Сестрорецкий оружейный завод и выдающиеся отечественные конструкторы оружия

Автор — Михаил Андреевич Носко, экскурсовод Музейного комплекса в Разливе, аспирант СПбГУ на кафедре «Новейшей истории России» под руководством И. С. Ратьковского. По материалам статей Главного хранителя «Историко-культурного музейного комплекса в Разливе» Карповой Виктории Юрьевны

Сестрорецкий оружейный завод — одно из старейших государственных предприятий России, история которого оказалась тесно связана с именами крупнейших отечественных конструкторов стрелкового оружия.

В разные периоды с Сестрорецком были связаны Сергей Иванович Мосин (1849–1902), Владимир Григорьевич Федоров (1874–1966), Федор Васильевич Токарев (1871–1968), Василий Алексеевич Дегтярев (1880–1949) и Алексей Иванович Судаев (1912–1946). Каждый из них принадлежал к своему поколению оружейников и решал задачи, соответствовавшие определенному этапу развития военной мысли. Вместе с тем их деятельность позволяет проследить своеобразную преемственность отечественной оружейной школы — от магазинной винтовки конца XIX века до автоматического оружия периода Великой Отечественной войны.

При этом Сестрорецкий оружейный завод выступал не только местом серийного производства вооружения. В различные периоды он являлся производственной и опытной базой, где новые конструкции воплощались в металле, проходили отладку и подготовку к испытаниям. Не менее важную роль играли мастера, рабочие, механики и технические специалисты предприятия, без участия которых многие конструкторские решения не могли быть реализованы на практике.

Сергей Иванович Мосин занимает особое место в истории отечественного стрелкового оружия. Его имя прежде всего связано с созданием 3-линейной винтовки образца 1891 года, после принятия новой винтовки на вооружение Русской императорской армии заслуги С. И. Мосина получили официальное признание. 25 ноября 1891 года он был удостоен Михайловской премии — одной из наиболее престижных наград в области артиллерийской науки и техники, присуждавшейся один раз в пять лет.

Следует учитывать условия, в которых проходила разработка нового образца стрелкового оружия. В последней четверти XIX века в Российской империи еще не существовало развитой системы специализированных конструкторских бюро современного типа, объединявших инженеров, чертежников и технических специалистов. Значительная часть расчетной, экспериментальной и организационной работы фактически ложилась непосредственно на самого конструктора.

Дополнительную сложность создавала конкуренция с передовыми оружейными разработками Западной Европы. Одним из наиболее серьезных соперников русского конструктора являлся бельгийский оружейник Леон Наган, располагавший собственной производственной базой в Льеже и квалифицированным техническим персоналом. В этих условиях успешное создание нового образца отечественного стрелкового оружия приобретало особое значение.

Однако не менее значимой страницей его деятельности стало руководство Сестрорецким оружейным заводом. 21 апреля 1894 год полковник С. И. Мосин, занимавший к этому времени должность председателя приемной комиссии при Императорском Тульском оружейном заводе, был назначен исполняющим дела начальника Сестрорецкого оружейного завода. С этого времени и до своей смерти в 1902 году его служебная деятельность была непосредственно связана с Сестрорецком.

Назначение Мосина имело большое значение для предприятия. Сестрорецкий оружейный завод являлся важным элементом системы государственного военного производства и одновременно играл определяющую роль в социально-экономической жизни самого Сестрорецка. Значительная часть местного населения была непосредственно связана с заводом, а уровень занятости и благосостояния жителей в значительной степени зависел от объема казенных заказов.

Прибыв в Сестрорецк, С. И. Мосин возглавил не только предприятие, но и Сестрорецкий гарнизон. В последующие годы его служебная деятельность получила высокую государственную оценку, а 9 апреля 1900 года Мосин был произведен в генерал-майоры.

Период его руководства совпал с важным этапом развития Сестрорецкого оружейного завода. Предприятие участвовало в выполнении программы перевооружения армии 3-линейной винтовкой, одновременно сталкиваясь с необходимостью совершенствования производства и приспособления его к изменявшемуся объему государственных заказов.

Внимание Сергея Ивановича не ограничивалось исключительно производственными задачами. При нем рассматривался вопрос о создании при заводе ремесленной школы, которая должна была способствовать подготовке квалифицированных кадров. Он также являлся одним из инициаторов строительства нового здания Народной читальни за «перепадом», ставшей заметным элементом культурно-просветительной жизни Сестрорецка.

