Сергей Щуковский. Новый год моего детства

Макс катал во дворе большой комок под основание снеговика. С утра отдала оттепель и снег хорошо скатывался. Снеговик должен был получиться замечательный, если Ленка, одноклассница и соседка одновременно, не испортит всё дело, как в прошлый раз. Тогда она решила приделать снеговику руки. Не просто ветки, как обычно, а руки из снега, которые снеговик должен был, по её разумению, упирать в бока. Всё кончилось тем, что руки не держались, и уже почти готовый снеговик развалился. Максим три дня дулся на Ленку и даже уходил в школу, не дождавшись её около подъезда, как обычно. Но потом они помирились и вот в это воскресенье решили снова слепить снеговика во дворе. При чём Макс считал, что снеговика «скатывают», а Ленка – «лепят». Но по такому пустяку они решили не сориться и заниматься каждый своим делом: Макс скатывал снеговика, а Ленка его лепила.

• Макс, а ты кем будешь на новогоднем утреннике? – вдруг спросила Ленка. – Я опять снежинкой. Мама сказала, что прошлогодний костюм ещё хороший, и новый она делать не собирается, потому что у неё куча дел и без этого.

Вопрос новогоднего костюма был больным для Максима. Он хотел быть в этот раз пиратом. В первом классе был зайчиком, а во втором, непременно, должен был быть пиратом. Он пытался даже выпросить у двоюродного брата, который служил на флоте и недавно вернулся из армии, тельняшку, чтобы мама переделала её под пиратский костюм. Но брат, сделав круглые глаза, как будто Максим произнес какое-то хулиганское слово или предложил совершить ужасное преступление, тут же заявил, что всё, что угодно, но только не это. Потом ещё много говорил про память, морскую душу и море, но Максим в это уже не вслушивался. Да и так ли важно, что он говорил, после того, как отказался пожертвовать своей тельняшкой ради хорошего дела.

- У меня тоже самое. Буду зайцем, как и в первом классе. Смешно даже. Человек учится во втором классе, а на празднике он должен быть зайцем, - с обидой в голосе сказал Макс. – Я уже почти уговорил братана отдать мне тельняшку для костюма пирата, но родители сказали, что костюм зайца лучше. А пиратский костюм папа, вообще, назвал хулиганством.

- Да, - горестно вздохнув, сказала Ленка, - ничего они не понимают.

Максим молча согласился с подружкой и продолжил катать ком. Между тем Ленка уже слепила средний шар и заканчивала голову снеговика.

- А представь, - начал мечтать Макс, - я пришёл бы в всамделишной тельняшке с повязкой на глазу и в шляпе. Дед Мороз точно вручил бы мне приз за лучший костюм. И я даже знаю какой.

- Какой? – с любопытством переспросила Ленка.

- Вертолёт. Такой за три рубля пятьдесят копеек. Я видел в нашем универмаге, и ещё пацаны в соседнем дворе запускали, - Максу казалось, что Дед Мороз непременно должен знать про его желание, но просто так он подарить вертолёт не может. Значит надо за что-то, а победа в конкурсе на лучший новогодний костюм достаточная причина для такого подарка. И для пущей убедительности добавил. – Я очень-очень его хочу. Летом просил маму купить. Она сказала, что дорого и потом я для него маленький. А я у пацанов в соседнем дворе запускал. И он летел! Правда-правда, высоко! – глаза у Макса восторженно загорелись, но тут же погасли. - А теперь у меня не будет вертолета. Кто же подарит вертолёт зайцу? Зайцу вертолёт не нужен.

- Макс, какой ты смешной! – откликнулась Ленка. – А что ты попросил у Деда Мороза на Новый год?

- Как это попросил? – удивился Максим. – Он всегда дарит что-то сам. Ну, там конфеты разные, свитер и машинки, а однажды какую-то игру настольную подарил, в прошлом году. Так мы с папой долго пытались научиться в неё играть, пока не растеряли все фишки.

