Дачные и благотворительные участки Сестрорецкой Заречной местности

Автор — Смирнова Елена Валентиновна, автор публикаций в краеведческих сборниках и на сайте terijoki.spb.ru, член общества «Друзья Петергофа»

Сейчас мало кто знает, что там, где ныне на выезде из Сестрорецка в сторону Зеленогорска, сразу за мостом над железной дорогой проходит Приморское шоссе, и по обеим его сторонам стоит на дюнах молодой лес, был когда-то дачный район. Можно даже сказать, небольшой дачный город с башнями и бельведерами, украшенными флюгерами, неспешной дачной жизнью обитателей этого города. Все дачные участки, распланированные в этом районе, были сданы в аренду, на каждом стояли один или два дома со службами, конюшнями, каретными и прочими необходимыми постройками. Через полотно последнего участка Приморской дороги к станции Дюны ближе к реке были дачи санаториев благотворительных учреждений, а уже на финляндской стороне недалеко от устья Сестры – большая роскошная усадьба лесопромышленника А. Д. Лебедева. Первый удар по всему этому великолепию нанесло начало Первой мировой войны, а всё последующее развитие событий практически стерло самые следы этого города...

Заречные дачные участки располагались между полотном Приморской железной дороги к станции Дюны, старым Белоостровским
шоссе и Граничным ручьем (Ржавая канава). На их территории была
когда-то Томина гора – большая дюна, ныне полностью срытая вместе с частью рельефа Заречных дачных участков № 1–8. По Томиной горе была названа Томинская улица, проходившая от Белоостровского шоссе через дюны к Сестре Заводской (Малая Сестра). Участки были распланированы одновременно с Канонирскими дачными участками в 1898 г. и подготовлены к первым торгам по этой местности к маю 1898 г., но, в связи с Высочайшим Указом о выделении безвозмездно участков благотворительным учреждениям, с торгов сняты и перепланированы.

Заречная местность имела сложный рельеф волнообразных дюн со значительным перепадом высот, поэтому планировка была осложнена, но мудрые землеустроители конца ХIХ в. и конкретно занимавшийся планированием С. А. Мочульский нашли простое решение, расположив участки в основном вдоль гребня и вдоль впадины дюн, что позволило с достаточной вероятностью, следуя природному рельефу, идентифицировать их в соответствии с планом.

По территории проходили две основные улицы, названия которых
дали возможность уточнить имеющиеся в ЦГИА СПб планы некоторых участков. Это Продольная улица (в 1916 г. именовавшаяся также
Заречный проспект) и Шоссейная дорога, которая шла по гужевому
мосту через Сестру Заводскую в створе Авенариусской (М. Горького)
улицы Канонирской части и далее вдоль полотна железной дороги и
еврейского кладбища.

Из дачной растительности до сих пор сохранились: вязы (в частности, вдоль дороги, проходившей от Томинской улицы; по восточной границе участков № 14, 30, 31 сохранилась аллея), повсеместно розы (видимо, разросшиеся подвои), карагана (желтая акация), сирень, бузина, жимолость, ирга и чудный сливолистный боярышник, великолепно стригущийся и держащий форму (сейчас так редко
встречающийся).

Среди арендаторов Заречных участков были: Ф. Ф. Лумберг, С. А. Баранкеев – известные архитекторы, А. Ф. Колчак (контр-адмирал российского флота, из младшей ветви рода Колчаков). Участок № 1 был в октябре 1902 г. без торгов предоставлен Н. О. фон Эссену, капитану 2-го ранга; будущий адмирал Николай Оттович фон Эссен как раз в феврале 1902 г. стал командиром крейсера 2-го ранга «Новик». Правда, на подписание контракта фон Эссен не приехал, и Заречной местности не довелось быть связанной со столь славной фамилией. Как ни странно, открытки с изображением Заречных дач практически не встречаются, хотя, например, двухэтажная деревянная дача с бельведером, стоявшая на участке № 14, явно заслуживала быть запечатленной.

Арендный контракт аналогично Канонирским участкам заключался на 99 лет с теми же арендными условиями, но арендная плата была значительно ниже. Условия сохранения чистоты окружающей среды были также высоки и оговаривались очень подробно.

