Поединок Галеаццо де Мантуи

Галеаццо де Мантуя считался одним из самых бесстрашных и отважных людей своего времени, а его военная карьера воплощает в себе идеальный путь кондотьера рубежа XIV—XV веков. Родившись в знаменитой семье Гонзага из Мантуи, Галеаццо служил Милану и Венеции и стал знаменит не только военными, но и турнирными подвигами. Одна из первых записей о его жизни гласит, что в 1392 году на турнире у французского короля он сразился с англичанином по имени Руббинус Новеллус (возможно, это латинизированная форма имени Робин Ньюман) в поединке верхом и булавой поверг оппонента на землю. Это настолько впечатлило короля, что тот назначил ему ежегодную пенсию в 60 золотых дукатов. Но наибольшая известность пришла к нему в двух турнирных поединках с самым знаменитым и прославленным рыцарем своего времени, маршалом Франции Бусико. Первый поединок был проведен пешими на копьях 22 августа 1395 года в Падуе. За несколько месяцев до того Бусико, по слухам, обвинил итальянских рыцарей в трусости во время пира, который проходил при дворе французского короля, и Галеаццо, присутствовавший на том же пиру, вызвал его на поединок. После обсуждения условий боя было решено провести поединок на турнире, который проводили Франческо Новелло ди Каррара, герцога Падуи и родственник Галеаццо, Франческо Гонзага, герцог Мантуи.

Вот так описывает эти события Хроника Каррары:

«В год 1395 два благородных рыцаря, питавших друг к другу неприязнь, один из них был мессир Бусико из Франции, а второй — Галеаццо из Мантуи, сговорились решить свой конфликт поединком один на один в барьере в полном доспехе и на всем оружии, которое каждый из них был способен нести. На том месте, где обычно проходят поединки и турниры, они попросили мессира Франческо ди Карра быть судьей этого поединка и позволить им провести его в Падуе, на что было получено великодушное согласие. Галеаццо прибыл в Падую 15 августа и был принят там с честью, а затем прибыл и мессир Бусико, и также был принят с почестями, и они отправились на Арену. Когда оба поединщика прибыли в город, мессир Франческо предложили им примириться, однако, его просьба не увенчалась успехом. После этого во дворе его имения были установлены барьеры и 22 августа оба они вошли в барьеры, одетые для боя и вооруженные. Мессира Бусико сопровождал герцог Падуи, мессира ди Мантую сопровождали мессиры Карло Малатеста и Пьетро ди Равена. Мессир Бусико приготовил трех больших дестрие[1], украшенных попонами с его гербом. На одном он въехал в барьеры, двух же других предоставил мессирам Миккеле ди Рабата, Морандо ди Порчиле и Полло ди Лиону. Держа коня за повод, мессир Миккеле сказал мессиру Бусико, чтобы тот поклялся на святом Евангелии, что является добрым рыцарем и не несет с собой ничего колдовского, ни на доспехах, ни на оружии, и не имеет против Галеаццо ничего, кроме чистой стали своего оружия и доспехов. И также он поклялся, что не будет перечить мессиру Франческо и что не запятнает своей чести неблагородным ведением поединка против мессира де Мантуя.

Затем они помолились, подтвердили свои клятвы и удалились в свои шатры, чтобы отдохнуть и приготовиться к поединку. Последняя попытка примирить рыцарей была принята, однако их желание сразиться и проверить свое умение друг на друге было выше гласа мессира Франческо. И был дан сигнал к началу поединка. Мессир Бусико надел шлем и запрыгнул на коня, и в этом виде был подобен самому Марсу, богу битв, и со своим копьем он проехал до середины поля. Мессир Галеаццо, который в тот момент держал коня под уздцы, показал, что хотел бы сразиться пешим, и мессир Бусико немедленно спешился, взяв копье в обе руки и провозгласив, что вызов брошен и бой должен начаться. Тогда мессир Миккеле, прокричал, что бой может начаться и оба рыцаря приготовились к тому, чтобы сразиться на копьях. Мессир Галеаццо отбил копье мессира Бусико и ударил своим, попав тому в плечо. В этот же момент мессир ди Падуя подбежал к Галеаццо и не дал ему продолжить бой, умоляя господ примириться и снять шлемы. После чего оба они переоделись и отправились ко двору герцога в сопровождении его и его сестер и знатных господ. Оба рыцаря провели много времени на приемах и пирах по всей Италии, после случившегося мессир Бусико вернулся во Францию, так как его господин желал видеть его на службе»[2].

