На левом берегу Осуги…
Часть I
Нынешняя зима с ее необычным для последних лет обилием снега и частыми морозами не позволила участникам нашей команды реализовать планы поисковых разведок на предполагаемых местах падения самолетов Великой Отечественной. Поэтому, пользуясь вынужденным перерывом в полевых работах, мы решили напомнить еще об одном месте в наших краях, ставшем в годы Великой Отечественной ареной кровопролитных боев. Правда, берясь за подготовку статьи, и сами не предполагали, какой объем информации – из архивных документов, отчетов наших коллег-поисковиков, заметок и видеосюжетов в СМИ и на просторах Интернета, придется нам собрать и детально изучить, и сколько это займет времени…
С момента предыдущей нашей публикации прошло два месяца, и только сегодня мы представляем первую часть своего рассказ о событиях, происходивших на левом берегу Осуги в нескольких километрах вверх по течению от места ее слияния с Вазузой.
Когда-то давно, в середине XIX века, здесь, на изрезанных глубокими оврагами скудных нечерноземных полях между Осугой и широкой полосой лесов, болот и пустошей, протянувшейся северо-западнее, стояло целое «ожерелье» небольших деревень и совсем малых деревушек – Половинино, Плющево, Пищагино, Лучково, Вишневка, Сады, Пальцево, да две помещичьих усадьбы – Чашниково и Суховарово.
В усадьбе Суховарово родился и жил Николай Дмитриевич Квашнин-Самарин, известный историк и краевед Тверской губернии, литературовед. После его смерти в 1918 году в усадьбе осталась обширная библиотека - около 5000 томов на русском, немецком, французском и итальянском языках конца XVIII – первой половины ХIX столетия, книги, преимущественно, исторического и литературного содержания, журналы начала XIX века. Впоследствии она стала достоянием тверского областного музея.
К концу 1930-х, после коллективизации, деревни вдоль Осуги заметно разрослись - в Лучково стало 30 дворов, в Пищагино и Плющево – по 37, были построены две школы. Севернее, на полях, возникших на месте былых пустошей, выросли новые деревни – Староселово, Скрябино, Сковорухино… В строениях бывшего имения Суховарово был организован маслобойный завод.
Потом пришла война, и в пламени ожесточенных боев, грохотавших в этих местах с августа 1942 года по март 1943 года, деревни исчезли без следа.
Лишь немногие из них смогли возродиться из пепла войны, но уже в середине 1950-х началось укрупнение колхозов, после которого остались только Лучково и Пальцево. Им суждено было надолго стать самыми отдаленными населенными пунктами в глуши юго-запада Зубцовского района, а потом и Пальцево постепенно обезлюдело и исчезло…
Спустя еще двадцать лет, в 1970-х, началось строительство Вазузского водохранилища для снабжения питьевой водой Москвы.
Когда оно заполнилось, Осуга из небольшой речки превратилась в один из рукавов огромного рукотворного озера. Преградившая Вазузу неподалеку от Зубцова плотина гидроузла и вновь отсыпанные дороги сделали Лучково доступным местом, туда потянулись многочисленные рыболовы и дачники.
В те годы казалось, что война уже ушла далеко в прошлое. О ней напоминали лишь заплывшие траншеи и воронки в лесах и оврагах, да ржавые снаряды и мины, что частенько выворачивало из земли плугами при пахоте на полях, где прошла рекультивация, стершая следы «лунного пейзажа» военных лет. Некоторым из нас доводилось тогда видеть, как это «эхо войны» валялось прямо на обочинах дороги в урочищах Плющево и Пищагино.
Только мальчишки всех послевоенных поколений, не взирая на запреты родителей, неизменно «копали патроны», да и что посерьезнее…
Спустя сорок шесть лет с того дня, когда в Берлине над разбитым рейхстагом советский солдат водрузил знамя Победы, в 1991 году, в поля и леса на левом берегу Осуги пришли первые поисковые отряды, и оказалось, что тут почти повсюду в давно заброшенных могилах или вовсе незахороненными лежат сотни бойцов и командиров Красной Армии…
Сегодня мы, вместе с нашим другом - Алексеем Кузнецовым, командиром Архивно-поисковой группы «Броня» из Саранска, которая, пожалуй, больше всех поисковых отрядов работала и продолжает работать в этой части района, расскажем о тех немногих из павших в боях на левом берегу Осуги воинов, чьи имена удалось вернуть нашим коллегам-поисковикам.
Первыми из установленных поисковиками по медальонам в здешних краях оказались красноармеец 88 стрелковой дивизии Василий Кузьмич Трифонов, 1899 года рождения, уроженец деревни Гришки, Гусь-Хрустального района Владимирской области, погибший 25 ноября 1942 года и числившийся похороненным на дивизионном кладбище к юго-востоку от деревни Чашниково, а также Болотин Константин Андреевич, 1911 года рождения, уроженец деревни Клеванцево Семеновского района Костромской области, учтенный как пропавший без вести в декабре 1941 года. Однако, по архивным данным, красноармеец Болотин, ранее служивший в 645 отдельном линейном батальоне связи, 27 октября 1942 года прибыл в 199 запасной стрелковый полк 31-й Армии из особого отдела 139 стрелковой дивизии. Очевидно, он погиб еще не внесенным в списки части, куда прибыл с маршевым пополнением из 199 зсп…
Поисковый отряд «Рокада» из города Дегтярска Свердловской области поднял останки этих двух бойцов летом 1994 года в полукилометре к северу от Лучково, и разыскал дочерей обоих – Надежду Васильевну Холодкову, жившую в городе Судогда Вологодской области, и жительницу поселка Островское Костромской области Александру Константиновну Кукушкину.
