В лесу под Аннино. Сержант Дмитрий Руденко, 66 иап 202 иад.
Прошел уже восемьдесят один год с тех пор, как Великая Отечественная война ушла за пределы Зубцовского района. За это время на его территории были найдены места падения сбитых самолетов самых разных авиационных частей ВВС Красной Армии – из состава полков, сражавшихся в небе страшной осени 1941 года, соединений 1-й и 3-й Воздушных Армий, 6 авиакорпуса ПВО, Авиации дальнего действия. Среди тех из них, судьбы экипажей которых удалось установить, оказалось четыре Як-7б 66 истребительного авиаполка 202 истребительной авиадивизии.
Мы уже рассказывали о двоих летчиках 66 иап – младшем лейтенанте Николае Бойко, погибшем в воздушном бою 26 августа 1942 года, https://vk.com/@-212498617-rokovaya-antenna-mladshii-leitenant-boiko-66-iap-202-iad, и старшине Алексее Латышеве - 11 сентября 1942 года он лобовым тараном сбил Мессершмитт-109 унтер-офицера Хермана Кюблера, нашедшего свою погибель в лесных болотах неподалеку от Коптево, покинул неуправляемый самолет с парашютом, выжил и с честью прошел всю войну https://vk.com/@-212498617-taran-nad-koptevo-starshina-latyshev-aa-66-istrebitelnyi-avi.
Сегодня наш рассказ еще об одном летчике этого полка – сержанте Дмитрии Ивановиче Руденко. Он служил вместе с младшим лейтенантом Бойко во второй эскадрилье и не вернулся с боевого задания 7 августа 1942 года.
Спустя 44 года местными жителями было обнаружено место падения его самолета, подняты и торжественно перезахоронены останки пилота, но обстоятельства его гибели до недавнего времени так и оставались неясными…
Слово нашему другу - командиру поискового отряда «Звезда» Владимиру Стрельникову.
«После окончания Погорельской средней школы, в 1985 году я поступил работать на инструментальный завод ГИЗ в Погорелом городище, этот завод был филиалом огромного Московского завода «Калибр». В декабре 1985 года Ленинским спецнабором я был призван в армию. Служба моя проходила в Группе советских войск в Германии.
Там, читая газету «Красная Звезда», я вдруг встретил статью про подъем советского самолета в окрестностях Погорелого Городища, недалеко от деревни Аннино. Хорошо знакомыми мне Анатолием Козловым, Виктором Рюминым и Сергеем Якуниным были найдены обломки советского самолета с останками летчика. В кармане его гимнастерки лежали документы на имя сержанта Руденко.
Останки летчика с воинскими почестями были перезахоронены в деревне Раково, на центральной улице – Советской, рядом с братской могилой бойцов и командиров, погибших в боях за освобождение деревни, и умерших от ран в полевом госпитале…
Сколько гордости было тогда у меня читать в одной из центральных газет о родных местах, о ребятах, которых знал до армии!
Много рассказывал я сослуживцам о красоте своих родных мест, березовых рощах, полях, засеянных рожью и овсом, реках – Дёрже и Волге, ну и конечно же о войне. Как зверствовали фашисты, сжигая целые деревни с людьми, угоняя скот, сколько ещё лежит незахороненных солдат в полях и лесах.
Прошло много лет. Я вновь встретился с Анатолием Козловым и Виктором Рюминым, попросил их пересказать заново ту историю.
Оказалось, что они давно слышали много историй про этот самолет, ведь были живы еще многие очевидцы того воздушного боя над Аннино. С их слов, самолет был подбит и тянул от деревни в сторону леса, хотя дыма и огня видно не было. Упал он в небольшое болотце, поэтому все попытки откопать его были безуспешными. А в 1986 году выдалось сухое, жаркое лето, болото высохло, и друзья решили попробовать добраться до самолета. Пригнали экскаватор, копали три дня. Как только дошли до останков летчика, сообщили в райвоенкомат, приехал представитель, которому передали всё, что было обнаружено.
