«Я хочу, чтобы слово «Родина» что-то значило!». Интервью с группой I AM A PREACHER

Neo Acropolis·23 Nov 2020

Neo Acropolis: Привет, парни. Не так давно вам исполнилось 5 лет, и на данный момент вы являетесь самым мрачным и честным воплощением в музыке Республики Беларусь. Откуда вы, где раньше играли, что за идея была собрать такую группу?

Антон: Привет.

Женя: Привет, данный титул, несомненно, льстит, но не является объективной правдой на наш взгляд.

Антон: Да, я бы не сказал, что мы самые мрачные и т.д., так как сходу могу назвать несколько белорусских групп, которые делают всё это значительно интереснее нас — в плане как музыки, так и текстов. Кое-кто из них даже оказал большое влияние на «Причер».

А так — мы просто делаем то, что у нас получается. И раз кто-то это слушает и приходит на концерты, значит, мы на правильном пути.

Что до банды, то я решил её собрать где-то осенью 2015 в Минске. Помню, как мы поговорили с Сеней и начали репетировать первые треки, а потом приехал Женя. Как-то так и был сформирован костяк.

Женя: Что касается моего присоединения к группе, то это была довольно забавная история: мы с Антоном (как и с Сеней) знали друг друга задолго до возникновения самой идеи создания «Причера». Конкретно я года за два до создания группы вообще играл другую музыку, Антон, зная это, просто обратился ко мне в поисках басиста, тут я ему и предложил начать играть вместе. Приехал из России и понеслось - каждые выходные поездки по 350 км в одну сторону для репетиций в Минск и обратно, а потом и вовсе переехал в Минск и теперь живу тут.

Антон: По поводу где играли раньше — хз, это, конечно, несёт какой-то отпечаток, но я думаю, что это совсем неважно. Важно то, что ты делаешь здесь и сейчас.

Neo Acropolis: На вашем первом релизе был другой вокалист, вроде как, парень из Украины. Расскажите подробнее об этом и причинах его ухода.

Антон: На первом релизе у нас пел Саша. В целом, тут всё банально: мы нашли единомышленника, он удалённо записал вокалы, потом приехал в Минск, мы порепетировали и отправились играть свой первый концерт в Смоленск. Было прикольно, особенно с учётом того, как мы попали в Россию, но концерт, вроде, прошел хорошо. После него мы тесно корешим с его организатором Женей, часто ездим туда играть и общаемся семьями. Ну а Саша впоследствии ушёл из группы, без обид и каких-то ссор, просто ему предложили работу в Европе, мы обсудили и решили, что всё ок и это жизнь.

Женя: А вообще, Смоленск для нас — определённо один из самых любимых городов для концертов. Если я не ошибаюсь, то там мы играем если не чаще, чем в Минске, то точно не меньше. Женьке отдельный респект за то, что он делает, и просто потому, что он хороший человек.

Neo Acropolis: Ваш релиз «II» вышел довольно резонансным. О вкусах, конечно, не спорят, но мы в редакции из тех, кто «выкупил» вашу фишку. Это звучит агрессивнее, честнее, и тема с вокалом зашла на ура — напоминает манеру не то Маяковского, не то кого-то похожего. Изменения довольно серьёзные, респект вам, во-первых, за смелость. Вопрос: почему решили идти именно в таком направлении?

Антон: Второй релиз - эксперимент, который вышел из-под контроля, как мы между собой иногда шутим. Каким он, по итогу, получился, во многом обусловлено тем, что на тот момент происходило с нами и группой.

Во-первых, после тура от нас ушёл второй вокалист. Нужно было начинать искать замену, но у меня начало пригорать оттого, что группа начинает превращаться в проходной двор со всеми этими уходами, а я уже неоднократно на этом обжигался. Ну и сопоставив то, что тексты всё равно пишу я, а в группе нас трое, я решил, что нам не нужен отдельный человек на вокале. С этим я пришёл к ребятам. Помню, что на первой репетиции вышло так себе, потому что никто из нас раньше не пел, но мне показалось, что потенциал есть. Так мы примерно с полгода репали и пытались спеть старые и новые треки. Потом мы сгоняли в Киев, где, в целом, прошёл классный и душевный концерт. Я сорвал горло, и мы решили, что искать вокалиста смысла нет.

Женя: Я помню, что на тот самый концерт мы ехали с таким чувством, как сказать… Пан или пропал. С одной стороны, было полгода работы над тем, чтобы попытаться начать «петь», с другой — осознание того, что эти самые полгода вылетели в трубу, и мы возвращаемся опять к тому, с чего начинали, и будем искать четвёртого участника.

На мой взгляд, это одно из самых сложных решений для группы, но мы верили в то, что все получится (я до последнего упирался). В этом случае на руку сыграл тот факт, что я, Антон и Сеня понимали друг друга с полуслова с самого начала. Это и явилось, своего рода, тем стержнем, который помог нам прожить этот этап трансформации.

Антон: Звук. Я знаю, что многие слушатели не поняли, почему мы так поступили, а разжёвывать это было бы как рассказывать смысл неудачной шутки.

Женя: Вопрос про звук можно считать самым популярным комментарием от русскоговорящей аудитории.

Антон: В общем, с самого начала, когда мы только собрали банду и выпустили первый релиз, нам казалось, что мы звучим как металкор группа. С одной стороны, если это слушают, то норм, но с другой - в голове сидело совсем другое, нам хотелось максимально приблизиться к тому, как мы звучим в оффлайне.

Женя: Первый релиз был написан дома, практически без репетиций, поэтому он был не совсем «живым». Самое забавное, что его трансформация в «II» началась сама собой с того момента, как мы начали играть эти треки живьём. Поэтому можно сказать, что это решение было максимально естественным для нас как для группы, и просто отражало наше видение той самой «красивой музыки для красивых людей».

Антон: К слову, именно это стало причиной, по которой мы перезаписали некоторые старые треки для нового релиза, а от нескольких новых просто отказались.

Вообще, изначально мы планировали, что привезём Стаса (звукорежиссёра, который сводил «II») в Минск, закроемся с ним на студии и запишем всё, как есть. Но, подбив финансовую сторону вопроса, мы поняли, что денег не хватает, и записали всё сами. Потом я написал Стасу и попросил его сделать самый мерзкий звук, который он может, чтоб «как из подвала». Когда мы получили первый микс, должен признать, что звучал он довольно необычно, но мы решили ничего не менять, так как это видение звукорежиссёра, и это ок.

Женя: Само по себе вовлечение в творческий процесс человека со стороны — интересный опыт, собственно, на «II» мы его и проделали. Но результат получился не совсем предсказуемым. Лично я ожидал совсем другой звук на релизе.

Большая его ценность в том, что он подтолкнул нас в сторону мысли, что всё нужно делать самостоятельно.

Антон: Да, за последний год-два мы пришли к тому, что всё — от записи до сведения — мы делаем сами. Выходит, конечно, так себе, но это большой плюс к какой-то творческой составляющей. Вариантов винить кого-то по итогу неоправданных ожиданий нет, так как если есть какой-то косяк, то виноват в этом только ты. Ну и в целом это круто. Я убеждён, что будущее музыки именно за DIY-культурой.

Женя: Полноценно этот подход применили на 3 последних синглах: «Итог/Голод» (при участии Антона из «WOWOD»), «Гражданин» и «Пособник».