«Если все мои проекты потерпят неудачу, то я просто отправлюсь в горы, буду плавать на лодке в маленькой бухте»

В сентябре ты впервые посетишь Россию, верно?

Ага.

Есть ли у тебя какие-то ожидания перед концертами в России?

Не знаю, чего и ожидать, ведь я никогда не была там прежде. Едва ли я когда-то в жизни контактировала с людьми из России. Cобираюсь устроить впечатляющие шоу и надеюсь, что людям понравится. Я очень рада выступить на фестивале Synthposium, где будут играть IC3PEAK, мне нравится их музыка.

Это приятно слышать. Знаешь ли ты что-то о русских музыкантах? Ты уже упомянула IC3PEAK, может какие-то еще артисты?

У меня есть друг, он музыкальный продюсер из России. Но не уверена, что это считается, так как он уже 10 лет живет в Аргентине. Думаю, что единственные кого я знаю (смеется), так неловко, это Тату (смеется). Дай-ка подумать. Я не слишком много знаю о русской сцене.

Я видел твой плейлист для Cashmere Radio и обнаружил там трек русского рэпера Face «Я нормальный». Как ты узнала о нем?

Я искала новую музыку на Bandcamp. Знаешь, он временами выдает очень случайные результаты, ведь там в основном не крупные лейблы, а независимые артисты. Так вот, я искала что-то новое и наткнулась на Face, он мне очень понравился. Я ничего не поняла из его слов. Моя соседка по квартире знает русский, так что я дала ей послушать и спросила, не говорит ли он о чем-то оскорбительном, хорошо это вообще или плохо. Она ответила, что все в порядке, и я решила включить трек в микс (смеется). Очень любопытно, как его воспринимают в России. Он коммерческий артист или же наоборот андеграундный?

Знаешь, Face довольно странный персонаж. Он очень популярен среди подростков в России, но у него крайне скандальная репутация из-за текстов и поведения. Если ты переведешь его треки на английский, то поймешь, насколько они провокационны. Он читает о наркотиках, сексе и подобных вещах. Его часто сравнивают с Lil Pump.

Думаю, это такой стиль, да и вообще трэп-музыка - это большое движение по всему миру. В каждой стране есть собственный Lil Pump. Согласен?

Да, это точно.

Так что в России это Face. В Хорватии, например, другие артисты. В тот же микс я добавила трек хорватской группы High5, они тоже делают трэп. Я слышала подобную музыку на испанском и английском. Когда же включаю такое на незнакомом языке, то не понимаю слов, но так мне нравится даже больше. Я чувствую, как звучат голоса, при этом само содержание мне неизвестно. Возможно, если бы я понимала, о чем они говорят, то мне бы не понравилось, ведь это все одно и то же дерьмо. Думаю, потому мне и нравится Face, что я не понимаю его тексты.

Работаешь ли ты сейчас над чем-то новым?

Да, я готовлю полноформатный альбом, но процесс только начался. Сейчас я бы хотела дать своей голове отдохнуть. Я уже много лет непрерывно работаю над музыкой, так что мне бы хотелось немного расслабиться. После отдыха я и приступлю к нему. Сейчас много занимаюсь своим лейблом NAPP Records и готовлю для него первый релиз, который не будет моим собственным. Также на подходе два-три альбома от других артистов из разных точек мира. Прежде у меня не было возможности сделать что-то для других, так что я счастлива.

Когда нам стоит ждать эти релизы?

Думаю, в сентябре-октябре.

Уже очень скоро. Ты сама продюсируешь большую часть своих треков. Это связано с тем, что ты предпочитаешь контролировать все стадии производства?

Так, мне нужно подумать. Ты спрашиваешь, можно ли назвать меня помешанной на контроле? Думаю, это связано с моей застенчивостью. Мне тяжело работать с кем-то. Трудно просто начать джемить, потому что я не уверена, что не делаю дерьмо (смеется). Так что в основном мне приходится запираться в комнате и продюсировать всё самой, потому что если я делаю это с кем-то, то постоянно появляются мысли типа «это недостаточно хорошо, а это вообще дерьмово». В последнее время я много работаю через интернет, обмениваясь материалом с другими людьми. Именно так мы совместно с несколькими продюсерами сделали значительную часть последнего EP «Fear». Мне нравится сотрудничать с кем-то, но иногда я предпочитаю, чтобы треки полностью оставались произведением моей души.

Стоит ли нам ожидать совместные работы с кем-то на грядущем альбоме?

Думаю, что да, стоит. Я кое-что планирую, у меня есть некоторые идеи. Я нашла нескольких артистов, и они вдохновили меня. Хочу поработать с ними, но ничего точно пока не решено. Это просто идеи у меня в голове. Ни одна песня с будущей пластинки еще не готова. Думаю, стоит ожидать коллаборации, но пока неясно с кем.

