Дети, лишённые невинности
За детьми в кино всегда интересно наблюдать. Это то, как режиссёры, сценаристы, продюссеры и актёры помнят себя, своё детство. И хотя часто в фильмах им отводятся второстепенные роли, бывает на нашу долю выпадают картины, в которых детство показано не с самой радужной стороны, или просто не приукрашено. Сейчас я хочу пообщаться с вами о нескольких фильмах, которые лично мне нравятся. Популярные и обскурные, где-то про подростков, а не про детей, грязные и невинные, но все связанные взрослыми историями, рассказанными и показанными сквозь призму детского и не очень восприятия.
Начать хотелось бы с фильма «Детки».
Картина, которая показывает нам грязные будни Нью-Йоркских подростков, ведущих пустые, бессмысленные жизни, утопая в дешёвых удовольствиях. Режиссёрский дебют фотографа Ларри Кларка - очень личная картина, от которой сложно оторвать глаза. Сырой, невыносимо жёсткий стиль повествования, как визуального, так и сценарного, даёт фильму сомнительную реалистичность. От того и становится жутко, что такое скорее всего происходило в жизни.
Камера часто снимает деток сквозь объекты на улицах и возникает ощущение, будто она шпионит за ними. У Кларка получается заставить нас думать, что он действительно просто ходит на вечеринки с этими ребятами, захватив с собой скрытую камеру, которая и открывает нам окно в этот нетрезвый мир. Смотря на это я пытался понять, показывает ли нам Кларк частички своего личного опыта или рисует утрированный портрет самого неловкого времени в нашей жизни.
Кларк, впервые прославившийся за счёт своих откровенных изображений подростков, которые называют то детской порнографией, то гением визионерства, вполне ожидаемо продолжил свой путь из фотографии в кино по той же тропинке, что и Кубрик.
Не в том смысле, что Кубрик снимал детскую порнографию. Хотя кто его знает, Лолиту ведь экранизировал…
Подростки на снимках Кларка голые, грязные, пьяные и натуральные.
На его фотографии так же сложно смотреть, как и на фильм «Детки», из-за выпирающей социальной отчуждённости всех, кому не посчастливилось попасть в объектив и поделиться с нами этой стороной своей жизни. Одна из самых привлекательных вещей для меня состояла в том, что Кларк избавляет нас от нравоучений, наставлений и позволяет самим впитать в себя всю эту грязь и, если очень уж нужно, сделать выводы.
Главный герой, как мы позже узнаем, болен СПИДом. Только вот сам он об этом и не догадывается. Посвящает нас в тайну Хлоя Севиньи, которая хвастается своим подругам тем, что занималась сексом только с ним одним. Хорошее настроение быстро улетучивается после того, как она проходит тест на СПИД. Таким образом создаётся дополнительное напряжение в фильме. Добрую часть картины мы наблюдаем за главным героем пытающимся переспать с кем-нибудь, не подозревая о том, что он болен, а также за тем, как Хлоя пытается справиться со стрессом от ново-полученной информации и предупредить его. Не смотря на то, что дети в данной картине не являются актёрами, все исполнения кажутся очень убедительными и добавляют фильму агрессивной сырости и атмосферы, которой вряд ли можно было бы добиться, наняв профессиональных актёров. «Детки» оказался дебютом не только для Кларка и кучи детей, но также и для Хармони Корина, который тут выступил в роли сценариста.
По случайному стечению обстоятельств, а точнее по моему желанию, следующий фильм, про который я буду рассказывать - это фильм «Гуммо». Корин решил закрепить успех и воссоздал в своём режиссёрском дебюте практически ту же атмосферу, что и в фильме Кларка. Только на этот раз перенёс место действия в сельскую Америку, а точнее, в штат Огайо.
Ручная камера и натуральное освещение предвещают стилистику следующего фильма Корина - «Ослёнка Джулиэна», который стал первым американским фильмом, получившим сертификат Догмы 95. Что было бы, если бы Олтмэн направил свой калейдоскоп на группу рэднэков? МЭШ про white-trash в сельских джунглях, ибо кроме как последствиями войны сложно описать состояние маленького городка, служащего домом для наших героев. В состоянии полной беспомощности и безработицы дети ищут, куда бы себя деть и избавиться от стресса. Кто-то нюхает клей и убивает кошек, кто-то придаётся разврату, все мы одинаковы перед лицом бедствия. Ураган уравнивает жизни этих детей в своей низменности, так же, как сравнивает их дома с землёй. Подобный сеттинг как нельзя кстати подходит малобюджетному фильму, ведь не нужно много денег, чтобы снимать непрофессиональных актёров в развалинах.
