Виктория Горина. Курьер.

Странный дом

Утренние лучи июньского солнца скакали по подоконнику, пробираясь дальше в комнату, ища, чей спящий нос пощекотать. Ветер задувал в открытую форточку, заигрывая с наполовину оторванной портьерой: «Шух-шух! Шух-шух!» Угрюмая, она нехотя шевелилась, чуть приоткрывая сваленные в углу подоконника сборники комиксов.

Денис открыл глаза, потянулся, резво соскочил с кровати, улыбаясь новому дню. Подошёл к окну и шумно раздвинул шторы. «Тынц» - очередная прищепка не удержала край занавески. «Хороша погодка! - подумал он, глядя на небо, - до вечера буду на улице». Солнце отдыхало, словно султан в голубых шелках. Ни одно облачко не осмеливалось нарушить его покой. Двор ещё пустовал, ожидая шумную ватагу ребятишек.

Денис начал выковыривать босой ногой из-под батареи наполовину сдутый, потёртый футбольный мяч, когда заметил в нижнем углу оконной рамы аккуратно свёрнутый лист бумаги. До окна мог дотянуться любой мальчишка, что они, впрочем, и делали, вызывая Дениса на улицу стуком в стекло или особым секретным призывом. Но записка… Это что-то новое.

Он развернул листок:

В серьёзную фирму

срочно требуется курьер

на работу в радиусе 3,33 км

для доставки предметов весом не более 3,33 кг

в вечернее и утреннее время.

Оплата через три дня

в размере 3333 рубля.

Телефон ……..333

Денис счёл объявление шуткой, но позвонил ради любопытства. Ему ответили и пригласили в офис, который, как оказалось, располагался в подвале обычного жилого дома старой застройки. Украшенная паутиной, пылью и узорами из облупившейся краски под лестницей пряталась дверь. На ней висела обгрызенная по краям табличка «ООО Сырк Мод». Дверь скрипела как мерзкая старуха: «Чего-о-о на-а-а-до?». Потёртые каменные ступеньки привели в пропахшее плесенью небольшое полутёмное помещение, в конце которого маленькая чуть приоткрытая дверца выпускала тонкий луч света.

• Слишком много негатива? - послышалось из-за двери. - Это нехорошо. Очень нехорошо… Да, да, сегодня. Надеюсь, придёт с минуты на минуту. Позвоню. Непременно позвоню. До свидания.

Денис постучался.

— Да, да. Входите.

В каморке с нависшим серым потолком громоздился деревянный письменный стол. Широкую, обитую бархатом столешницу поддерживали изогнутые резные ножки, с многочисленными царапинами и ямками. На столе возвышался поблёскивающий золотистыми узорами старинный телефонный аппарат с двумя рычажками сверху.

-Доброе утро, Денис, - увесистая трубка опустилась на рычажки, - рад Вас видеть. Из-за стола вышел низкорослый длинноносый мужчина средних лет. Над торчащими розоватыми ушами топорщились короткие буро-рыжие волосы. Длинные, тонкие, растопыренные усы напоминали солому. Он улыбнулся, поблёскивая маленькими чёрными глазками, - прошу обращаться ко мне гражданин Пасюков. Какие книги вы любите?

— Доброе утро. Приключения.

— Приключения — это хорошо, — чуть вытягивая слова, продолжил Пасюков, - а настоящие приключения вы любите?

— Конечно.

— Хорошо. Очень хорошо. Вот ваше первое поручение, - Пасюков протянул свёрток размером с толстую книгу. - Отнесите, пожалуйста, по адресу, - продолжил он, кладя небольшую сверху записку, - тут недалеко, минут двадцать пешком на юго-запад. На сегодня единственное задание. Жду Вас завтра утром. И завяжите, пожалуйста, шнурки.

Принимая свёрток и записку из рук улыбающегося Пасюкова, Денис невольно вздрогнул, обратив внимание на длинные тонкие пальцы, которые заканчивались острыми загнутыми когтями. Заметив это, Пасюков улыбнулся ещё шире, обнажив сильно выступающие верхние передние зубы.

«Странный тип. Интересно, где юго-запад? - думал Денис, на ходу разворачивая записку, - адресок тот ещё».

Тупиковая улица

дом из красного кирпича

лично Карлу Бурмизовичу

Ласковое солнце подбадривало тёплой улыбкой. После серого дурно пахнущего подвала свежий ветерок придавал сил. Денис сунул свёрток под мышку и бодро зашагал по пустынной улице. Но ни через двадцать, ни через тридцать минут улица Тупиковая не появилась. Денис свернул во двор. На скамейке, закрыв глаза и подставив лицо солнцу, сидел старик.

— Извините, - начал Денис.

— Да, - открыл старик один глаз.

— Доброе утро. Не подскажете ли, где Тупиковая улица?

— Доброе. Она там, где тупик, - указал он рукой.

— Спасибо. - уныло произнёс Денис, собираясь уходить.

— Я не шучу. За домами дорожный знак «Тупик». Та дорога идет по улице, которую все называют тупиковой.

Поблагодарив ещё раз, Денис пошёл в указанном направлении, размышляя: «Объявление необычное, записка странная, почему бы улице не называться по дорожному знаку?» За знаком вдоль дороги стояли мрачные дома без номеров и табличек с названием улицы. «Точно тупиковая», - решил Денис и бодро зашагал вперёд. Ветер чуть покачивал наполовину оторванные ставни: «Шкряб-шкряб. Шлёп-шлёп.» В некоторых окнах не было стёкол, а двери лежали у порогов. Кое-где возле подвалов появлялись кошки. Они с интересом рассматривали путника, некоторые даже провожали. Наконец, серые дома закончились. Точнее, дорога закончилась лесом, где сквозь кривые стволы виднелась красноватая постройка. Денис побежал. Лес быстро закончился. Красной кирпичной заплаткой на огромном пустыре стояло трёхэтажное здание с беспорядочно расположенными окнами и вставленными как и куда попало тремя дверьми. Оно мало походило на жилое. Почти везде отсутствовали шторы, а слой пыли делал стекло похожим на пластмассу. Правда, в нескольких окнах красовались портьеры, а на подоконниках стояли горшки с цветами До второго этажа тянулся плющ, гармонично дополнявший аккуратные клумбочки, составляющие таинственный узор перед домом.

