Последняя дуэль в Париже

Последняя дуэль, официально назначенная судом, то есть, судебный поединок, призванный восстановить справедливость самым радикальным образом и доказать правоту одной из сторон, произошел во Франции в 1386 году.

Это событие отражено как минимум в четырех различных источниках: Хронике Сен-Дени, в мемуарах адвоката ле Кока, Хронике Фруассара, Хронике Жана Ювеналя и Chronographia regum Francorum. Через сопоставление данных этих источников, попробуем описать произошедшее, причины и последствия. И конечно же, особо обратим наши взоры на то, как разворачивался сам поединок, насколько он соответствует современному представлению о том, как победить одоспешенного противника и соотносится с данными источников о подобной практике.

Участниками этой памятной «последней дуэли» стали два благородных человека из Нормандии, Жан де Карруж и Жак ле Грис (Jean de Carrouges, Jacques Le Gris). Оба они служили графу Пьеру II де Алансону. По утверждению Фруассара, ле Грис был более любим графом и вероятно поэтому, тот вручил ему в управление богатое поместье Aunou-le-Faucon, которое когда-то принадлежало отцу жены де Карружа. Карруж несколько раз пытался решить дело в судах, но в итоге даже потерял часть своих изначальных земель. В 1385 году он отправился в Шотландию вместе с адмиралом Жаном де Вьеном. Согласно хронике Фруассара (Книга II, главы 171-173), целью экспедиции было присоединение к шотландским войскам и организация шевоше (военных рейдов, направленных на уничтожение коммуникаций и припасов, а также деморализацию населения враждебной страны) по северу Англии. Во время похода, Эдуард III успел собрать армию и выдвинуться на север, встретив шотландско-французские войска и предложив им сражение. Однако шотландцы решили уйти с поля и французам также пришлось ретироваться. Дойдя до Эдинбурга, французы поняли, что остались одни на защите столицы чужой страны, так как войска и часть населения ушли дальше на север. Дальнейшие события оказались почти катастрофическими. Обойдя английскую армию, 3000 французов смогли прорваться в Нортумбрию, но в итоге отступили и были разбиты, потеряв добычу и часть людей, к концу года они смогли вернуться во Фландрию на арендованных на последние средства кораблях. Не смотря на провал экспедиции, Карруж показал себя с лучшей стороны и заслужил рыцарские шпоры.

Его будущий оппонент, Жак ле Грис, успел за свою жизнь поучаствовать в нескольких небольших военных кампаниях под руководством де Алансона и сблизиться с ним достаточно, чтобы получить в управление поместье Эсмэ (Exmes). До начала трагических событий Карруж и ле Грис были достаточно дружны и в 1377 году ле Грис даже стал крестным отцом его первенца.

По возвращении на континент он обнаружил, что ле Грис успел обогатиться еще сильнее, а самому ему нужно было ехать в Париж, чтобы получить плату за год, проведенный в военной кампании. Во время поездки он оставил свою жену, Маргариту, одну в имении. По ее словам, узнав об этом, к ней приехал ле Грис и стал настойчиво предлагать близость и деньги за молчание, однако услышав отказ, взял ее силой и уехал. Через несколько дней, когда вернулся муж, Маргарита рассказала ему о случившемся. Попытка решить дело в суде графа де Алансона не увенчалась успехом, так как ле Грис оставался его фаворитом в тот не собирался преследовать его по обвинению в преступлении, единственным свидетелем которому была сама жертва. Де Карружу пришлось отправиться в Париж и искать справедливости у короля Карла VI.

Считая, что его обвинения могут счесть слабыми для обычного разбирательства, Карруж решил прибегнуть к крайней мере и сразу просить божьего суда поединком, отказ от которого означал бы автоматическое признание вины. Добившись вызова ле Гриса в Париж, Карруж в присутствии короля бросил ему перчатку и провозгласил официальные обвинения. Ле Грис же, сочтя обвинения ложными, потребовал в ответ 40 тысяч ливров, чтобы сгладить пятно на его чести.

Слушания и разбирательства длились насколько долго, что Маргарита успела родить ребенка, предположительно зачатого от ле Гриса. Сами разбирательства ни к чему не привели и, как и планировал де Карруж, была назначена дуэль. Начальной датой было выбрано 27 ноября, но из-за отъезда и задержки короля, ее перенесли еще на месяц, так как монарх хотел присутствовать на ней лично. Дуэль состоялась в монастыре Saint-Martin-des-Champs, ныне находящимся в черте Парижа, а в то время - в нескольких сотнях метров от городской стены.

Итак, посмотрим на то, как развивалась дуэль глазами очевидца. Хроника Сен-Дени писалась во времена Карла VI и основным ее составителем был монах Мишель Пинтуан (Michel Pintoin монах - бенедиктинец и кантор из аббатства Сен-Дени), который почти постоянно был при короле и записывал некоторые события прямо по ходу их развертывания. Даже если он не присутствовал на дуэли лично, то в любом случае, получил известия из первых уст. Слово Мишелю Пинтуану:

De duello domini Johannis Carrouget contra Jacobum le Gris
Duel de Miessire Jean de Carrouges avec Jacqnues le Gris

29 января 1386 года

...Большая толпа окружила ристалище, а король, лорды и судьи возвышвались над ней, сидя на помосте, согласно обычаю. Оба поединщика прибыли в назначенное место и готовились к сражению, неподалеку от стен монастыря Сэн-Мартин-дэ-Шампс, где должно было произойти испытание.