«Гуммо» скрывает под своим покровом пусть скромный, но всё равно немаленький бюджет в 1.3 миллиона долларов, Кэри Вудса - продюссера фильма «Крик», с которым Корин познакомился на площадке «Деток» и оператора Жана-Ив Эскофье, известного по своим работам с Леосом Караксом, а также уже несколько лет работающего в Голливуде, например с Полом Шрэдэром и Николасом Казан - сыном легендарного режиссёра Элаи Казан.
И действительно, чтобы снимать фильмы про детей, предоставленных самим себе, не нужны большие бюджеты. Наоборот, подобные фильмы выигрывают от недостатков в бюджете, так как у создателей нет возможности решать проблемы просто кидая деньги в них и вместо этого они выходят из ситуации креативными методами. Все фильмы в данной статье - малобюджетные картины, по-крайней мере, по Голливудским меркам. Вероятно, это из-за того, что студии не видят смысла вкладывать большие деньги в фильмы, как обычно считается, на маргинальную тематику. Всё-таки большинство людей не пойдёт смотреть на детей, колющихся героином на большом экране. Пока-что. ..
И да, HBO выпустили «Эйфорию», но она вылизанная до невозможности и до того же Корина ей очень далеко.
Одержимость Корина детьми, да и незрелостью в принципе наблюдается во всех его картинах. В его фильмах нам показывают либо детей, либо взрослых, которые отказываются взрослеть, как в «Мистере одиночество», «Отвязных каникулах» или «Пляжном бездельнике». Думаю, это объясняется тем, что успех к Корину пришёл довольно-таки рано по режиссёрским меркам - в 22 года с выходом фильма Детки, что сразу выбросило его во взрослый мир кино-бизнеса со всякими там Вайнштейнами и прочими.
То ли его стиль определили за него же заранее, так и не дав творчески повзрослеть самому, то ли он осознанно раз за разом обыгрывает в своих фильмах синдром Питера Пена. Персонажи фильмов Корина обладают смутной и зачастую сомнительной мотивацией, как и люди, страдающие этим синдромом, топчутся на месте.
В нашем обществе детство зачастую рисуется как наивная утопия, эпоха невинности и как Джеймс Франко в «Отвязных Каникулах», так и Мэттью Макконахи в «Пляжном бездельнике» - оба живут в этой переполненной удовольствиями и свободной от забот утопии, купаясь в материальных благах, доставшимся им без особых усилий. В этом контексте «Гуммо» - антиутопия, опасно граничащая с реальностью. Дети там буквально мусор - white trash, у которых даже базовые блага были отобраны ураганом, ураганом скорого взросления.
И для того, чтобы совсем уж не омрачнять данную статью, давайте посмотрим на фильм от редкой компании, у которой в названии больше цифр, чем букв. Да, я сейчас про А24 и фильм «Середина 90ых». Режиссёрский дебют Джоны Хилла, до этого известного по разного рода комедиям, приятно удивил нас ностальгической драмеди про взросление Хилла.
Главный герой Стиви присоединяется к компании скейтеров и находит в них новые авторитеты, так как ни агрессивный брат, ни самовлюблённая мать такими авторитетами для него стать не могут. С помощью этой компании скейтеров Стиви входит в свой подростковый возраст, где его знакомят с вечеринками, девушками и наркотиками - стереотипными аттрибутами пубертатных скейтеров. И всё это показано довольно-таки невинно. Первая вечеринка, первое опьянение, первый опыт с девушкой - главный герой аккуратно знакомится с этим новым и интригующим образом жизни.
Если в «Детках» или «Гуммо» персонажи уже глубоко погрязли в своём саморазрушении и не думают ничего менять, то в «Середине 90ых» нам показывают именно потерю невинности. У новоизбранных друзей есть мечты - Рэй хочет стать профессиональным скейтбордистом, а Четвёртый класс хочет снимать скейт-видео. И даже несмотря на то, что зачастую всё идёт не совсем по плану, фильм полон надежды и гнёт эту линию до конца.
Также в фильме очень остро стоит вопрос мужественности. В отсутствии положительных авторитетов мальчик должен сам догадаться, как ему стать мужчиной и иногда эти идеи не совсем правильные. Например, когда Стиви советуют не говорить спасибо, так как люди могут подумать, что он гей. Тут это не страх быть уличённым в любви к своему же полу, но страх быть воспринятым, как немужественный человек. Чтобы доказать это окружающим, Стиви соглашается на различного рода авантюры: пьёт, ввязывается в драки, рискует опасными трюками - всё, что по его мнению покажет, что он уже взрослый. Эти представления о том, что круто и что такое мужественность заключают подростков в ментальную ловушку, из которой они потом уже вряд ли смогут выбраться.
