5 августа - 230 лет со дня гибели французского поэта Андре Шенье

Андре Шенье - один из любимых поэтов Пушкина. Л.С. Пушкин, брат поэта, писал, что «Шенье «сделался поэтическим культом Пушкина», который «первый в России и, кажется, в Европе достойно оценил его».

Имя французского поэта Андре Шенье (1762-1794) не на слуху у современного читателя. О его поэтическом даре не знали даже современники. Первый сборник Шенье появился в 1819 году, спустя четверть века после гибели, сделав поэта кумиром молодых романтиков. С этого времени его короткая жизнь и трагическая смерть на эшафоте стали возвышенным романтическим сюжетом.

Послелицейский Пушкин, заметно охладевший к французским поэтам ХVIII века, не расстанется с томиком Шенье ни в Петербурге, ни на юге, ни в Михайловском. Творчество французского поэта служило Пушкину источником гражданской и элегической поэзии.

Элегия – проникнутое грустью лирическое стихотворение – любимый жанр Шенье. Русскому читателю может быть известна его элегия «Ты вянешь и молчишь...» в вольном переводе Пушкина 1824 года. В жанре исторической элегии в 1825 году Пушкиным было написано большое стихотворение «Андрей Шенье». 44 его строчки распространятся в списках под заголовком «На 14 декабря» и станут причиной длительного политического дела, которое закончится в 1828 году учреждением над Пушкиным секретного надзора. Эти 44 строчки – предсмертный монолог Шенье, и в темнице славящего свободу.

Восторженно принявший Французскую революцию поэт не мог не отшатнуться от ее крайностей, от все более усиливающегося террора. Автор политических статей против якобинцев, он обвинял их в ненависти, насилии и демагогии. После знаменитого поименного голосования в Конвенте – верховном органе якобинской власти, решившего участь короля, Шенье составил письмо к Конвенту с просьбой обжаловать у народа смертный приговор. Отчаянная попытка спасти монарха уже после вынесения ему приговора была заведомо обречена.

Пережив казнь короля и уйдя в частную жизнь, но оставаясь смелым и вдумчивым патриотом, Шенье пишет оду Шарлотте Корде, заколовшей кинжалом вождя якобинцев Марата. Отзвук этой оды прозвучит в пушкинской элегии, заглавный герой которой прославляет молодую мстительницу, представшую под пером Пушкина в образе карающей богини возмездия Немезиды:

Гордись и радуйся, поэт:

Ты не поник главой послушной

Перед позором наших лет…

…ты славил Немезиду,

Ты пел Маратовым жрецам

Кинжал и деву Эвмениду.

Автор оды Шарлотте Корде был арестован ненавидящими его якобинцами в марте 1794 года, в самый разгар террора. Последние месяцы жизни он провел в парижской тюрьме Сен-Лазар. Там было создано наполненное внутренним трагизмом и обличительным негодованием лучшее его произведение – цикл антиякобинских «Ямбов».

25 июля 1794 года революционный трибунал приговорил Шенье к смертной казни. Исполнение приговора было назначено на тот же день. По преданию, в телеге, которая везла Шенье к месту казни, он со своим другим поэтом Руше декламировал отрывки из «Андромахи» – шедевра Расина, французского драматурга ХVII века. А уже взойдя на эшафот, ударяя себя по лбу, воскликнул: «А все-таки у меня было здесь кое-что». Эти известные Пушкину полулегендарные подробности казни будут упомянуты в его элегии:

Через день, 27 июля, во время заседания Конвента был арестован и на утро следующего дня гильотирован вождь якобинцев М. Робеспьер, проследовав по тому же пути, по которому двумя днями раньше проделал свой путь Андре Шенье.

В тот день, 28 июля 1794 года, закончилась целая эпоха.

Проживи Шенье еще два дня (а не один, как полагал Пушкин, ошибочно считая, что французский поэт был казнен не в день вынесения приговора, а на следующий), он был бы спасен.

…Постой, постой; день только, день один:

И казней нет, и всем свобода,

И жив великий гражданин

Среди великого народа.

Так создавалась легенда о поэте-мученике, жертве революционного террора, за день до освобождения задушенном кровавой рукой революции. И в создании этой легенды принял участие Пушкин.

Отрывком из предсмертного монолога героя пушкинской элегии «Андрей Шенье», начертанным на белой стеле и обрамленным живой ветвью вечнозеленого плюща, заканчивалась литературная экспозиция Всесоюзного музея А.С. Пушкина, размещенная в 1967-1988 годах в церковном флигеле Екатерининского дворца в Царском Селе.

Я скоро весь умру. Но, тень мою любя,

Храните рукопись, о други, для себя!

Когда гроза пройдет, толпою суеверной

Сбирайтесь иногда читать мой список верный,

И долго слушая, скажите: это он;

Вот речь его. А я, забыв могильный сон,

Взойду невидимо и сяду между вами,

И сам заслушаюсь…

Автор текста - Татьяна Ивановна Галкина, хранитель экспозиции Мемориального Музея-Лицея и музея-дачи А. С. Пушкина.