Особенно отчетливо качества Мосина как руководителя предприятия проявились после завершения основного этапа перевооружения армии. Сокращение количества заказов на винтовки поставило администрацию перед необходимостью уменьшения производства и численности рабочих. Для Сестрорецка эта проблема имела острый социальный характер. Значительная часть местного населения существовала за счет заработка на оружейном заводе и имела весьма ограниченные возможности для поиска альтернативной занятости. В одном из обращений в Главное артиллерийское управление Мосин отмечал: «В прошлом году сокращение было произведено исключительно за счет пришлых рабочих, а в текущем году, волей необходимости, сокращение приходится делать уже за счет Сестрорецких обывателей. Так с 1 января по 10 марта пришлось уволить около 50 человек, работавших на станках. К концу же года, вследствие малого наряда винтовок на 1902 год, число рабочих придется сократить на 250–300 человек.

ГАУ известно, что Сестрорецкие оружейники исключительно существуют заработком на оружейном заводе. При отсутствии в селе кустарного промысла и сельского хозяйства всякое уменьшение работ на заводе сейчас же отражается на их заработке и начинает вызывать нужду.

Чтобы облегчить положение Сестрорецких обывателей, прошу ГАУ рекомендовать Орудийному и Трубочному заводу брать их к себе на работы. Названные заводы по случаю предстоящих усиленных работ будут увеличивать и число рабочих...»

Этот документ позволяет увидеть в Мосине не только конструктора и военного инженера, но и руководителя, осознававшего социальные последствия сокращения казенного производства. Он стремился сохранить квалифицированные кадры и одновременно облегчить положение сестрорецких оружейников.

Одновременно Мосин пытался добиться для предприятия дополнительных заказов и расширить его производственную специализацию: «В виду вышеизложенного, прошу ГАУ предоставить вверенному мне заводу заказы на замки, прицелы и др. мелкие части орудий. Самый заказ дать теперь же, дабы иметь возможность заблаговременно ознакомиться детально с предстоящей работой...»

Таким образом, речь шла не только о сохранении текущей загрузки, но и о поиске новых направлений деятельности предприятия.

Завершить начатые преобразования Сергей Иванович не успел. В январе 1902 года он тяжело заболел. 26 января 1902 года по старому стилю, около четырех часов пополудни, С. И. Мосин скончался.

Позднее значение его деятельности высоко оценил выдающийся отечественный оружейник В. Г. Федоров:

«Мы должны помнить, что после нескончаемого ряда оружейников-иностранцев, оставивших свои имена в истории нашего оружия, С. И. Мосин явился первым русским конструктором оружия, принятого на вооружение русской армии, давшим почин дальнейшим работам отечественных изобретателей в области стрелкового оружия».

История Сестрорецкого оружейного завода не завершалась деятельностью Мосина. Уже в начале XX в. предприятие стало одной из площадок, на которых получили практическое воплощение разработки нового поколения российских оружейников.

Особое место среди них принадлежало Владимиру Григорьевичу Федорову (1874–1966). Если эпоха Мосина была связана прежде всего с переходом армии к современному магазинному стрелковому оружию, то деятельность Федорова знаменовала следующий этап — поиск эффективных систем индивидуального автоматического оружия.

В конце 1912 года на Сестрорецком оружейном заводе было начато изготовление опытной партии из 100 автоматических винтовок системы В. Г. Федорова калибра 7,62 мм, предназначенных для последующих войсковых испытаний. В дальнейшем предприятию была поставлена дополнительная задача — изготовить 20 автоматических винтовок под патрон калибра 6,5 мм.

Сам факт размещения такого заказа в Сестрорецке свидетельствовал о высоком уровне технической культуры предприятия и способности его специалистов выполнять сложные опытные работы.

Тем самым Сестрорецкий оружейный завод выступал не только как предприятие массового производства, но и как важная опытно-производственная база, где перспективные разработки переходили от чертежей и опытных экземпляров к небольшим сериям, необходимым для дальнейших испытаний.

Особое значение имело последующее войсковое применение оружия системы Федорова в годы Первой мировой войны. Часть изготовленных образцов была направлена в действующую армию. В 1917 году автоматы и автоматические винтовки системы Федорова испытывались военнослужащими 189-го пехотного Измаильского полка 48-й пехотной дивизии на Румынском фронте.