Из арендаторов хотелось бы остановиться на нескольких именах. Артист Императорских театров Владимир Яковлевич Майборода, солист оперы, бас. Основной участок № 11 располагался по Продольной улице по схеме Заречных участков, Майборода арендовал с 1901 г. Им были также арендованы участки № 6, 7, 9. Можно определенно сказать, что «открыточная дача» Майбороды к 1904 г. уже была построена. Не чужда была Владимиру Яковлевичу и коммерческая деятельность, в 1910 г. он написал прошение об открытии на участке № 11 мелочной, мясной и зеленной лавок. У лесничего М. Г. Кошица, сменившего на этом посту Мочульского, возражений к открытию лавки для продажи жизненных продуктов не было. Но он рекомендует согласовать вопрос с Обществом содействия благоустройству Заречной дачной местности. Правление Общества высказало свое весьма негативное мнение 14.03.1910 г.: «…лавочка производит около себя скопление днем рабочего люда, вечером – кухарок с приказчиками и гармошками, кроме того, у лавочника имеются лошади, свиньи, куры и утки, что производит грязь. Поэтому для устройства лавочки лучше всего подходит крайняя и в стороне от лучшей дачи…».

Разрешение было дано при условии подписания Майбородой обязательства о закрытии лавки в случае, если она будет содержаться в грязном виде.

С 1912 г. Майборода с участками стал расставаться. Даже основной участок № 11 разделил на два, и вновь образованный участок № 11а передал доктору В. С. Коняеву. А в 1915 г. он на склоне лет по какой-то причине расстался и со своей прекрасной дачей. За два года до смерти он передал аренду по участку № 11 прапорщику запаса в отставке К. А. Хмельницкому.

Еще одна дачная история… Участок № 13 в 1906 г. взял в аренду надворный советник Михаил Иванович Макаревский, проживавший в Сестрорецке на Заречном участке № 15, арендованном его женой Ольгой Петровной. Следует отметить, что арендаторы норовили по возможности отойти от условий контракта, не чужд смелым решениям был и Михаил Иванович, так, например, предполагавшийся одноэтажным один из домов на участке имел 2 этажа и, более того, мезонин над вторым этажом для летнего проживания, что являлось нарушением условий контракта. Рельеф участков Макаревских был сложный, и для оптимизации строительства их объединили под аренду Ольги Петровны. На участках всего было построено 4 дачи. Ольга Петровна занедужила и составила духовное завещание, где она подробно перечисляет, что и кому она завещает, а были у нее сын и дочь от первого брака и муж, Михаил Иванович. Позволю себе привести текст, чтоб было представление, какого уровня строили дачи в Заречье.

«Принадлежащую мне дачу на дачном участке 15/13 под № 1 с полной меблировкой и со всем принадлежащим ей движимым имуществом завещаю в полную собственность дочери моей от первого брака жене военного врача Ольге Михайловне Кожиной (ур. Курбатовой). Кроме того, оставляю ей же в собственность все принадлежащие мне бриллианты, а из других вещей моих, находящихся в других дачах, остаются ей рояль, столовый буфет со стеклами, маленький буфет, полторы дюжины столовых стульев с виноградными листьями, мебель голубую плюшевую, вышитую, гостиную красную с белыми чехлами и голубым кантом, зеркальный шкаф с тремя зеркалами, письменный стол, большой с углами, оттоманку и стулья мягкие кабинетные, два зеркала для гостиной, большой ковер текинский и голубой ковер, платья, шубы, белье, посуду, лампы, электрические принадлежности и серебро… Прошу моих наследников жить в мире и согласии».

Умерла Ольга Петровна в январе 1910 г. По духовному завещанию О. П. Макаревской дача № 1 должна была отойти дочери от 1-го брака, дача № 3 – сыну от 1-го брака, дачи № 2 и 4 – мужу. Все надворные постройки – в пожизненное пользование мужу, с тем чтобы он предоставлял прочим право пользования. Но всем трем дачевладельцам с дачниками это было неудобно, а также «следовало принять во внимание тяжелое моральное стеснение для М. И. Макаревского при его желании создать новую семью». Так или иначе, после всех юридических перипетий соединенный участок 13/15 был разделен на 3 отдельных.

Можно долго рассказывать о дачниках, за каждым участком стоит своя судьба. Но перейдем к участкам благотворительным.