В августе 1997 года поисковики «Рокады» в лесу северо-восточнее Лучково обнаружили «верховые» останки двоих бойцов Красной Армии. По записке из медальона определили, что один из них - Иванов Алексей Михайлович, 1899 года рождения, наш земляк - житель города Калинина, ныне Твери, призванный Заволжским РВК 3 марта 1942 года.
23 июня 1942 года стрелок 916 стрелкового полка 247 стрелковой дивизии красноармеец Иванов был ранен и направлен в ППГ 1159, дальнейшая его судьба неизвестна…
Следующие несколько лет на левом берегу Осуги работали многие поисковые отряды.
В июле 2000 года произошло важное событие в жизни участников созданного незадолго до этого Зубцовского поискового отряда «Долина». В двух километрах к северо-северо-западу от Лучково, на заросших густым кустарником бывших полях, трое из них, тогда совсем еще молодые ребята, наткнулись на большую оплывшую воронку, залитую водой. По всей ее площади щупы, уходя в глубину, издавали хорошо знакомый каждому поисковику характерный стук.
Пришлось отчерпывать воду, вырубать и корчевать многолетние, переплетенные между собой кусты. Под метровым слоем земли в воронке от крупнокалиберного артиллерийского снаряда находились аккуратно уложенные рядами, головами на запад, останки 28-и человек. По уцелевшим фрагментам зимнего обмундирования стало понятно, что бойцы погибли зимой 1942-1943 года.
Лишь у одного из погибших - со знаками различия старшего лейтенанта или политрука, в свитере и с надетой на голову каской был при себе медальон. Стандартный бланк вкладыша сохранился неплохо, но записи в нем «поплыли», и первоначально удалось прочитать лишь, что медальон принадлежал политруку Миронову Андрею Ивановичу, уроженцу Чкаловской (ныне Оренбургской) области. Неоднократные попытки найти сведения о нем и его родственниках так и оставались безуспешными…
Лишь, спустя без малого четыре года, Алексей Кузнецов и командир поискового отряда «Батьковщина» из братской Беларуси Александр Дударенок, обработав скан вкладыша в компьютерных графических редакторах, смогли правильно прочитать фамилию погибшего политрука – Мелентьев.
По архивным сведениям, политрук роты 478 отдельного саперного батальона 336 стрелковой дивизии Андрей Иванович Мелентьев родился в 1909 году в деревне Баклановка Сорочинского района, был призван в 1941 году Люксембургским РВК Чкаловской области, но лишь в 1945 году учтен, как пропавший без вести в июле 1943 года…
В феврале 1942 года он был ранен, находился на излечении в СЭГ 290, в то время размещавшемся в Москве, в Лефортово, и вернулся в строй.
По просьбе Алексея Кузнецова в газетах Сорочинского и Красногвардейского районов Оренбургской области были опубликованы заметки о поиске родственников погибшего воина. На публикацию в газете «Красногвардеец» откликнулись односельчане Андрея Ивановича, которые помогли найти его дочерей – Майю Андреевну и Валентину Андреевну.
Они поделились с поисковиками бережно хранящимися в их семьях фото, фронтовыми письмами отца и своими воспоминаниями о нем…
Вспоминает Майя Андреевна…
«В 1932 году отец приехал во вновь организованный совхоз, где работал гуртовщиком, одновременно, заочно учась в техникуме. Был ударником коммунистического труда, освоил передовую в те времена технику – трактор, комбайн. Занимался профсоюзной работой, был председателем рабочкома. Продолжил учебу в институте, хотя к тому времени был женат и уже имел двоих детей.
Из совхоза был направлен в райцентр, на должность инструктора районного комитета ВКП(б). По работе ему постоянно приходилось ездить по всему существовавшему тогда Люксембургскому району, летом на велосипеде, зимой – на лыжах. В одной из таких поездок простудился, долго и тяжело болел. По выздоровлении был назначен в совхоз имени Ленина заместителем начальника политотдела по комсомольской работе.»
2 мая 1941 года Андрея Ивановича призвали в армию на сборы, а вскоре началась война. Последнее письмо на почтовой карточке с обратным адресом «полевая почта 134. Часть 563…» было написано политруком Мелентьевым 9 ноября 1942 года.
Потом на все запросы жены приходил ответ – «по спискам убитых, умерших от ран, пропавших без вести не зарегистрирован»…
Только в январе 1946 года райвоенкомат сообщил, что политрук Мелентьев, находясь на фронте, пропал без вести в июле 1943 года.
В наши дни огромная редкость то, что в семье погибшего воина Великой Отечественной сохранились все письма и открытки, которые он присылал с фронта. У потомков Андрея Ивановича их, без малого, 20 штук!