Именно в ловушке себя ощущает главная героиня фильма «Аквариум» режиссёрки Андреа Арнольд.
Тут как бы название фильма само за себя говорит. Более того, ощущение замкнутости подчёркивается также выбранным соотношением сторон - 1.33:1. На первый взгляд может показаться, что это очередной реалистичный британский фильм про людей, находящихся у низов социальной лестницы. Что-то вроде фильмов Кена Лоуча или Майка Ли, но на самом деле всё не совсем так. Да, обстановка удручающая. Какие-то окраины города, спальные районы и пьющая мать. Безнадёги добавляет ещё и то, что главная героиня - Миа, мечтает стать профессиональной танцовщицей, вот только, будем честны, не похоже, что у неё что-то из этого выйдет.
Ещё одна мечта, которая преследует нашу героиню - украсть лошадь. Символ свободы, который в современной европейской культуре, и особенно в английской, стал ассоцироваться с цыганами. Как и стереотипные цыгане - она чувствует себя отделённой от общества, с которым у неё зачастую конфликтные отношения и в которое она не способна вписаться.
У фильма вообще особые отношения с животными. Например, новый парень её матери берёт всю семью с собой на природу и ловит живую рыбу голыми руками в реке, чем впечатляет главную героиню и позже они занимаются сексом.
Вот, учитесь, парни. Хотя, я думаю, тут большую роль сыграло то, что он Майкл Фассбендер, но да ладно.
Вообще, мне лично показалось, что все персонажи, кроме Мии неприкрыто сексуализируются. Даже её восмилетнюю сестру мы впервые видим загорающей в одном бикини. Миа же постоянно ходит в кофте невыразительных цветов, что особенно контрастирует с её сверстницами-танцовщицами, которых мы встречаем в начале фильма. И если её сестра подражает матери и одевается более распутно, если так вообще уместно говорить о восьмилетней девочке, то Миа явно выражает протест против образа жизни матери, которую мы вместе с главной героиней застукиваем за сексом. Именно застукиваем, потому что фильм выглядит очень личным. Если не для Андреи, то для Мии точно. Оператор Робби Райан передаёт нам ощущение, будто картина снята от первого лица, мы постоянно находимся очень близко к Миа и камера часто следует за её движениями. Кажется, следующим щагом может быть только поместить камеру прямо в голову главной героине.
И вы, наверное, могли заметить общие черты у всех этих фильмов. Правильно! Они все про белых детей! Да, это может быть связано с тем, что фильмы сняты на западе, где преобладает белое население. Я же думаю, это связано с тем, что урбанизация и повыщение уровня жизни происходили на западе гораздо быстрее, чем в остальном мире (не без помощи колоний, естественно). Детский труд был прекращён гораздо раньше, чем в остальных странах, хотя в некоторых странах он не был прекращён вовсе. Да-да, вот как они делают всякие маленькие карманы и пуговицы на джинсах. Крохотными детскими ручками. Но на западе в этом нет необходимости. Со временем, при переходе в пост-индустриальное общество нужда в детском труде отпала. И хотя, дети всё равно помогали например своим родителям в домашних хозяйствах, ко второй половине 20 века с детским трудом на фабриках и заводах было покончено. В связи с этим в обществе окончательно устоялся стереотип о детстве, как о невинном времени, что является ничем иным, как проекцией фантазии взрослых. И, естественно, режиссёры, сценаристы и продюссеры как истинные художники стремятся разрушать стереотипы и раздвигать границы сознания, а мы и не против. Тем более, фильм в данном жанре автоматически создаёт напряжение, так как тема эта табуированная, а также каждый из нас помнит то странное и неловкое время, когда мы были подростками и вот, болезненные и не очень воспоминания снова нахлынивают на нас.
Мы же, словно Полианна, наученные нашеми родителями, придаём им положительный окрас. Полианна - это персонаж одноимённой книги Элеанор Портер.
По сюжету главная героиня - одинадцатилетняя, осиротевшая девочка приезжает в маленький городок к своей богатой, пессимистичной тёте. Отец научил Полианну радоваться всему и находить положительные вещи даже в самых негативных ситуациях, что сделало её радостным ребёнком. Вскоре Полианна заражает своим отношением тётю и всех жителей маленького городка. Книга обусловила более подробное изучение данного феномена психологами и с её названия был позаимствован термин Полианнизм. Вкратце он заключается в том, что мозг человека бессознателно запрограммирован на восприятие лишь положительных моментов, будто бы обращённых в его адрес или относящихся к нему. Привет, гороскопы. На сознательном же уровне человек склонен акцентировать внимание на негативных вещах. И именно принципом Полианны можно объеденить фильмы данного жанра. Сознательному восприятию негативных вещей мешает либо возраст, либо наркотики, либо миф о невинном детстве, что с рождения прививается нам, либо всё вместе. По иронии, книга Портер была выпущена в 1913 году, примерно в то же время, что были сделаны фотографии небезысвестного Льюиса Хайна.