Пожалуй, самым значимыми в конце XIX – начале ХХ в. были благотворительные учреждения Ведомства Императрицы Марии, начало деятельности которого относятся к 1796 г., – указу Павла I, Ведомством именовалось с 1854 г.

Благотворительные учреждения, не входившие в Ведомство Императрицы Марии, так или иначе, имели покровителями членов императорской семьи. Также многие организации создавали собственные благотворительные фонды, в рамках деятельности которых открывали больницы, санатории, приюты. В 1903 г. император Николай II своим указом выделил безвозмездно 21 участок в Сестрорецком Заречье под строительство санаториев благотворительных учреждений. Остановимся на некоторых из них.

Самой интересной постройкой был, безусловно, санаторий Общества содействия гомеопатии, не следует путать это общество с Обществом врачей гомеопатов. Создано по инициативе нескольких приверженцев гомеопатических методов лечения из высшего света и известнейшего врача-гомеопата того времени Павла Васильевича Соловьева. Обществом была построена больница в память императора Александра II на Лицейской улице и, как следствие, возникла идея санатория на выделенных Обществу участках №13 и 16. Проект был выполнен архитектором Адамом Иосифовичем Дитрихом. В мае 1904 г. постройка домиков-дач была закончена. В апреле 1906 г. в присутствии доктора П. В. Соловьева, который и возглавил санаторий, был произведен осмотр главного здания и составлен акт об отсутствии препятствий к открытию.

Санаторий Экспедиции заготовления Госбумаг. Проект архитектора Густава Густавовича фон Голи, архитектора Экспедиции, был утвержден строительным отделением С.-Петербургского губернского правления в сентябре 1910 г., но длительное согласование сметы на строительство замедлило его процесс. В ноябре 1912 г. утвержден проект школьной дачи и ледника, выполненные также Г. Г. фон Голи, и школьная дача и ледник были построены очень быстро. В сентябре 1913 г. утверждена наконец смета на строительство санатория в сумме 82 771 руб. 24 коп., что являлось весьма значительными материальными затратами по тем временам. В 1915 г. по окончании строительства основного здания в нем был открыт лазарет.

В справке о состоянии территорий в 1923 г. указывалось: «…в настоящее время большая часть из упомянутых построек в районе участка, а именно: дачи, санатории, как, например, тружеников печатного дела, Экспедиции Заготовления Государственных бумаг и др., дачи отдыха детей школьного возраста и т. д. представляют собою груды развалин». Однако здание санатория сохранилось, и в 1930 г. оно стало 4-м павильоном костно-туберкулезного детского санатория. И после войны использовалось по назначению. Цело оно и сейчас, но под новой фасадной облицовкой на территории детского реабилитационного учреждения «Дюны». В остальном на сегодняшний день территория участков № 4 и 5 – поросшая соснами прогулочная зона детского санатория «Дюны». Если и сохранились фундаменты зданий, за 100 лет они совершенно занесены песком…

Постройки Общества попечения о бесприютных детях. С ними связаны имена архитекторов Роберта Робертовича (Роберт Фердинанд Эдуард) Марфельда и Оскара Оскаровича Рейхарда. В 1909 г. в строительное отделение С.-Петербургского губернского правления от Совета Общества было подано прошение об утверждении плана строительства на участке № 7, в прошении указывалось, что «постройки производит Академик Архитектуры Действительный Статский Советник Р. Р. Марфельд», – заместитель председателя Совета Общества. Летом 1912 г. в строительное отделение было направлено следующее прошение о строительстве на участке № 6. План строительства по проекту О. О. Рейхарда прилагался. Протоколом строительного комитета от 12 июля строительство было разрешено. 27 сентября 1912 г. датировано прошение о возведении третьего здания санатория, вновь на участке № 7, но уже по плану О. О. Рейхарда. В ноябре 1912 г. был утвержден и этот план. Дом на участке № 6 довольно часто встречается на фотографиях советского времени. В настоящее время скрыт новым современным фасадом. Деревянные здания не сохранились. На участке хорошо просматриваются посадки розы-ругозы по границе склона к реке.

1 of 2

Санаторий Е. В. Колачевской, из которого фактически вырос современный детский санаторий «Дюны». О нем много написано, но мало кто знает, что своим возникновением он обязан О. Ф. фон Гейден, свитской фрейлине императрицы Марии Федоровны.