Все они пронизаны безмерной любовью и тоской по близким, преданностью Родине, и полны уверенности в нашей Победе. Сейчас строки этих писем, написанных более восьмидесяти лет назад, звучат как никогда актуально…
Вот, что писал политрук Мелентьев в своих последних письмах. Мы приводим отрывки из них, сохранив авторскую орфографию и пунктуацию…
«15.10.1942 г. …Сейчас находясь в действующей армии, деремся с врагом, для того, чтобы сохранить миллионы жизней людей свободного народа, чтобы освободить людей и территорию нашей родины от немецких оккупантов. Эти звери в человеческом образе задумали поставить советский народ на колени и заставить работать на себя а самим быть барами и только управлять нами, но с этой стороны они прощитались. Наш народ никогда не допускал до того чтоб немецкие собаки победили, всегда отражал врагов, тем более сейчас советский народ не дает себя в обиду, правда война трудная, тяжелая, требует больших жертв, лишений, но это все перенесется для того, чтоб жить хорошо вперед. Ну а если многие из нас погибнут, а война без жертв не бывает, пусть будет свободно жить наши дети и строить свою жизнь...»
«30.10.1942 г. …Многие себе представляют и даже говорят, что на войне не о чем не думаешь кроме войны, атак да стрельбы. Ни о чем не вспоминаешь. Это не верно. Нигде так много не вспоминаешь не раздумываешь как на войне. В голове проплывает вся жизнь прожитая и плохо и хорошо и особенно последняя когда стали жить хорошо, стала действительно счастливая и культурная жизнь. И эту жизнь отняли, разбили ненавистные враги, захотевшие покорить нашу страну, наш народ и еще больше накипает злоба, ненависть драться до последней капли крови, до тех пор пока бьется сердце пока в груди есть жизнь и никогда не хочется так жить, как сейчас. Жить для того, чтобы победить, чтобы освободить советскую землю, советских людей и вернуться к родным очагам, к своим детям, здоровым, а для этого нужна борьба, тяжелая кровавая, которая потребует еще много жертв. Но мы победим и над нашей землей взойдет солнце свободы и счастья.
Милая Марина, придет день, когда мы выгоним гитлеровцев с нашей земли, настанет утро, когда не будет больше слышно пушек и бомб в этих прекрасных лесах и наступит удивительная тишина и снова запоют птицы. Как будет многозначительно пройти по тихим оврагам, где мы слышали столько грохота и шума, пройти по пустым окопам и блиндажам. Навестить могилы и почтить память героев, героически дравшихся за свою родину, за свой народ не жалея крови и жизни, и павших в справедливом бою. И если бы у них была б вторая жизнь, они отдали бы и ее за этот светлый день грядущей победы…»
9 мая 2004 года в Зубцов из Оренбурга приехали Валентина Андреевна с сыном Александром, а из Тольятти – Елена, дочь Майи Андреевны. На торжественном митинге Валентине Андреевне на вечное хранение в семье был передан вкладыш из медальона её отца.
На память родные политрука Мелентьева увезли с воронки, где были подняты его останки, молоденькую березку, которая сейчас растет на его малой родине.
Все эти годы, храня память о погибшем отце, деде, прадеде, они поддерживают связь с поисковиками, присылают им трогательные поздравления с праздниками…
Многие документы, фото и письма Андрея Ивановича ныне хранятся в Кинзельском сельском музее, на его малой родине.
По стечению обстоятельств, в день, когда поисковики «Долины» и «Брони» вместе с родственниками политрука Меленьева возвращались с того памятного места, их ожидала новая находка.
Посреди леса, на подкормочной площадке охотхозяйства, рядом с огромной березой, на которойустроена засидка, они увидели мародерский раскоп с торчавшими из него останками.
Вместе с коллегами из Зубцовского отряда «Память», ребята из «Брони», вернувшись туда, подняли останки 30-и бойцов, находившиеся в давно запаханной глубокой воронке. С ними был обнаружен единственный медальон, но записи в сильно пострадавшем от влаги стандартном вкладыше прочитать так и не удалось…
Тогда, в начале 2000-х многим из наших коллег казалось, что гораздо больше шансов найти останки бойцов вдали от жилых мест. Потому-то большая часть воинов, поднятых в те годы, была обнаружена в лесах к северо-западу от Лучково.
Никто еще не знал, что земля хранит страшные тайны прошедшей войны рядом с этой деревней и даже в ее черте…
Но уже весной 2005 года у поисковиков «Брони» появились первые находки непосредственно у Лучково.
2 мая на берегу Осуги, южнее деревни, в засыпанной стрелковой ячейке, на глубине чуть больше полуметра они обнаружили останки погибшего от осколочных ранений воина. Судя по находившимся с ним планшету, электрическому фонарику, компасу, протирке для револьвера Наган, карандашам красного и черного цвета, он был офицером.
В медальоне, найденном с останками, была хорошо сохранившаяся записка, которую удалось прочитать тем же вечером в лагере отряда.