Денис зашёл в ближайший подъезд. Внутри было светло и чисто. Идеально ровные ступеньки, деревянные лакированные перила. Почти белые стены освещали солнечные лучи, горстями вливающие свет через многочисленные маленькие круглые окошечки. «Странно, - подумал Денис, - а снаружи все окна большие и квадратные». Но мысль быстро убежала, потому что чуть выше на лестнице Денис заметил уборщицу.

— Здравствуйте, - крикнул он, проскакивая через ступеньки.

— И тебе не болеть.

Средних лет стройная миловидная женщина в пёстрой косынке, синем рабочем халате, из-под которого струилась широкая полосатая юбка до пола, и коричневых ботах протирала стены. Она проводила по чистой стене белоснежной салфеткой, из которой затем вытряхивала в синее ведро чёрную с металлическим отливом пыль. Денис заглянул в пустое ведро:

— Извините, а пыль куда делась?

— Это не пыль. Это негатив.

— Не-га-тив, - протянул Денис, вспоминая случайно услышанный утром разговор.

— Это злые мысли, которые летают по дому и оседают на стенах. Если их не убирать, дом почернеет.

— А почему их на стенах не видно?

— Потому, что добрых мыслей больше.

«Мур-р-р», - послышалось сразу со всех сторон.

Взъерошенный чёрный кот с белой грудкой и в белых «носочках» возник словно из ниоткуда.

— Ой! Ты не Чеширский случайно? Так внезапно появился.

— Это Подорожник. Он появляется, когда и где хочет. Бывает, там, где нужно.

— А почему Подорожник?

— Дорогу показывает. Но ты ведь не разговаривать сюда пришёл?

— Да. Может вы знаете, в каком подъезде живёт Карл Бурмизович?

— В этом.

— А на каком этаже?

— Вчера на четвёртом жил.

— Но здесь всего три. Снаружи три, - Денис посмотрел в лестничный пролёт, два, три, четыре. Странно… Вчера? Он в разных квартирах живёт?

— Нет, в одной.

— Тогда где его квартира сегодня?

— Не знаю. Ещё не заходила к нему. Мне работать надо. Зелёная дверь. Всего доброго.

— Спасибо. И вам всего доброго.

Подняться на четвёртый этаж было не сложно. Две двери. Обе синие. Никаких табличек. Ниже зелёных дверей тоже не встречалось, а лестница вела дальше. Денис выглянул в пролёт. Сверху было ещё четыре этажа. Мальчик поднимался не спеша, внимательно рассматривая двери. Их стало гораздо больше. Двери хитро прятались в извилистых, не похожих друг на друга коридорах. На восьмом этаже Денис устало сел на пол между двух серых дверей. «Хоть бы лифт сделали!» - закричал он, глядя в пролёт. Ещё восемь этажей угрюмо виднелись сверху.

От былой прыти не осталось и следа. На последний этаж Денис заползал, держа в зубах свёрток. Здесь его ждала одна серая дверь. «Ну и где этот Карл Бурмизович?» - в сердцах воскликнул мальчик, ударив в дверь кулаком. Дверь завибрировала, издав мелодичный звон, слой серой пыли осыпался и исчез. На зелёном фоне появилась табличка: «Карл Бурмизович». Звон усилился. «Иду, иду», - послышалось из-за двери. Щёлкнул замок. Звон сменился скрипом. Высунувшаяся физиономия была похожа на гражданина Пасюкова, только с более длинным носом и впалыми щеками.

— Здравствуйте. У меня посылка для Карла Бурмизовича.

— А-а-а. Это я Карл Бурмизович. Здравствуйте. Проходите.

В полутёмном коридоре стояло и лежало огромное количество коробок и коробочек, ящиков и ящичков, свёртков и свёрточков.

-Присядьте, пожалуйста, - Карл Бурмизович жестом пригласил в комнату.

Денис зашёл и с удовольствием сел в низкое, но довольно удобное кресло. Комната освещалась через небольшое окошко под потолком. Из него хорошо была видна клумба, одна из тех, что размещались перед домом. Усталость пропала сама собой, когда Денис отчётливо увидел в окно длинную полосатую юбку и коричневые боты.

— Извините, а на каком мы этаже? - осмелился спросить он.

— А Вы бы на какой хотели?

Денис молчал.

— Может чая? - продолжил Карл Бурмизович, открывая дверцу буфета узкими пальцами с длинными, тонкими, крючковатыми ногтями.

— Нет, нет. Спасибо большое. Я признаться очень спешу.

— Ладно. Благодарю за посылку. Всего доброго.

— Всего доброго, - выпалил мальчик почти на ходу.

Щелкнул замок. Денис обернулся. Снова серая дверь без таблички.

«Люблю ли я приключения? Интересна ли мне мистика?» - размышлял он, проходя мимо пустого синего ведра. Лестница закончилась. Денис стоял на последней ступеньке. Сердце превратилось в маленькую птичку, бешено бьющуюся об оконное стекло. Во рту пересохло. Мысли собрались в один большой комок и затвердели. Там, где утром была входная дверь, белела ровная стена. Денис лихорадочно ощупал гладкое холодное покрытие: «Я назвал имя, дверь стала зелёной, появилась табличка. Дверь, откройся! Входная дверь, откройся! Ну пожалуйста.» Удары кулаком тоже не помогли. «Может выход на другом этаже?» Эта мысль показалась спасательным кругом. Денис снова выглянул в пролёт. Сверху смотрели три этажа. Денис поднялся. Этажей не прибавилось, но и дверь не появилась. Обессиленный он сел на пол. Мокрая футболка липла к телу. Мелкая дрожь мешала сосредоточиться. Вдруг Дениса осенило.