Ленка посмотрела на приятеля так удивленно, словно он был Чебурашкой – неизвестным науке зверем из любимого мультфильма:

- Ты не писал письмо Деду Морозу?

- Нет, - растеряно ответил Макс, - не писал.

- Так чего же ты хочешь? В прошлом году я попросила у Деда Мороза куклу с закрывающимися глазами. Ну, тебе это не интересно. И он мне её подарил.

- А что в этом? – спросил Максим.

- Не могу сказать, а то не сбудется, - ответила Ленка. – Главное, надо написать Деду Морозу письмо на Северный полюс и попросить то, что ты хочешь в подарок на Новый год.

- И он подарит?

- Обязательно. Только ты напиши, что ты вёл себя хорошо весь год, - наставительно продолжила Ленка, - я так всегда пишу.

- А если я случайно расколол папину пепельницу, это ведь не значит, что я себя хорошо вёл? – оживившийся было Максим, начал расстраиваться из-за какого-то нелепого условия о хорошем поведении.

- А зачем ты её расколол, специально?

- Нет, я играл в разведчика, - стал объяснять Максим, - я был Штирлицем, как в телевизоре, и должен был сжечь секретные бумаги. А он там сжигает их в пепельнице. Я тоже наложил бумаг в пепельницу и поджёг. А она была стеклянная и раскололась.

- Здорово попало?

-Ещё как, - теперь это было весело вспоминать и Максим даже улыбнулся, - отругали за то, что играл со спичками. А про пепельницу мама сказала, что ничего страшного, папа меньше курить будет. А он и так почти не курит, только когда приходят гости.

- Ну, тогда это не считается, - уверенно заявила Ленка, - и потом Дед Мороз не может запомнить всё про всех. Он же старенький. – Она не стала говорить Максиму, что не упомянула в письме ни про одну из своих шалостей.

Голову снеговика украсили согласно «инструкции» – как показывают в мультфильме и на картинках в книжках: вместо носа морковка, вместо глаз и рта – угольки. Проблема вышла с ведром. Ни Ленкины, ни Макса родители не желали пожертвовать хоть какое-то ведро для снеговика. Тогда Ленка предложила соорудить снеговику «прическу». Ребята натыкали в снежную голову множество мелких веточек, и снеговик стал немного похож на ёжика. Теперь предстояло главное: собрать все запчасти воедино. Средний ком снеговика ребята поставили на основание совместными усилиями, а вот «снежную голову» поднять не удавалось – высоко. Тут, как нарочно, из подъезда выбежал дед Ваня – Макарыч, как его звали во всем доме, его внук Егор учился в параллельном классе, правда, Максим и Ленка с ним не дружили: Егорка был вредный, по их мнению, и задавака.

- Дедушка Ваня, дедушка Макарыч, - наперебой закричали ребята, - помоги снеговика доделать: высоко, нам голову не поднять!

- Высоко держать голову – это очень важно! – откликнулся Макарыч. – Давайте, помогу в вашей беде.

Он ловко приладил голову на свое законное место и помог облепить вокруг «шеи» снегом, для прочности.

- Вот и здорово! – сказал Макарыч, любуясь работой. – Замечательного снеговика слепили! Молодцы! Просто украшение двора!

- Скатали – поправил деда Макс.

- Вот я и говорю, слепили – скатали, - Макарыч оказался большим дипломатом, - внука бы моего взяли в компанию, а то дома сидит, в телевизор пялится. Я ему говорю, шёл бы погулять – погода-то какая! А он: «щас мультики будут, да щас кино будет» …

- Да, пусть приходит, - нехотя сказала Ленка.

- Двор большой, не жалко, - добавил Максим.

Макарыч, не поняв тонкостей дворовых взаимоотношений, приговаривая: «Вот и ладно. Вот и молодцы», - побежал по своим делам.