В ней карандашом было написано:
«Тамбовская область,
г. Рассказово,
Рассказовский район,
Хитровский с/с,
к/х «Нива»,
Безруковой Александре Тимофеевне».
По архивным данным, младший лейтенант Безруков Василий Иванович, командир взвода 147 отдельной мотострелковой разведроты 88 стрелковой дивизии, уроженец села Хитрово Рассказовского района Тамбовской области, погиб 12 августа 1942 года и был похоронен в районе Лучково.
Наверное, хорошим командиром взвода был Василий Безруков, разведчики уважали – среди его личных вещей были бритвенный станок и пачка трофейных лезвий, по тем временам – немалая ценность во фронтовом быту.
Благодаря помощи администрации Рассказовского района Тамбовской области удалось разыскать жившую в Москве вдову сына младшего лейтенанта Безрукова. Останки Василия Ивановича Безрукова были перезахоронены на Домодедовском кладбище рядом с могилами жены и сына.
Тем временем, за несколько дней мая 2005 года поисковики «Брони» обнаружили в различных местах неподалеку от Лучково еще четверых бойцов, а на следующий после праздника великой Победы день – воронку с останками еще шестерых бойцов, всего в десяти метрах от крайнего дома деревни.
Эти десять погибших так и остались неизвестными…
В сентябре 2005 года наши друзья из поискового отряда «Победа» вместе с ныне покойным Сергеем Николаевичем Мазниченко, командиром ПО «Высота» из Белгорода, в 1200 метрах к западу от урочища Пищагино подняли останки 17 воинов Красной Армии, с которыми был обнаружен медальон.
В нем находилась отлично сохранившаяся записка на листке из блокнота с изображением Спасской башни Кремля и развернутого красного знамени, датированная 11 августа 1942 года:
«Адрес части 1596
П.П.С. Командир Транспортной Роты. 611 ст. пол. 88 Дивизии 31 армии. Кто найдет сообщите.
Уроженец Орловской области город Стародуб улица Клин. Дом № 83
Женат имею жену и 4-х детей семья живет в Орловской области город Стародуб улица Клин дом 83».
По ней удалось установить техника-интенданта Шелепахо Николая Степановича, 1903 года рождения, командира транспортной роты 611 стрелкового полка 88 сд, а ранее – заведующего делопроизводством 88 стрелковой дивизии. Сведения о его гибели в Центральном архиве Минобороны России отсутствовали до декабря 1978 года, когда он был исключен из списков Советской Армии, как погибший 4 августа 1942 года…
Понимание того, что вокруг Лучково, да и в самой деревне, в годы войны больше, чем на семь месяцев, ставшей полем боя, в земле лежат до сих пор останки сотен советских воинов, окончательно пришло спустя несколько лет.
Тогда, в марте 2009 года житель Лучково Владимир Ведерников, о котором мы уже рассказывали в своих публикациях, сообщил поисковикам «Долины», что совсем рядом с деревней – меньше, чем в 100 метрах от водонапорной башни, обнаружил засыпанную воронку и, пробив шурф, наткнулся на сплошной слой останков бойцов Красной Армии...
Морозным не по-весеннему днем 21 марта, когда еще лежал глубокий снег, пятеро поисковиков отрядов «Долина» и «Взвод» во главе с Андреем Виноградовым приехали в Лучково.
Пытаясь найти края воронки, вскрыли тридцатисантиметровый слой льда и сразу же увидели в земле лежавшие вперемешку останки с фрагментами зимней формы – шинелей, валенок, свитеров.
Работали весь день, не взирая на вдруг начавшийся снегопад, но сразу стало ясно, что работы здесь предстоит еще много.
Удалось найти три металлических медальона, один самодельный – из стрелянной гильзы и две пришедших в негодность красноармейских книжки.
Записка в медальоне из гильзы сохранила запись - «Красноярский край, село Кеж…, Пролетарская, Лушниковой Варваре Алексе… Полевая почта 332 часть …». Он принадлежал красноармейцу 813 стрелкового полка 239 стрелковой дивизии Лушникову Илье Алексеевичу из села Кежма Красноярского края, погибшему 27 ноября 1942 года и числящемуся похороненным в деревне Пищагино…
В августе 2009 года на торжественное перезахоронение останков Ильи Алексеевича на воинском мемориале в Веригино приезжала семья его внука – Юрия Витальевича Лушникова.
На клочках бумаги, извлеченных из одного металлического медальона, были едва различимы строки карандашом – часть фамилии и адреса жены. По ним-то и удалось установить Захарова Бориса Васильевича, 1907 года рождения, уроженца Ярославской области, красноармейца, стрелка 813 стрелкового полка 239 сд. Он тоже числился убитым 27 ноября 1942 года в деревне Пищагино Зубцовского района и похороненным там же…
Благодаря помощи сотрудников военкомата Ярославской области, поисковики смогли отыскать его сына и дочерей.
Они рассказали, что Борис Васильевич жил в деревне Городище Переславского района Ярославской области, работал в колхозе. Был добросовестным и трудолюбивым человеком. В добротном доме, построенным его руками, вместе с женой и четырьмя детьми, которых он очень любил, жили и его родители. У дома рос посаженный им яблоневый сад, что тогда в тех краях было редкостью, была небольшая пасека.