В последующие годы Федоров продолжил работу над созданием комплекса автоматического стрелкового вооружения. Его деятельность не ограничивалась разработкой одного образца. В 1920-е годы предпринимались попытки сформировать целое семейство унифицированного автоматического оружия, включавшее автоматы, автоматические винтовки, ручные пулеметы, а также авиационные и танковые варианты.

Особую роль в этой работе играл его ближайший сотрудник В. А. Дегтярев, профессиональное становление которого также оказалось непосредственно связано с Сестрорецким оружейным заводом.

Именно здесь становится особенно заметна преемственность отечественной оружейной школы. Сестрорецкий завод, которым еще недавно руководил Мосин, в начале XX столетия оказался связан уже с разработками автоматического оружия Федорова, а вместе с ними — с формированием нового поколения мастеров и конструкторов.

Одним из таких был Василий Алексеевич Дегтярев (1880–1949). Он происходил из семьи потомственных тульских оружейников. В 1901 году Дегтярев был призван на военную службу и оказался в Ораниенбауме, в опытной мастерской оружейного полигона Офицерской стрелковой школы, где испытывались новейшие отечественные и зарубежные образцы вооружения.

Весной 1906 году ему было поручено переделать 3-линейную винтовку образца 1891 году в автоматическую систему по чертежам В. Г. Федорова. Первая попытка оказалась неудачной: автоматика не обеспечивала необходимой надежности. Однако именно в ходе этой работы началось многолетнее сотрудничество Федорова и Дегтярева.

Когда дальнейшая отработка автоматических систем потребовала более развитой производственной базы, Дегтярев был переведен на Сестрорецкий оружейный завод. Именно здесь продолжилась практическая работа над новыми образцами. Необходимость постоянной подгонки деталей, устранения отказов, изменения механизмов и проведения повторных испытаний стала важнейшей школой для будущего конструктора.

Сестрорецкий оружейный завод сыграл заметную роль в профессиональном становлении Дегтярева. Здесь мастерство высококвалифицированного слесаря постепенно соединялось с самостоятельным инженерным и конструкторским мышлением. С началом Первой мировой войны большинство опытных работ было прекращено. Завод перешел к максимально возможному увеличению массового производства вооружения для действующей армии, а Дегтярев был определен мастером на валовое производство. Вместе с тем в свободное от основной работы время он продолжал собственные разработки автоматического оружия.

В 1918 году В. Г. Федоров получил назначение на Ковровский пулеметный завод, где должно было быть организовано производство автоматов его системы. Дегтярев последовал за своим наставником и покинул Сестрорецк.

Этот переход в определенной степени символизировал распространение опыта, накопленного на Сестрорецком оружейном заводе, на новые центры советской оружейной промышленности. В Коврове Федоров организовал экспериментальную техническую мастерскую, которую возглавил Дегтярев.

Здесь формировалось уже следующее поколение советских оружейников. Через эту школу прошли С. Г. Симонов, Г. С. Шпагин, П. М. Горюнов и другие будущие известные конструкторы.

Сам Дегтярев стал создателем целого ряда образцов вооружения. В 1927 году после продолжительной работы был принят ручной пулемет его системы, ставший основой семейства оружия Дегтярева. В годы Великой Отечественной войны особое значение приобрело созданное им противотанковое ружье ПТРД.

Однако историческое значение Дегтярева определяется не только созданными им образцами. Не менее важной заслугой стало формирование собственной инженерно-конструкторской школы. В этом отношении прослеживается своеобразная цепочка профессиональной преемственности: опыт, полученный Дегтяревым в совместной работе с Федоровым и на Сестрорецком оружейном заводе, позднее передавался уже новому поколению советских оружейников.

Одновременно с работами Федорова и Дегтярева важное место в истории Сестрорецкого оружейного завода заняла деятельность Федора Васильевича Токарева (1871–1968).

В 1908 году Токарев был прикомандирован к Сестрорецкому оружейному заводу для изготовления нового экземпляра разрабатывавшейся им автоматической винтовки. В своих воспоминаниях он отмечал, что впервые прибыл в Сестрорецк осенью 1908 года. Условия работы здесь оказались значительно благоприятнее, чем в Ораниенбауме, прежде всего благодаря производственной базе предприятия и наличию квалифицированных специалистов.

