I. Дорога в Магикс
Тот вечер надолго перечеркнул все её мечты, и болезненные воспоминания теперь следовали за ней чёрным шлейфом.
Солнце медленно таяло на линии горизонта, заливая небо розовой краской. Мимо серых громад домов лениво проплывали автомобили, и загоравшиеся вместе со звёздами неоновые вывески оставляли на кузовах цветные блики. Варанда вздохнула, мечтательно улыбаясь и обвивая рукой стоящую у дороги мелинию, глядя, как над городом сгущалась ночная тьма. Солнце казалось фениксом: оно словно умирало каждый вечер, чтобы под утро возродиться и вновь воссиять над горизонтом.
«Автобус подъезжает», — донёсся до ушей голос Амели, хрипловатый и чуточку похожий на мальчишеский.
«Да, конечно, я сейчас…» — выпалила Варанда и отпрыгнула от дерева, смущённо краснея.
Амели с трудом подавила смешок — судя по тому, как она прикрыла рот ладонью, а в уголках её искусственных синих глаз легли весёлые морщинки — и, взяв подругу за руку, потащила в переднюю дверь транспорта, который как раз остановился напротив. Варанда на прощание окинула взглядом покинутую остановку, и автобус тронулся.
— Эй, как думаешь, что нас ждет, когда мы поступим в Алфею? — Амели пропустила Варанду к сидению у окна и чинно устроилась рядом.
— Не знаю… О ней очень многое говорят, но правда ли всё это… В прошлом году туда поступала Стелла, но пока всё, что я у неё выяснила — это что там очень строгий и занудный завуч…
— Почему «поступала», а не «поступила»?
— Ну как тебе сказать… Она взорвала школьную лабораторию и за это была отчислена. В этом году поступит опять.
— Ого! Кажется, лучше не заходить с ней в один класс без огнеупорного костюма.
— Зря ты так критично отзываешься о ней, вы обязательно подружитесь, у вас много общего!
— Например?
«Ты тоже любишь всё взрывать», — хотела сказать Варанда, но вовремя поняла, что это было бы ужасающе бестактно.
Когда они доехали до замка Ардкнок, было уже совсем темно. Небо окрасилось в тёмно-синий, и на нём вспыхнули мириады звёзд, а в середине небосвода угрожающе повис фиолетовый серп одной из лун Каллисто — Элихе. Улицы города заливал оранжевый свет фонарей, и отсюда, у границы тонущего во мраке королевского сада, они казались огненной паутиной. Тёплый бриз дышал в лицо ароматом цветов.
Амели вновь схватила Варанду за руку и потащила навстречу двум стражам, которые тут же поклонились и раздвинули тяжёлые створки ворот, пропуская принцессу и телохранительницу в королевские владения.
Долгое время Варанда шла молча и лишь разглядывала Амели: её сильные руки; короткие русые волосы, торчащие во все стороны и немного закручивающиеся у кончиков, и гладкие силиконовые вставки цвета спелого абрикоса, пришедшие на смену когда-то румяным щекам. Мускулистая, неугомонная и чуждая сентиментам спортсменка — казалось, между ней и Варандой не было ничего общего, но каким-то образом они стали не разлей вода.
Наконец Амели подала голос:
— А какие предметы мы будем изучать? Я так и не прочитала брошюру.
— Зельеварение, природную магию… Это всё, что я пока знаю.
— Какое занудство! А я так надеялась, что нас будут учить боевой магии!
— На первом курсе? Вряд ли. К тому же зло давно не тревожило Волшебное измерение.
Они принялись обсуждать, чему ещё могут обучать в школе фей, и не заметили, как очутились в замке. В коридоре было пустынно. На каменный пол, расчерченный зелёными тропинками ковров с кельтскими орнаментами, лился тусклый дрожащий свет восковых кувшинок. Подруги направились к винтовым лестницам.
Вдруг Амели остановилась и прислушалась. Варанда тоже навострила уши. Казалось, всё было в порядке: в замке стояла идеальная тишина.
Стоп. Так не должно быть.
Амели сделала знак не шуметь и приблизилась к высоченной и широкой двери, за которой располагался Зал Славы: там, подобно музейным экспонатам, лежали семейные реликвии монархов. Дверь была приоткрыта, и Варанда заглянула в щёлку: на фоне витражных окон проступали два силуэта в балахонах, сновавшие по залу взад и вперёд — явно что-то искали.
Отпрянув, Амели прошептала: «Я останусь тут и послежу. А ты зови на помощь. Их всего двое, но кто знает, насколько они сильны».
Варанда испуганно кивнула и на цыпочках потрусила к лестнице, стараясь не шуметь, но, когда ноги коснулись ступеней, самообладание изменило ей. Она понеслась наверх. Стук каблуков отразился от стен, превратился в панический грохот. Достигнув второго этажа, принцесса принялась колотить во все двери дрожащими руками. Стража и обитатели замка будто испарились.
Снизу донёсся пронзительный крик.
Амели.
