Со школьной скамьи в истребители танков
Юрий Сигизмундович Матушевский ( 1923 - 2005) – автор автобиографической повести «Мальчишки и девчонки из 1941» - участник Великой Отечественной войны, танкист, командир экипажа легендарного Т-34. Принимал участие в обороне Тулы, Москвы, форсировании Днепра, в других боевых операциях. К сожалению, знаем мы о нем очень немного. То, что уже в мирное время, он, уроженец Тулы, жил и работал в Киреевске. Много сил отдавал работе со школьниками, высаживал вместе с ними деревья, рассказывал им о войне, а еще подарил местному краеведческому музею трофейный патефон, который прошел с ним всю войну. Умер в Туле 16 апреля 2005 года.
Выражаем искреннюю благодарность сотрудникам Киреевского краеведческого музея им. А.Н. Куприна, поделившимися с нами всеми материалами о Ю.С. Матушевском, которыми они располагают на сегодняшний день. Большинство фотографий, иллюстрирующих этот обзор, были лично переданы Юрием Сергеевичем музею.
Свою единственную книгу воспоминаний «Мальчишки и девчонки из 1941», посвященную обороне Тулы, Ю.С. Матушевский издал в 1995 году, в издательстве «Гриф и К», вероятно, на свои собственные средства. Ее тираж составил всего 100 экземпляров. Она получилась небольшой по объему – 44 страницы, однако представляет собой и познавательное, и одновременно увлекательное чтение.
Написанная хорошим литературным языком, книга изобилует рассказами о малоизвестных эпизодах обороны Тулы. Автор повествует исключительно о тех событиях, участником которых ему довелось быть, описывает то, что видел собственными глазами, искренне и живо передает чувства и эмоции, которые ему довелось пережить. А еще, он совершенно свободен от какого бы то ни было идеологического догматизма.
Летом 1941 года выпускник тульской школы № 20, находившейся тогда на Красноармейском проспекте, успешно выдержал экзамен в новомосковскую авиашколу. Тогда он считал, что мечта всей его жизни – стать летчиком – сбылась. Но планы порушила война. Едва успев немного полетать на новеньких учебных самолетах УТ-1-2, курсант Матушевский был отправлен по месту постоянного жительства, в Тулу. С присвоенным ему в спешном порядке званием «гражданский летчик запаса» Юра прибыл домой и сразу же пошел в Привокзальный райком комсомола, где размещался призывной пункт, просить, чтобы его направили на фронт. Но там ему подобрали другое дело – назначили командиром-инструктором районной противовоздушной обороны. В его подчинении оказались:
«…комсомолец Матвеев, энергичная женщина средних лет, которую все звали тетей Дусей, участник гражданской войны дед Захар».
Тяжелое впечатление произвела на молодого человека первая бомбежка Тулы:
«…самолет все-таки успел сбросить бомбы прежде, чем его подбили. Они упали на углу улиц Свободы и Каминского, и одна попала в дом, где находился хлебный магазин. Были убитые и раненые. В другой раз при налете фашистских самолетов бомба пронзила двухэтажный дом на улице Пушкинской и разорвалась там. Погибли жильцы дома – взрослые и дети. На деревьях висели закинутые воздушной волной детские вещи. В Бухоновском переулке бомба упала посреди двора… Туляки сражались… Туляки погибали…»
Автор воспоминаний подробно рассказывает о том, как тульская противовоздушная оборона пополняла свои ряды и с каждым днем, набираясь опыта, все эффективнее противостояла немецким обстрелам. Очень помогали жители. Правда, бывали и исключения…
«Я жил на улице Смычка (теперь – Мосина), 69, и на углу нашей улицы и Халтурина жила одна женщина… Помню, во время налета она стояла на крыше сарая, махала платком и кричала: «Вон родненькие летят!»
У меня закипела такая злоба, что я вскинул винтовку и взял на мушку эту женщину. Но все же не выстрелил. Вскоре она куда-то исчезла».
Описывая Тулу осенью 1941 года, Юрий Сигизмундович отмечает, что город по всем признакам имел вид прифронтового. И дело было не только в заметно участившихся бомбежках, повсюду, чернея разверзнутой землей, зияли противотанковые рвы, «кололи» глаз расставленные по улицам и на газонах «ежи». Сам он готовил дзоты для зенитчиков – в кирпичной кладке зданий делались пробоины для того, чтобы выставлять в них стволы орудий, когда придет время отстреливаться от врага. А в один из тревожных дней октября Матушевского вызвали в райком комсомола и сказали, что ему поручается собственными силами сформировать отряд… истребителей танков и принять командование им. Рассказывая о том, как создавался этот отряд, Юрий Сигизмундович упоминает и некоторые бытовые детали:
«Жили мы в казарме, питались на фабрике-кухне. На крыше этого здания стояла скорострельная зенитная батарея… Спали, как придется: кто на столе, кто на стульях, а большинство – на полу, тесно прижавшись друг к другу, чтобы было теплее».
26 октября 1941 года Тула перешла на осадное положение – враг все ближе подходил к городу.
«Нашему отряду отвели концы улиц, выходящих на Первомайскую… Начали строить баррикаду с улицы Халтурина… <…> Баррикады выросли на улице Ф. Энгельса и вдоль парка культуры по улице Первомайской. Строили баррикады и на улице Коммунаров (ныне проспект Ленина – прим.). Один житель добровольно предложил раскатать на баррикаду свой дом. <…> На юго-востоке, где-то недалеко, были слышны разрывы снарядов. Там держал оборону Тульский рабочий полк».