Как только маршал дал сигнал к началу боя, оба бойца спешились* и направив друг на друга мечи, начали медленно сближаться и подойдя друг к другу на близкое расстояние, начали бой. В первой атаке де Карруж получил укол в бедро (atteint d'un coup d'epee dans la cuisse)** и эта рана могла стать для него смертельной, если бы его враг оставил острие своего меча в его ране, но он мгновенно вынул меч, а вид крови заставил зрителей содрогнуться. Однако раненый рыцарь не только не испугался, но и проявил еще больший пыл. Он продолжил бой и пока судьба не благоловолила ни одному из бойцов.

В этот момент Жан, собравшись с силами и храбростью, подскочил к своему противнику как можно ближе и воскликнул: «Этот день решит нашу ссору». И с этими словами схватил ле Гриса левой рукой за венец шлема (par le sonmiet de son casque) и потянул противника на себя, шагая назад. Этим приемом он свалил ле Гриса на землю и тот не успел быстро подняться из-за веса доспехов, пока де Карруж придавил его и, достав кинжал (poignard), он долго искал уязвимое место в кирасе противника и с большим трудом смертельно ранил его. Побежденный Жак так и не признал своей вины, хотя Карруж, придавив его к земле, громко требовал сознаться.

Согласно установленному правилу, тело ле Гриса отвезли за черту города и повесили в тот же день, так как его вина была установлена в поединке.

Леди де Карруж была шокирована произошедшим и считала себя виновной в смерти ле Гриса, по ее мнению, излишне жестокой. После смерти мужа она ушла в монастырь.

Цит. по: Pintoin M. Chronique du religieux de Saint-Denys, contenant le règne de Charles VI, de 1380 à 1422. Paris, Crapelet, 1839. pp. 462-467

*Добавим, что хроника монаха Сен-Дени обозначает началом дуэли пеший поединок, в то время как Фруассар упоминает, при общей схожести повествования, что сначала бойцы провели несколько сходов в конном джостре, и только потом спешились.

**Учитывая, что оба бойца были в доспехах, поразить можно было только внутреннюю сторону бедра, не прикрытую латным элементом.

Де Карруж, победив на дуэли, получил множество почестей и компенсацию ущебра, которая позволила ему заиметь дом в Париже и наладить дела в Нормандии. Он и леди Маргарет завели еще двоих детей, а в 1390 году он получил титул chevalier d'honneur был принят в личный отряд короля, что давало еще большие доходы и привилегии. Жан оставался при короле до 1395 года, а в 1396 году, на фоне перемирия с Англией, он вместе с Жаном де Вьеном, с которым уже ходил в Шотландию много лет назад, отправился в крестовый поход против Османов. В составе большого корпуса европейских рыцарей, включавшего в себя не мало знаменитых деятелей Столетней войны. В битве под Никополем де Карруж погиб вместе со своим полководцем де Вьеном.

Такова история последней назначенной королевским судом дуэли во Французском королевстве, наследующей древнему, уходящему в эпоху бронзы праву официального решения противоречий поединком перед лицом высших сил. Конечно же, это не была последняя дуэль на французской земле как таковая - многие нобили в последующие века решали свои противоречия поединком, порой устраивая его в рамках турниров и других формальных мероприятий, вполне публичное и даже перед королем проливая кровь друг друга по вопросам чести и достоинства. Конечно же, и "дуэль в кустах", то есть, с минимумом свиделелей или полностью без оных, также оставалась частью французской культуры. Последняя дуэль такого типа вероятно произошла в 1967 году.

Стоит сказать пару слов о произошедшем с точки зрения истории боевых искусств

Во-первых, мы видим пример спешивания для боя, что начало случаться все чаще во второй половине XIV века и стало впоследствии частью турнирной практики. Традиционное начало поединка верхом на копьях можно также считать частью установленного порядка боя. Сам ход дуэли показывает последовательный переход от конного боя в пешему и через более длинное оружие к более короткому и следом за ним, борьбе и добиванию. В такой схеме составлено подавляющее большиство трактатов, посвященных поедикам в доспехах, начиная от "Гладиатории" в первой половине XV века и заканчивая "Атлетикой" Пауля Гектора Майра в середине XVI-го.

Также интересен прием, приведенный де Карружем против ле Гриса. Захват за шлем и попытка уронить противника вперед описаны, например, у Фиоре, а также присутсвуют в контексте борьбы с оружием в других мансуриптах. Интересно, что захватить достаточно гладкий бацинет было возможно только в случае, если он имел очень спеицифическую, но удивительно популярную в те годы во Франции форму c вытянутым острым верхом либо был украшен какой-либо нашлемной фигурой, позволяющей захватить ее рукой.

И последнее, что я упомяну в этом тексте это кинжал. Специфическое наименование poignard относится обычно к колющим типам, предназначенным для пробивания кольчуг и продевания его в стыки между латными элементами. Он также является неотъемлимой частью дуэльной практики позднего средневековья.

И все это позволяет прийти к выводу, что реальные поединки эпохи соотвествовали боевой традиции, отраженной в источниках о ней, а навыки, преподаваемые мастерами боя, действительно могли помочь на войне и в поединке.

Кроме данных хроник, для подготовки текста я использовал книгу "The Last Duel" авторства Eric Jager (2004), а также статью "What Really Happened at the Last Duel?" авторства Ariella Elema (2016).

Благодарю за внимание!