Оп-арт в СССР
В предыдущей статье об иностранных художниках оптического искусства дано хорошее определение этого направления, но, тем не менее, для целостности статьи представим определение оп-арта еще раз, а далее будут приведены работы советских художников, занимавшихся этим видом искусства.
Оп-арт работает с особенностями человеческого восприятия, зрительной системой, достраивающей заложенный в объекте потенциал или же обусловливающей оптические эффекты и иллюзии.
Живопись оп-арта – композиции из однородных по форме, но разноцветных линий и пятен, располагаемых в определенном порядке. Обыгрывая цветовые контрасты, соседство выпуклых и вогнутых форм, сплетая замысловатый узор на основе различимых невооруженным глазом штрихов и точек, оп- художник состоит на холсте подвижное цветовое пространство.
Следует тут же перейти к Михаилу Матюшину, художнику, музыканту и теоретику искусства, потому что он является первым советским человеком, кто смог на бумаге описать закономерность изменяемости цветовых сочетаний или, иначе говоря, составить «Справочник по цвету».
http://tehne.com/assets/i/upload/library/matiushin-spravochnik-po-tcvetu-2007-text.pdf
Ниже будут приведены вырезки из параграфов данного справочника и некоторые цветовые таблицы. Для более полного изучения вопроса о восприятии цвета следует обратиться именно к этому справочнику.
На рисунках 1 и 2 представлены цветовые таблицы из тетради I Михаила Матюшина. На каждой из таблиц сочетаются по три цвета, где верхняя полоска – среда, нижняя – основной цвет, который погружается в эту среду, и средняя узкая полоска – сцепление, цвет, являющийся смешением основы и среды, который служит для уравновешивания. В конечном итоге сцепляющий цвет еще и позволяет сочетать абсолютно различные цвета.
Цвет среды выбирается также неслучайно. Наблюдая какой-либо один цвет, наш глаз бессознательно тут же создает и другой цвет, окрашивая им нейтральную среду. Этот цвет служит дополнительным, недостающим для равновесия и полной цветовой гармонии.
Например, остановите свой взгляд на красном квадрате, затем закройте глаза. На сетчатке останется изображение, но в виде зеленого квадрата. Этот эксперимент можно повторять с любым цветом, и всегда в качестве остаточного глаз оставит дополнительный цвет.
Это явление взяло название последовательного контраста дополнительных цветов. Отсюда и выбор цвета среды – посмотрите еще раз на рисунки 1 и 2. Именно эти цвета служат остаточными, как если бы Вы наблюдали основной цвет на нейтральном фоне.
Также Матюшиным и его учениками выведено, что если основной цвет сочетается со своим дополнительным (остаточным) цветом, то он становится гораздо более красочным и ярко выраженным, насыщенным. Но если попробовать в качестве среды взять цвет, близкий к основе, но менее насыщенный (например, к фиолетовой основе взять сиреневую среду), то цвет среды будет казаться грязным и более тусклым, потому что на этот цвет наложится остаточный цвет, который создаст наш глаз при созерцании фиолетового (рис. 3).
Цветовой таблицы на рис.3 нет в «Справочнике по цвету». Она была сделано экспериментально для визуализации эффекта, описанного на стр. 1-2
Трехцветные таблицы рассматривались автором как опора для интуиции художника, для тренировки его глаз, «пища» для возбуждения творческой фантазии.
Цветоведение Матюшина основано на установлении непосредственной зависимости эстетических качеств цветовых гармоний от психофизиологических факторов восприятия, как известно, вплотную смыкающихся с психологией творчества.
Объектом исследований и экспериментов ленинградского художника был не только цвет сам по себе, но и процессы «цветового» зрения человека в различных условиях.
***
Наблюдение за поведением появляющихся дополнительных цветов во времени и пространстве привело к установлению следующих закономерностей в изменчивости создающихся цветовых аккордов: «I период: нейтральное поле окрашивается в дополнительный цвет, не резко выраженный; II период: наблюдаемый цвет окружается резким ясным ободком дополнительного цвета, в среде появляется третий цвет; III период: наступает изменение — потухание самого цвета под влиянием наложения на него дополнительного цветового рефлекса; в среде происходят новые изменения» (рис. 4).
Матюшин, в течение многих лет специально занимавшийся проблематикой художественного «видения» мира, пришел к выводу, что ценность зрения заключается в умении видеть не только детали и подробности, но и охватывать все наблюдаемое сразу, целиком, что человек в этом плане недостаточно использует возможности собственных органов восприятия. Он призывал воспитывать умение «расширять угол зрения», приучать «видеть все разом, наполнено, сразу кругом себя».