Вечером Максим закрылся в общей со старшим братом комнате под предлогом выполнения домашнего задания. Хотя какие домашние задания на выходные во втором классе? Да ещё накануне новогодних каникул. Отец сказал, что он, наверное, подтягивает хвосты. На что мама возразила, какие могут быть в начальной школе хвосты. Но тем не менее желание учиться родители не стали пресекать, и не беспокоили Макса всё время пока он что-то корпел, склонившись над тетрадкой. Максим писал письмо Деду Морозу. Он старательно выводил печатные буквы на листке в клеточку: «Дорогой Дед Мороз. Подари мне на Новый Год вертолёт, - тут Макс задумался: Дед Мороз может не понять, какой ему вертолёт нужен. Вдруг подарит самый настоящий. Его даже поставить негде – двор у них маленький, да и соседи будут ругаться. Они ругаются, когда он санки в подъезде оставляет, не поднимает их домой, а тут целый вертолёт. Мама всегда говорит, что с соседями надо поддерживать хорошие отношения. И Максим добавил, - за три рубля пятьдесят копеек, как у ребят из соседнего двора. Если не знаешь где его взять, то он есть в нашем универмаге на втором этаже в отделе игрушек. Я вёл себя хорошо весь год, а пепельница не считается, так Ленка сказала. Твой Максим». Письмо, написанное с огромным старанием, было запечатано серый почтовый конверт без марки. Максим заранее его взял в серванте, там хранилась целая стопка таких: родители писали письма в армию его двоюродному брату, когда тот служил в морфлоте. Большими печатными буквами он написал адрес: «Северный Полюс Деду Морозу». На следующий день письмо было брошено в почтовый ящик и, Максим в ожидании новогоднего чуда, прекрасно провёл все дни до наступления праздника.

Выход на зимние каникулы совпал с новогодним утренником. Максим проскакал весь утренник зайчиком, покружился под музыку с Ленкой – снежинкой, прочитал Деду Морозу стихотворение, получил за это приз и подарок. Максим знал, что подарки готовил родительский комитет, ему про это сказала Ленка, а Дед Мороз на утреннике был не настоящий. Это был переодетый солдат из соседней воинской части, у него на ногах были кирзовые сапоги, закрашенные белым мелом. В таких сапогах по весне ходит дед Макарыч и приговаривает: «Вот обутка – на века. Всю войну в таких прошагал». Но всё равно было здорово. И потом, настоящий Дед Мороз не может поспеть ко всем на утренники, он, наверное, в это время готовит подарки, те, которые настоящие. Он уже точно нашёл вертолёт в большой треугольной картонной коробке и уложил его в свой волшебный мешок рядом со всякими куклами и машинками. «Главное, чтобы Дед Мороз не ошибся, - думал Максим, - и не вытащил случайно какую-нибудь машинку. Ведь он должен за одну ночь успеть раздать подарки всем детям, которые их ждут».

За три дня до праздника отец принёс домой большую живую ёлку: она была очень пушистая и высокая, почти до потолка, оставалось небольшое пространство для звезды на макушке. Он установил ёлку в деревянную подставку, сколоченную из двух кусков доски крест-накрест с отверстием по центру под ствол и закрепил всё это сооружение по близости от окна, чтобы в комнате осталось побольше места для праздничного стола. Под его чутким руководством Максим с братом стали наряжать лесную красавицу игрушками, которым, наверное, лет было больше, чем Максиму и даже старшему брату. На некоторых шарах уже потрескалась краска и местами облупилась, но всё равно они выглядели нарядными и по-новогоднему волшебными. Казалось, если в новогоднюю ночь выключить свет, и лунный луч или мерцающий отблеск от зажжённых на столе свечей запляшут на боках этих шаров, а они станут тихо вращаться, разгоняя «зайчики» по стенам комнаты, начнётся сказка, которая обязательно принесёт с собой чудо. Наверное, в этот момент и появляется Дед Мороз с мешком подарков, чтобы выполнить все детские пожелания. Максим думал об этом, наряжая елку. О чём думал старший брат, Макс не знал, но тоже, наверняка, о подарке. Ведь не важно, взрослый ты или не совсем, каждому хочется чуда.

