Взгляд назад. Семья Коваленко
Все-таки хорошо, что сайт «Опаринская сорока» не был ликвидирован, хотя утратил актуальность и не обновлялся с октября 2022 года. Но он существует на просторах интернета и сохранил все размещенные на нем с 2010 года материалы.
Люди до сих пор обращаются к публикациям прошлых лет, оставляют комментарии, звонят, особенно если речь идет о поиске родственников. Вот и материал о семье Коваленко, опубликованный в ноябре 2011 года, оказался востребованным. Мужчина по имени Роман недавно (12 лет спустя после опубликования!) прооочел его в интернете. Он интересуется своими корнями, и именно представители фамилии Коваленко и их потомки являются его родственниками.
Надеемся, что с помощью электронной почты Роману удалось связаться с теми, кто оставлял комментарии к данному материалу. А мы предлагаем читателям вновь вернуться к давней публикации и вспомнить об этой семье. Возможно, в Опаринском муниципальном округе или в других регионах России отыщутся представители более молодых поколений семьи Коваленко, которые дадут о себе знать.
Эти воспоминания прислала в «Опаринскую сороку» Надежда Малькова, которая живет в Перми. А привезла их записанными на диск ее мама Мария Давыдовна Коваленко летом 2011 года. Несмотря на возраст (родилась в 1936 году), тем летом она вместе с племянницей побывала в Опарино, на своей малой родине. Мария Давыдовна жила в Опарино до 16 лет, сначала на хуторе, затем в деревне Культура. Здесь она ходила в школу, помнит многие фамилии и людей. Между прочим, Мария Давыдовна, несмотря на возраст, до сих пор сохранила хорошую память и хранит все, что касается ее семьи.
Вот что пишет Надежда:
«Бабушка и дедушка в начале ХХ века приехали в Опарино из Витебской и Винницкой губерний. Мой дед – Коваленко Давыд Иванович, 1884 г.р., бабушка – Коваленко Христина Васильевна, ориентировочно 1870 г.р.
Далее речь о четверых мужчинах, которые (если судить по отчеству) были сыновьями Давыда и приходились Надежде дядями, а Марии братьями.
Коваленко Николай, к сожалению его фото нет. Надежда пишет, что в «Книге памяти» о них ничего нет, она искала их имена на сайте “Мемориал” и “Подвиг народа” (там есть награда Федора)». Далее - Владимир, Никифор и Фёдор.
Можно понять, что родные Надежды были участниками Великой Отечественной войны. Может быть, кто-то из читателей знает об их судьбах? Или живы другие родственники? Ведь фамилия Коваленко в Опарино известная.
Далее мы предлагаем познакомиться с воспоминаниями Марии Давыдовны, которые записала ее дочь Надежда. Они касаются небольшого периода времени и рассказывают о жизни семьи Коваленко.
«Наши родители приехали в Опарино по Столыпинской реформе в начале ХХ века. Мама в девичестве Паршута Христина Васильевна, папа – Коваленко Давыд Иванович, приехали из Витебской и Виленской губерний (Украина и Белоруссия). Мама приехала с отцом и мачехой (братьев не помним, скорее всего неродные). Папа приехал с братьями Никитой Ивановичем, Александром Ивановичем, сестрой Прасковьей Ивановной (сын Осип Иванович, незаконнорожденный, взял отчество деда), отцом Иваном (похоронен в Опарино на старом кладбище в 5 км от Опарино к р. Лузе). Никита и Александр погибли в германскую войну. Вместе с ними приехали двоюродные братья Коваленко Петр Егорович, Илья Егорович (Егор и Иван были родными братьями). Приехал ли Егор – не помним, наверное, тоже был, только старенький.
Жена Петра Агриппина (мать Анюты) была крестная всех наших детей. Крестный – Атрашкевич Ануфрий (соседний хутор). (От редакции – мы не уверены, что фамилия указана верно, может быть, Анташкевич?)
Мамина родня (отец с мачехой) не прижились в Опарино (слишком тяжело корчевать землю, мужчин мало) и сразу уехали в Забайкалье (Петровск-Забайкальский). Там остались жить их дети.
Петр жил в самом Опарино, Илья тоже. Петр Иванович работал на бойне бойцом. На хуторе жил только Давыд.
На хуторе выстроили два дома, баню. Жили единоличниками. Давыд с семьей жил в одном доме, остальные во втором. Был выгон, пашня, овощи, сеяли лен. Ловили рыбу в речке, охотились. Несколько коров, лошадей, бычков, держали кур, поросят. Сами катали валенки, ткали. Не могли только сделать сахар и красивые ситцы, ездили в Киров, покупали их там. Папа работал в Опарино на лошадке, развозил что-то, платили деньги.
Прасковья зарабатывала, ходила в няньках. Деньги часто пропадали из-за реформ, потому что не успевала тратить, копила.
Осип в детстве пас коров, потом лет в 18 стал работать на железной дороге. Женился на Еременко Вере Васильевне, их семья тоже приехала с Украины, жили на хуторе. Еременко (отец) был бригадиром в колхозе после коллективизации.
Осип с семьей поселились на полустанке (звали Казармы), родилось десять детей. Забрал мать нянчиться. В колхоз не поехали, там и остались жить.
Коллективизация. Переехали в 39-м. Трудно приживались. Мама, когда шли по дороге на кладбище бывшей деревни Культура, очень плакала, что все заброшено, земли все заросли.
В колхозе нужно было заработать трудодни, сдать молоко, шерсть, яйца. Мать каждый день носила сдавать бидончик молока, могли не принять – жирность мала или не чистое. Говорили: несите завтра – снова несем.
Перевозили сами дом, сами ставили. С 1940 года по 1946 годы жили в колхозе. Папа работал в колхозе сторожем капустного поля, ходил с палкой. Кто-то украл несколько вилков капусты, родителей арестовали. Маму и папу забрали осенью 1942 года. Продержали семь месяцев. Сидели рядом в камерах, сначала слышала, как отец стучал. Потом стало не слышно, куда-то перевели.
После 1942 года в колхозе некому стало работать, мама не могла после тюрьмы, была слепая, лечили сами. Если никто не работал в колхозе (родители были старенькие), не разрешали коров пасти, землю под картофель не давали. Пришел Никифор, устроился работать в Опарино, стало нужно перебираться в Опарино. Построили большой дом. Перешли в другую школу. Я пошла в школу в 1944 году. Раньше с семи лет не отдавали, с 8-9.
Хата была большая, огромный матрас, сеном набитый. Кормили корову сеном из матраса. Спали на досках. Две недели сидели одни, потом пришла Прасковья. Осталась жить с нами, кормила.
В войну летом с сестрой и другими ребятами вместе с коровами уходили в лес собирать землянику, приходили с коровами. Целый день ходим, наберем трехлитровый бидон – и на вокзал. Если повезет, поменяем у проезжих на буханку хлеба. Идем домой победителями, с хлебом!
Мама поминала Петрулю и Лукерью, мачеху Анастасию. Одна из них, Петруля или Лукерья, жила в семье и была без руки. Помогала, жевачку детям сделает да пеленку подоткнет. Приходилось за ней ухаживать, мыть, расчесывать, кормить.
Еременко жили на Лузе, где-то метров 500 от нас».
От редакции. Мы думаем, что продолжение этой семейной истории обязательно последует: Роман собирается записать свои воспоминания, уже связался с родственниками и нашел несколько старых фотографий.