— Подорожник! Кис-кис-кис! - отчаянно закричал он.

«Ур-р-р», - потёрся о вспотевшую ладонь кот.

— Выведи меня отсюда, пожалуйста.

«Ур-р-р!» Подняв трубой пушистый хвост, кот легко побежал к синему ведру. Денис за ним. Подорожник потёрся о ведро, поурчал и начал спускаться. Впереди была дверь. Денис с силой распахнул её. Тёплый ветер коснулся мокрого лба. Кот выбежал и скрылся в пёстрых зарослях. Денис глубоко вздохнул. Сзади громко захлопнулась дверь.

Денис сделал несколько шагов. Мысли путались. «Что это за дом?» - подумал он, оборачиваясь.

На пустыре росла полынь, из которой торчало несколько чахлых кустиков. Дома не было.

Ветер

На следующее утро Дениса не покидало ощущение, что всё произошедшее вчера было сном. Зевая и потягиваясь, он опустил ноги на пол. «Шух-шух», - зашуршала портьера. «Шлёп, ширк-ширк,» - рассыпались у батареи комиксы. Денис подскочил к окну: «Я что, форточку не закрыл?» Он с силой дёрнул портьеру, оторвав её от очередной прищепки.

Форточка была закрыта. В нижнем углу окна торчал небольшой сложенный лист бумаги, который упорно втискивался в раму словно живое существо. Нечто полупрозрачно-серое, почти невидимое трепало листок, стараясь вытянуть его. Взлохмаченные края записки уменьшались на глазах, обсыпая подоконник белой бумажной пылью.

Денис попытался открыть окно. Не вышло! Полупрозрачная серость гулко застучала по стеклу, оттянула листок и скрутилась вокруг него спиралью. Вылетев на улицу в чём был, Денис захватил по пути огромную лохматую метлу дворника. «Хорошо, что мама уже ушла на работу», - промелькнуло в голове.

Воздушная спираль потемнела и сузилась, втянув в себя лист бумаги почти целиком. «Ну уж нет! Люблю ли я приключения?” - крикнул мальчик и изо всех сил ударил метлой по спирали. Она ослабла, посветлела на долю секунды, и тут же набросилась на мальчика. Одним концом струя резко хлестала по голым лодыжкам, другим стремилась обвиться вокруг правого запястья. Подпрыгивая, словно на горячей сковороде, Денис ловко перехватил метлу левой рукой. Отмахиваясь ею, он выдернул записку и влетел в дом, плотно захлопнув дверь, которая получила глухой удар, сопровождаемый низким завыванием: «А-а-р-р-ро-сс.»

Закрыв дверь квартиры на все замки, Денис плюхнулся на старые кеды в углу прихожей, едва переводя дыхание, и развернул записку:

ы очень нужн

О «Сырк М

Он осторожно прополз в комнату и сел на пол под окном, прислушиваясь. Тишина. Выглянул. Спираль исчезла. А перед окном сидела дикая крыса. Она дрожала всем своим маленьким тельцем и выглядела так, словно побывала в центре торнадо. Увидев Дениса, крыса улыбнулась и убежала прочь, подмигнув напоследок. Холодным отголоском мелькнули в памяти выкрики: “Чокнутый! Псих!” Прижимая к груди снятого с дерева котёнка, Денис шептал уже самому себе: “Я же видел. Он улыбнулся мне…”

Резко тряхнув головой, чтобы прогнать воспоминания, Денис наспех собрался. Он вновь ощутил прилив любопытства. Что это был за дом? Откуда появляется кот? Почему у гражданина Пасюкова и Карла Бурмизовича такие странные лица? Что за сущность пыталась отобрать записку и почему улыбалась потрёпанная крыса? Вопросы и догадки скакали в голове бешеным галопом. Денис и не заметил, как добежал до офиса. спустился под лестницу. «Верну-у-улся, верну-у-улся», - проскрипела дверь с обгрызенной табличкой.

— Здравствуйте, Денис. Хорошо, что Вы пришли. Очень хорошо, - широко улыбнулся Пасюков.

— Здравствуйте, гражданин Пасюков.

— Сегодня прошу Вас поехать и найти некий предмет. Его необходимо передать Карлу Бурмизовичу.

— Какой предмет?

— Знаете ли, не совсем обычный. Это осколок. Цветной осколок. Он там, - Пасюков протянул вырезку из старого журнала, точнее… Страница была аккуратно выгрызена маленькими острыми зубками.

— Да это же старый стекольный завод. Только его уже нет. Одни развалины.

— Да, да. Именно там Аросс спрятал осколок.

— Аросс? Я, кажется, это слово уже слышал. Кто это?

— Аросс. Ветер. Он появился во время великой ссоры и разнёс осколки по разным мирам. Последние в вашем городе. Поспешите же. Там Вас ждут и помогут. Всё запомнили? Приходите завтра утром.

— Что за оско…

Пасюков стоял лицом к столу и перебирал бумаги. На его полосатых штанах была дыра, из которой торчал длинный лысый хвост. Денис спешно вышел. Утопая в новом ворохе вопросов, он отправился к бывшему стекольному заводу.

Автобус, пыхтя и воняя выхлопом, отъехал от остановки, оставив Дениса одного возле пустыря, украшенного мелким кустарником и зарослями пыльной травы. Денис едва успел прикрыть глаза, как ветер поприветствовал его крупной горстью сухой придорожной пыли: «Швах!». Отплёвываясь от песка, Денис осмотрелся. Ничего напоминающего развалины видно не было.