В 1939 году Борис Захаров был призван на финскую войну, но в боевых действиях не участвовал, а в августе 1941 года вновь мобилизован. Воевал под Москвой, получил тяжелое ранение, долгое время лежал в госпитале, где его несколько раз навещала жена. По выздоровлении был вновь направлен на фронт. Родные знали, что он находится где-то под Ржевом.
Часто писал домой, беспокоился о семье и верил, что, когда война закончится, вернется на свою малую родину.
Последние два его письма датированы 23 ноября 1942 года. В тот день, послав одно письмо, он внезапно получил посылку из дома, и написал второе, в котором благодарил за посылку и сообщал, что находится в медсанбате с легким ранением.
Извещение о том, что он погиб 27 ноября, пришло в деревню раньше, чем его последнее письмо…
Жена никак не могла поверить, что он погиб, и замуж так больше не вышла. Оставшись одна с четырьмя детьми, она сумела вырастить их, воспитать достойными людьми, дать им образование…
Что бы прочитать то, что сохранилось на фрагментах записки из другого медальона, ушло немало времени. Оказалось, что он принадлежал стрелку все того же 813 сп 239 сд красноармейцу Хамитову Игнатию Леонтьевичу, 1906 года рождения, жителю села Тугаево Комсомольского района Чувашии, погибшему 26 ноября 1942 года…
Оказалось, что у Игнатия Леонтьевича множество родственников, на малой родине бойца на кладбище ему установлен памятник – кенотаф, а в 2023 году двое внучатых племянников, один из которых живет далеко в Сибири, приезжали на могилу в Веригино…
27 апреля 2009 года поисковики «Долины» и «Взвода», вместе с друзьями из «Брони», возобновили работу на воронке у Лучково.
Оказалось, что ее глубина достигала двух метров, а общее количество бойцов в этом санитарном захоронении составило 78 человек.
С останками была обнаружена размокшая красноармейская книжка, по которой был установлен Довбыш Николай Иванович, 1923 года рождения, уроженец Полтавской области. Он был призван в ряды Красной Армии в марте 1942 года Октябрьским РВК Челябинской области, а в июне убыл из 273 запасного лыжного полка в 88 стрелковую дивизию. Красноармеец Довбыш числится пропавшим без вести в августе 1942 года…
Были найден еще один эбонитовый и два металлических медальона.
По фрагментам самодельной записки в одном из них, вновь благодаря помощи Александра Дударенка, было возвращено имя еще одному бойцу 813 стрелкового полка 239 сд – Зарчикову Сафрону Дмитриевичу, 1898 года рождения, жителю села Афанасьево Тулунского района Иркутской области, погибшему 26 ноября 1942 года.
30 апреля, когда работа на воронке с останками 78-и бойцов уже завершалась, поисковиками «Брони» всего в 50 метрах к западу от Лучково, на краю приусадебных участков, был обнаружен мародерский раскоп с останками бойца Красной Армии, вместе с которыми в винтовочной гильзе находилась записка – «Николаев Алексей Алексеевич, кр-ц птр 3 б-на 813 сп. Адрес Н.С.О., Н.С. р-он, г. Бердск, ул. Некрасова, д. 11, жена Николаева Александра Павловна».
Бронебойщик 813 стрелкового полка 239 сд красноармеец Алексей Алексеевич Николаев родился в 1907 году, был мобилизован Бердским райвоенкоматом на шестой день Великой Отечественной войны, служил в 34 отдельном лыжном батальоне, с ноября 1941 года родные утратили связь с ним, и он был признан пропавшим без вести, хотя на самом деле продолжал сражаться в рядах 239 стрелковой дивизии до гибели в конце ноября 1942 года…
Командир Бердского поискового отряда «Кондор» Сергей Зверев сумел отыскать дочь бойца Николаева – Нину Алексеевну. На торжественное перезахоронение останков приезжали два внука и внучка Алексея Алексеевича.
В дальнейшем удалось прочитать и записки из двух других медальонов, найденных в большой воронке в апреле 2009 года.
Красноармеец Бодунков Егор Васильевич, 1902 года рождения, из деревни Матренкино, что в Калязинском районе Тверской области, тоже оказался бойцом 813 стрелкового полка 239 сд, погибшим 27 ноября 1942 года. Шестеро односельчан Бодунковых, среди которых Егор Васильевич, не вернулись с войны в родную деревню…
А вот принадлежность другого медальона из того санитарного захоронения сержанту 212 танковой бригады Гамаюрову Якову Михайловичу, 1916 года рождения, уроженцу села Ивановка Давлекановского района БАССР, стала неожиданностью для наших друзей.
В именном списке безвозвратных потерь командир башни сержант Гамауров значится пропавшим без вести 13 августа 1942 года, а в Книге памяти Республики Башкортостан командир танка сержант Гамаюров указан, как погибший в этот же день и похороненный в деревне Лучково Смоленской области. Только вот раньше нигде среди архивных документов упоминаний о действиях танков 212 тбр в августе 1942 года в районе Лучково не встречалось…
Семья внука танкиста Гамаюрова живет в Тюменской области.
