Воительница прислонилась спиной к выступу, стараясь держаться подальше от крутых обрывов, слишком хорошо понимая, как легко перитону будет сбросить ее с края одним лишь движением окровавленных рогов.

Икру Амири пронзила острая боль. Она закричала от боли, извернулась и нанесла удар. Сломанный клинок просвистел в воздухе, рассекая пополам щенка перитона, впившегося ей в ногу. Другой детеныш повис, вцепившись острыми зубами в запястье, а их мать издала дикий вой и бросилась в атаку.

Амири отшвырнула щенка прочь, а рога большой твари подхватили воительницу и отбросили к дальней стене пещеры. Голова с треском ударилась о камень. Перед глазами вспыхнули звезды, и ошеломленная женщина рухнула на землю. Перитон шагнул вперед, открыв пасть и обнажив пожелтевшие зубы.

Раздался громкий треск, молния описала дугу и вонзилась в бок перитона. За ней последовали две стрелы. Тварь с диким криком отскочила в сторону. Амири бросилась вперед, звезды перед глазами все еще плясали, и промчалась мимо зверя.

На краю плато стояли Оска с Бранумом. Бранум поднял руки. На кончиках пальцев плясали огоньки. Оска бросила на тетиву еще одну стрелу. Амири резко остановилась перед ними.

— Вы что творите вообще? — требовательно спросила она. — Я же сказала бежать.

— Мы обсудили. Решили тебя не слушаться, — весело ответил Бранум.

— Мы не бросаем сородичей сражаться в одиночку, — твердо сказала Оска.

Амири уставилась на них. Прошло много времени, очень много времени, с тех пор, как кто-то называл ее сородичем.

— Я убила твоего отца, — глухо сказала она. — Он был хорошим человеком. Более-менее.

— Ты убила сородича, — согласилась Оска. Ее глаза сияли. — Но знаешь что, Амири? Я лучше тебя.

Перитон, пошатываясь, вышел на свет. Он встал на задние лапы и издал клич, от которого содрогнулись горы.

Амири с сородичами повернулись к нему.

Воительница вылила бурдюк с водой на голову, смывая кровь с волос. Солнце садилось. Холодный воздух не даст лежащему за ней на плато трупу перитона быстро сгнить. Но в горах водились и другие падальщики. И они скоро появятся, чтобы забрать свой кусок добычи.

Оска уже вырезала рога из головы и связывала их между собой, чтобы можно было унести на плече в качестве трофея.

— Ты же понимаешь, что не сможешь всем сказать, что это твоя добыча, — сказала Амири, откинув с лица мокрые волосы.

Оска отвела взгляд. — Скажу, что его убил Бранум.

Тот рассмеялся в полный голос. — Ага, в это они точно поверят.

— Разберемся, — сказала Оска, закрепляя импровизированные ремни.

Амири лишь покачала головой. В таком возрасте она бы никогда не позволила кому-то присвоить ее достижения. Она бы кричала о произошедшем всему клану при каждой удобной возможности.

Вот и посмотри, к чему это привело, подумала она. И сплюнула.

— Можно? — спросил Бранум. Амири вопросительно на него посмотрела. Он указал на две половинки ее клинка, которые лежали на земле рядом.

— Ты же даже поднять его не мог, — сказала она со смешком.

— Я про то, что могу его починить, — сказал Бранум.

Оска выпрямилась. Хмуро скривила губы. — Этим мечом...

— Это меч, — сказал Бранум. — Лишь инструмент. Важно то, кто им владеет, а не то, что им совершили.

Амири спокойно посмотрела на него.

— Женщина, что владеет этим мечом, убила твоего отца, — напомнила она ему. — Ты действительно хочешь вернуть мне клинок?

Бранум бросил взгляд на мертвого перитона.

— Честно? Я хочу, чтобы ты сдохла медленной и мучительной смертью, — сказал он все тем же веселым тоном, — но от этого никому лучше не будет, правда ведь? Ты забрала у меня отца. Я не собираюсь прощать тебя. Но и убийцей сородичей быть не хочу. У меня есть выбор, как жить дальше. Жить со своим выбором и не сломаться под его тяжестью. Так я и поступлю.

Он шагнул вперед и протянул руки к мечу. Ни Амири, ни Оска ничего не сказали, пока он перетаскивал обломки на чистый участок земли, после чего замер с руками над клинком и выражением глубокой сосредоточенности на лице.

Куски клинка медленно задрожали и поползли навстречу друг другу. Металл заблестел. Шов засветился мягким серебристым светом, потом померк, и клинок снова стал целым.

Бранум отступил, больше к оружию не прикасаясь. Он наклонился, поднял рюкзак и закинул его на плечо.

— Ну вот и все.

Амири взяла клинок в руки. Знакомая тяжесть приятно отдавалась в мышцах. А вот чувство вины, пронизывающее ее насквозь, — нет.

— Пойдем, — сказала Оска, коснувшись руки брата. Они повернулись.

— Не возвращайтесь, — сказала Амири, все еще разглядывая меч. Шаги позади замерли.

— А что еще нам делать? — спросила Оска.

— Просто уходите, — Амири опустила меч и повернулась к ним. — Уходите, прежде, чем они найдут способ убить вас, или прикончить всю вашу суть.

— Это не так просто, — сказала Оска.

Амири скривила губы.

— Если бы это было просто, может я смогла бы уйти прежде, чем стало слишком поздно. Но ты умнее, чем я когда либо была. Ну или, по крайней мере, твой брат умнее.

Оска с Бранумом переглянулись.

— Мы не испытываем ненависти к Шести медведям, — сказал Бранум.

— Как и я. Я любила братьев, — сказала Амири. — Но это не помешало им попытаться меня убить. Не помешало мне убить их.

— И куда же нам тогда идти? С тобой? — презрительно спросила Оска.

Амири фыркнула.

— Со мной вы не выживете, — сказала она, и Оска с усмешкой неохотно согласилась. — Мир больше, чем вы думаете. Так узнайте, что он может предложить. Уходите... пока у вас все еще есть возможность вернуться домой, если решите, что это вам нужно.

Оска не ответила. Бранум тоже. Они развернулись и отправились в путь, не сказав больше ни слова. Но Бранум смотрел на Оску, а та смотрела на него. Амири была уверена, что они думали друг о друге. О том, чего они могли бы достичь, если бы нашли себе место в мире.

Они уйдут, подумала она. Не ради себя, ради друг друга. И может даже когда-нибудь вернутся. Она же не могла.

Амири спустилась с противоположного склона горы, подальше от братьев и сестер. Прочь от Шести медведей.

Ветер завывал средь вершин. Она слушала долго и внимательно, но слов не было. Это был всего лишь ветер.

Kate Alice Marshall
https://paizo.com/community/blog/v5748dyo6shyl?Iconic-Encounter-Returning-Home-Part-Four