Письмо из прошлого… Младший лейтенант Дмитриев И.А. 32 иап 201 иад.
Летом 2008 года участник Зубцовского поискового отряда «Память» Владимир Егоров в лесу, неподалеку от урочища Буконтово, что между автодорогой Зубцов – Сычевка и правым берегом Вазузского водохранилища, нашел место падения самолета Великой Отечественной. По найденным вокруг небольшой воронки обрывкам дюралюминия стало понятно, что здесь упал советский истребитель.
При помощи экскаватора удалось извлечь из земли многочисленные агрегаты и обломки самолета, в том числе – чудом сохранившийся водяной радиатор с заводской шильдой о выпуске его в июне 1942 года и пробоинами от снарядов авиационной пушки, приборы из кабины летчика, и многое другое.
Но к тому моменту, когда добрались до находившегося на глубине четырех с половиной метров мотора М-105, экскаватор сломался, и вытаскивать из раскопа мотор и трехлопастной воздушный винт с редуктором пришлось вручную…Вывезенный в Зубцов мотор отмыли и обнаружили на нем продублированный номер «ПФ 3-236».
Останков летчика среди обломков самолета, который определили, как Як-1, не оказалось. Очевидно, пилот покинул подбитую боевую машину с парашютом, и она в неуправляемом падении врезалась в землю почти вертикально…Установить принадлежность самолета по номеру мотора «по горячим следам» не удалось.Наиболее интересные находки с места падения разместили в существовавшем в то время в Зубцове поисковом музее «Реквием», а мотор еще пару лет пролежал на складе, вместе с остальными обломками, ожидавшими более тщательного обследования.
Совершенно случайно, начав перебирать фрагменты конструкции самолета, в засохшем куске глины, отвалившемся от одного из них, поисковики обнаружили «карман» из оргстекла. В нем лежали полетные карты с отметками в районе Вязьмы, Сычевки и маршрутом от Саратова до подмосковной Кубинки, а также хорошо сохранившийся выпущенный в 1942 году альбом «Силуэты английских и американских самолетов».
Но самое главное – среди страниц альбома находилась почтовая карточка с заполненными карандашом и хорошо различимыми адресом получателя - «Гор. Москва, ул. Ниж. Маслова, дом 17, кв. 2, Корзининой Ане» и отправителя – «Почтово-полевая ст. 2009 32 И.А.П. Дмитриеву И.А.»! Оборотная ее сторона осталась незаполненной, очевидно, летчик так и не успел написать свое краткое письмецо…
Поисковики попытались найти адресата почтовой карточки – Анну Корзинину, но старый дом в Москве на Нижней Масловке снесли при строительстве третьего транспортного кольца, а жильцов расселили…
По архивным данным установили, что 32 истребительный авиаполк 201 истребительной авиадивизии 1 Воздушной Армии действовал в наших краях летом и осенью 1942 года.В ОБД «Мемориал» среди потерь полка за этот период летчик по фамилии Дмитриев не значился, а вот 14 июля 1943 года летчик 32 иап, в то время входившего в состав 256 иад, младший лейтенант Дмитриев не вернулся с боевого задания из района с. Богородицкое, Курской области.
Но, оказалось, что младший лейтенант Дмитриев не погиб. В мае 1945 года он был освобожден из плена, приказ об исключении его из списков Вооруженных Сил СССР был отменен…
За розыск летчика и его родственников взялся Андрей Виноградов. Информацию о поднятом в урочище Буконтово самолете и розыске родственников летчика он разместил на Интернет-форуме Солдат.ру.
Ставший ныне надежным другом нашей команды авиаэксперт Игорь Михайлюк разыскал в Центральном архиве Министерства Обороны Российской Федерации датированный началом августа 1942 года приказ о зачислении в состав 32 истребительного авиаполка 20-и самолетов Як-1, полученных с авиазавода в г. Саратове. На одном из них и был установлен мотор М-105ПФ № 3-236. Уже 26 августа этот мотор был списан, как боевая потеря…
Удалось найти и архивные сведения о том, что 9 августа 1942 года на самолете Як-1 № 4584 с мотором М-105ПФ № 3-236 не вернулся с боевого задания летчик 32 иап сержант Иван Алексеевич Дмитриев, 1923 года рождения, уроженец с. Рогачево Загорского района Московской области.
Значит, письмо из прошлого, найденное в обломках истребителя, указало верное направление поиска!
Коллеги-поисковики из Московской области в родном селе летчика – Рогачево смогли отыскать не только старожилов, знавших летчика, но и семью его брата - Николая, до сих пор живущую там.
