Глава 76.

Проснувшись утром, Фэй Ни посмотрела в зеркало, и взгляд ее остановился на красном пятне на шее. К счастью, верхняя пуговица ее рубашки хоть и едва, но все же скрывала этот след.

Она подумала о том, что сегодня обязательно нужно будет купить спирали от комаров.

Летом помидоры стоили дешево, поэтому они купили немного. Фан Муян приготовил лапшу в томатном соусе, не скупившись на овощи. Покончив с обедом, Фэй Ни попросила Фан Муяна отвезти ее к родителям на велосипеде.

Смена жилья касалась и дома родителей, поэтому нужно было обязательно обсудить этот вопрос с ними.

Поскольку к ним должны были приехать родственники со стороны семьи Фан, семья Фэй с самого утра занималась уборкой, и когда Фэй Ни прибыла, они только-только садились за стол. Мама Фэй, будучи на пенсии и не имея возможности зарабатывать, могла только экономить, и всю свою изобретательность она направляла на то, чтобы за минимальные деньги накормить всю семью вкусной едой. Она никогда не ходила за продуктами в магазин, только на рынок, причем тщательно выбирала время похода: специально приходила тогда, когда цены на овощи снижались, но сами овощи еще не были испорчены. Конечно, иногда она специально ходила на рынок рано утром, чтобы купить свежих овощей и зелени. Матушка Фэй никогда не тратила продукты впустую: стебли сельдерея она обжаривала, а листья сохраняла для салата.

Сегодняшний завтрак также стал продолжением традиционной мудрости матушки Фэй: вчерашний арбуз съели до последней мякоти, а оставшуюся кожуру очистили, вымыли и, добавив приправы, превратили в холодный салат из арбузной кожуры, который теперь стоял на столе. Поскольку Линь Мэй в последнее время тянуло на кислое, в блюдо добавили побольше уксуса. В отличие от многих женщин, страдающих во время беременности от утренней тошноты и потери аппетита, Линь Мэй, напротив, стала есть с большим удовольствием: она запросто съедала целую миску рисовой каши с большой паровой булочкой, отщипывая от него кусочки и макая их в ферментированный тофу. Как и свекровь, она умела извлекать максимум пользы из повседневных мелочей: покупая тофу, она всегда просила продавщицу налить ей побольше рассола. Та часто наливала даже больше, чем просили, так что, когда сам тофу заканчивался, рассола хватало еще на день. Линь Мэй работала в кондитерской, и когда продавщица тофу приходила к ней за выпечкой, Линь Мэй всегда давала ей немного обрезков теста — это были остатки, которые не входили в общий вес. Так завязывались дружеские отношения. Сотрудники продуктового магазина, мясокомбината и тканевого магазина поддерживали с Линь Мэй такие дружеские отношения, основанные на обмене выпечкой. Благодаря этим связям она не только получала тофу с большим количеством рассола и яйца без единой трещины, но и смогла раздобыть бесплатные свиные субпродукты для своего свадебного банкета. С тех пор как Линь Мэй забеременела, матушка Фэй распорядилась, чтобы яйца из ежемесячного запаса в первую очередь доставались ей — так, чтобы она могла съедать по одному каждый день. Сегодня Линь Мэй сварила сразу пять яиц: пока остальные съедали по одному, она собиралась съесть два.

Она съела полтора яйца, но дальше есть не смогла, поэтому решила прерваться и доесть остальное позже.

Фэй Тин взял яйцо из ее рук:

— Не ешь ты это насилу сейчас, я оставлю тебе свое на ужин.

Линь Мэй попыталась выхватить свое яйцо обратно:

— Нет, ешь свое сам, я же доем это.

Игнорируя ее протест, Фэй Тин просто съел оставшуюся половину ее яйца.

Мама Фэй отдала свое неочищенное яйцо невестке и не удержалась от нравоучений в сторону своего сына:

— Что плохого в том, что Мэй-Мэй съест два яйца? Ешь, у мамы есть еще. Если ты так любишь яйца, впредь я буду следить за тем, чтобы тебе доставалось по одному за прием пищи. Когда закончится нормативное количество из продовольственной книжки, я поеду в деревню и куплю тебе фермерских яиц.