Решив идти наугад, он резко остановился. Перед ним сидела большая серая крыса и улыбалась. Она подмигнула и сделала несколько больших прыжков. Затем остановилась и уставилась на Дениса, приглашая за собой. Он смело побежал следом. Крыса скакала, периодически останавливаясь, дожидаясь и, похоже, наслаждаясь своей быстротой и ловкостью. «Швах!» - горсть песка осыпала парнишку. Денис осмотрелся. Вокруг по пустырю двигались сухие травинки и мелкий мусор, периодически подлетая на несколько сантиметров.

— Это Аросс! - крикнул мальчик, поворачиваясь к крысе, - будь осто…

«Швах!» - очередная порция песка на голову. Денис успел зажмуриться и отвернуться, но открыв глаза, увидел, что крыса исчезла.

Сухой мусор и травинки теперь мирно лежали на земле. Вдруг сверху раздался отчаянный писк. Мальчик поднял голову. Сердце сжалось. Ускоренным диафильмом память прокрутила давнюю историю, которую так хотелось забыть. «Маленький мальчик вытирает слёзы грязным кулачком. Мама пытается успокоить: «Сынок, мы же не нарочно. Никто не знал, что здесь…» Двое рабочих пожимают плечами. В груде тряпья и сухой травы маленькие серые комочки, уже застывшие. Из-под тяжёлой чёрной доски торчит длинный лысый хвост и сплюснутая часть тельца с растопыренными лапками.»

Писк раздавался из серой густой спирали над головой, откуда торчал только крысиный хвост.

— Не-е-ет! - Денис подпрыгнул изо всех сил, ухватил хвост у самого корня, выдернул зверька и рухнул на землю.

-А-а-росс не о-от-да-аст, - зашипел ветер, пытаясь захватить в спираль лежащего мальчика. Испуганная крыса укрылась в рукаве, а Денис, распластавшись на земле, цепко держался обеими руками за ближайшие мелкие кусты. Ветер, не смолкая, кружил над мальчиком, разгоняя мусор и сухую траву, но оторвать от земли крепкого двенадцатилетнего подростка не мог…

Неизвестно, чем бы закончилась борьба, но на голубое небо набежали лёгкие облака, начал дуть обыкновенный летний ветер. Двум ветрам не место на одном пустыре в одно время. Шипение постепенно стихло, а серая масса растворилась.

Денис сидел на земле перед большой серой крысой:

-Ну и что нам делать дальше? Где осколок? Как он вообще выглядит?

Крыса кивнула и побежала вперёд. Денис за ней. Среди развалин торчало деревянное одноэтажное здание с заколоченными окнами и дверьми. Огромная дыра в крыше оказалась единственным входом внутрь. Крыса остановилась, громко запищала и скрылась в траве.

-Спасибо, хоть до места довела, - осмотрелся Денис в поисках подходящих предметов, - жаль, мы здесь с ребятами не играли.”

Обойдя ещё раз вокруг дома, он заметил неподалёку сваленные в кучу доски. Обрадованный, рванул вперёд и, не успев сделать шага, грохнулся в густой пучок травы. Шнурки! Вечно развязанные шнурки, наконец-то, решили проучить мальчишку. Один из них застрял в щели под домом. Денис дёрнул, шнурок не отцепился. Дёрнул сильнее. Шнурок немного вылез из щели, вытянув за собой что-то непонятное, но притягивающее со странной силой. Денис схватил острый камешек и начал копать. Было нелегко. Несколько раз оцарапав руки, он достал неправильной формы стекляшку размером с книгу. Денис держал осколок, ощущая лёгкое покалывание в пальцах. Он не сомневался, что находка та самая, но стекло не было цветным. За грязную и порванную куртку не похвалят, и терять уже нечего. Денис провёл по осколку рукавом, на который тут же прилипла чёрная с металлическим отливом пыль. На стекле появились слабые очертания. Денис потряс рукой. Пыль исчезла.

-Это он! - воскликнул Денис и осмотрелся с опаской. Убедившись, что серого ветра нет, он поискал глазами крысу. Но не найдя ее, вытер осколок ещё несколько раз. Размытые силуэты превратились в чёткий рисунок. К замысловатым узорам тянулись кошачьи и крысиные лапки. “Аросс нарочно выбрал дом с дырой в крыше, чтобы искали внутри и не нашли. Но зачем он утащил осколки?”

Мысленно гуляя в лабиринтах догадок, Денис добрался до Тупиковой улицы. Из подвалов понурых домов появлялись кошки, но теперь они подходили ближе, некоторые даже тёрлись о ноги и урчали, сопровождая до самого леса.

Двухэтажное здание из красного кирпича с двумя дверьми одиноко стояло на пустыре. Миловидная дама в пёстрой косынке и длинной полосатой юбке поливала клумбы из маленькой голубой лейки. Неподалёку дремал Подорожник. Кот приоткрыл один глаз, мяукнул в знак приветствия и вернулся в мир снов.

— Здравствуйте.

— И тебе не болеть, - женщина подняла голову и, заметив на лице Дениса немой вопрос, продолжила, - клумбы нужно полить, цветам нельзя погибнуть.

Несколько красных камушков упали сверху на клумбу. Женщина аккуратно собрала их и посмотрела наверх:

— Да-а-а.

Денис тоже поднял голову. В стенах здания зияли разных форм дыры.

— Уже не пугают происходящие странности?

— Не пугают. Наверное.

— У тебя много вопросов?

— Да, - оживился Денис.

— Я каждый день убираю злые мысли со стен внутри и ухаживаю за цветами, чтобы зло не пришло снаружи. Мы пытаемся сохранить то, что осталось, и вернуть потерянное. А ты помогаешь нам.

-Чем?

— Ты приносишь то, что мы сами принести не в силах. Ты же не против?

— Нет, я рад, - на ходу выпалил Денис, вспомнив про найденный осколок.

Дом, словно понимая, что осталось мало времени, переселил Карла Бурмизовича на первый этаж. Денис без труда нашёл очищенную от пыли зелёную дверь с табличкой. Карл Бурмизович встретил гостя в опустевшей прихожей, улыбаясь, но чёрные блестящие глаза были наполнены грустью.

