Зона заражения — глава 1

— Мы будем в зоне заражения через пять минут. Уровень опасности оранжевый, — водитель зубами вытащил последнюю сигарету и швырнул пустую пачку в окно. — Пристегнись лучше.

Девушка на пассажирском сиденье бросила на него быстрый взгляд.

— Зачем это?

— Нужно разогнаться раза в два, чтобы быстрее проскочить зону. Или ты хочешь умереть от радиации?

Она пожала плечами, но всё же потянулась за ремнём.

Водитель стряхнул пепел в окно и недоверчиво покосился на пассажирку. Чёрная водолазка, слишком большая, явно с чужого плеча. Камуфляжный рюкзак, беспечно брошенный под ноги. И, самое неприятное, чёрная повязка на левом глазу.

Может, она вообще чёртов мутант, и машина сейчас наполняется радиацией, подумал он. Но счётчик ведь не показал опасности. И всё же, деньги...

Экран счётчика загорелся жёлтым. Бросив окурок наружу, водитель закрыл окна и включил внешнюю защиту.

— Держись, девочка, — прошипел он, вдавливая в пол педаль газа.

Поднимая облака радиоактивной пыли, машина вошла в опасную зону.

— Это ужасно, нет? Мы сто лет как умрём, а тут всё будет радиоактивно. Тысячи лет пройдут, а оно ещё будет фонить. Как это называется?! – он говорил быстро, сжимая руль до боли в пальцах.

Ему снова хотелось закурить. Или сильнее нажать на педаль, поднять скорость до опасной, чтобы быстрее, как можно быстрее проскочить зону заражения.

— Дерьмо, — согласилась пассажирка. — Но когда-нибудь и распад закончится.

— Хах, через миллион лет. Да быстрее солнце погаснет!

— Может быть, может быть...

Счётчик горел оранжевым около получаса. Потом цвет постепенно сменился жёлтым и наконец — зелёным. Ещё через час вдали начал вырисовываться силуэт большого города.

— Это Новая Москва? — спросила пассажирка. — Так быстро?

— Я же профессионал, — не без гордости ответил водитель. — Тебе куда?

— В город не надо. Высадите неподалёку, у ближайшей станции. Мне нужно на электричку.

Когда они подъехали к станции, пассажирка долго копалась в своём камуфляжном рюкзаке, выискивая деньги. Водитель успел заметить внутри что-то похожее на большую карту, сложенную в несколько раз.

И когда пассажирка уже собиралась хлопнуть дверью, он спросил:

— Погоди. Как хоть тебя зовут?

Она наморщила лоб, но всё же решилась ответить:

— Телль.

Свернув за угол, Телль не поспешила к вокзалу, а прижалась к стене. Осторожно выглянула — водитель вышел из машины и курил, ежась на ветру.

— Ну давай, давай… — прошипела она себе под нос.

Вот он бросил бычок на асфальт, осмотрелся по сторонам и залез в машину. Выпустив струю дыма из трубы, та свернула к шоссе.

Выдохнув, Телль отошла от стены. По громкой связи объявили, что электричка в сторону Новой Москвы отходит через пять минут, но девушка не торопилась бежать за билетом.

Она решительно пошла вперёд по улице и уже через полчаса села на автобус в сторону города.

Неподалёку, наверное, проходила подземная река. Вода была чистой, но – холодной.

Тоннель тянулся вперёд уже километра полтора. Яхве в очередной раз попытался связаться с участком, но не получил ответа. Связь не ловила не только под землёй, из-за вспышек радиации с ней постоянно были проблемы.

Хорошо одно: беглец нигде не мог спрятаться.

Счётчик на запястье Язве загорелся оранжевым, и он достал из кобуры пистолет. Ещё сотня шагов в холодной воде, один поворот тоннеля – и они встретились.

Беглец прижался к решётке и вскинул руки. Всемирный жест слабости и отсутствия оружия. Яхве посмотрел на счётчик: тот светился красным.

«Огромная доза! И как тебя не поймали раньше?»

Беглец, будто вернув дар речи, зачастил:

— Не стреляйте! Я ничего не сделал, никого не облучил, правда! Я уеду из города, в зону заражения, куда угодно, только…

Яхве выпустил две пули ему в голову.

Теперь ему предстояло почти два километра нести на себе радиоактивное тело.

