О чём молчат рыбы
Почему станция «Нагатинский затон» стала одним из символов БКЛ? Об идее и её воплощении рассказали архитектор Арсений Борисенко и мозаичист Максим Козлов.
Предыстория
Проектное название «Нагатинский Затон» дали по названию района. Ранее так называлась соседняя станция, впоследствии переименованная в «Кленовый бульвар».
22 ноября 2017 г. объявили открытый международный конкурс на архитектурный облик станции.
27 марта 2018 г. победителем назвали проект архитектурного бюро Za Bor Architects.
10 марта 2021 г. – началась прокладка метротоннеля.
Апрель 2021 г. – появилась информация о том, что станция может называться «Корабельная», по названию близлежащей улицы. Летом на портале «Активный гражданин» прошло голосование за название. Наибольшее количество голосов получил вариант «Нагатинский Затон».
1 марта 2023 г. станцию открыли в составе участка «Каховская» – «Нижегородская» во время церемонии полного запуска Большой кольцевой линии.
Простые решения
Учился в МАрхИ. В 2003 г. вместе с сокурсником Петром Зайцевым основал Za Bor Architects.
В портфолио: офисы Яндекса, Badoo, Интер РАО ЕЭС, интерьеры сетевых отелей, градостроительные концепции, станция мосметро «Нагатинский Затон». Всего более 100 проектов в России и за рубежом.
Любимые станции Московского метрополитена: «Маяковская» и «Кропоткинская».
Я ожидал, что у конкурентов тоже будут рыбы, но они «приплыли» только к нам. Хотя выбор речной тематики был очевиден в привязке к месту. Мы выиграли конкурс благодаря простоте проекта. Это яркая, универсальная и довольно несложная в исполнении идея.
О способе оформления я тоже недолго думал. Всё детство я ездил на метро и любовался мозаичными произведениями Александра Дейнеки. Непопулярная сегодня техника – прямая отсылка к советской истории московской подземки. Кроме красоты, это ещё и вандалоустойчивая, прочная техника. Ранее от неё отказались из-за дороговизны исполнения. Но для бюджета всей БКЛ эти затраты – капля в море. Именно благодаря панно с рыбами станция «Нагатинский затон» обрела свою уникальность. А сама мозаика вернулась в современное метро как его визитная карточка.
Изобразили рыб, которые водятся в Москве-реке, для этого консультировались со специалистами. Выбирали эстетичных, интересных по форме. В чертёжной программе отрисовали контуры, соблюдая их реальное соотношение по размеру. То есть уклейка маленькая, всего 26 сантиметров в длину, а щука – около 15 метров.
Архитектурный стиль станции? Всё предельно минималистично: облицовка белым мрамором и чёрным габбро, вестибюль из прозрачного стекла… Если бы не одна деталь – золотистый чешуйчатый потолок. Входной павильон проектировали в последнюю очередь, нужна была та же лаконичность, но не хватало связующего тематического акцента. Нашли такое, не побоюсь этого слова, смелое решение.
Конструкция состоит из 220 больших изогнутых металлических панелей. На каждую из них прикрепляли одну за другой латунные «чешуйки» помельче – 8 x 14 сантиметров. Всего смонтировали более 26,2 тысячи декоративных элементов.
Жаль, что в итоге упростили благоустройство прилегающей наземной территории. А в целом проект – тот редкий случай, когда в процессе работы внесли минимум изменений, и это, опять же, благодаря простоте идеи.
Для меня успешная реализация объекта такого уровня, как станция метро, иллюстрирует фразу «нет ничего невозможного». И даёт веру в себя. Планирую и далее трудиться с удовольствием. Сейчас проектирую городские здания.
Рыбья роскошь
Выпускник МГХПА им. Строганова по специальности «Проектирование архитектурной среды». Завкафедрой гуманитарных наук в МХПИ им. Егорова. С 2022 года член Союза художников России. Руководитель художественных проектов и коллективов.
Творчество: мозаики для станций мосметро «Ольховая», «Беломорская» и «Нагатинский Затон», эскизы мозаичных панно для станции «Университет Дружбы Народов», керамическое панно для кинотеатра «Художественный».
Техники: мозаика, интарсия, художественная роспись, также работа по керамике и металлу.
Любимые станции: «Пушкинская», «Римская» и «Нагатинский Затон».
Водная стихия в моём творчестве впервые. Поэтому я ходил в океанариум, а летом ездил в Дзержинский и довольно много плавал там в карьере с маской. Не то чтобы вдохновлялся, а смотрел, как работают свет и цвет, чтобы понять, какую палитру мне использовать. Чтобы разобраться в рыбах, мы обращались к ихтиологам в НИИ, они дали заключение по составу речной фауны. Из наших рыб все 12 широко распространены в Москве-реке.
Но если бы мы заложили только энциклопедический смысл, это было бы слишком плоско. А получилась ироничная метафора общества: разные люди движутся кто куда, но все вместе, иногда «как сельди в бочке». Эта же идея отражена в самой мозаике, элементы которой собираются в единое целое. Рыбы же «плывут» по ходу движения и одновременно указывают направление поездов. Ведь современное монументальное произведение не только для красоты, но ещё и утилитарно.
Здесь же есть и отсылка к античной мифологии, и христианская метафора. Спускаясь под землю, мы попадаем в царство Аида, и там видим рыб, в которых отражается немеркнущий свет вечной жизни.
Можно было вложить больше смыслов, но тогда это было бы уже авторское произведение. А моя задача была – воплотить проект Арсения. С ним мы совпали в тяготении к перфекционизму. Кроме того, это мой третий опыт в метро, и я помогал преодолеть некоторые административные нюансы. Так что сработались.
Технология, в которой выполнены рыбы – смешанная флорентийская и римская, или, как называют коллеги, архитектурная мозаика. В процессе работы мы впервые применили экспериментальный приём интарсии – когда в камне вырезается чёткий рельеф и заполняется красочным слоем. Часть мозаики я делал сам. Использовал максимальное количество разного материала: смальту, натуральный камень, стекло, необработанную яшму, сусальное золото, жемчуг, мрамор, гранит, травертин, песчаник… Вся рыба блестит. Для золотистых слои сусального золота наклеивали на стекло. Роскошная станция получилась! Думаю, самая красивая на БКЛ.
Это мой след в родном городе, конечно, не навсегда, но, надеюсь, надолго. У нас в стране как нигде в мире развито доступное для общества искусство, и мы развиваем традицию. Это остаток идеи социальной справедливости. Я занимаюсь монументальным искусством, чтобы мои работы видели все.
Вообще, московское метро, это как Третьяковка – коллекция несравнимых произведений разных авторов и времён. А ещё это единственное место столь масштабной социализации, ведь в метро мы видим конкретных живых людей, и там всегда чувствуется настроение общества.
Обитателей «Нагатинского Затона» – 12: карась, бычок, ротан, голавль, щука, уклейка, налим, окунь, судак, плотва, лещ и головастик.
«Пасхалочки» для пассажиров
В каждой мозаике есть необычные элементы, которые можно разглядеть только вблизи: ракушки, жемчужина, значок ВЛКСМ и даже Муми-тролль.