— Спасибо за посылку. К сожалению, сегодня не могу предложить Вам чая.

— Ничего страшного. Я опять спешу, - выпалил Денис, краем глаза заметив через приоткрытую дверь, что в комнате на полу разложены цветные осколки, - но, простите, что за посылки я приношу вам?

— О-о-о! Это осколки поющей картины. Надо спешить. Скоро праздник Золотой Луны. Картина должна быть целой.

— Какая картина?

— Картина должна быть целой, - словно эхо повторил Карл Бурмизович, медленно удаляясь в комнату. По полу волочился длинный лысый хвост.

Скрипнула входная дверь. Денис выскочил на улицу:

— Извините, что за праздник Золотой Луны?

Ветер раскачивал яркие цветы на ухоженных клумбах, среди которых одиноко стояла миниатюрная голубая лейка.

Осколок

«Поспеши-и-и, поспеши-и-и,» - проскрипела дверь на следующее утро. Гражданин Пасюков выглядел озабочено, но встретил Дениса улыбаясь:

— Доброе утро. Очень, очень рад Вас видеть. Готовы ли Вы помочь ещё раз?

— Готов, - замялся Денис, - но я хотел бы…

-Понимаю, - спокойно продолжил гражданин Пасюков, - Вы хотите знать. Существует наш мир, наш чудесный город. Долгое время в городе жили мирно два племени: кошки и крысы. Ими правила добрая и справедливая королева, одинаково любившая весь свой народ. Каждый год во дворце праздновали ночь Золотой Луны, когда все подданные приходили с дарами. В полночь Луна дарила Золотой луч. Он наполнял волшебным светом символ города, картину на поющем стекле. В такую ночь гремел большой пир, картина пела, сияла и дарила городу процветание до следующего праздника. В последнюю ночь Золотой Луны кошки и крысы затеяли спор, кого больше любит королева. Её отчаянные попытки успокоить и примирить их утонули в потоке брани. Как раз в этот момент Луна отправила Золотой луч. Он столкнулся с грубыми воплями спорящих и вмиг стал серым. Вязкий пепельный туман поглотил всё. Когда он рассеялся, город исчез, а волшебная картина рассыпалась на множество осколков. Спорщики опомнились и помчались собирать их, но было поздно. Ветер подхватил кусочки стекла и унёс.

Гражданин Пасюков застыл, глядя куда-то вдаль.

— Ах, - встрепенулся он через несколько секунд, - готовы ли Вы поехать на другой конец города? Это очень, очень нужно.

— Готов. Но куда?

— На самой северной улице необходимо найти самое старое здание.

— Там их много.

— Нам понадобится самое старое. Надо забраться на крышу. Вы сможете?

— Постараюсь.

— Хорошо. Очень хорошо. Там сокровищница. Мы возьмём из неё один предмет.

Денис недоуменно посмотрел на Пасюкова.

— Не переживайте, это не кража. Предмет принадлежит нам. Его нужно просто вернуть на место.

— Это тоже осколок?

— Да. Последний недостающий кусочек. Я найду его по запаху. Вам нужно только доставить меня на крышу. Увы, сам не справлюсь. Так я могу выглядеть только здесь или во дворце. Разговаривать, кстати, тоже. Если есть вопросы, спрашивайте сейчас.

Вопросов было море, но мысли устроили в голове такие гонки, что Денис не мог ухватить ни одной. Пасюков подождал минуту и спросил:

— Самое главное. Не боитесь ли Вы крыс?

— Нет, не боюсь.

-Прекрасно! Идите, друг мой. Я выйду вслед за вами.

Денис открыл дверь и вышел. «Удачи-и-и, удачи-и-и», - послышался скрип. «Шлёп!» Что-то мягкое, тёплое, живое оказалось на плече. Щёку пощекотали тоненькие усики. Денис повернул голову. На плече сидел крупный серый крыс.

По обеим сторонам длинной широкой улицы толпились разношёрстные постройки. Некоторые, похожие на тощих человечков, тянулись вверх, пытаясь прижать соседей к земле. Другие, коренастые, старались закрыть широкими фасадами многочисленных миниатюрных собратьев. Похожих друг на друга, доживающих свой век домишек было несколько, и, чтобы не тратить время на осмотр всех крыш, Денис решил точно узнать, какое самое старое. Он зашёл в ближайший двор. Легкий тёплый ветерок резвился в лохматых кронах деревьев и пышных клумбах, распространяя цветочный запах. Слышался детский смех. На площадке играли малыши под присмотром пухлых бабушек. Молодая мама успокаивала младенца в коляске. Мужчина с чемоданчиком почти бежал, поглядывая на часы. «Как жаль, что нет Подорожника, - думал Денис, ища, кого спросить, - а может он и не помог бы, может он только выводить умеет.» Взгляд зацепил неподалёку идущего со стопкой книг мальчика. «Библиотека!» - мелькнуло в голове Дениса. Он подошёл:

— Здравствуй. Здесь есть библиотека поблизости?

— Здравствуй. Да. Я как раз туда иду.

Денис не ошибся. В храме книг он без труда выяснил всё, что надо. Вскоре стоял перед самым старым зданием. В длинном двухэтажном доме недавно прошёл ремонт. На почтенную старость намекали только резные ставни и три массивные дубовые двери. Денис взялся за резную ручку, бережно придерживая куртку. Слишком активно проверяя обстановку, крыс едва не вывалился на землю.

Денис вошёл в первый подъезд, легко добежал до последнего этажа. Вот она, маленькая лесенка, ведущая к чердачному люку. Крыс сидел на плече. Денис ловко забрался наверх, протянул руку к дверце люка и тут же убрал обратно. На дверце блестел замок.