И вот настал момент, когда отряду Матушевского, состоявшему по большей части из подростков, половина из которых – девушки, поступил приказ.
«По тревоге был поднят наш отряд. На общем построении каждый получил бутылку с горючей жидкостью и здоровенную спичку, чтобы поджечь смесь. Выдали и гранаты. Это вооружение мы распихивали по карманам, некоторые использовали сумки от противогазов. Все были напряжены и сосредоточены… И вот приказ:
-Выступаем на передовую!»
<…>
«В пять часов утра прозвучал сигнал боевой готовности. Люди напряжены до предела. Вглядываемся в туманную даль, откуда может появиться враг. Что это? …на горизонте возникло несколько черных точек. Они становились все крупнее. Танки!.. Все ближе, ближе. Уже различаются на броне белые кресты… Вот он – враг! Предстоит бой! Первый в жизни бой.
Тело бьет мелкая дрожь… Нарастает рев моторов и скрежет гусениц. Вспоминаю приказ: «Оседлать дорогу и – ни шагу назад!»
Безусловно, в таком противоборстве отряд Матушевского был обречен, как бы ни были храбры и отважны его бойцы. Когда фашистские танка начали бить по ним прямой наводкой и когда на поле высыпал неисчислимый вражеский десант, ребята и сами понимали, что против такой силищи им не устоять. Но дезертиров, как пишет Матушевский, не было. Спасло их то, что в самый трагический момент успели подойти наши регулярные части:
«И вдруг у нас в тылу, как в сказке, появляются машины «ЗИСы», крытые брезентом… С машин соскочили бойцы в белых пулушубках. Быстро стянули брезенты. Под ними оказались те самые таинственные «катюши», о которых мы немного слышали. Выстрел! Другой… «Катюши» одна за другой начинали работать… На месте, где шли немецкие танки, и там, где десант, образовалась сплошная стена огня и дыма… И вдруг наступила полная тишина».
Вскоре после «боевого крещения» Матушевского ждало новое задание: идти в разведку.
«Надо ночью скрытно пройти через линию фронта, разведать и запомнить все, что удастся. Попытаться выйти с фланга между мостом через Воронку и Ясной Поляной и двигаться в сторону Косой Горы. Обойти справа Косую Гору и деревню Рвы и углубиться в лесной массив». <…> «В группе у нас все-таки оказался один слабак. Он все отставал и скулил, и уговаривал нас вернуться обратно. Но мы двигались вперед».
Вылазка оказалась удачной и результативной. Ребята не только благополучно вернулись домой, но и добыли много ценной информации о составе военной техники врага и направлениях передвижений его частей. И вот уже новое задание для них: заминировать в нескольких местах шоссе, по которому должны были пойти немецкие танки в наступлении на Тулу. Оно также было выполнено, правда, не без потерь…
После освобождения Тулы Матушевский с группой товарищей был направлен в только что освобожденный от немцев районный центр Щекино –наводить порядок.
«Город сильно пострадал от войны. Повсюду торчали остовы обгоревших печей, груды обломков от взорванных домов. Улицы были пусты. Словно из-под земли тянулись струйки дыма. Люди приспособились жить в подвалах, в полуразрушенных зданиях».
Несмотря на то, что фашистские войска к этому времени уже были выбиты из Щекино, последствия оккупации еще давали о себе знать. Устроившегося на постой Матушевского только благодаря чуду не взорвали диверсанты, которыми оказались… две самые обыкновенные женщины. И подобных «сюрпризов» было немало.
«В бывшей школе у немцев был госпиталь… Вошли в класс. Вдруг зазвенело стекло и на пол упала немецкая граната с длинной ручкой. Мы шарахнулись в сторону от двери. Раздался взрыв…»
Матушевский успел выстрелить в того, кто бросил гранату. И хотя документов при нем не обнаружилось, в кармане у него оказался немецкий парабеллум, а за поясом – еще одна граната. И вот в такой обстановке нужно было налаживать жизнь в разоренном городе, организовывать питание людей, размещать раненых, расселять оставшихся без крова по немногочисленным уцелевшим зданиям, хоронить убитых и изымать у населения оружие, которого после ухода немцев оставалось предостаточно…
«Я стал залезать на печь и тут увидел в печурке немецкую гранату с длинной деревянной ручкой.
-Что за безобразие! – заругался я. – Почему не сдали гранату?
А бабка говорит:
-Сынок, да какая же это граната… Это такая удобная толкушка – скотине корм толочь».
После Щекино Матушевский был направлен организовывать партизанское движение. Впоследствии подготовленный им отряд был переброшен в Брянские леса. Рассказывая о том, как велась эта работа, он с особенной теплотой вспоминает одну из курсанток, Полину Смирнову. Впоследствии она стала его женой.
Куда только не забрасывали дороги войны автора воспоминаний. Ускоренно окончив танковое училище и получив офицерское звание, он быстро «дорос» до командира танкового взвода. Трижды горел в танке, подрывался на минах, множество раз был ранен, контужен, попадал в плен, его расстреливали фашисты, но он чудом остался жив. В числе многочисленных наград Матушевского ордена Красной Звезды и Красного Знамени. К сожалению, об этом периоде войны Юрий Сигизмундович лишь вскользь упоминает в своих воспоминаниях. Книгу об этом он так и не написал…
Леонович Ольга, библиотекарь Центра книжных памятников и краеведения Тульской областной научной библиотеки