В июне 2009 года поисковики «Долины» западнее Лучково нашли одиночное захоронение красноармейца Васильева Якова Васильевича, 1910 года рождения, уроженца села Пешково Нерчинского района Читинской области, призванного Енисейским РВК Красноярского края 16 декабря 1941 года и числящегося пропавшим без вести с февраля 1943 года.
В записке из медальона поисковики прочитали «Красноярский край, Енисейский район, с. Подтесово, жена - Васильева Елена Титовна».
По желанию его дочери – Надежды Яковлевны Подтесовой, которой, когда отец уходил на фронт было всего три года, останки Якова Васильевича с воинскими почестями были преданы земле 10 октября 2009 года на кладбище поселка Подтесово …
Через год, в апреле 2010 года, «Броня» возвратила из небытия имена еще двоих воинов, павших под Лучково.
Вышло так, что медальон с отлично сохранившей запиской и останки его владельца - минометчика 817 стрелкового полка 239 сд Ивана Дмитриевича Давыдова, 1900 года рождения, уроженца и жителя подмосковных Озер, погибшего 26 ноября 1942 года и числящегося похороненным в Лучково, нашел его однофамилец - поисковик Алексей Давыдов!
Это был первый найденный Алексеем медальон. 25 апреля он обнаружил останки бойца щупом на совсем небольшой глубине. Удивительно, как они не были растащены плугами при пахоте в течение нескольких десятков послевоенных лет.
Благодаря помощи администрации Озерского района, удалось узнать, что родные бойца после войны уехали на Дальний Восток, и разыскать его внучку, живущую ныне в Ставрополе. Она с семьей приезжала на мемориал в Веригино, где Алексей Давыдов установил памятную плиту своему однофамильцу, и на место гибели деда.
По словам внучки, в 1941 году Иван Дмитриевич ушел на фронт и вскоре был тяжело ранен в ноги. Врачам московского госпиталя удалось спасти их от ампутации. В июле 1942 года, по выписке из госпиталя, он прислал свое фото в военной форме, а в декабре пришла похоронка...
Во время весенней Вахты Памяти 2010 года сводная группа АПГ «Броня» обследовала и заброшенное поле на берегу Осуги, прилегающее к Лучково.
И вот, 29 апреля в каких-то 100 метрах от крайних строений деревни была обнаружена воронка, в которой находились останки 9-й бойцов. Найденная с ними единственная стандартная капсула медальона оказалась пуста, но на накладке перочинного ножа не без труда удалось прочитать надпись - «На память М. Сименову».
Да, мы прекрасно понимаем, что установление личности погибшего воина по подписному предмету, будь то кружка, ложка, нож, котелок или тому подобное, крайне ненадежно.
Но в данном случае, среди всех погибших в этом районе оказался единственный «М. Семенов» - красноармеец 1128 стрелкового полка 336 стрелковой дивизии Марк Семенович Семенов, 1905 года рождения, из деревни Серан Советского района Чувашской АССР. Он погиб 26 ноября 1942 года, и числился похороненным около деревни Плющево.
Прямых потомков у него не осталось, только живущая в Чувашии племянница, которую разыскал Алексей Кузнецов…
С конца 2000-х в этих краях, как и по всему району, словно грибы после дождя, тут и там стали расти новые жилые дома, особняки и усадьбы, целые коттеджные поселки.
Многие их жители помнят, что живут на земле, бывшей ареной кровопролитных боев, и чтут память погибших здесь советских воинов. Находя останки бойцов во время строительных работ, они сразу же сообщают об этом, и зачастую, сами обращаются с просьбами проверить их участки.
Некоторые, как построивший дом в Лучково москвич Григорий Антонов, стали настоящими друзьями поисковиков «Брони». Григорий по собственной инициативе, в память о деде, пропавшем без вести в 1943 году на тверской земле, составляет Книгу Памяти красноармейцев, павших в окрестностях Лучково...
Но, чего греха таить, встречаются и другие - те, кого перефразируя слова классика, «испортил вопрос частной собственности на землю».
Они с пеной у рта готовы доказывать «священность» своего права собственности на землю, совсем еще недавно, несколько десятилетий назад бывшую общенародным достоянием. Им наплевать, что их постройки возводятся на костях защитников Родины, и они наотрез отказываются пускать поисковиков в свои владения…
Немалая «заслуга» в том, что поля былых сражений, обильно политые кровью советских солдат, уходят под застройку без проверки поисковиками, и тех, кто подобно персонажу фильма «Гараж» в исполнении Георгия Буркова, «продал Родину». Только действуют они не в масштабах приусадебного участка своих предков, а десятков и сотен гектаров, путем расширения границ поселений и другими не столь уж хитрыми способами…
Долгие годы на поле к западу от Лучково стоял бесхитростный памятник из нержавеющей стали со звездой, фото и табличкой «Исаков Георгий Иннокентьевич 1916 - 1942 1130 стрелковый полк 336 стрелковой дивизии Сибиряк Погиб 26 ноября на этом месте» и оградка.
По легенде, останки красноармейца Георгия Исакова были найдены местным пастухом, который нашел его родных. На место гибели бойца приезжали сыновья, они-то и поставили там памятник с оградкой.