«Как же так? - думал Денис, выходя из последнего подъезда, - что же делать?» Крыс заметно нервничал. Он покусывал Дениса за ухо, требуя действий. Точечный массаж оказался эффективным — было решено обойти здание. Оно оказалось довольно необычным. Посередине блестело открытое мансардное окно, из которого выглядывал человек. «Это средний подъезд. Там я видел дверь около лестницы на чердак, вспоминал Денис на бегу, - но что я скажу?»

На отчаянный вой дверного звонка вышел мужчина средних лет:

— Зачем так сильно жать на звонок? Ты к кому?

— К вам. Добрый день.

— Добрый. Чем обязан?

— Мне необходимо попасть на крышу. Чердачные люки закрыты. А у вас окно. Мне очень, очень нужно. Срочно.

-Последнее время происходит что-то странное. Вечерами по крыше гуляет серый ветер и громко воет. Представляешь, только по нашей крыше? Прошлым вечером он гудел особенно сильно и даже пролез на чердак. Как это странно… Жильцы решили закрыть люки. А зачем тебе на крышу?

— У меня… у меня кот пропал, - на ходу придумал Денис, - я его видел на вашей крыше только что. Он, наверное, на дерево залез, а слезть не смог и прыгнул на крышу.

— Конечно, проходи. Спасай кота, пока не вернулся ветер. Только будь осторожен, пожалуйста.

Как только Денис вышел на крышу, крыс забрался на плечо, встал на задние лапки и начал усиленно принюхиваться. Он медленно двигался по шершавой, усыпанной ветками, острыми камушками и прочим мусором, изгаженной птицами поверхности. По периметру крепко обшитая крыша имела невысокую решётку. Сверху хорошо просматривались дворы и соседние здания. Люди внизу спешили по своим делам. Крыс занервничал, резво спустился и длинными прыжками помчался к трубе. За трубой покрытие казалось ветхим, из трещины выглядывали различные блестящие штучки. Денис начал увеличивать щель. Прогнившие с виду деревяшки не поддавались. Крыс отчаянно бегал по крыше неподалёку.

-Ай! - крикнул Денис, когда крыс резко потянул его за рукав, - что случилось?

Крыс в два прыжка оказался возле острого обломка кирпича.

-Отлично!

Работа пошла быстрее. Тайник раскрыл свои сокровища. Чайная ложечка, очень похожая на серебряную, старинная монета, подвеска с переливающимися камушками. Денис осторожно вытаскивал предметы, стараясь не задеть вертевшегося под руками крыса. Последняя вещь сидела глубоко, торчал только уголок. Несомненно, это был осколок. Тяжёлый кусок кирпича мог повредить его. Крыс пытался вытянуть его маленькими лапками и хватал острыми зубками. Денис вооружился ключом от квартиры. Наконец, общими усилиями друзья достали кусок стекла размером с детскую ладонь. На нём отчётливо была видна кошачья морда. Мальчик присел на корточки: «Забирайтесь на плечо, гражданин Пасюков.» Вдруг осколок резко отлетел в сторону, а руку пронзила острая боль. Не знал Денис, что птичий клюв может быть таким опасным. Над головой пикировала и отчаянно стрекотала сорока. «Так вот чей это тайник», - понял Денис. Сорока застрекотала ещё яростней и закружилась совсем близко, не давая поднять осколок. Крыс пытался схватить ценный предмет, но отпрыгивал всякий раз, когда сорока пикировала. Опасаясь за жизнь Пасюкова, Денис спрятал его под куртку. Сорока несколько раз пролетела буквально в миллиметрах. Одной рукой придерживая ёрзавшего под курткой крыса, другой прикрывая голову, Денис отчаянно рванул в сторону осколка, споткнулся о кусок торчащего покрытия и растянулся плашмя, угодив лицом в кучку каменных обломков. Ловкий крыс успел перебраться за шиворот и, громко пища и перебирая лапками, тщетно пытался вылезти из узкой горловины. Денис поднял голову. Осколок лежал в паре метров. Вытерев рукавом окровавленную губу, осмотрелся. Сороки видно не было. Затаилась. «Гражданин Пасюков, - тихо позвал Денис, приподнимаясь, - вылезайте незаметно.» Крыс перебрался вперёд осторожно вылез и спрятался за рукавом. «Сейчас я прыгну к осколку, - продолжал Денис, - сорока непременно нападёт на меня. Постарайтесь в это время схватить его.»

Денис прыгнул. Сорока спикировала из укрытия, выставив вперёд острые когти. Денис успел наклонить голову и прикрыть глаза руками. Несколько глубоких царапин появились на щеке.

-Чтоб тебя разорвало, гадкая птица! - закричал Денис, грозя кулаком.

В тот же миг краем глаза он заметил, как, словно из ниоткуда, на осколок упала горсть чёрной с металлическим отливом пыли. За секунду она покрыла рисунок и растворилась. На крыше лежал кусок обычного стекла. “Злые мысли”, - промелькнуло в голове.

Не останавливаясь, сорока летела на крыса, едва успевшего отскочить в сторону. «Как её прогнать?» - думал Денис, вытирая кровь и глядя то на птицу, то на стекло. Неподалёку оказалась забытая рабочими доска. В два прыжка Денис добрался до неё и ухватил за край.

-Кыш! Кыш! - кричал он, изо всех сил размахивая орудием и одновременно прикрывая голову.

Сорока отчаянно защищала своё имущество, буквально налетая на доску

-Кыш! Кыш, дурёха! Я не хочу тебя покалечить! - кричал он, надеясь на расторопность Пасюкова. Но сорока не давала крысу приблизиться к осколку. Денис швырнул доску в сторону. Выбившись из сил, он сел. Крыс устало забрался на плечо. Мысли снова рассыпались, когда взгляд скользнул по осколку. В самой середине, как первая трава из-под снега, зелёной точкой горел кошачий глаз.

— Добрых мыслей больше, - прошептал Денис и закричал, - Я не хочу никому вредить!

Рисунок заиграл сочными красками.

Сорока опустилась неподалёку. Денис пытался сосредоточиться, как вдруг его мысли прервал отчаянный крик...