Возможно, ты когда-то мечтала о совместной работе с кем-то из тех, кто сильно повлиял на тебя?

Ну да.

Можешь назвать несколько имен?

Если у тебя много времени, то я начну (смеется). Моей любимой группой всегда были Prodigy, поработать с ними – огромная безумная мечта. Также отмечу The Chemical Brothers, Tyler, the Creator, Fever Ray. Фаррелл Уильямс был бы новым уровнем. Джастин Тимберлейк, если обратиться к попу (смеется). Думаю, это все.

Когда ты создаешь треки, что для тебя важнее: рассказать конкретную историю или же передать некое общее настроение?

Все зависит от трека. Иногда мне важно рассказать историю, как ты и сказал, иногда — передать общее чувство. В некоторых же треках вообще существеннее само звучание. Так что каждый раз по-разному. У одних есть история, другие же просто звучат привлекательно и заставляют танцевать или же вызывают ностальгию. У меня нет на этот счет какой-то большой единой цели, все постоянно меняется.

Ты родилась в Аргентине, после переехала в Германию, но все же используешь английский в своих песнях. Почему ты сделала такой выбор?

С самого детства я слышала дома много песен на английском, которые включала моя мама. Мне нравились многие англоязычные артисты, например, Бритни Спирс, Backstreet Boys, Spice Girls. Думаю, я впитывала это с самого детства и начала ассоциировать английский с созданием музыки. Я считаю, что английский язык похож на синтезатор. Ты можешь выбрать тот звук, который хочешь использовать, вот как звучит английский. Я не слишком люблю петь на испанском, я не чувствую его звук и тембр, мне не нравится рифмовать на испанском. Мне также кажется, что гораздо сложнее найти слова, звучащие хорошо вместе, чтобы написать с ними песню. По крайней мере, для меня это именно так. Возможно, у других артистов все совершенно по-другому. Что же касается немецкого... Я не знаю его достаточно хорошо, чтобы писать песни. Я лишь однажды употребила одно немецкое слово в одной песне.

Если не ошибаюсь, ты использовала испанский в треке «Skit».

Да, ты хорошо подготовился!

Почему ты решила так сделать, если тебе не нравится звучание испанского?

Было сложно найти слова, чье произношение мне бы нравилось. Кажется, я использовала испанский лишь дважды, делая коллаборации с артистами из Аргентины. Например, «Skit» был записан совместно с Broda, и есть еще одна трек с Marcianos Crew. Мне хотелось как бы сплавить английский с испанским, ведь я читаю там на испанском. Я искала способ изменить свой английский для этих особых аргентинских работ, приблизить их к своим корням, к аргентинскому стилю, сказать несколько слов на испанском, немного порифмовать. Но там не весь трек на испанском, лишь часть.

Давай поговорим о твоих клипах. Как я понимаю, это важная часть всего проекта в целом. Что обычно вдохновляет твои работы?

Сами треки. Я слышу трек, его текст и начинаю представлять в голове места, идеи, разные вещи, которые могли бы хорошо выглядеть. Это происходит автоматически. Когда потом мы с командой работаем над видео, они объясняют, что действительно можно сделать. Я часто воображаю вещи, которые невозможно реализовать. Так что они говорят: «Это сделать не получится, может быть, нам стоит сделать то и то». Это касается тех видео, что я сама режиссирую. Некоторые клипы делаю не я, другие люди реализовывают свои идеи. Какие-то видео оказываются чем-то вроде «хей, я тут со своими друзьями», другие показывают нечто красивое: цвета, танцы. Другие же рассказывают истории, например, клип «Glaciers», где девушку преследует нечто, чего она не может увидеть. С видео по типу «Flame Bitch» все просто – «эй, это я с друзьями». Это всегда история, появляющаяся в голове, когда я слышу песню.

Можешь рассказать о создании видео «Come»? Оно выглядит как маленький арт-хаус фильм.

Этот клип как раз снимала не я, его делали два других режиссера. Они хотели поэкспериментировать. Парни обычно снимают рекламные ролики или короткие дизайнерские видео. Они никогда не делали музыкальные клипы, так что им просто хотелось попробовать. Использовать разные вещи, совместить различные объекты, свет. Поиграть с этим, эксперименты с креслами, кухонными приборами, одеждой. У видео нет никакой истории, это просто игра с разными элементами. Они хотели выяснить, что же из этого получится.

Твоя музыка тесно связана с хип-хопом. Жанр часто критикуют за присущую ему мизогинию и доминирующую идею маскулинности. Что лично ты думаешь о гендерном вопросе внутри современного хип-хопа?