Очень быстро нашли его родственников и пригласили на перезахоронение. Теперь документы летчика и парашют находятся в экспозиции Зубцовского музея…»
Тогда, летом 1986 года, о найденном в лесу под Погорелым Городищем истребителе с останками летчика писала не только «Красная Звезда» но и другие местные и центральные газеты. В числе авторов заметок об этом был и известный ржевский журналист Игорь Зиновьевич Ладыгин.
Через шесть лет, в 1992 году, он издал литературно-публицистический сборник «На ржевском рубеже», в который вошел и его рассказ «Через сорок четыре года», посвященный летчику Руденко.
В газетных публикациях и рассказе обстоятельства гибели летчика были описаны со слов жительницы деревни Аннино Таисии Константиновны Давыдовой. Она помнила, что в начале августа 1942 года, когда началось наступление советских войск и уже шел бой за деревню, группа «Хейнкелей» бомбила наши танки и пехоту.
В это время на них внезапно обрушился с большой высоты одинокий советский «ястребок». В неравной схватке он подбил один из фашистских самолетов. Воздушный бой длился несколько минут, летчик советского истребителя непрерывно атаковал противника, но в какой-то момент его самолет резко пошел вверх, а затем сорвался «в штопор» и упал в лес, без взрыва.
Подробно рассказывалось о подъеме самолета, как трое механизаторов решили раскопать место его падения, когда в хозяйстве появился экскаватор, а сухое лето дало возможность добраться туда. Копали вечерами, после работы, и на второй вечер ковш экскаватора зацепил шасси самолета, дальше работали лопатами.
Вытащили разбитую бронеспинку и парашют с номером «028 929», в обломках кабины нашли часть гимнастерки, из нагрудного кармана которой достали комсомольский билет № 0008736, выданный в мае 1938 года Звенигородским райкомом комсомола Московской области. Фотография размокла, но записи спецчернилами сохранили имя владельца - Руденко Дмитрий Иванович, 1923 года рождения.
Обнаружили личные вещи летчика - бритву, кисет, в котором вместо табака, лежала мыльница с мылом. В планшете лежали технические и служебные документы, в том числе - памятка молодому летчику-истребителю, и записная книжка, а в ней - фотография девушки с цитатой из Гегеля на обороте - «Любовь – источник жизни»…
Среди документов оказалось хорошо сохранившееся письмо-треугольник от матери, направленное из города Вольска, что в Саратовской области, на полевую почту 772, в 66 истребительный авиационный полк…
«Здравствуй, дорогой Димочка! Сегодня 1 мая. Не зная твоего адреса, не могла тебе послать поздравление. 1 мая в тылу празднуется в труде. Надюшка здорова, растет и развивается. О Вове ни слуху, ни духу. Послали запрос в наркомат обороны. Живем хорошо, ты не беспокойся, все у нас есть. Дедушку, возможно, отправлю к тете Мане. Папа пишет часто. Он здоров, работает очень много. Пиши не заставляй меня беспокоиться. Целую. Твоя мама.»
Внизу – постскриптум «На заем подписалась на 1200 рублей. Тебе на аэроплан».
В рассказе «Через сорок четыре года» И.З. Ладыгин упоминал о том, что вскоре после публикации в газете «Комсомольская правда» статьи о погибшем летчике, нашелся его старший брат – Владимир. С его слов, их отец был военным врачом, семья часто переезжала. Дмитрий родился в Саратове, в школу пошел в Кызыле, за штурвал самолета впервые сел в Серпухове. Там он окончил аэроклуб и в 1940 году поступил в военное летное училище. О том, как погиб Дмитрий, было неизвестно, Семья получила извещение о том, что он пропал без вести.
