Меган Розенблюм «Темные архивы. Загадочная история книг, обернутых в человеческую кожу» 16+
«Боясь людей… подумай о собственной человеческой коже»
Эта история должна была начинаться так: «В одном черном-черном городе, на одной черной-черной улице стояла черная-черная библиотека, а на полках этой библиотеки были… книги из человеческой кожи».
Метод оборачивания книг в человеческую кожу был распространен в 17-19 веках. На научном языке такие переплёты называются антроподермическими от сочетания греческих слов «anthropos» — человек, и «derma» — кожа.
И тут возникает масса вопросов. Зачем делать такой переплет? Кто эти люди, создававшие антроподермические книги? Каковы были обстоятельства жизни автора, который счел нужным переплести свою книгу в человеческую кожу? Кто снабдил создателей томов кожей, в которую эти книги переплетены, и какая судьба их постигла? Кем были переплетчики, которые согласились обернуть книгу кожей, и коллекционеры, которые заказали антроподермические переплеты? И наконец, какая история была у людей, которые стали «обложкой»?
Именно эти вопросы задавал себе автор «Темных архивов», американский библиотекарь Меган Розенблюм, впервые столкнувшись с антроподермическими книгами в 2008 году. В то время она проходила практику в Музее медицинской истории Мюттера в Филадельфии, где и обнаружила неприметные издания в антроподермических переплетах. Заинтересовавшись этой темой, Меган Розенблюм вместе с единомышленниками создала проект «Антроподермическая книга», действующий и поныне. Цель этого проекта — выявить и проанализировать как можно больше книг, считающихся переплетенными в человеческую кожу. Чтобы собственными глазами увидеть такие издания, Розенблюм провела пять лет в путешествиях, результат которых описан в книге «Темные архивы».
Тема антроподермических книг была окружена множеством мифов. Долгое время ученым даже не удавалось достоверно установить, действительно ли та или иная книга переплетена в человеческую кожу или ее история является просто легендой. Все изменилось в 2014 году, когда работники Гарвардской библиотеки изобрели метод пептидной массовой дактилоскопии. Он позволяет по крохотному кусочку материала отличить кожу человека от шкур животных, в которые часто переплетают книги.
Однако, несмотря на существование достоверного теста, не все библиотеки и музеи соглашаются сделать такое исследование. Например, в Темплском университете есть книга «Линкольн, которого не знают» Дейла Карнеги 1932 года. На переплете есть небольшой участок из коричневой кожи, а внутри книги написано, что «этот кусочек является кожей, взятой с голени негра в Балтиморской больнице». Меган Розенблюм видела это издание собственными глазами и предприняла неоднократные попытки связаться с сотрудниками данного учреждения, чтобы проверить книгу. Однако все ее просьбы остались без ответа. Интересно, почему руководство Темплского университета игнорирует просьбы? Да, если вы загуглите «список антроподермических книг», то в нем окажется «Линкольн, которого не знают». По-моему, не совсем честно, ведь подлинность антроподермического переплета этой книги не установлена.
Вы, наверное, хотите узнать, какие книги прошли проверку и могут «похвастаться» антроподермическими переплетами. Результатом работы команды проекта стал подтвержднный список из 17 книг (он приведен в «Темных архивах»). Среди них есть произведение «Судьбы души» (1880), хранящееся в Гарвардском университете. Автор книги – писатель Арсен Уссе, потерял жену. Охваченный горем, он углубился в философию и оккультизм, стал размышлять о бессмертии души в «Судьбах души». Он отправил копию работы своему другу – врачу и библиофилу Людовику Буланду. Тот уже несколько лет хранил кожу со спины женщины и решил, что этот материал отлично подойдет для книги его лучшего друга. В книге есть записка: «Книга о человеческой душе заслуживает того, чтобы ей дали человеческую одежду».
Да, происхождение антроподермических книг связано не с убийцами или маньяками, а с врачами и клинической медициной. Врачи снимали фрагмент кожи с трупа во время анатомического вскрытия и делали из него переплет для самых редких и старых трудов в своей библиотеке, в результате чего книги становились еще ценнее. В наши представления о врачебной этике также вряд ли вписалась бы, например, покупка уважаемыми хирургами трупов у профессиональных расхитителей могил. Согласитесь, напоминает сюжет из триллера. Хотя чтение «Темных архивов» для меня не было триллером, а скорее серьезной исследовательской работой. Я думала о том, что роль библиотекаря так же важна, как «роль историка, отделяющего легенды от правды». О том, смогла бы я прочитать такую книгу, какое чувство взяло бы верх – брезгливость или любопытство? Меня мучает вопрос, вправе ли мы выставлять публично предмет, сделанный без разрешения человека из фрагмента его тела и обладающий почти некрофильскими контекстами? И еще уйма спорных вопросов, на которые я пока не нашла однозначных ответов.
До новых книг!