Не думаю, что я достаточно осведомлена в этом вопросе. Во-первых, я не считаю себя хип-хоп артисткой. Я не окружаю себя людьми из хип-хопа, и не знаю, как это работает в хип-хоп индустрии. Думаю, это просто некая общая ситуация и везде все примерно одинаково. Не могу ответить на вопрос, потому что, возможно, сказанное мною не будет истиной.

Хорошо. Ты переехала в Берлин из Аргентины. Ощущаешь ли ты сейчас какую-то культурную связь с родиной? Как это влияет на твою музыку?

Никогда прежде не размышляла об этом. Думаю, что никакой особой культурной связи с Аргентиной нет. Может, она и есть, но я этого не знаю. Конечно, я связана с Аргентиной, но на другом уровне. Там сейчас происходит много ужасных вещей. Не знаю, в курсе ли ты, но в стране недавно выдвигалось предложение легализовать аборты, которое было отклонено. Это ужасное событие для аргентинских женщин. В Аргентине сейчас происходят довольно грустные вещи, и мне жаль моих друзей и семью, но это не касается музыки. Не думаю, что она культурно связана с Аргентиной.

В интервью для Metal Magazine ты сказала, что переезд в Берлин позволил тебе существенно расширить свои творческие горизонты. Однако, существует мнение, что всегда легче перебраться в место, где музыкальная сцена уже достаточно развита, чем попытаться создать что-то с нуля на родине. Согласна ли ты с этим?

Да, конечно, это правда. В мире есть немного людей, чья удивительная сила позволяет создавать что-то с нуля. У них есть энергия, сила и драйв для этого. Энергия и драйв есть и у меня, но когда я думала о чем-то типа «да, давайте создадим это, мы сделаем сцену, сделаем что-то классное», то понимала, что это слишком. В Аргентине так много проблем. Тебе нечем платить за квартиру, ты не можешь получить подходящее образование, тебя всегда могут ограбить, над тобой издеваются. У людей нет пространства для мысли. Возможно, некоторые и занимаются чем-то, но я всегда думаю «о боже, это невозможно». Совершенно верно, легче сделать что-то там, где сцена уже развита, и очень сложно создать собственную сцену с нуля. Если у кого-то получается, то я могу лишь похлопать и поздравить их, ведь это тяжелая работа. Где-то в Аргентине у людей вообще нет денег ни на что, так что они не собираются инвестировать средства в развитие сцены. Это последняя вещь, о которой ты думаешь. Полагаю, у меня нет достаточной энергии, чтобы сделать это, поэтому я и уехала. Кроме того, я слишком чувствительна и не могу жить там, где люди так агрессивно и негативно настроены.

Да, я хорошо понимаю тебя. У нас похожие проблемы в России, так что многие артисты также решают уехать.

Да-да.

Ты однажды сказала, что тебе было непросто привыкнуть к жизни в Берлине. Можешь ли сейчас назвать Берлин своим домом или же ты по-прежнему чувствуешь себя чужой?

Это так странно, я ощущаю, что это мой дом. Совершенно не чувствую себя чужой, хотя мой немецкий не так хорош (смеется). Не представляю, как я могу покинуть Берлин, уехать куда-то или же вернуться в Аргентину. Это очень милое, комфортное и уютное место для жизни на данный момент.

Весь твой проект тесно связан с котами. Ты большая кошатница?

Да! Если ты зайдешь ко мне в комнату, то подумаешь, что я немного свихнулась. Там повсюду коты, к сожалению, не настоящие, а лишь рисунки, фото, постеры. Это довольно безумно, да. Я могла бы стать безумной кошатницей, не считая того, что я бы не стала швырять котов.

И последний вопрос. Если бы ты не стала музыкантом, чем бы ты предпочла заниматься в жизни?

Я бы очень хотела жить на природе. Если все в жизни пойдет не так, то я просто уеду в домик в лесу или в горах, чтобы быть рядом с природой и животными. Обрету там покой. Природа для меня очень важна, я чувствую себя так хорошо рядом с ней. Мне нужно это, чтобы соединиться со своей душой и миром. Так что я бы жила в деревне или где-то в горах, работала бы на супер расслабленной работе вроде продавца в местном магазине, торговала бы хлебом или типа того. Я не никогда не стала бы работать в офисе. Я уже прошла через такое, я ненавидела свою работу, так что снова погрузиться в это не смогла бы. Если все мои проекты потерпят неудачу, то я просто отправлюсь в горы, буду плавать на лодке в маленькой бухте.

В материале использованы фотографии, предоставленные Catnapp.

Credits:

Pics x @lex.space
Styling x @0nkay
Asist @alan_salari
Accessories @studio_obectra
Location @anomalieartgallery