В декабре 1912 года Токарев представил комиссии усовершенствованный образец своей автоматической винтовки. В результате Сестрорецкому оружейному заводу было поручено изготовление опытной партии из 12 автоматических винтовок при непосредственном участии самого конструктора.

Изготовление осуществлялось в образцовой мастерской завода. В работе принимали участие мастера Леонтьев и Андреев. Конструкция нового оружия совершенствовалась не только усилиями автора проекта, но и в процессе тесного взаимодействия с заводскими мастерами. К июлю 1914 года практически все основные части винтовок были изготовлены, однако начавшаяся Первая мировая война изменила производственные приоритеты. Опытные работы были свернуты, а Ф. В. Токарев как кадровый офицер направлен на фронт.

В конце декабря 1915 года он вновь прибыл в Сестрорецк, а в январе 1916 года был зачислен на завод и назначен заведующим отделом поверки и приемки готовых изделий и стрельбищем.

Полученный фронтовой опыт существенно повлиял на дальнейшие конструкторские взгляды Федора Васильевича. Практика боевых действий показывала необходимость создания оружия максимально надежного, сравнительно простого в обслуживании и способного сохранять работоспособность в тяжелых полевых условиях. Именно в этот период у него постепенно сформировалось представление о более простой и выносливой автоматической винтовке. Реализовать эти идеи в полном объеме удалось значительно позднее, уже в советский период.

В первой половине XX века характер задач, стоявших перед оружейными конструкторами, постепенно изменялся. Если первоначально основное внимание уделялось поиску технически надежной системы автоматического оружия и совершенствованию принципов действия автоматики, то по мере развития военной промышленности все большее значение приобретали вопросы технологичности, экономичности и приспособленности конструкции к крупносерийному производству. Особенно остро эти требования проявились в годы Великой Отечественной войны.

Именно в этих условиях на первый план вышло новое поколение советских конструкторов, одним из наиболее ярких представителей которого стал Алексей Иванович Судаев (1912–1946). Его связь с Сестрорецком имела иной характер, чем у Ф. В. Токарева, В. Г. Федорова или В. А. Дегтярева. Если в начале XX века Сестрорецкий оружейный завод являлся важной опытно-производственной базой для разработки и изготовления экспериментальных автоматических винтовок, то в годы Великой Отечественной войны производственный опыт и кадровые традиции сестрорецких оружейников оказались востребованы при организации выпуска нового массового автоматического оружия в блокадном Ленинграде.

А. И. Судаев вошел в историю отечественного стрелкового вооружения как конструктор, сумевший в условиях военного времени соединить высокие боевые качества оружия с максимальной простотой и технологичностью его изготовления. Инженер-майор, лауреат Сталинской премии, он прожил всего 33 года, однако за сравнительно короткий период деятельности сумел создать ряд значимых образцов вооружения, главным из которых стал пистолет-пулемет системы Судаева.

Интерес к техническому творчеству проявился у будущего конструктора еще в молодые годы. Военную службу он проходил в железнодорожных войсках, где получил практический опыт эксплуатации и обслуживания техники. После увольнения в запас Судаев продолжил образование, поступив в Горьковский индустриальный институт. Уже в студенческие годы значительную часть свободного времени он посвящал изучению устройства стрелкового оружия и вопросам его совершенствования.

Способности молодого инженера получили высокую оценку еще до начала войны. В 1940 году приказом народного комиссара обороны ему была назначена высшая стипендия. В 1941 году, после завершения обучения, Судаев получил звание военинженера 3-го ранга и был направлен на Научно-исследовательский полигон стрелкового вооружения, где получил возможность непосредственно заниматься разработкой и испытанием новых образцов.

Начало Великой Отечественной войны резко повысило требования к темпам создания и освоения вооружения. Красная армия нуждалась в простых, надежных и массовых образцах, производство которых можно было бы быстро развернуть в условиях огромных потерь материальной базы, эвакуации предприятий и дефицита квалифицированной рабочей силы. В этот период Судаев выполнил ряд разработок военного назначения, после чего ему была поставлена задача создания нового пистолета-пулемета.

Особое место в истории этого оружия занял блокадный Ленинград. Изоляция города и ограниченные возможности снабжения с Большой земли обусловили необходимость максимально использовать сохранившиеся производственные мощности ленинградской промышленности. Требовалось оружие, которое могло быть изготовлено в значительных количествах при минимальных затратах металла, времени и сложной механической обработки. Именно этим требованиям в значительной степени отвечал пистолет-пулемет системы Судаева.