Прямо рядом с ним поисковики «Брони» подняли из запаханной траншеи останки троих бойцов, медальонов при них не оказалось…
Несколько лет назад участок, где стоял памятник, был приобретен представителем той пресловутой категории «собственников», который обратился к властям района с требованием убрать памятник с его земли.
По просьбе районной администрации поисковики демонтировали памятник и перенесли его в другое место, могилы под ним не оказалось, а полностью вскрыть и проверить траншею новый хозяин так и не дал…
В мае 2011 года сводная группа поисковиков Тверской области во главе с нашим другом – командиром поискового отряда «Звезда» из Погорелого Городища, Владимиром Стрельниковым при помощи металлоискателя обнаружила на поле к западу от Лучково запаханную воронку.
В ней, на глубине всего лишь полуметра лежали останки четверых бойцов Красной Армии. На дне воронки наших коллег ждала и редкая в наших краях находка - медаль «За отвагу» № 106088.
Награда с таким номером была вручена красноармейцу 1 роты 1 батальона 758 стрелкового полка 88 стрелковой дивизии Николаю Васильевичу Лютикову, 1914 года, уроженцу Самарской области, призванному Подольским РВК Московской области, погибшему 18 февраля 1943 года.
Из наградного листа: «т. Лютиков участвуя в бою за д. Сады совместно с погибшим командиром взвода т. Кузиным воскликнул: «С такими командирами и умереть не страшно!» За кровь своего командира т. Лютиков смело пошел пошел в атаку против врага и в рукопашном бою заколол штыком своей винтовки 5 гитлеровцев, уничтожил огнем из винтовки 7, из них одну «кукушку». В последующих боях также бесстрашно уничтожал фашистов. Всего уничтожил 15 гитлеровцев…»
Медаль «За отвагу» была не единственной наградой Николая Васильевича!
К моменту своей гибели он стал снайпером, старшим сержантом, и приказом 88 сд от 17 января 1943 года был награжден орденом Красной Звезды.
Из наградного листа: «опытный снайпер, хорошо знает повадки врага и метко разит из своей снайперской винтовки. На его счету 55 гитлеровцев. Кроме того, т. Лютиков один, имея снайперскую винтовку и ручной пулемет под д. Сковорухино 10-го октября отбил группу противника в количестве 50 чел., которая хотела атаковать наши траншеи и огнем ручного пулемета уничтожил до 20 гитлеровцев, в результате чего немцы откатились и атака была отбита…»
В именных списках безвозвратных потерь 88 сд Николай Васильевич значится похороненным на дивизионном кладбище в районе Чашниково, но вместе с троими боевыми товарищами 78 лет пролежал в воронке на месте гибели, а одна из его боевых наград так и не была найдена…
Останки его и троих так и оставшихся навсегда неизвестными бойцов были торжественно перезахоронены в Погорелом Городище.
В установлении принадлежности медали и поисках родственников Николая Васильевича принимали участие многие наши друзья и коллеги.
А в мае 2014 года, на Знаменском православном фестивале, что проводился близ Щеколдино, Григорий Антонов передал медаль, возвратившую имя снайпера Лютикова, его дочери и внучке – Екатерине Николаевне Гранковой и Любови Юрьевне Соболевой.
Екатерина Николаевна и Любовь Юрьевна поделились с поисковиками одной из немногих сохранившихся фотографий их отца и деда. На ней Николай Васильевич запечатлен со своими товарищами по рабочему коллективу…
Осенью 2012 года Владимиром Ведерниковым в районе Лучково вновь были найдены останки бойца с медальоном. Александр Дударенок и еще один наш друг – эксперт Игорь Михайлюк не без труда смогли восстановить указанные в нем сведения о бойце, которым оказался Соболев Прокопий Васильевич, 1901 года рождения, уроженец деревни Новый Караул Красногорского района Удмуртии.
После войны его разыскивала жена, получившая 29 июня 1942 года последнее письмо с адресом: «пп № 756, 909 стрелковый полк, 3 сб, пульрота», однако предпринятые в наши дни поиски родственников не увенчались успехом.
Только через восемь лет, в 2020 году, на связь с Алексеем Кузнецовым вышла праправнучка Прокопия Васильевича – Оксана. Как оказалось, она уже давно искала хоть какие-нибудь сведения о нем, ей и был вручен медальон прапрадеда...
В октябре 2016 года, когда сводный отряд поисковиков из Мордовии, Москвы, Московской и Тверской областей проводил осеннюю Вахту Памяти, Григорий Антонов предложил им обследовать пустующий земельный участок, который должен был уйти под застройку.
На не столь уж большом участке поисковики нашли около 60 минометных мин, 11 ручных гранат и 1 артиллерийский снаряд, которые были переданы сотрудникам МЧС России для уничтожения.
19 октября там, буквально в нескольких метрах от проселочной дороги, на совсем небольшой глубине, в остатках старого строения, были обнаружены останки бойца, погибшего от осколочного ранения в голову. При нем были трофейные немецкие подсумки с советскими винтовочными патронами, перочинный ножик и металлический медальон.