Оказалось, что Иван Дмитриев был старшим сыном в большой семье, где было еще двое сыновей и одна дочь. В послевоенное время он демобилизовался, жил в Москве и умер за несколько лет до того, когда в урочище Буконтово был найден его самолет... Благодаря этому, удалось разыскать в многомиллионном городе жену летчика – Иду Николаевну. Она рассказала Андрею Виноградову о непростой судьбе своего мужа и поделилась некоторыми документами и фотографиями.
Из автобиографии, написанной Иваном Алексеевичем 25 апреля 1942 года – «…родился 6 июня 1923 года в дер. Рогачево, Загорского района, Московской области, в семье крестьянина. В 1940 году закончил среднюю школу в гор. Краснозаводске, Загорского района, Московской области. В апреле 1941 года поступил в Армавирскую военную школу летчиков, которую закончил в мае 1942 года и направлен на Западный фронт 32 истребительный авиаполк. 9 августа 1942 года был сбит в воздушном бою, получил осколочные ранения и ожоги, находился в госпитале в г. Москве, 1-ый поперечный просек, Сокольники, до ноября 1942 года. после госпиталя направлен на фронт в 32 истребительный авиаполк, в составе которого участвовал на Калининском, Юго-Западном фронтах и Курско-Орловской дуге. 13 июля 1943 года, выполняя задание командования 32 авиаполка в составе группы истребителей, был сбит в воздушном бою и пленен немцами в районе Белгорода. В плену у немцев находился в лагерях военнопленных и был освобожден из плена частями Советской армии 7 мая 1945 года в лагере военнопленных в 60 км от Дрездена. После освобождения из плена штабом 2-ой Воздушной армии направлен в 32 истребительный авиаполк для прохождения дальнейшей службы. В августе 1945 года командование 256 авиадивизии, находившейся в гор. Лигниц (ГДР), направило меня на государственную проверку в Башкирскую АССР ст. Алкино, где находился до 23 ноября 1945 года и приказом № 0705 Юж. Ур. ВО уволен в запас.
В июне 1946 года поступил на курсы работников таможенных учреждений МВД СССР в гор. Риге и закончил их в декабре 1946 года. После окончания курсов с 1 января 1947 г. по 29 сентября 1947 г. работал в Минской таможне. В октябре 1947 г. Главное таможенное управление направило на работу во Владивостокскую таможню, где 17 марта 1948 года был арестован.
С 17 марта 1948 года по 13 августа 1955 года находился в лагерях МВД на Крайнем Севере.
9 августа 1955 года постановлением Отдела КГБ при Совете Министров на Тихоокеанском морском бассейне на основании ст. 204 п. «б» УПК РСФСР за (неимением) отсутствием состава преступления освобожден и реабилитирован.В октябре 1955 года Главное таможенное управление направило меня на работу в Вюльнюсскую таможню, где работал до марта 1961 года инспектором таможни. В марте 1961 года поступил на работу в Шереметьевскую таможню, где работал до 14 апреля 1972 года. с декабря 1957 года член КПСС. Заочно окончил в 1958 году Вильнюсский техникум советской торговли, в 1968 году Всесоюзный юридический заочный институт…»
В боевой характеристике на младшего лейтенанта Дмитриева, выданной 32 истребительным авиаполком 5 февраля 1946 года, указано, что за время пребывания на фронте он произвел 3 воздушных боя, сбил один самолет противника Ме-109, в боях показал образцы мужества и отваги…
Ида Николаевна рассказала, что Иван Алексеевич с детства хотел стать летчиком, еще до поступления в летную школу, которую окончил с отличием, совершил более 100 прыжков с парашютом.
Ему предлагали остаться инструктором, но он рвался на фронт. В августе 1942 года в воздушном бою был ранен, многочисленные осколки разорвавшегося в кабине самолета снаряда авиационной пушки попали в правое бедро – от колена до тазобедренного сустава. Самолет загорелся, пламя обожгло лицо и руки. Два месяца пролежал в авиационном госпитале в Сокольниках и в конце октября вернулся в свой полк.
Во время битвы на Курской дуге его самолет Як-9 был сбит в воздушном бою. Пилот Дмитриев, ставший к тому времени младшим лейтенантом, приземлился с парашютом на оккупированной территории. Пытался найти партизан, но местные жители выдали его немцам.
На допросе вынужден был признать, что он летчик, сбит в воздушном бою, но дал ложные данные о своем полку, количестве самолетов в нем и т.п.