Также Михаилом Матюшиным были исследованы зависимости цвета и формы, цвета и звука. Им было выявлено, «что холодные цвета имеют склонность к прямизне граней и образовыванию углов, если даже острые формы, окрашенные в теплые цвета, теряют остроту углов». Восприятие холодных цветов повышают звук, в то время как теплые цвета – понижают.
Эти разработки позволили создавать своего рода цветовые гаммы, позволявшие улавливать самые тонкие оттенки цветов, «междуцветья». Знаменитая работа Михаила Матюшина и Алексея Крученых в области синтеза цвета и звука – это футуристическая опера 1913 года «Победа над Солнцем».
Михаил Матюшин и его ученики более десяти лет исследовали цвет - его восприятие, влияние на форму, изменение в движении. Результаты именно этих исследований использовались в окраске зданий Ленинграда и брались за основу другими художниками. Можно сказать, что Михаил Матюшин из хитростей и уникальных возможностей нашего глаза создал закономерность, расшифровал ее, и подал в доступном виде. Интересно представить, сколько закономерностей еще не выявлено и сколько случайностей и чудес может быть еще объяснено и описано.
***
Говоря о чудесах в теме оптического искусства, на ум тут же приходят уникальные картинки, на которых круги или изогнутые фигуры вдруг начинают вращаться, пульсировать, светиться, или же изменять цветовую окраску. Возникает ощущение, что мы смотрим видеозапись, когда на самом деле картинка статична. Каждый художник оп-арта пытался добиться такого эффекта методами, обнаруженными им в ходе каких-либо наблюдений и экспериментов. Например, интересно посмотреть на работы Варвары Степановой, известной художницы, дизайнера и поэта советского времени. На рис. 5 иллюзия объемных фигур, пространства и прозрачности фона создается за счет наложения различных по цвету орнаментов.
В работах же «оптической группы» Степановой четко наблюдается движение именно благодаря восприятию сложных неустойчивых форм на плоскости, преобладанию острых углов и диагоналей. Формы находятся в постоянном превращении, они кажутся то ближе, то дальше, то они объединяются с другими фигурами, то отделяются от них. Поэтому в этих проектах фактически отсутствует фон, да и сами очертания фигур и их отношения находятся в непрерывной игре друг с другом.
Орнаменты Степановой можно увидеть в фильме «Папиросница из Моссельпрома», вышедшего в прокат 2 декабря 1924 года.
Александром Родченко и Варварой Степановой была представлена серия работ «Концентрации цвета и формы», где опять можно проследить выявление закономерностей цвета и формы, сочетания фигур различных диаметров, компоновке цветов друг с другом и их гармоничным синтезом на плоскости.
***
Оптическое искусство в СССР не обладает столь большим архивом оптических работ, как за рубежом, однако в ходе истории направление оп-арта плавно перетекало в кинетическое искусство, в основе которого лежало движение формы, ее трансформация и перевоплощение в реальном времени, пока за ней наблюдает зритель. Это направление создалось за счет синтеза науки и искусства, выявления художниками особенностей нашего психофизиологического восприятия, строения зрения, изучения механики машин и физических основ.
Именно поэтому можно считать оп-арт и кинетизм тесно связанными друг с другом, и вот в этом направлении уже было сделано огромное количество проектов советских художников, студентов-инженеров и дизайнеров.
Есть серия работ, где сложно сказать, к какому виду искусства они принадлежат: к кинетизму или оп-арту. Это, например, работа Александра Лаврентьева «Представление света», где подвесная конструкция, состоящая из разного по форме и цвету стекла и оптических линз, вращается и отбрасывает тень из комбинаций тысячи узоров, меняющихся и моментально перевоплощающихся во времени и пространстве. В этой работе присутствует и движение, присущее кинетизму, и игра света, цвета и формы, присущая оптическому искусству.
Также это и металлическая вращающаяся конструкция из фильма Георгия Данелии «Кин-дза-дза», выполненная советским художником Вячеславом Колейчуком. На заднем плане видна изогнутая перекладина, вращающаяся вокруг своей оси. Сначала работа может показаться странной, но важно смотреть не на ее саму, а именно на тень, которую она создает, тогда возникает ощущение, что прямо перед нашими глазами то возвышаются горы и холмы, то превращаются в глубокие кратеры и так бесконечно сменяют друг друга.