Из чудом сохранившейся записки узнали имя воина - Булычева Василия Александровича, 1908 года рождения, уроженца деревни Зубарево Пошехоно-Володарского района Ярославской области, стрелка мотострелково-пулеметного батальона 145 танковой бригады.
Как и многие другие ранее найденные в районе Лучково бойцы, он погиб 26 ноября 1942 года, и значился перезахороненным на воинском мемориале «Московская Гора» в Зубцове.
Одновременно, он числился …пропавшим без вести 16 февраля 1942 года в районе деревни Захарово Износковского района Смоленской области стрелком 1316 стрелкового полка 17 стрелковой дивизии.
Буквально через несколько дней подключившийся к розыску родных бойца поисковик из подмосковного Клина Олег Гусев на сайте «Бессмертного полка» обнаружил фото Василия Булычева, размещенное его правнучкой.
Оказалось, в Ярославле живет названный в память о нем внук – Василий Колотов, участник боевых действий в Афганистане. Он рассказал, что вместе с дедом в мотострелково-пулеметном батальоне 145 танковой бригады воевал его земляк – ефрейтор Алексей Александрович Шабанов, который в начале декабря 1942 года написал жене Василия Булычева – «С вашим мужем были в одной части, вместе воевали, но судьба разлучила нас. Мы его похоронили в деревне Лучково на Ржевском направлении фронта. Он погиб смертью храбрых в борьбе с немецкими оккупантами. Умер от осколка снаряда 26 ноября 1942 года».
Алексей Александрович был неоднократно ранен, но прошел всю войну и вернулся домой. Жил неподалеку от семьи Булычевых, не раз навещал ее и ныне похоронен на местном кладбище.
Годом раньше Василия Колотов приезжал в Лучково, искал могилу деда, расспрашивал местных жителей и по какой-то неведомой причине надолго задержался совсем невдалеке от того места, где потом поисковики нашли останки красноармейца Булычева…
В семье внука бережно хранятся фото, фронтовые письма деда и извещение о том, что тот пропал без вести в феврале 1942 года. Но тогда ему было суждено выжить, и в одном из писем Василий Булычев писал, что был ранен и отправлен в тыл, а знавший об этом командир отделения, очевидно, сам погиб…
В декабре 2016 года Григорий Антонов привез останки Василия Александровича Булычева в Ярославскую область. Там, с отданием воинских и духовных почестей они были перезахоронены на кладбище в селе Федорково, откуда ушел на фронт. Проводить его в последний путь пришли все жители села. На торжественно-траурной церемонии поисковики «Брони» вручили Василию Колотову медальон его деда.
В мае 2017 года наши друзья из «Брони» во главе с Алексеем Кузнецовым вместе с коллегами вновь работали под Лучково и всего в нескольких метрах от дороги на въезде в деревню обнаружили очередную запаханную воронку, в которой находились останки пятнадцати бойцов.
Десятки лет жители и гости Лучково ходили и ездили мимо, не зная, что буквально у обочины лежат бойцы. Этот участок дороги ничем не примечателен, однако говорят, что именно здесь почему-то часто происходят аварии…
Символично, что именно накануне Дня Победы среди останков бойцов был обнаружен медальон, благодаря чему стало известно имя одного из них – красноармейца 813 стрелкового полка 239 сд Григория Петровича Скуратова, 1901 года рождения, жителя села Пажа Сараевского района Рязанской области, убитого в бою 27 ноября 1942 года.
В списке безвозвратных потерь 813 сп его имя - на одном листе с Егором Бодунковым, чьи останки были подняты восемью годами раньше. Штабные писари, составляя этот список, исказили название района, откуда был родом боец, и в документах он числился призванным из Саратовской области и даже был включен в Книгу памяти Мордовии, как уроженец Саранска – родного города поисковиков «Брони»…
Тем не менее, всего через несколько дней нашлась его внучка – Валентина Викторовна Недядько. Имя погибшего деда всегда чтили в семье, и она с радостью узнала, что найдены его останки. Вместе с дочерью и внучкой приехала за 700 километров в Веригино, на перезахоронение.
У Григория Петровича было двое детей – сын и дочь, их уже не в живых. В семье внучки сохранилось несколько фотографий деда в военной форме, а теперь потомкам передан его медальон.
Вполне вероятно, что список возвращенных имен павших на этом участке героев неполон. Порой, особенно в самом начале поисковых работ, их учет был далек от идеала. Мы будем рады, если в этом списке появятся новые имена…
Возможно, кого-то удивят обстоятельства военной судьбы некоторых героев этой статьи, которые ранее многими излагались совсем иначе. Иногда, легенды, передаваемые из поколения в поколение в семьях погибших бойцов, противоречат скупым, но более объективным строкам архивных документов. Мы попытались, по возможности, устранить эти противоречия.
Что же касается описаний подъема останков тех бойцов, при которых не было найдено медальонов, наград, документов или иных предметов, позволивших установить их имена, а таких у наших коллег-поисковиков в этих краях было гораздо больше, оставить их за рамками этой публикации вынудил ее формат…
Во второй ее части мы постараемся рассказать о событиях, происходивших здесь, на левом берегу Осуги в годы войны…