К новогоднему застолью готовились всей семьёй: это была традиция. Заранее был сварен холодец: мама, по случаю, купила свиные ноги. Родители часто покупали что-то «по случаю». Так просто этого было не достать. Надо было или где-то «оторвать», или «перехватить», или «ухватить» и всё «по случаю». Так в этот раз «по случаю» в холодильнике «поселились» банки с майонезом, зеленым горошком, вареная и копченая колбаса. Был также солёный сиг, но это уже не «по случаю»: он был пойман отцом Максима, который слыл среди знакомых и родственников заядлым и удаливым рыбаком. Максим принимал самое активное участие в приготовлении салата «Оливье»: он нарезал на маленькие кубики колбасу, варёные картошку, яйца и консервированные огурцы. Огурцы были закатаны ещё летом в трехлитровые банки наряду с помидорами. Выполняя этот ежегодный ритуал, родители всегда говорили, что это «запасы на зиму». И вот зима пришла и к новогоднему столу извлекались те самые запасы. Резать всё необходимое на салат «Оливье» было ответственным делом: мама говорила, что все кубики должны быть одинаковыми, размером с горошину, тогда салат будет однородным и вкусным.

Отдельно готовилась селедка «под шубой», доставались из всё тех же запасов «на зиму» солёные волнушки и грузди, квашенная капуста и солёной сало, которое прислала бабушка из Белоруссии. Все гости, которые бывали в праздники у них дома, восторгались этим салом, и только Максим не понимал и не разделял этого восторга. Он считал, что колбаса вкуснее.

По телевизору показывали «Кабачок 13 стульев». Родители смеялись над паном Директором, а Максимка мечтал посмотреть «Джентльменов удачи». Он очень любил этот фильм и от души смеялся, когда Доцент угрожал «пасть порвать» и «моргала выколоть». Ему это почему-то казалось забавным. Наверное, потому, что он знал, что этот Доцент не настоящий, не всамделишный, а переодетый заведующий детским садом, добрый и весёлый толстяк. А когда появлялся настоящий небритый бандит, Максим удивлялся, как можно было его спутать с тем весельчаком. Но в этот год его почему-то не показали. Под «Кабачок» заканчивали приготовления и накрывали стол. С минуты на минуту должны были прийти гости. Обычно это были друзья родителей: тётя Ася, она работала учительницей в школе, где учился Максим, и её муж, друг отца, дядя Лёша. Тётя Ася была строгая только в школе, Максим её совсем не боялся, тем более, что у него была другая учительница. В гостях тётя Ася весело болтала с мамой Максима, вместе со всеми пела песни и любила рассказывать разные забавные истории из своей педагогической деятельности. Дядя Лёша предпочитал разговоры о рыбалке и проблемах лесопильного производства, и в этом его интересы полностью совпадали с интересами Максимкиного отца. Пел он крайне редко, говорил, что у него нет слуха. Хотя, по мнению Максима, он прекрасно всё слышал, даже, когда говорили шёпотом. За то отец Максима пел за двоих. Он любил это дело и его не надо было долго уговаривать: за праздничным столом всегда звучали песни, большей частью, из кинофильмов. Вот и сейчас отец что-то напевал себе под нос, расставляя для мужчин большие хрустальные стопки, для женщин – рюмки и для всех – фужеры на высоких ножках. В них будут наливать шампанское, только Максимке с братом его не достанется. Говорят, что ещё маленькие. Зато они будут пить замечательный лимонад «Крем-сода», самый лучший лимонад на свете. Он шипит, как все остальные, и по вкусу напоминает мороженное. А мороженное зимой – это просто здорово! За ним, по мнению Макса, шёл «Буратино» со вкусом яблок, апельсинов и лимонов, а потом уже «Дюшес», который можно было всегда купить в магазине или выпить стакан этого напитка в банном буфете после помывки.