Правда, почему-то в тех давних материалах прессы погибший летчик фигурировал, как лейтенант. Это же воинское звание оказалось указано и на памятнике на его могиле…
О самом Дмитрии Руденко известно до обидного мало. Он родился 13 мая 1923 года, в 1940 году окончил 9 классов средней школы в Серпухове, и 29 июля того же года поступил на службу в Красную Армию, в Серпуховскую военную авиашколу пилотов и авиатехников.
В ней Дмитрий учился вместе Анатолием Тютиным, ставшим впоследствии одним из лучших асов 66 иап. Оба они, пройдя ускоренный девятимесячный курс обучения на устаревших бипланах И-15бис, в марте 1941 года были направлены в формировавшийся на Северном Кавказе 272 истребительный авиаполк. Но началась война, и осталось «безлошадными» много гораздо более опытных летчиков, поэтому вчерашние курсанты были откомандированы в 8 запасной истребительный авиаполк. Там они прошли переподготовку на истребителях конструкции Яковлева и только в апреле 1942 года получили назначение в выведенный на пополнение с Западного фронта 66 иап, получивший с завода № 153 в Новосибирске новенькие Як-7б первой производственной серии.
Их судьбы сложились по-разному – Дмитрий погиб в первые дни Ржевско-Сычевской наступательной операции, а Анатолий уже 24 августа открыл боевой счет в Зубцовском небе и до 23 марта 1944 года, когда его Аэрокобра не вернулась с боевого задания из района Керчи, сбил не меньше 28 вражеских самолетов лично и 2 в группе, став самым результативным советским летчиком-истребителем, не получившим звания Героя Советского Союза.
На имеющихся групповых фото выпускников Серпуховской ВАШП и летчиков 66 иап среди других мог быть запечатлен и Дмитрий Руденко…
Пытаясь отыскать среди архивных документов еще хоть какие-то дополнительные сведения о погибшем в Зубцовском небе юном летчике Дмитрии Руденко, мы узнали о судьбе его старшего брата Владимира, приезжавшего проводить в последний путь младшего брата.
Это был тот самый Вова, о котором ни слуху, ни духу, как писала их мама летом 1942 года в письме, найденном в обломках самолета…
Владимир Руденко родился в 1920 году в городе Энгельсе, в существовавшей тогда Автономной ССР немцев Поволжья, в 1938 году поступил в Киевское военное училище связи. В 1940 году, по его окончании, получил назначение в 6 полк связи Киевского особого военного округа на должность командира взвода Морзе полковой школы.
Накануне войны из состава 6 опс КОВО был выделен 42 отдельный полк связи, в его рядах и вступил в бой лейтенант технической службы Владимир Руденко.
5 октября 1941 года он, будучи начальником смены ВТС полка, попал в окружение в районе местечка Карловка Полтавской области, и числился пропавшим без вести.
До мая 1943 года Владимир скрывался от оккупантов в городах Обоянь, Первомайск, Киев, затем был отправлен на принудительные работы по строительству железнодорожной станции Помошная в Кировоградской области, откуда через месяц бежал, но был пойман и отправлен в Германию. Там был работником у крестьян села Ласдорф, что в Тюрингии. Освобожден нашими войсками 12 апреля 1945 года.
Принимал участие в последних боях Великой Отечественной войны, награжден медалями «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За взятие Берлина», был демобилизован в октябре 1946 года в звании старшего лейтенанта технической службы, а в мае 1957 года награжден орденом Красной Звезды.
Казалось бы, обстоятельства гибели Дмитрия Руденко установлены много лет назад по словам очевидцев. Однако, по архивным данным, он погиб 7 августа 1942 года, а деревня Аннино, возле которой врезался в землю его сбитый Як-7б, была освобождена частями 331 стрелковой дивизии при поддержке 17 танковой бригады к исходу дня 4 августа 1942 года.