В основном этот миф применяется к детям из привилегированных семей среднего класса. Он игнорирует сложности, с которыми может сталкиваться ребёнок и даёт неправильное представление о том, как живут дети в других странах. Он может выражать заботу о детях, но на самом деле стирает то многообразие опытов, которое мы испытываем будучи детьми.
И в картине «Бог знает что» братья Бен и Джошуа Сэфди не стесняются показывать как раз-таки это многообразие опытов, или скорее однообразие опытов, но тут уже зависит, с какой стороны смотреть. И хотя в фильме мы наблюдаем фактически за подростками, поведение у них зачастую детское, инфантильное, даже граничащее с безумием.
Казалось бы, раскрытие персонажей через всяческие зависимости, и особенно героиновую зависимость настолько уже заезжено, что если хочешь показать что-то новое и интересное, то этой темы не стоит касаться. Но тут, Нью-Йоркское дуо нам возразит и донесёт идею самым эффективным способом из всех - с помощью изображения.
К сожалению, изображение - единственное, что отделяет данный фильм от множества подобных ему. Фильмов, которые считают, что помещение персонажей в героиновую среду достаточно для того, чтобы этот фильм был интересным. Хотя, данный сеттинг в целом подходит Сэфди и их супер-реалистичным фильмам, так что неудивительно, что они взялись за него. Жаль только, что ничего нового они сказать нам не смогли. Да, фильм снят очень напряжённо, обилие съёмок на телеобъективы и очень близкие кадры в купе с напряжённой музыкой, что собственно, и является визуальным стилем братьев, не дают нам уснуть и держат прикованными к экрану. От визуально-шокирующих кадров, показывающих реальных наркоманов колющимися и режущими себе вены, появляется желание отвернуться от экрана, но очень сложно это сделать и мы продолжаем смотреть. К сожалению, кроме этого фильм мало чем может похвастаться.
Если картина «Детки» шокировала именно своей субверсивностью по отношению к стереотипам, связанным с детьми, то в фильме Сэфди этого нет. И хотя очевидно, что оба эти фильма похожи и ясно, чем Сэфди вдохновлялись - они тоже использовали непрофессиональных актёров, а главную героиню они вообще нашли случайно, когда искали материал для сценария фильма «Неогранённые драгоценности» и случайно наткнулись на героиновую наркоманку, которая ну очень уж похожа на Хлою Севиньи, фильму эта похожесть помогает, но не настолько, насколько, видимо, задумывалось.
В «Детках» реалистичность обнажает тему и эстетику, с которой Кларк череcчур хорошо знаком. Он открывает нам окно в непристойный, грязный мир, да так, что после просмотра фильма ты чувствуешь себя запачканным. Сэфди же предлагают нам смотреть фильм на заезжаную тематику с плоскими персонажами и дешёвой любовной историей. Прямо как в реальной жизни. Что заставляет задуматься о том, почему этот фильм не является документальным. Он основан на дневниках и реальной жизни главной актрисы и показывает реальные истории. Хотя, документальные фильмы про наркоманов, наверное, ещё более заезжанные, чем художественные, так что тут я их решение судить не буду.
Герои этого фильма часто оказываются в больницах, но мы почти никогда не видим там ни полицейских, ни врачей, ни психологов в качестве персонажей. Герои живут в пузыре, тщательно закупоренной бочке с наркоманами, что помогает фильму не скатываться уж совсем в посредственное кино.
Подобные пузыри - ещё одно отличительное свойство, присущее фильмам данного жанра. И если в жанре coming of age - наверное, самом близком по духу, взрослые играют гораздо большую роль и этот пузырь не так чувствуется, то в lost innocence children, я его так назову, потому что не нашёл в интернете никакой информации, ощущение пузыря доведено до предела. Нам не предоставляют никакой перспективы, кроме нашей собственной. Если в coming of age фильмах у нас всегда есть переспектива взрослых, наперекор которым действуют дети и в принципе понятно, куда они стремятся, то в lost innocence children нам не дают ориентиров. Это добавляет реалистичности и способствует вовлечению в фильм, мы и сами чувствуем себя частью пузыря, частью этой тайны, в которую только мы и посвящены и куда взрослым вход воспрещён. Сознательно или бессознательно, но мы ассоциируем себя с персонажами фильма, который мы смотрим и лишая его взрослой перспективы, нам не оставляют выбора кроме как проникаться жизнями героев, страдающих на экране ради нас.
Автор: Руслан Миронов