Звонок в дверь оповестил о приходе гостей. Тётя Ася с порога стала поздравлять всех с наступающим Новым годом и непременно целовать всех в щёки. Дядя Лёша пожал всем мужчинам, включая Максимку и его старшего брата, руки, сказав при этом: «С наступающим, - и передал Максимкиному отцу большую сумку, - там и подарки тоже».

Судя по количеству фужеров и потому, что за стол не торопились садиться, ждали кого-то ещё. И эти кто-то были родной брат мамы – дядя Андрей и его жена – тетя Раиса. Сына своего, Тёмку, они оставили дома с бабушкой, мамой тети Раи, что очень огорчило Макса. Дядя Андрей объяснил, что Тёмка затемпературил, и они вообще не хотели уже никуда идти, хорошо, что тёща уложила ребенка спать и отпустила их на праздник. Они притащили целый большой бумажный пакет мандаринов. Дядя Андрей работал на автобазе, и водители, возвращавшиеся из дальних рейсов, частенько привозили ему всякие вкусности. Макс обожал мандарины и апельсины, но почему-то они появлялись только в Новый год. Папа говорил, что они созревают в тёплых странах к этому времени. Он однажды привез из командировки в Москву, где был на курсах, бананы. Они были темно зелёного цвета, твердые и невкусные. Но поскольку это были экзотические фрукты, которые может никогда больше попробовать и не удастся, они были съедены. А друзьям Макс рассказывал о том, какие классные бананы недавно ел.

Папа скомандовал всем садиться за стол, а то не успеют проводить старый год. На что мама ответила, что они всегда успеют это сделать, а за стол ещё рано. Максимку не беспокоила проблема проводов старого года. Он больше всего беспокоился о том, что не сможет встретить Новый. В прошлый раз он уснул и не дождался. Было очень обидно. А сейчас надо было непременно увидеть, как Дед Мороз положит под ёлку его подарок и, если он вдруг ошибётся, напомнить ему про вертолёт.

Взрослые шумно рассаживались. Дядя Андрей шутил, и все смеялись. Он любил подтрунивать над кем-нибудь, необидно, по-доброму. В этот раз досталось маме Макса.

- Сестрица, селёдку-то для «шубы» сама ловила? Небось, сети на губе ставила?

- Конечно, - невозмутимо отвечала мама.

- А чистил рыбу кто? Ты же, как сюда приехала, даже в руки её боялась взять, - раскрывал маленькие семейные тайны дядя Андрей. Мама, действительно, пока не вышла замуж за Максимкиного папу, знать не знала, как чистить и потрошить рыбу. Больше того, она её боялась. Дядя Андрей это знал и посмеивался, но это знали и все присутствующие и смеялись только потому, что у них было хорошее настроение.

- Давайте, я принесу холодец, - вдруг спохватилась мама, - а то будет, как на день рожденья.

На мамин день рождения про холодец вспомнили, только когда гости уже одевались, чтобы уходить. Поэтому всем пришлось дать с собой по тарелке.

Максим наворачивал салат «Оливье», запивая его «Крем-содой» и вслушивался в разговоры взрослых. По телевизору шёл «Необыкновенный концерт», где смешной кукольный дядька объявлял всякие весёлые номера, которые исполняли куклы. Надо было дождаться «Голубого огонька», поздравлений советскому народу, и тогда наступит Новый год. Но, начавшийся вслед за кукольным спектаклем документальный фильм, сморил Макса. Он попросил родителей обязательно разбудить его за пять минут до Нового года и свернулся калачиком в кресле…

Максим проснулся, когда в доме стояла тишина. Не было гостей, а родители и брат еще спали. С праздничного стола была убрана грязная посуда и уже вымыта. Мама никогда не оставляла посуду немытой и убирала следы «пиршества» сразу после ухода гостей. Новый год уже наступил, а Максим опять проспал его приход, проспал появление Деда Мороза. Макс на цыпочках прошёл в большую комнату и посмотрел под ёлку. Там в ожидание его стоял яркий пакет с подарком. Все остальные, очевидно, получили свои ночью.