Да и в оперативной сводке 202 истребительной авиадивизии за 7 августа 1942 года последний бой сержанта Руденко описан совсем по-другому…
«…66 иап 6 самолетов Як-7б произвел 12 самолетовылетов, с налетом 8 ч. 50 м., из них 6 самолетовылетов на уничтожение бомбардировщиков противника в районе Устье – Высокое. Налет 6 ч. 30 м. и 6 самолетовылетов на прикрытие аэроузла 1 ч. 20 м.
19.20 Н=1000 м. 6 Як-7б в районе истребления вступили в бой с 4 Ме-109. Сержант Руденко вышел из боя, с задания на свой аэродром не вернулся бой безрезультатен…»
Совсем недавно, благодаря помощи нашего друга – Игоря Михайлюка, появилась возможность ознакомиться и с боевым донесением 66 истребительного авиаполка за 7 августа 1942 года.
На пожелтевшем от времени бумажном листе более подробно описаны события того далекого дня…
В первую его половину полк боевой работы не вел, ввиду плохих погодных условий и сырого аэродрома, негодного для полета. Только в 17.00 6 самолетов 2-й эскадрильи перебазировалась на аэродром Алферьево и начала боевые вылеты.
«… Группа 6 самолетов Як-7б 2 АЭ ведущий командир АЭ ст. лейтенант Сидоров, ведомые: ст. сержант Ходорев, лейтенант Исаев, старшина Латышев, ст. сержант Арестов, Руденко. Взлет в 18.55, посадка в 19.55, для сопровождения ЛаГГ-3 42 иап, по уничтожению бомбардировщиков противника в районе Коженки, Мякотино. Задание выполнено.
3. В 19.20 в районе Коженки встретили 4 Ме-109, два Ме-109 на Н=1000 м. и два на Н=1500 м. – вели воздушный бой. Один Ме-109 с высоты с пикирования атаковал ст. сержанта Руденко, последний перешел в пикирования, двумя нашими Як-7б был отбит. Ме-109 ушли на высоту Як-7б стали продолжать совместно с ЛаГГ-3 свою задачу.
4. Сбитых самолетов противника нет. Наши потери – невернулся один экипаж, пилот, ст. сержант Руденко, по докладу экипажей был подбит Ме-109, ушел со снижением дальнейшее не наблюдали.»
Почему же вдруг одни истребители - шестерка Як-7б 66 иап прикрывали действия других истребителей - группы ЛаГГ-3 42 иап, имевших задачу по уничтожению бомбардировщиков противника?
В статье «Пилот «редкой птицы», посвященной летчику 42 иап сержанту Николаю Савину, погибшему 22 августа 1942 года, https://vk.com/@-212498617-pilot-redkoi-pticy-serzhant-savin-42-iap-202-iad мы уже рассказывали о том, что именно в 42 истребительном авиаполку значительную часть самолетов составляли ЛаГГ-3, вооруженные 37-мм пушкой. Эти машины могли весьма эффективно бороться с бомбардировщиками, но для ведения маневренного воздушного боя с истребителями противника были малопригодны. Именно поэтому они действовали вместе с Яками 66 иап.
Упомянутое в боевом донесении полка Мякотино находится в 8 км к юго-юго-востоку от Аннино. Но, вот, что касается деревни Коженки, также указанной в нем, отыскать на картах военных лет ее нам так и не удалось. Очевидно, так было искажено название ныне несуществующей деревни Коженково, стоявшей в 4 км к юго-западу от Рыльцево.
Соответственно, группы истребителей 66 и 42 иап патрулировали на подходе к линии фронта, проходившей в то время вдоль Вазузы и Гжати, не входя в зону действия зенитной артиллерии противника.
Вероятно, находясь в численном преимуществе, летчики 66 иап отвлеклись на «заигрывающую» пару Мессершмиттов и пропустили атаку другой пары, находившейся с превышением…
Мы ничуть не хотим принизить заслуги сержанта Руденко, ведь в те дни любой взлет в пылающее небо войны уже был подвигом, но получается, что рассказ Таисии Константиновны Давыдовой не соответствует обстоятельствам гибели Дмитрия.