Его конструкция отличалась сравнительной простотой, рациональностью и высокой технологичностью. Значительная часть деталей изготавливалась методом штамповки, что позволяло уменьшить объем станочной обработки, сократить трудоемкость производства и расход металла. Для блокадного Ленинграда эти особенности имели не только техническое, но и стратегическое значение. В условиях крайнего дефицита ресурсов эффективность конструкции определялась уже не только ее боевыми характеристиками, но и возможностью наладить массовый выпуск оружия в кратчайшие сроки имеющимися производственными средствами.

Серийное изготовление пистолета-пулемета Судаева было организовано в 1942 году на ленинградской производственной площадке Сестрорецкого инструментального завода имени С. П. Воскова, размещавшейся на территории завода «Красный инструментальщик». Тем самым разработка Судаева оказалась непосредственно связана с коллективом предприятия, продолжавшего производственные традиции дореволюционного Сестрорецкого оружейного завода. Это обстоятельство особенно важно для понимания преемственности сестрорецкой оружейной школы. На протяжении предшествующих десятилетий завод участвовал в изготовлении и отработке стрелкового оружия различных систем, а его специалисты обладали значительным опытом точной металлообработки и оружейного производства. В годы блокады этот производственный и кадровый потенциал вновь оказался востребован.

А. И. Судаев принимал непосредственное участие не только в разработке конструкции, но и в организации ее серийного производства. Он взаимодействовал с инженерами, технологами и рабочими, участвовал в устранении выявлявшихся недостатков и вносил изменения, направленные на дальнейшее упрощение отдельных деталей и технологических операций. Характерной чертой его работы была тесная связь с действующей армией. Судаев неоднократно выезжал на позиции Ленинградского фронта, в том числе на Карельский перешеек и Ораниенбаумский плацдарм, где знакомился с практикой боевого применения нового оружия, общался с военнослужащими и учитывал их замечания при последующем совершенствовании конструкции.

Результатом этой работы стало принятие в 1943 году модернизированного варианта — 7,62-мм пистолета-пулемета системы Судаева образца 1943 года, получившего обозначение ППС-43. В новой модели были учтены как производственный опыт, так и замечания, выявленные в ходе эксплуатации оружия в войсках. Производство модернизированного варианта продолжалось при участии специалистов Сестрорецкого инструментального завода имени С. П. Воскова. ППС получил широкое распространение в действующей армии. Он использовался войсками Ленинградского фронта, в том числе в ходе операций по прорыву и последующему полному снятию блокады Ленинграда, а затем применялся на различных участках советско-германского фронта вплоть до завершающего этапа Великой Отечественной войны.

Обращение к истории Сестрорецкого оружейного завода позволяет увидеть отечественное оружейное дело не как последовательность отдельных изобретений и биографий знаменитых конструкторов, а как длительный процесс накопления и передачи технического опыта.

С. И. Мосин, В. Г. Федоров, Ф. В. Токарев, В. А. Дегтярев и А. И. Судаев принадлежали к разным поколениям и работали в различных исторических условиях. Однако их объединяет связь с Сестрорецком и с той производственной культурой, которая формировалась здесь на протяжении десятилетий.

При Мосине Сестрорецкий оружейный завод являлся одним из важнейших предприятий, обеспечивавших перевооружение Русской императорской армии. В начале XX в. его мастерские стали площадкой для опытных работ над автоматическим оружием Федорова и Токарева и важной профессиональной школой для Дегтярева. В годы Великой Отечественной войны оружейная традиция предприятия получила продолжение в деятельности Сестрорецкого инструментального завода имени С. П. Воскова, специалисты которого участвовали в освоении производства пистолетов-пулеметов системы Судаева.

При этом за именами известных конструкторов стоял труд многих мастеров, рабочих, механиков, технологов и инженеров. Именно их профессиональные знания позволяли превращать конструкторскую идею в реальное оружие, пригодное для производства и применения в войсках.

Сестрорецкий оружейный завод по праву занимает в этой истории особое место. Связанные с ним имена Мосина, Федорова, Токарева, Дегтярева и Судаева являются свидетельством того, что на протяжении разных исторических эпох Сестрорецк оставался одним из важных центров российского оружейного дела, где соединялись инженерная мысль, производственный опыт и профессиональное мастерство нескольких поколений отечественных оружейников.