Сердце сжалось, а потом его наполнила небывалая ярость. На себя — за то, что оставила подругу в одиночестве, когда та даже не умела превращаться в фею. На неведомого врага, посмевшего посягнуть на неё. Варанда была некудышной волшебницей, но бездействовать было бы предательством. Давая волю злобе, переполнявшей каждую клеточку тела, она закричала: «Варанда, фея сфер!»
Белый свет окружил её, реальность исчезла, сменяясь странным местом, где не было ни времени, ни пространства. Бусы из светящихся шариков опоясали обнажённое тело, превращаясь в блестящее светло-зелёное платье из тончайшей материи, волосы обвились вокруг головы, заплетаясь в косу, на ногах появились короткие белые сапожки. Спину обдало сначала жаром, затем холодом, и из неё выросли два изящных кусочка серебра — крылья.
Перед глазами вновь предстали коридоры замка. Варанда взлетела и помчалась к лестнице так быстро, как только могла. Миг — и она очутилась на нижнем этаже.
Амели лежала на полу и дёргалась, а над ней нависли две знакомых фигуры, невысокие и тонкие. «Огненный шар!» — закричала Варанда и метнула заклинание в одну из них. Незнакомец безразлично провёл рукой в воздухе, и пламя погасло. Только после этого незваные гости обернулись — теперь из-под капюшонов глядели четыре уголька кошачьих глаз.
Вторая фигура протянула ладонь. Резкая боль разлилась по всему телу, и зал, реликвии и звуки ночи рассыпались на тысячи осколков.
***
— Ты ещё не словила трип от этих вонючих кувшинок?
— Что? — Испуг начал ослабевать, сменяясь недоумением. Темнота растворилась, вместо неё перед Варандой предстали широко раскрытые от ужаса зелёные глаза. После секундного оцепенения она сообразила, что смотрит на своё отражение, и огляделась по сторонам.
Варанда стояла на коленях перед зеркальным алтарём, окружённым мириадами дымящихся восковых кувшинок. Позади неё были лишь серые колонны часовни с древними символами на них… и Тайриша, на чёрных губах которой играла ухмылка.
— А я ведь говорила, что они на тебя плохо действуют. Уже галлюцинации начались. Я сама скоро от этого дыма начну видеть радуги и думать, что я лама.
Внимательнее изучив взгляд подруги, Тайри перестала улыбаться:
— Что ты видела?
Варанда молча уставилась в пол и наблюдала, как отблески пламени играют на белом мраморе. Тайриша приблизилась и положила обе руки ей на плечи.
— Я видела… прошлое, которое хотела бы навсегда забыть.
В святилище ворвался сквозняк, мигом потушив все кувшинки. Девушки в испуге обернулись. У входа, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, стояла Амели. За то время, пока Варанда молилась, она прибегала и удалялась обратно шестнадцать раз, бросая один и тот же вопрос: «Ну вы закончили там, не?!»
— Всё-всё, мы поняли, можешь ничего не говорить, — произнесла Тайри, растягивая гласные. — Мы уже почти идём.
— «Почти идём» — это как? — сердито спросила Амели. — Вы хотите, чтобы нас тут прибили?!
«Ори громче, и тогда точно прибьют», — мысленно вспылила Варанда. Но вслух сказала лишь:
— Не шуми, пожалуйста, мы находимся в священном месте.
Не смея больше томить её ожиданием, Варанда поцеловала изображение единорога на алтаре и встала.
Они молчаливо пробирались меж высоких зарослей, иногда останавливаясь и прислушиваясь. Рядом тёк ручей, и его звонкому журчанию вторил хор хвостатых лягушек, мирно притулившихся на берегу. Горячий майский* ветер метался меж деревьев, и те чуть слышно постанывали, искрясь в жемчужном свете Таиты — второй луны Каллисто. Всё будто провожало девушек в последний путь… Кхм, то есть прощалось с ними на долгие пять лет, которые они проведут в Магиксе. Если всё сложится удачно.
*— На самом деле май на Каллисто называется Белтейном. Месяцы на планете на тридцать дней отстают от земных, поэтому, когда у них «май», у нас уже июнь.
Это и не давало Варанде покоя: «если». Кто-то уже саботировал их прошлую попытку улететь с родины, и нынешнее путешествие не предвещало ничего хорошего.
Впереди росла чёрная тень звездолёта «Илар»*. Повёрнутый к ним боком, он напоминал длинную рыбину: плавные линии кабины постепенно перетекали в хвост, по бокам которого торчали огромные двигатели. Удивительно, как корабль не заваливался назад под их тяжестью. Сейчас он стоял на земле и терпеливо ждал их троих, глядя в темноту своим исполинским голубым глазом — лобовым стеклом размером почти во всю кабину. Пушки по бокам были выдвинуты и ждали своего часа, и от этого сердце Варанды сжалось ещё сильнее.
*— В переводе с каллистианского ilar означает «орёл». Белый орёл, так же, как и белый цвет являются главными символами Каллисто. Королевство не производит собственные звездолёты, данный аппарат был подарен ему правителями Зенита в знак вечной дружбы народов.