Денис вздрогнул. Истошно вопила, пытаясь вырваться, прижатая к крыше крепкой лапой кота сорока. «Подорожник! - радостно закричал Денис, подбегая, - как ты вовремя!» Кот смотрел в сторону осколка, прижимая вёрткую орущую птицу уже и второй лапой. Сорока извернулась и клюнула его. Кот завыл. Денис метнулся к осколку, поднял и спрятал во внутренний карман к великой радости Пасюкова. Кот, воя и прикрывая лапой раненый нос, ослабил хватку. Сорока вырвалась и, продолжая верещать, рванула к деревьям, где, скача по веткам голосила громче сирены. Денис присел на корточки и погладил кота: «Пожалуйста, не исчезай. Ты мне нужен. Я сказал человеку, что на крыше мой потерянный кот, и человек разрешил выбраться через его окно. У меня не было выхода. А я так не люблю врать». Подорожник медленно моргнул, выражая согласие, и пошёл рядом.

— Какой красивый кот, - встретил хозяин квартиры влезавшего в окно Дениса, - поздравляю. Рад, что ты его нашёл. Но что с твоим лицом?

— Спасибо большое, всё в порядке. Я упал, - на бегу ответил Денис, - нужно догнать кота, пока снова не удрал. Мчась по лестнице, он решил поблагодарить Подорожника, но кота уже не было. «Исчез так же внезапно, как появился, и будет во дворце намного раньше нас. Или уже там», - размышлял Денис, улыбаясь и чуть-чуть завидуя волшебным способностям кота.

Денис влетел в полупустой автобус, выдернул зажатую дверцами куртку. Несколько секунд постоял, переводя дыхание, и шлёпнулся на ближайшее сидение. Возникло острое желание рассмотреть рисунок на осколке, но тогда пришлось бы потревожить задремавшего крыса. А этого делать совсем не хотелось. За пазухой ощущалось нечто большее, чем тепло маленького живого существа. Денис чувствовал, как в его сердце проникает тонкой струйкой что-то необычное, незнакомое, бодрящее и очень приятное. «Интересно, какой дворец на самом деле? - думал он, — какая картина на поющем стекле, как празднуют ночь Золотой Луны? Как выглядит королева кошек и крыс. На кого она похожа? Ой!» Автобус резко остановился, и Денис ударился лбом о впереди стоящее сиденье. Крыс зашевелился, из-под куртки показалась усатая мордочка. В лобовое стекло была хорошо видна вереница стоящих автомобилей. Ехать ещё далеко, но пробка настолько длинная, что мальчик попросил водителя открыть двери и вышел. Он шагал вдоль окружённой с обеих сторон пустошью дороги. Вскоре появились деревья, дома, люди и … «Подорожник! - не сдерживая радости, крикнул Денис, - ты пришёл показать короткую дорогу?» Мяукнув, кот резво побежал во двор, Денис за ним. Кот мчался через дворы, едва касаясь земли. Мальчик следом. Почти одновременно они перемахнули через высокий забор, ловко перешли канаву по тонкому поваленному дереву и бежали, бежали, не останавливаясь ни на минуту. «Что происходит? - думал Денис, - откуда во мне такая ловкость и быстрота? Уж не в кота ли я превращаюсь?»

Картина на поющем стекле

Мимо проскакивали городские дворы. Денис и Подорожник пересекали улицу за улицей и вскоре оказались перед знаком «Тупик». Увидев, что кота уже нет рядом, Денис нисколько не удивился и, прежде чем пойти дальше, осторожно ощупал себя сзади. Не найдя хвоста, он приободрился и быстро зашагал по Тупиковой улице. Впереди стеной стоял лес, над которым висело солнце, намекая, что вечер не за горами. Денис прибавил шаг, затем побежал быстро и мягко. «Всё таки что со мной? - спросил он у державшегося за воротник крыса, - откуда такая лёгкость и быстрота?» Крыс тихонько пощекотал ухо усами, показывая, что бояться нечего. Пробегая мимо серых домов, Денис ощутил сырость и холод. «Точно, Тупиковая, - пришла мысль, - как тоскливо здесь сегодня. Чего-то не хватает... Кошки! Кошек нет!» Охваченный смутными чувствами он вошёл в лес. Красное кирпичное задние виднелось между деревьев. «Уф-ф! На месте», - вздохнул Денис с облегчением и в несколько прыжков оказался перед зданием, где застыл в изумлении.

— Здравствуй, - донеслось словно издалека. — Что-то удивляет до сих пор?

— А? Ой, извините, здравствуйте. Я не могу понять, сколько этажей сегодня. Только что было четыре. Теперь шесть. Нет, уже пять.

Уборщица улыбалась:

— Дворец и все, кто в нём, а в нём почти все, ждут. В нашем мире именно так проявляется предчувствие.

— Предчувствие чего?

— Это зависит от тебя.

— Что нужно сделать?

— Донести осколок до поющей картины. Подорожник тебя проводит.

— Ур-р-р, - потёрся о ногу кот.

— Идите. Времени немного.

— А вы?

— Я приду позже.

Тройка вошла в единственный подъезд. В тёмном сыром помещении воняло плесенью. Денис дотронулся до плеча. Крыса не было. Кот тоже исчез.

— Подорожник! Гражданин Пасюков!

— Мы здесь.

На стенах возникли тусклые огоньки. Юноша оглянулся. У двери стояли два человека: низенький длинноносый с чёрными глазками в полосатых штанах и высокий зеленоглазый, одетый в строгий костюм мужчина с длинными усами. Из-за хорошо отпаренных брюк то справа, то слева мелькал пушистый хвост.

— Гражданин Пасюков! Подорожник! - обрадовался Денис.

— Василий Васильевич Подорожник, - мягко уточнил молодой мужчина, - пройдёмте в зал, пожалуйста.