— Я разве боюсь, что она ест яйца? Посмотри на нее — разве в нее сейчас еще хоть что-то влезет?

Линь Мэй призналась, что сейчас она действительно больше не может есть.

— В последнее время я обычно вполне наедаюсь по утрам, но еще до обеда уже успеваю проголодаться, и при виде еды сразу хочется есть. Обычно это не проблема, но поскольку сегодня у нас гостят свекры сестры... Я подумала, что если плотно поем сегодня утром, то смогу себя контролировать в обед — просто немного поковыряюсь в еде и все. Таким образом, мы будем выглядеть как люди, привыкшие к хорошей еде и знающие в ней толк. Тогда они не смогут смотреть на нашу семью свысока.

Фэй Тин поддразнил ее:

— Нет ничего постыдного в том, что мы чего-то не видели и не пробовали. И ничего страшного, если мы немного подкрепимся на обед. Конечно, сейчас семья сяо Фана живет лучше нас, но пока мы не пользуемся их положением, нам точно не нужно чувствовать себя хуже.

Лао Фэй поддержал его:

— Мой старшенький прав, тут и добавить нечего.

К тому времени, как прибыла Фэй Ни, трапеза уже подходила к концу.

Линь Мэй поприветствовала их:

— Вы уже завтракали? Если нет, то поешьте у нас. Дома еще есть маньтоу, я пойду поджарю вам несколько.

— Невестка, не беспокойся об этом — мы уже поели. Я пришла пораньше, потому что хочу кое-что обсудить со всеми вами.

Фэй Ни сразу перешла к делу и заговорила о смене жилья. Она начала с того, что пересказала подробности из объявления: одна из соседних семей, чей сын собирается жениться, хочет обменять двухкомнатную квартиру с отдельной ванной на две отдельные однокомнатные квартиры. Квартира Фэй Ни, в сочетании с этой, идеально подходила.

— Этот дом находится прямо рядом с нами, брату и невестке будет удобно добираться на работу, а если вы, переехав туда, захотите поболтать со старыми соседями, то до них можно будет дойти за десяток минут. Я сама там жить не буду, но в договоре все равно будут указаны и мое, и ваше имя, так что брат сможет остаться в списке ожидания на жилье, выделяемое фабрикой.

Лао Фэй сразу же задался вопросом:

— А где будете жить вы двое?

— Мы снимем дом.

Фэй Тин тут же встрял в разговор:

— Даже не думай делать это только ради нас...

— Я и раньше подумывала об обмене домами. — Объясняя причину переезда, Фэй Ни сказала, что в нынешнем их жилье Фан Муян не может спокойно заниматься живописью; им хотелось снять две комнаты в другом месте — одну из которых можно было бы использовать исключительно как мастерскую. Однако их беспокоило, что в случае переезда фабрика могла отобрать у них предоставленное жилье, но теперь обмен стал бы идеальным решением, позволяющим сохранить недвижимость за семьей. Это был по-настоящему выгодный для всех вариант: она сохраняла за собой дом, а ее родители, брат и невестка получали более просторное жилье.

Первой возразила Линь Мэй.

Обмен, безусловно, был ей выгоден, ведь она получила бы отдельную спальню и ванную комнату. Конечно, существовали и риски — например, если бы Фэй Ни и сяо Фан тоже переехали бы к ним, и они все вместе стали тесниться в этой новой двухкомнатной квартире, то для нее и Фэй Тина было бы лучше сохранить нынешнее положение дел. И все же Линь Мэй безоговорочно доверяла Фэй Ни, поэтому считала этот риск ничтожным.