Был направлен в лагерь к власовцам, склонявшим попавших в плен летчиков к вступлению в так называемую «Русскую освободительную армию». Оттуда он с другими пленными попытался бежать, но был пойман и отправлен в лагерь военнопленных.
По сведениям Центрального архива Министерства Обороны Российской Федерации, Иван Алексеевич Дмитриев с 10 октября 1943 года находился в лагере военнопленных Люфтваффе Лицманштадт (Лодь, Польша), 28 января 1944 года переведен в Шталаг V.А. в Людвигсбурге, неподалеку от Штутгарта, с 9 сентября 1944 года до освобождения он в Шталаге IV. Б., близ Мюльберга, что в Саксонии.
В регистрационных картах военнопленного Дмитриева указано, что попал в плен 13 июля 1943 года в районе Харькова. Видимо, молодой летчик успел уничтожить часть своих документов, и в учетных картах, составленных с его слов, заведомо неверно указаны дата рождения, воинское звание – лейтенант, место рождения и жительства родителей – город Витебск…
В лагерь Лицмандштадт он прибыл почти через три месяца после пленения. Очевидно, действительно, младший лейтенант Дмитриев, как и многие другие попавшие в плен советские летчики, первоначально оказался в лагере особого назначения Моритцфельд, где проводилась их активная психологическая обработка, дабы принудить к вступлению в ряды власовцев…
Тем временем, в полку посчитали, что «Вано», как называли его друзья, погиб и направили родным «похоронку». В результате, в послевоенное время его имя было увековечено на одной из братских могил в Белгородской области. Со слов мужа Иде Николаевне было известно, что ему доводилось бывать на этой могиле...
После войны, проходя проверку, Иван Дмитриев познакомился с танкистом по фамилии Трофимов, тоже попавшим в плен на Курской дуге. Вдвоем с ним он и направился в Ригу, учиться на таможенника.
Еще совсем молодым был назначен руководителем таможенного поста в порту Находка, где «не сошелся характером» с одним из местных работников, который написал донос, обвинив своего начальника в том, что тот посещает военные корабли с целью сбора шпионских сведений…
Статья уголовного кодекса за такое преступление была «расстрельной», но в 1947 году смертная казнь в СССР была отменена, и Иван Алексеевич был осужден к 20-и годам лишения свободы. До отмены приговора и реабилитации в 1955 году восемь долгих лет провел в лагерях на Колыме.
После освобождения, работая в Вильнюсе, познакомился со своей будущей женой. Вместе с ней переехал в Москву, где они много лет проработали в международном аэропорту Шереметьево, Иван Алексеевич в таможне, Ида Николаевна – переводчиком. Вырастили и воспитали сына и дочь.
На одном из фото таможенник Дмитриев, вместе с группой офицеров и летчиков гражданской авиации, запечатлен в аэропорту Шереметьево рядом с первым космонавтом Земли – Юрием Гагариным.
15 февраля 1968 года, в связи с пятидесятилетием образования Вооруженных Сил, Указом Президиума Верховного Совета СССР за проявленные в годы Великой Отечественной войны героизм и мужество И.А. Дмитриев был награжден медалью «За отвагу».
Главным праздником в его семье был День Победы. Живя в Москве, в этот день Иван Алексеевич с родными всегда приходил в Александровский сад к Могиле Неизвестного Солдата…Ранение и длительное пребывание в немецких, а потом и колымских лагерях, сказались на здоровье, летчик-фронтовик Дмитриев получил вторую группу инвалидности…
Умер Иван Алексеевич в конце 2000 года, прожив долгую, пусть и совсем непростую, полную трагических событий и часто несправедливую к нему жизнь, оставшись для потомков примером несгибаемости и верности долгу…
Об истории подъема самолета, и поиске летчика Дмитриева и его судьбе рассказывали газета «Зубцовская жизнь», журнал «Военная археология», Тверское телевидение...
В заключение хочется добавить, что в далекий день 9 августа 1942 года с боевого задания вместе с сержантом Дмитриевым не вернулся еще один летчик 32 истребительного авиаполка – старший сержант Леонид Антонович Згода.
Он погиб в воздушном бою, был похоронен в 800 метрах юго-восточнее деревни Власово и ныне числится перезахороненным на Мемориале Московская гора в Зубцове…
Но часто бывало, что в качестве места захоронения погибших летчиков в годы войны указывалось место падения их самолетов, а послевоенные перезахоронения производились только на бумаге.
Участникам нашей команды, вместе с коллегами, еще предстоит найти место падения самолета старшего сержанта Згоды и проверить, не лежат ли до сих пор его останки в обломках боевой машины…