Он протянул руку в сторону, где тут же появилась зелёная дверь с табличкой «Карл Бурмизович». Дверь открылась. Друзья вошли. За пустой полутёмной прихожей была теперь не комната, а большой светлый зал, где, окружённая толпой людей с длинными лысыми или пушистыми разных мастей хвостами, на полу лежала картина из цветных стеклянных кусочков. Ровно в центре зияла неправильной формы дыра.

Денис вышел на середину зала и поздоровался. Все молча поклонились. В тишине сверкали зелёные, жёлтые, голубые и чёрные, похожие на бусинки, глаза, наполненные нетерпеливым ожиданием. Все затаили дыхание. Денис достал из внутреннего кармана осколок. «Ах!» - разнеслось по залу.

— Закончить дело должны те, кто начал, - продекламировал Карл Бурмизович, - подойдите сюда двое, по чьей вине разгорелся спор.

Пасюков и Подорожник подошли.

— Запомните, королева любит всех одинаково. Возьмите осколок. Вы должны положить его на место одновременно. Так вы покажете своё равенство, и снова наступит благодать.

Гражданин Пасюков и Василий Васильевич Подорожник взяли осколок и синхронно склонились над картиной. Толпа замерла. Низкорослый Пасюков не мог дотянуться до середины. Подорожник ехидно улыбнулся и покрепче ухватился за осколок, стараясь перетянуть на свою сторону. В толпе послышался испуганный шёпот. Несколько гостей бросились к стенам, на бегу вынимая из карманов белоснежные носовые платочки. Карл Бурмизович нервно покусывал коготки. Гости лихорадочно тёрли светлые стены. Сталкиваясь друг с другом, они подбегали к окнам и вытряхивали на улицу чёрную с металлическим отливом пыль. В маленьких блестящих глазках Пасюкова сверкнул недобрый огонёк, буро-рыжие волосы встали дыбом, а торчащие розоватые ушки заострились. «Пыф-ф-ф!» - вырвалось из его груди. Подорожник зашипел в ответ, обнажая острые клыки. Передние, выдающиеся вперёд зубы Пасюкова стали заметно длиннее и острее. Когтистые пальцы соперников потянулись к воротникам. Гости с платочками забегали ещё быстрее. Осколок выскользнул. Толпа ахнула. Денис в один прыжок подлетел к картине и растянулся на полу, выставив вперёд руку. Осколок упал прямо в ладонь.

— Как вы можете? - закричал Карл Бурмизович, - разве этого от вас ждут?

Подорожник и Пасюков посмотрели на лежащего Дениса, затем друг на друга. Волосы Пасюкова перестали топорщиться, а усы, наоборот, растопырились густым веером, чтобы прикрыть стыдливый румянец на щеках. Подорожник виновато заурчал. Пасюков поднялся на цыпочки и изо всех сил попытался вытянуться. Василий Васильевич чуть присел. Денис передал последний кусочек стекла и осторожно поддержал Пасюкова. Оказавшись на одном уровне, товарищи поднесли осколок к середине и вставили в дыру. Одновременно! Изображение засияло. Щёлочки и трещины исчезли. Гости, улыбаясь, поглаживали стены и показывали друг другу чистые ладони. Все шумно выдохнули и захлопали в ладоши.

Картина ожила. В невероятном танце на ней кружились кошки и крысы, то превращаясь в людей, то снова становясь животными.

— Благодарю тебя, Денис, - раздался приятный женский голос.

Юноша обернулся. Перед ним стояла … уборщица. Нет, теперь это была прекрасная дама в длинном платье и синей мантии.

— Ваше Величество, - поклонился Денис.

Королева кивнула в ответ:

— Ещё раз благодарю от всех нас и приглашаю сегодня ночью на праздник Золотой Луны. Ты будешь почётным гостем.

Денис молча кивал. Вопросы в голове толкались, решая, какой из них важнее. Королева с улыбкой произнесла:

— Наш министр важных дел Карл Бурмизович объяснит всё, что непонятно. А мне, извините, необходимо быть сейчас рядом с подданными.

Королева грациозно повернулась и направилась к публике. Освобождая дорогу, подданные расступались и кланялись. Синяя мантия струилась водопадом. Посередине на ней была вышита золотая корона, в центре которой переливались разными цветами три буквы «к», большая в середине и две совершенно одинаковые поменьше по бокам.

— Кхе, кхе, - начал министр, - это герб нашего города. Три «к» - королева и одинаково любимые ею кошки и крысы. Мне показалось, вы боитесь превратиться в кота или крысу. Не бойтесь, вы останетесь человеком, получившим в дар немного ловкости и выносливости от гражданина Пасюкова и Василия Васильевича Подорожника.

Денис облегчённо вздохнул.

— Вы работали курьером три дня. Получите 3333 монеты за труд, - протянул небольшой бархатный мешочек Карл Бурмизович.

«Тяжёлые», - подумал Денис, заглядывая внутрь. Мешочек был заполнен золотыми монетами с изображением королевы.

— На балу, юноша, вам торжественно откроют тайну перемещения в наш мир. Вы всегда будете желанным гостем. А пока давайте выйдем на улицу. Не будем мешать подготовке к празднику.

Вместо небольших клумб появился роскошный парк с многочисленными цветущими деревьями и кустами. Дом из красного кирпича заметно вытянулся. Окна посередине приняли арочную форму. Над ними красовался герб города. Остальные ещё выбирали себе новый вид. На крыше выросли три остроконечные башенки, украшенные витиеватыми буквами «к» и рельефными изображениями улыбающихся кошек и крыс. Денис и Карл Бурмизович внимательно наблюдали.

— Да, протянул министр задумчиво, - дворец становится другим. Возможно, он станет лучше прежнего. Посмотрим, - он повернулся к Денису, - сегодня мы удостоимся чести увидеть Золотой луч и услышать поющую картину. Ночь Золотой Луны — главный праздник. Пойдёмте, выберем вам подходящий костюм.