В участке Яхве высушил ботинки и носки, перезарядил пистолет и написал отчёт. Тело забрали ребята из службы ликвидации отходов. Среди них был ещё один с искусственным иммунитетом. Ему повезло немного больше: волосы сохранились.

Он коротко кивнул Яхве и запрыгнул в просвинцованный грузовик. Двери захлопнулись. Тело отправилось на уничтожение.

Домой Яхве добирался на метро – первой, недавно построенной ветке. После того, как закрыли институт, антирадиационное управление предоставило ему комнату в общежитии, на последнем этаже. Небольшую, холодную, но радующую отсутствием соседей. Обстановка была скудной – кровать, пара полупустых шкафов и телефон для экстренной связи с управлением.

Часто ночью, пытаясь справиться с бессонницей, Яхве подходил к окну и долго смотрел наружу. Там, за окраиной города, не было ничего, кроме радиации. Жалкие мутанты, заброшенные дома, горящие красным счётчики.

И Яхве жалел, что нельзя стереть всё это с земли.

Утро могло начаться и лучше. Будильник эхом отозвался в комнате, в поезде все сразу расступились, когда Яхве зашёл в вагон. Он знал, их пугает не чёрная форма антирадиационной службы, и даже не кобура, еле заметная под мышкой.

Они боялись его самого: бледной кожи, полного отсутствия волос, даже бровей и ресниц. Даже если знали, что он не радиоактивен. Даже если бы поняли, как сильно Яхве хочет очистить мир от радиации.

Он был связан с силой, которая когда-то выжгла мир почти дотла.

Его нельзя было не бояться.

Яхве только успел удобно устроиться за своим столом и открыть забытую на подоконнике газету, как раздался выкрик дежурного:

— Трое патрульных на угол Достоевского и Чехова, там фон в три раза больше нормы. Гражданским говорим, что не больше полутора. Ещё двое на Сорокина, снова какая-то чертовщина. И эй, ты! — начальник смены ткнул пальцем, чтобы не осталось сомнений. — В районе автовокзала счётчики зафиксировали что-то похожее на мутанта. Разберись!

Яхве кивнул, не отрываясь от газеты. В новостях не было ничего интересного: младенец с тремя глазами, наводнение на юге, несколько ограблений банков на востоке, почти на границе зоны заражения.

Пистолет был заряжен и спрятан в кобуру. Натянув перчатки и запахнув плащ, Яхве выглянул в окно: в Новой Москве собирался дождь. Проведя рукой по безволосой голове, он пожалел, что оставил дома шапку.

Поезд метро стремительно нёсся к вокзалу. Подняв воротник плаща, Яхве наблюдал, как на шее девочки в школьной форме раскачивается маленький счётчик — игрушка с очень слабой чувствительностью. Гражданским запрещалось носить дозиметры, хотя некоторые тайно держали их в сумках или под одеждой.

В темноте тоннеля Яхве ужасно хотелось спать.

Он вышел из метро около вокзала и некоторое время медленно осматривал улицы. Можно было опросить местных, поискать записи с камер, но у него был другой, испытанный метод.

Немного подумав — люди старательно обходили его, замершего посреди улицы — Яхве резко устремился в ближайшую подворотню. Ладонь он уже держал на рукоятке пистолета.

За несколько лет работы Яхве научился быстро искать радиоактивных мутантов.

Тупик оказался пуст. Окна домов смотрели друг на друга: можно было болтать с соседями даже не повышая голоса. В Новой Москве тоже наблюдался недостаток свободного пространства.

Держа пистолет наготове, Яхве осмотрелся, заглянул в мусорные баки. Счётчик показывал повышение фона. Стоило, наверное, вызвать подкрепление и обыскать дома поблизости, и ещё – Яхве поднял голову — проверить приоткрытое чердачное окошко. Чердак, наверное, необитаем. И, если крыша не прохудилась, это тёплое, изолированное место. Куда ещё податься мутанту?

Он схватился за первую ступеньку пожарной лестницы и через несколько минут вцепился руками в подоконник. Подтянулся – и мир вспыхнул красным, прежде чем померкнуть.

Дисклеймер

Я, как создательница текста, ни в коем случае не претендую на реалистичность. Мой препод по физике, узнав, как я описываю радиацию, убил бы.

Спасибо, читатель, что относишься к тексту именно как к тексту.

Постараюсь в будущем лучше прописывать матчасть~