Однако она не могла позволить Фэй Ни съехать и снять отдельный дом только ради того, чтобы самой получить выгоду от обмена. Она бы поддержала обмен, если бы Фэй Ни переехала к родителям мужа. Разумеется, проблемы, о которых говорил Фэй Тин, были реальными, но Линь Мэй все же считала, что плюсы жизни со свекрами перевешивают минусы. Если бы не страх, что Фэй Ни может неверно истолковать ее намерения — решив, что она хочет завладеть ее жильем, — она бы непременно посоветовала ей переехать к родителям мужа. Линь Мэй считала свою золовку очень приятным человеком, и если свекры ее — люди разумные, то они не станут чинить ей неприятностей. А если конфликты все же возникнут — что с того? При шестидневной рабочей неделе времени, проводимого вместе, будет минимум — можно просто перетерпеть. Воскресенья можно проводить порознь, а сэкономленные на аренде средства тратить на покупки — сплошное удовольствие. Зачем выбрасывать деньги на ветер?

Для Линь Мэй аренда жилья была равносильна выбрасыванию денег на ветер.

Она всегда неодобрительно относилась к такому, считая это неразумной тратой. Тратиться на яйца, рыбу-саблю, телевизор или даже на выпечку из их лавки — все это она считала разумными вложениями. А вот снимать жилье, имея собственный дом, было просто бессмысленно.

К тому же, какое приличное жилье можно было найти в аренду? Единственный доступный сейчас вариант частной аренды — это небольшие одноэтажные дома. По ее мнению, такой дом просто не шел ни в какое сравнение с многоэтажным жилым домом. Линь Мэй была убежденной сторонницей жизни в многоквартирных домах и терпеть не могла одноэтажные постройки. В детстве ей довелось пожить в таком доме: во время сильных летних ливней крыша протекала, и часто приходилось вызывать сотрудников жилищного управления для ремонта; зимой не было центрального отопления, поэтому приходилось топить небольшую печку, что грозило отравлением угарным газом; туалет же вообще находился за воротами двора, и при таком раскладе даже общий санузел в многоквартирном доме был куда удобнее. Ей также пришлось жить в таком доме, когда она была сослана в сельскую общину. Любые воспоминания об одноэтажных домах были для нее неприятными. Она бы не стала жить в таком доме, даже если бы ей предложили это бесплатно. Не говоря уже об аренде.

Она высказала это мнение Фэй Тину вчера и повторила сегодня.

— Невестка, одноэтажные дома не так уж плохи, как ты их описываешь. — Фан Муян хотел было заметить, что можно оборудовать санузел внутри дома и установить небольшой котел для зимнего отопления. Однако в присутствии Фэй Ни говорить о планах по ремонту арендованного жилья было нельзя. Это потребовало бы расходов, значительно превышающих бюджет Фэй Ни, и, узнай она об этом заранее, наверняка бы возразила.

Линь Мэй сказала Фэй Ни:

— Ты никогда не жила в подобных домах. Поверь мне, ты точно пожалеешь.

Фан Муян с детства жил в таком доме и не считал это каким-то неудобством. Но сейчас, не имея возможности ничего сказать, он просто потягивал чай, заваренный тестем.

А Фэй Ни действительно никогда не жила в одноэтажном доме и не смогла сразу найти аргументы для отпора.

По мнению Линь Мэй, лучшим вариантом для Фэй Ни было бы переехать к родителям мужа на время смены квартиры; вторым по предпочтительности — оставить все как есть; а худшим вариантом была аренда небольшого одноэтажного дома.

Поскольку Фэй Ни не хотела жить со свекрами, лучшим решением было просто ничего не делать и сохранить все в прежнем виде.

Линь Мэй смутно чувствовала, что внезапное предложение Фэй Ни обменяться квартирами было сделано именно ради нее, и для того, чтобы доказать, что она не злая невестка, она особенно яростно воспротивилась этой идее. Она даже предложила альтернативное решение для живописной работы Фан Муяна:

— Сяо Фан, у тебя есть постоянная работа, и иногда тебе еще приходится рисовать комиксы, но ты же не можешь каждый день рисовать такие сложные и занимающие много места картины. Если хочешь рисовать что-то сложное, иди к своим родителям. Они наверняка будут рады. Вы не виделись столько лет — они, должно быть, ужасно по тебе скучают.

Матушка Фэй Ни, которая и так не очень одобряла идею дочери арендовать жилье, поддержала невестку:

— Думаю, Мэй-Мэй права. Тебе стоит пересмотреть этот вопрос.

