Мода в массы!

Одним из ярких образов в антиутопиях XX века является общество, где каждый человек одет как под копирку. Отсутствие индивидуального стиля репрезентирует не только нищету вкуса, но и полное стирание личности.

Давайте разберемся, что именно пугало литераторов прошлого, а так же, что на самом деле означает одинаковая одежда.

К началу Октябрьской революции производство вещей носило кустарный характер. Небольшие ателье, профессиональные портные или домохозяйки обеспечивали городских жителей одеждой. Естественно, что это было доступно только для привилегированных слоев общества. Деревенское население, как известно, в большей степени находилось в принципе на самообеспечении. После революционного переворота новая власть столкнулась с дефицитом всех необходимых товаров для нормального жизнеобеспечения. Конечно, одежда не была исключением.

В 20-е годы XX века советские конструктивисты восприняли модернистскую концепцию жизнестроительства, где каждое явление повседневности должно было подчиниться функциональности и воплотили её в новом синтетическом искусстве - дизайне.

Начиная свой путь от беспредметной живописи, вдохновляясь инженерной мыслью и научно-техническим прогрессом, конструктивисты хотели переформулировать все стороны быта: от проектирования архитектурных форм и новых городских пространств, до посуды, книжных иллюстраций и рекламного плаката.

Функционализм понимает искусство как прикладную, производственную практику. В его концепцию заложено два основополагающих принципа - целесообразность и универсальность формы. Если знаменитый французский архитектор Л. Корбюзье провозгласил «дом - это машина для жилья», то Татлин руководствовался лозунгом - «Ни к новому, ни к старому, а к нужному». Конечно, Владимир Татлин знаменит как живописец и график. Но его также интересовала идея создания новой повседневной одежды, которая была бы не дорогой в производстве, а главное - удобной.

В статье «Новый быт», написанной для журнала «Красная панорама», художник объяснил свою концепцию мужского костюма и пальто:

«Характерные черты данного на рисунке пальто следующие: несколько расширенная в плечах и торсе (корпусе) и суженная книзу форма создает следующие качества: тепло не выдувается снизу, материал не облегает тела и оставляет воздушную прослойку — с одной стороны, удерживая этим тепло (принцип двойной рамы), с другой, создает более гигиеничные условия. Покрой сделан с таким расчетом, чтобы движения человека в нем не были стеснены и давал возможность [сохранять нормальное] положение… Кроме того, пальто имеет две сменных, пристяжных подкладки, фланельную (осенью) и меховую-баранью (зимой), эти прикрепляются к мягкому непромокаемому верху (чехлу) специальным шкертом».

Не менее интересные опыты в создании новой одежды были у «Первой рабочей группы конструктивистов» при Московском институте художественной культуры. В её состав входили Варвара Степанова, Алексей Ган и Александр Родченко. Своей главной задачей они мыслили создание одежды для нового трудового элемента, которая обеспечила бы достаточный комфорт на рабочем месте. Всю одежду художники поделили на две группы: прозодежду, т.е. одежду для работы, различающуюся в зависимости от вида работы, и спецодежду, предназначенную для работы в особых условиях. Варвара Степанова писала:

«Особое место в прозодежде имеет спецодежда, имеющая более специфические требования и некоторую аппаратную часть в костюме... таковы костюмы — хирурга, пилота, рабочих на кислотной фабрике, пожарного, костюм для полярных экспедиций».

Для нас в этой мысли нет ничего особенного, мы привыкли к тому, что сотрудники различных специализированных отраслей имеют характерную одежду. Однако, ничего подобного не было до советского конструктивизма.

В. Степанова выделяла как особый тип костюма спортодежду, поскольку считала ее наиболее подходящей для отдыха. Так же художница в первые выдвинула идею декорировать костюмы футболистов командными эмблемами, чтобы спортсмены могли различать друга друга на поле во время игры.

Советские модельеры разработали беспредметный орнамент для набивных тканей. В 1924 г. Л. Попова и В. Степанова на Первой ситценабивной фабрике разрабатывали образцы тканей, которые были запущены в производство и поступили в продажу. Уже к лету 1924 г. современные ткани носила вся Москва. Можно сказать, что первые конструктивистские решения на производстве стали настоящей советской модой.

Попова и Степанова проектировали рисунки с советской символикой, включали пропагандистские сюжеты, но самыми интересными были геометрические орнаменты. Которые, между прочем, до сих пор используют современные модельеры по всему миру.

Характерной чертой этих тканей являлось наличие нескольких пространственных планов. При проектировании рисунков для тканей конструктивисты использовали методы программированного формообразования, используя в качестве мотивов простейшие геометрические формы.

Конструктивисты изменили подходы и в отношении эскизов. Весь XIX век идея будущей одежды рождалась у модельера при работе с тканью, особенности материала определяли форму. У конструктивистов все было иначе: эскиз был самоцелью творческого процесса, а не зарисовкой готовой модели.

Как мы видим, современное массовое производство одежды строится на конструктивистских началах. Наш гардероб функционально разделен на одежду для разных случаев жизни, а главными критериями выступают доступность, функциональность и практичность.