Он, как и герой другого нашего рассказа - «Долгое возвращение. Старший сержант Сулоев, 521 истребительный авиаполк», https://vk.com/@-212498617-dolgoe-vozvrascheniestarshii-serzhant-suloev-521-istrebiteln, такой же юный пилот, который погиб двумя днями позже, попал под огонь вражеского истребителя, был ранен и не сумел воспользоваться парашютом. Оба они тянули свои израненные боевые машины на восток больше 10 километров, пока вместе с ними не рухнули в болотистые леса…
Да, в 1980-е события минувшей войны порой приукрашивались и в героическом свете представлялись ее вполне рядовые, пусть и трагические, эпизоды. Однако именно ныне покойный Игорь Зиновьевич Ладыгин был широко известен среди жителей области, как журналист, не склонный к «лакировке действительности», и врядли стал бы искажать рассказ очевидицы в угоду красивому сюжету…
Несколько лет назад наши коллеги из подмосковного поискового отряда «Герои неба» разместили на своей странице фото, сделанные ими в районе Аннино на месте падения, как предполагалось, Як-7б Дмитрия Руденко.
Однако среди обломков и боеприпасов к пулемету УБ на них оказалась и характерная ветрянка взрывателя от мелкой авиабомбы или реактивного снаряда, а в архивных документах нет упоминаний об использовании самолетами 66 иап 7 августа 1942 года реактивных снарядов и авиабомб…
История гибели сержанта Руденко давно не давала покоя участникам нашей команды, и вот, буквально на днях, поисковые пути-дороги свели нас с одним из тех, кто в далеком уже 1986 году нашел и поднял его Як-7б - с Виктором Рюминым. Мы приехали к нему в Раково. Старинная и некогда многолюдная деревня ныне переживает далеко не самые лучшие времена. Ведущая к ней гравийная дорога после недавней зимы местами разбита так, будто по ней прошли танки. Давно закрылась сельская школа. Административное здание, рядом с которым похоронены бойцы, погибшие при освобождении деревни, и летчик Руденко, заброшено и постепенно превращается в руины.
Но память о юном пилоте жива – одна из улиц деревни носит его имя.
Время неумолимо, Виктор Рюмин давно на пенсии. Но, хоть здоровье уже не то, он по-прежнему бодр, и с готовностью откликнулся на просьбу Владимира Стрельникова показать нам место падения что бы потом установить там памятный знак.
Наверное, не случайно именно Виктор оказался участником подъема самолета Дмитрия Руденко. С самого детства он, родившийся в деревне Добрино, слышал от отца о найденном им неподалеку самолете с останками летчика Самракова. Об этом мы рассказывали в статье «Подвиг в небе ноября 1942-го…Капитан Самраков С.И., 20 иап 203 иад. Найден в 1959 году…», https://vk.com/@-212498617-podvig-v-nebe-noyabrya-1942-gokapitan-samrakov-si-20-iap-203. По удивительному стечению обстоятельств, отец и сын Рюмины, с разницей в двадцать семь лет, стали участниками подъемов двух истребителей Як-7б…
Виктор немногословен в своем рассказе о событиях лета 1986 года – место, где упал советский истребитель, показали ему и друзьям жители Аннино, которые не раз пытались откопать его вручную, но тщетно.
Самолет при падении ушел на несколько метров в болотистый грунт, сохранивший без доступа воздуха нетронутыми ржавчиной и тлением элементы его конструкции и личные вещи летчика.
Большую часть обломков удалось извлечь при помощи экскаватора на базе трактора, потом вместе с работниками военкомата тщательно выбрали в котловине все останки летчика. А вот что бы вытащить мотор, пришлось пригнать бульдозер, который сделал «ступеньку» для экскаватора, иначе не хватало длины стрелы.