Максим с замиранием сердца открыл пакет. Так и есть. Зеленый грузовик-самосвал, лыжный костюм и конфеты с печеньем. Костюм был, конечно, здоровский. Максим о таком и мечтал, когда на уроках физкультуры ходили с классом на лыжах. Да и машина была ничего. Но не было вертолёта! Не было исполнения желания! Не было волшебства! Значит, Дед Мороз не получил его письмо. А может не прочитал. А может Максим поздно написал его, и все вертолёты закончились… Слишком много вопросов крутилось в голове Максима. Ему вдруг захотелось заплакать от обиды, но он не стал этого делать большим усилием воли. Он не хотел расстраивать родителей. Они-то не виноваты, что Дед Мороз не выполнил его просьбу. А потом, если он разревётся, как девчонка, старший брат будет долго над ним смеяться и дразнить «рёвой-коровой».

Родители обратили внимание, что Максим проснулся в плохом настроении. Они решили, что ребенок расстроился от того, что проспал приход Нового года, но их совесть была чиста. Они честно его будили, тормошили, говорили, что вот-вот наступит Новый год. На что Максим отмахивался: «Ну и пусть», - и продолжал спать. Тогда папа перенёс его в другую комнату, и веселье продолжалось почти до утра. Но ни шум и смех, ни песни, которые зазвучали позже, не могли помешать Максиму видеть сны.

Чтобы как-то развеселить сына, мама вручила ему открытку с приглашением на новогодний утренник, который профсоюз лесопильного комбината, где они с отцом работали, устраивал в Доме пионеров второго января. Максим прочитал приглашение, подписанное Дедом Морозом и Снегурочкой и сказал, что не знает, пойдет он на утренник или нет. По телевизору скоро должны были показывать его любимых «Джентльменов удачи». И чтобы скоротать время, Макс решил выйти на улицу, тем более мама сказала, что негоже в такой хороший день сидеть дома, надо «пустить ветра в одно место».

Во дворе Ленка ремонтировала скатанного ими накануне снеговика. Тот, видать, попал под обстрел снежками пацанов с соседнего двора.

- Макс, привет, - закричала она, увидев приятеля, - с Новым годом!

- И тебя с Новым годом, - как–то нерадостно откликнулся Максим.

- Ты какой-то не такой не такой, не весёлый, - Ленка сразу заметила, что у приятеля что-то случилось.

Максиму надо было кому-то рассказать о своей обиде, а лучше Ленки не найдешь. Она точно всё поймёт, и он сбивчиво выложил всё, что тяжким грузом лежало у него на душе. И про письмо, и про подарки, и про то, что проспал Новый год, а в конце заявил:

- Я не пойду завтра на утренник в Дом пионеров.

- Зря, - тут же откликнулась Ленка, - может ты сам виноват. Может письмо твоё не дошло, потому что было без марки. Вот моё письмо Дед Мороз получил и желание моё выполнил.

- А ты с маркой посылала, - спросил Максим.

- Надо у папы спросить. Я всегда ему письмо отдаю, а он запечатывает в конверт и кидает в почтовый ящик, - Ленка не любила, когда Максимка начинал раскисать и всегда старалась его поддержать. – Папа сейчас пойдёт в магазин, и мы у него спросим. Мама самого обеда отправляет его за хлебом, а он лежит на диване и смотрит телевизор.

Видно Ленкиной маме всё-таки удалось оторвать дядю Колю, Ленкиного папу, от телевизора, потому что он почти сразу вышел из подъезда.