Фэй Ни думала, что нашла идеальное решение для всех, но не ожидала, что родные не поддержат ее. Особенно против была ее невестка, которой срочно нужно было жилье.

Она посмотрела на Фан Муяна, который сидел, опустив голову, и попивал чай.

Фэй Тин позвал Фэй Ни наружу и тихо сказал ей:

— То, что я раньше хотел съехать и снять квартиру, было просто спонтанным решением. Вчера твоя невестка уже отчитала меня, сказав, что ей здесь на самом деле очень нравится. В том, что она только что сказала, есть доля правды. Подумай еще раз над вопросом жилья, не принимай поспешных решений. Подумай о своих собственных потребностях — не жертвуй своим благополучием ради нас.

— Я ничем не жертвую. И, брат, тебе тоже следует прекратить делать мебель на заказ — постоянно скрывать это от сестры Мэй неправильно.

Фэй Ни иногда, не задумываясь, называла невестку «сестрой Мэй» — так она обращалась к ней много лет до свадьбы Линь Мэй и Фэй Тина.

— Закончу с этими двумя семьями и больше не буду этим заниматься, просто я уже дал им обещание и не могу теперь отказаться от своих слов. По поводу обмена жильем не торопись, хорошенько все обдумай, в любом случае это можно сделать в любое время. — Заработанных на этих двух заказах денег хватит как раз на покупку девятидюймового телевизора.

— Но найти такую подходящую квартиру нелегко. Две спальни, отдельная ванная, да еще и неподалеку. Кто знает, когда еще представится такая возможность.

— Если ты действительно хочешь съехать и снять жилье, найди что-нибудь приличное — я оплачу аренду одной комнаты.

— Зачем тебе платить за жилье, которое я арендую?

— Разве я не буду жить в твоем доме?

— Даже если не будешь, он все равно будет просто пустовать.

— Не скажи.

К тому времени, как приехали старшая сестра и зять Фэй Ни, она так и не смогла договориться с родными по поводу обмена квартирами.

Лао Фан сидел в машине, арендованной его непутевым сыном, а расходы за поездку в конечном итоге придется оплатить ему самому из собственного кармана. Вскоре должна была приехать и вторая машина.

Он тоже полагал, что взять машину напрокат, чтобы встретить родню невестки к обеду, жест более солидный и торжественный, однако этот строптивец так беспечно швырялся деньгами, что он не удержался и сказал супруге:

— Непонятно, в кого он пошел такой.

— Действительно, в кого же, — ответила ему супруга.

Лао Фан чувствовал, что сын действительно немного похож на него, однако, сравнивая себя со своим отцом, все же существовала огромная разница в достатке. Сам он был пролетарием, не владевшим средствами производства; даже если его зарплата и была немного выше, чем у других, он оставался гордым представителем пролетариата. Так откуда же у Фан Муяна, имеющего такого отца-пролетария и к тому же в свое время сосланного в деревню на перевоспитание к беднякам и крестьянам-середнякам, могла взяться та склонность к расточительству, которая когда-то была свойственна ему самому?

То, что в молодости он не понимал ценности бережливости, было издержкой той эпохи — недостатком, который он со временем сумел исправить.

Изначально лао Фан собирался выдать своему непутевому сыну шесть тысяч юаней в качестве компенсации. Хотя старший сын и вторая дочь тоже косвенно пострадали из-за него, перед ними он свои родительские обязанности все же выполнил. Только в отношении младшего сына они не выполнили этот долг.

Однако он опасался, что если отдаст деньги непутевому сыну, тот промотает их за полгода. А поскольку невестка во всем потакала мужу, даже если бы деньги доверили ей, сын наверняка выпросил бы их у нее.

В итоге он решил пока отложить эту затею.

Прежде чем готовить подарок к предстоящей встрече, лао Фан посоветовался со своим сыном, и тот предложил не дарить стихи. Услышав это, лао Фан рассердился и растерялся одновременно: ведь он действительно сочинил стихотворение по этому случаю — хотя и не собирался его вручать. Сын добавил, что не стоит тратить слишком много денег и ставить другую семью в неловкое положение, ведь его новые родственники — люди порядочные и не любят пользоваться чужой щедростью. С собой они взяли бамбуковую плетеную корзину с арбузом, такую же корзинку с хамийскими дынями, которые доставили прямо из мест выращивания силами транспортной бригады, а также небольшую корзинку с личи — подарок, который им самим преподнесли ранее и от которого они оставили себе лишь малую часть.