В числе прочего Виктор рассказал, что боезапас авиационной пушки и двух крупнокалиберных пулеметов в патронных коробах самолета сержанта Руденко оказался практически не израсходованным. Это окончательно укрепило наши сомнения в «официальной версии» гибели летчика.
К тому же среди обломков истребителя не было и никаких реактивных снарядов и авиабомб…
Вместе с Виктором мы направились в Аннино, где уже давно нет местных жителей, только дачники. Оставив машины, тронулись дальше, кто на квадроцикле, кто на тракторе.
Большая часть полей вокруг деревни заброшена, зарастает кустарником и мелколесьем, единственные признаки деятельности человека – глубоко прорезанные колеи лесовозов, вывозящих лес с многочисленных делянок, да следы огромных колес «Трэкола» охотхозяйства.
Два часа наша небольшая группа обследовала лес, но в этот раз нам не повезло. За прошедшие без малого сорок лет местность очень сильно изменилась. Значит, нам еще предстоит вернуться сюда, а пока наш проводник повел нас в другие места, но об этом будет отдельный рассказ…
Могла ли ошибиться в своих описаниях воздушного боя, на которые ссылались много лет назад журналисты, Таисия Константиновна Давыдова?
Да, вне всякого сомнения, могла!
В годы войны она, как и другие ее односельчане, могла оказаться очевидцем множества воздушных боев и падения сбитых самолетов.
Но самый яркий «временной ориентир», отпечатавшийся в детской памяти – это бой за ее родную деревню и освобождение от оккупации. Такое ни с чем не спутать…
Значит, скорее всего, тот запомнившийся ей воздушный бой происходил 4 августа 1942 года!
Тщательно изучив архивные документы, мы обнаружили, что действительно, вечером этого дня в небе над Аннино разыгрался ожесточенный бой, в котором геройски погиб другой молодой летчик-истребитель…
В оперативной сводке 201 истребительной авиадивизии есть краткое описание этого воздушного боя летчиков 519 иап.
«…летчик Баранов 519 иап с боевого задания не вернулся, предположительно сбит в воздушном бою
19.10 Н-400-800 м. 4 Як-1 (ведущий ст. лейтенант Филатов) вели воздушный бой в районе Денежное, Раково, Марьино (10 км юго-зап. Погорелое Городище) – с 12-15 Ме-110 и с 6-8 Ме-109ф.
Всего произведено до 13 атак, в результате которых сбито: 2 Ме-110 и Ме-109ф, подбито 3 Ме-110. Из сбитых Ме-110 один упал в р-не Аннино (10 км юго-зап. Погорелое Городище), второй между Раково и Аннино. Сбитый Ме-109ф загорелся в воздухе и упал в р-не Марьино. Подбитые самолеты с дымящимися моторами со снижением ушли курсом на запад…»
В распоряжении нашей команды нет немецких архивных документов, которые позволили бы с уверенностью говорить о типах самолетов противника, участвовавших в том воздушном бою. Ясно одно, в нем четыре Яка сошлись с большой группой вражеских бомбардировщиков, прикрытых истребителями, в небе над районом Раково – Аннино!
Очевидно, именно сбитый Як-1 летчика Баранова на глазах местных жителей упал в лес, куда ровно через трое суток упал и оставшийся незамеченным ими Як-7б сержанта Руденко…
Погибший в том бою 4 августа 1942 года летчик 519 иап сержант Владимир Семенович Баранов был ровесником Дмитрия Руденко, даже моложе его на полгода…
Владимир Баранов родился 3 сентября 1923 года в станице Новокубанской Армавирского района Краснодарского края, ныне это Кубанск – город-спутник Армавира. Его возвращения так и не дождалась мать – Прасковья Семеновна, жившая в городе Черкесске.
Быть может теперь, в поисках места, где были подняты останки Дмитрия Руденко, судьба которого оказалась так причудливо переплетена с судьбой сержанта Баранова, нам удастся обнаружить и место гибели Владимира…