- Привет, Макс, - крикнул дядя Коля, - с Новым годом! – И, не дожидаясь ответа, спросил. – Отец дома? Не забыл, что послезавтра мы за сигом собирались, Передай, что вечером загляну.

- Папа, подожди, - остановила его дочь, - у Макса неприятности.

- Да-а? – удивился дядя Коля, словно у второклассников не может быть неприятностей в принципе. – И что же случилось?

- Максим написал Деду Морозу письмо. Попросил на Новый год вертолёт…

- Что он попросил на Новый год? – удивлённо переспросил дядя Коля.

- Вертолёт, - тихо сказал Максим, - игрушечный, за три рубля пятьдесят копеек.

- А-а-а, - протянул дядя Коля, - и что?

- А письмо отправил в конверте без марки, - докладывала Ленка, - и подарка он не получил. Наверное, не дошло. Ты на моё письмо клеил марку?

Дядя Коля на минуту задумался, но поскольку он был инженером, то привык решать самые сложные задачи и находить пути для выхода из самых трудных ситуаций: «А тут ситуация не из лёгких», - мелькнуло у него в голове:

- Ну, конечно же, я наклеил марку. Ведь на Северный полюс письмо без марки будет идти очень долго. Оно, конечно, придёт, но не сразу, - дядя Коля подмигнул Максиму. – Ты, Макс, не отчаивайся, получит Дед Мороз твоё письмо. Праздники-то ещё не кончились, а значит не кончились чудеса.

От этих слов Максиму стало сразу легко и весело. Он стал с помогать Ленке ремонтировать снеговика и так увлёкся, что чуть было не опоздал на «Джентльменов удачи». Хорошо, что мама вовремя позвала его.

Вечером к папе приходил дядя Коля, и они на кухне договаривались на счёт рыбалки на послезавтра. Долго перебирали блёсны, спорили и выясняли, хватит ли репейника.

На следующий день Максим проснулся в прекрасном настроении и с нетерпением ждал, когда они с Ленкой пойдут на утренник в Дом пионеров. Слова дяди Коли о том, что ни праздник, ни чудеса еще не закончились, вселили в него надежду. Отец после завтрака пошёл за репейником к дяде Андрею, по крайней мере, он так сказал и ещё добавил, что его запасов может не хватить, потому что сиг в этом году берёт здорово.

На входе в зал Дома пионеров ребят встречала Снегурочка, они показывали ей пригласительные открытки и проходил к ёлке. Опять были разные загадки и игры, долго звали Деда Мороза, потом читали ему стихи, пели песни и водили хоровод вокруг ёлки. Настроение у Максима было прекрасное, но он ждал главного чуда. И вот Дед Мороз приступил к раздаче подарков. Он доставал их огромного красного мешка, называл детей по имени и вручал каждому скрипучий целлофановый пакет, в котором теснились конфеты: несколько шоколадных и ириски, большая шоколадка и шоколадный батончик, квадратная пачка вафель «Артек», леденец «Петушок» на палочке, яблоко и апельсин. Когда очередь дошла до Максима, Дед Мороз немного замешкался. Он отдал Максу подарок и, не отпуская его, опять полез в мешок.

- Долго же шло до меня твоё письмо, Максим, - сказал Дед Мороз басом, - так, ребята, бывает, когда на почтовый конверт не наклеишь марку. Но поскольку Новый год — это сказочный праздник, то работники почты доставили всё-таки письмо мне на Северный полюс. И я выполнил твоё желание! – С этими словами Дед Мороз достал из мешка большую треугольную коробку, на которой был нарисован вертолёт.

- Спасибо, - почти выдохнул Максим, волна счастья захлестнула его и понесла куда-то далеко-далеко, - спасибо, Дедушка Мороз, я теперь всегда буду правильно отправлять письма, с маркой.