Ольга Федоровна (Фридриховна) фон Гейден. Она была заместителем Председателя правления СПб попечительского комитета о сестрах Красного Креста. Идея строительства санатория при больнице Общины сестер милосердия Красного Креста как раз и принадлежала Ольге Федоровне.

От нее же поступил первый взнос на строительство санатория в размере 1000 рублей. Хотелось бы немного остановиться на этом имени, практически канувшем в неизвестность. Сведений о ней крайне мало. Принадлежала к высшему свету. Отец – Ф. Л. Гейден, финляндский генерал-губернатор 1881–1897 гг., мать – Е. Н. Гейден, известная благотворительница, основательница Общины сестер милосердия Св. Георгия. Один из братьев – Н. Ф. фон Гейден,
генерал от кавалерии, общественный деятель, попечитель сиротского дома Г. Г. Белоградского, генерал от кавалерии, инициатор строительства санатория сиротского дома в Сестрорецком Заречье на участке № 21.

Ольга Федоровна была достаточно близка с императрицей Марией Федоровной, известно, что покои ее в Гатчинском дворце находились в Арсенальном каре. В дневниках Марии Федоровны за 1916 г. (Изд. Москва, ВАГРИУС 2005. Дневники императрицы Марии Федоровны (1914–1920, 1923 годы)) имя Ольги Хейден встречается довольно часто, указывая на весьма близкое и доверительное общение.

Проект зданий выполнял архитектор Пруссак Дмитрий Константинович, он же построил здание больницы. Очень интересны были здания летней и зимней школьных дач на участке Общества Школьных дач, дача Человеколюбивого Общества, невыполненные проекты дач и санаториев, но в рамках одной статьи невозможно охватить столь обширный материал… Говоря о Заречных дачниках, нельзя не упомянуть А. Д. Лебедева. Владелец большой усадьбы на финляндском берегу реки Сестры – Андрей Дмитриевич Лебедев, мануфактур-советник, Потомственный Почетный гражданин, один из сыновей коммерции советника Дмитрия Николаевича Лебедева, основателя товарищества лесопильных заводов и мануфактур «Д. Н. Лебедев», биржи на Выборгской части по Сампсониевской набережной, лесопильного завода и джутовой мануфактуры по Сампсониевскому пр., 30.

На 1903 г. А. Д. Лебедев, согласно справочнику «Весь Петербург», – «директор-распорядитель товарищества лесопильных заводов. Сампсониевская наб. 9–11, С.-Петербургское общество содействия русской промышленности и торговли». Был женат на Елене Петровне Серебренниковой, имел четырех дочерей – Марию, Серафиму, Ксению и Ольгу. Особняк семьи Лебедевых в С.-Петербурге
сохранился по адресу Пироговская наб., 17.

В 1910 г. было проведено возобновление границ между Финляндским Княжеством и Россией на основании выкопировки с карты границы Финляндии с Российской империей. И граница вместо часто меняющегося старого устья реки Сестры прошла по суше по левой стороне. А. Д. Лебедев непосредственно участвовал в формировании приграничной территории, благодаря мануфактур-советнику Андрею Дмитриевичу Лебедеву, Сестра получила новое спрямленное устье. А. Д. Лебедев скончался в возрасте 69 лет от бугорчатки легких (туберкулеза), отпевали его 10/23.12.1925 в Казанской церкви Терийок, похоронен был на Терийокском кладбище (ныне кладбище Зеленогорска). А может, он умер просто от горя…

На сайте terijoki.spb.ru в разделе «Усадьба А. Д. Лебедева в Сестрорецком Заречье» можно прочитать интереснейшие воспоминания Н. И. Шуберт, внучки А. Д. Лебедева, любезно предоставленные М. Д. Рожиной, его правнучкой.

Отмечаем, что данная статья была представлена на II Научной историко-культурной конференции «Разливские чтения» в 2022 году, которая была посвящена деревянному архитектурному наследию Курортного района Санкт-Петербурга. Прочитать другие доклады можно по ссылке — https://razlivmuseum.spb.ru/upload/iblock/81c/hv4ysytr6jlhodf6eko14q0efcu2jxfm/Sbornik_Razlivskie-chteniya-2021_2022.pdf