Амели бодро взбежала по трапу, Тайриша тоже сделала несколько шагов и вопросительно уставилась на Варанду. Та будто оцепенела. Впереди вновь засияло в лунном свете сердитое лицо Амели, исчерченное швами. Она и Тайри обступили подругу с обеих сторон и втащили в шлюз, несмотря на сопротивление.
Свет в кабине приветливо зажёгся, заставляя их жмуриться. Пилот в кресле встревоженно обернулся, затем вновь устремил всё внимание к панели приборов. «Пс-с-с-с, этот парень хоть что-нибудь вымолвил сегодня?» — шепнула Тайриша. Амели лишь пожала плечами.
Варанда устроилась в лётном кресле, нервно вцепившись ногтями в кожаные подлокотники и поглядывая на спутниц исподтишка. Тайри, присев, тут же принялась копаться в «мешочке странностей» — так она любовно называла чёрную торбу с изображением любимой метал-группы, «Гороха для моей Валентины». Внутри что-то гремело, звенело — похоже, это были многочисленные цепочки, кресты всех сортов и ошейники с шипами, к которым Тайриша питала огромную слабость. Спустя вечность она достала из недр клубок спутавшихся наушников, и Варанда с трудом подавила смешок от их внушительного вида.
Амели то нетерпеливо ёрзала в соседнем кресле, то вставала и расхаживала по кабине, иногда перекидываясь с пилотом парой сплошь кишащих техническими терминами фраз. Наконец тот вполне однозначно намекнул ей, чтобы она ради всего, химера её подери, святого села на место и молчала до конца полёта. Амели сердито раздула ноздри, но вдруг спохватилась:
— А мы проверили «груз»?
«Бездна Омеги!» — выругалась про себя Варанда и направилась в хвост аппарата. Амели поспешила за ней.
Металлические створки разомкнулись перед ними, не открыв взору ничего, кроме груды ящиков и пустующего матраса.
— Эридан! — позвала Варанда. Она старалась не выдавать волнение и неприязнь. Амели выступила вперёд, придирчиво разглядывая каждый сантиметр пространства.
— Зачем ты пришла? — холодно спросил бархатный голос. Стройная тень брата проступила на фоне дальней стенки отсека.
— Мы вылетаем. Пристегнись.
— Какая трогательная забота! Была бы, если бы ты пригласила меня в пассажирское, а не держала здесь, как мешок картошки.
— Я не могу отменить приказ родителей.
Эридан вышел из-за ящиков. Его глаза цвета неспелого крыжовника светились ненавистью.
— Ты просто не хочешь.
— А где гарантия, что ты не сбежишь? — вмешалась Амели.
Уголки его губ тронула ехидная ухмылка.
— Её нет.
— Тогда сиди смирно, или мы аварийно сбросим груз прямо посреди космоса, — раздалось за спинами у девушек. Тайрише, видимо, стало любопытно, куда они так надолго запропастились.
Эридан шутки не оценил, но ничего не ответил. Гул двигателя заставил всех вернуться на места и приготовиться ко взлёту.
— А правда, почему он торчит там, а не с нами? — поинтересовалась Тайриша, пристёгивая ремни. — Его и так всего лишили, неужели он не заслуживает хотя бы удобного кресла?
— Родители считают, что он может на меня напасть, — ответила Варанда.
— А ты что считаешь? И разве не надёжнее держать его перед глазами, чтобы точно не натворил бед?
Варанда развела руками. За ними не было слежки, и она могла бы с лёгкостью ослушаться королевского распоряжения — но не выпустила брата. Может быть, потому что не хотела его видеть?
Всё вокруг завибрировало, и деревья снаружи поплыли вниз. В лунном свете заклубилась поднятая с земли от запуска двигателей пыль. «Илар» повис над спящим лесом, выровнял курс и начал разгоняться. «Если расчёты верны, мы окажемся прямо рядом с Алфеей», — изрёк пилот. На лобовом стекле появилось жёлтое оповещение:
«Прыжковый двигатель заряжен на 10%».
Каждую надпись озвучивал холодный женский голос бортового компьютера.
«Прыжковый двигатель заряжен на 20%».
Варанда мысленно помолилась Священному Единорогу. В висках заломило.
«…40%».
Вибрация усилилась. Их окружала сила, страшная, неуёмная, жаждущая вырваться наружу и разорвать ткань пространства.
«…80%».
Вокруг звездолёта появились белые и голубые искры. Варанда вжалась в спинку кресла и задержала дыхание. Горло сдавило, тело то тут, то там словно кололи тысячи иголок.
«100%. ПРЫЖОК».
Раздался хлопок, по салону прошла рябь, и в лобовом стекле показалось предрассветное небо Магикса. Все дружно выдохнули. Тайриша разочарованно фыркнула: она всё это время надеялась увидеть из иллюминаторов красоты космоса, хоть на мгновение.
Варанда отстегнулась от кресла и подошла поближе к приборной панели. Лучи солнца золотили верхушки высоких елей, но за невидимой границей начинались пожелтевшие лиственные леса. Было так непривычно и дико из последнего месяца весны на Каллисто шагнуть в раннюю осень, из полуночного мрака в свет начала дня.
«Илар» медленно опустился на широкую дорогу перед Алфеей.