Считая себя еще в самом расцвете сил, лао Фан сам понес корзину с арбузом, а водителя попросил помочь с дынями. Так они и направились к зданию. В этот момент навстречу им спустился Фан Муян, он забрал ношу из рук отца со словами:

— Давай я понесу.

— Я сам справлюсь.

Не обращая внимания на возражения отца, Фан Муян просто подхватил корзину и зашагал вперед.

Припаркованный у подъезда автомобиль марки «Варшава» привлек немало внимания. Лао Фан вовсе не стремился к излишнему интересу со стороны посторонних, но ведь нельзя было прийти к новым родственникам, а потом просить их пойти с ним в ресторан пешком.

Соседи не знали, что машину арендовал лао Фан — человек, на тот момент не имевший работы, — и приняли его за чиновника, которому полагался служебный автомобиль. Один молодой человек из соседней квартиры, полный юношеского задора, увидев лао Фана, сразу подошел к нему, остановил и попросил помочь в решении проблем с трудоустройством, с которыми сталкивалась вернувшаяся домой Образованная молодежь. Поскольку лао Фан сам находился в ожидании решения своей работы, он прекрасно понимал, каково это — чувствовать себя ненужным. Он пообещал донести эту проблему до вышестоящих инстанций, однако уточнил, что не является чиновником. Он мог лишь сообщить о проблеме, но не решить ее, сам же он приехал всего лишь навестить своих родственников.

Окружающие отказывались верить, что он не высокопоставленный чиновник — машина была достаточным доказательством. В конце концов, у скольких обычных людей есть автомобили?

Только когда они увидели, как он контролирует доставку фруктов к порогу дома семьи Фэй, они наконец поверили, что он действительно навещает своих родственников.

Так и выяснилось, что у сяо Фана — молодого человека, который помогал им строить убежища после землетрясения, — отец с машиной и личным водителем.

Соседи по дому, преодолев первоначальное удивление, сочли, что в этом нет ничего необычного. Судьба красивых девушек бывает более непредсказуемой, чем у обычных людей.

Лао Фан, несмотря на недоумение соседей, наконец переступил порог дома семьи Фэй. Это жилье было однажды отремонтировано, когда женился Фэй Тин, и именно тогда и избавились от всех старых, потрепанных вещей. И пусть места здесь было мало, дом, однако, не выглядел убого, а все свободное пространство занимали растения. Матушка Фэй умела сохранить лицо ради дочери: хотя она часто покупала на рынке не самые свежие овощи, на угощении для родных зятя она точно не экономила. Два жестяных ведра были наполнены прохладной водой: в одном охлаждался арбуз, в другом — ягодные и апельсиновые газировки. Фэй Ни открыла одну бутылку ягодной газировки и предложила ее водителю:

— У нас дома тесновато, поэтому пригласить вас внутрь присесть я не могу.

С приездом семьи Фан в и без того тесной квартире стало еще теснее. Лето было в самом разгаре, и лао Фэй включил вентилятор, купленный им зятем.

Фан Муян представил всех друг другу.

Семьи обменялись подарками, каждая из них вежливо настояла на том, что другая потратилась слишком много. Матушка Фэй приготовила два отрезка плисовой ткани и коробку выпечки. Она приложила немало усилий, чтобы раздобыть эту ткань.

Линь Мэй, проявив большую проницательность, ловко достала арбуз из ведра, нарезала его и подала, в то время как остальные принесли газировку. Охлажденные в прохладной воде, напитки были такими же освежающими, как если бы их только что достали из холодильника. На столе стояли конфеты, которые Линь Мэй купила из их кондитерской — самые дорогие, как и просила ее свекровь.

Вся семья Фэй Ни изо всех сил старалась помочь ей сохранить лицо.