В сентябре того же года молодой капитан кондотьеров добился огромной славы, когда принял участие в церемонии коронации Джана Галеаццо Висконти герцогом Милана, чему способствовал император Вацлав IV. Галеаццо участвовал в торжественном турнире на Площади Св. Амброзия и разделил приз в размере тысячи флоринов с богемским рыцарем Бенецио ди Кумсичем. Он несколько раз в течение последующих лет поступал на службу Милану, а в 1399 году герцог предложил ему командование тремя тысячами всадников и пятнадцатью тысячами пехотинцев против Пизы. В течение последующих семи лет Галеаццо почти непрерывно участвовал в военных кампаниях. Дважды, в 1397 и 1400 годах, был захвачен в плен. В 1403 году во время осады Болоньи он лично забрался на городскую стену, пробился через Папскую гвардию и открыл ворота. Он и его люди во время этой вылазки убили двадцать два защитника города. В 1405 году Галеаццо вел еще одну осаду, на этот раз Вероны, но не был столь успешен, как в Болонье, и во время отступления под сильным обстрелом потерял двести человек. После этой неудачи он поступил на службу Венеции и участвовал в осаде и штурме крепости Кастелькарро. Успех штурма привел к тому, что Венеция заключила с ним выгодный контракт. В течение следующего года он достиг достаточно высокого положения, позволившего ему самостоятельно вести большой отряд под стены Падуи, которую он штурмовал с помощью восьми тысяч человек, но и был ранен, что привело к отступлению.

Продолжившаяся осада завершилась подкупом стражи, которая открыла ворота. После этого город сдался, а герцог и его сын Франческо направлены в Венецию чтобы принести присягу дожу. Эта победа принесла Галеаццо титул капитан-генерала венецианской армии, ежегодную пенсию в тысячу дукатов, а также замки Сан-Мартино-дела-Венецца и Арлесега и титул венецианского нобиля. В руках капитана теперь были деньги, земли и одна из самых больших армий в Италии.

Галеаццо также стал героем книги Томмазо III, маркиза ди Салуццо, который, будучи в плену у графа Савойского, сочинил длинный аллегорический трактат под названием Le livre du Chevalier Errant («Книга о странствующем рыцаре»)[3]. По мере развития сюжета главный герой (прообразом которого был, вероятнее всего, сам Томмазо) в им же выдуманной стране отыскивает путь ко двору госпожи Фортуны, где обнаруживает множество просителей, среди которых узнает немало своих выдающихся современников. Маркиз описывает каждого из них и чаще всего довольно критически — например, Вацлава, императора Священной Римской империи, показывает добродушным и слабохарактерным, любящим по утрам поваляться в постели и чрезмерно пристрастным к вину. Среди героев этого трактата описан и молодой рыцарь лет тридцати, bel et joli et amoureux (добрый, красивый, влюбленный), который оказывается миланским кондотьером по имени Галеаццо ди Мантуа. Этот молодой человек, по словам Томмазо, впервые взял в руки оружие при осаде Салуццо. Сказано также, что он храбро сражался на рыцарском турнире в Фоссано, где освободил некоего немецкого рыцаря от обета, сразившись с ним для выполнения его. Это было первое из множества подобных приключений Галеаццо, и все они были им предприняты «во имя одной дамы, обладавшей высшей красотой и страстно им любимой». Галеаццо затем отправился путешествовать и участвовал в войнах французов против англичан. В тот день, когда Галеаццо, схватившись один на один с английским капитаном, выбил противника из седла, он был посвящен в рыцари. Затем он переплыл Великое море (как иногда именовали Средиземное) и в качестве паломника посетил монастырь Св. Екатерины на горе Синай, после чего некоторое время служил королю Кипра. Впоследствии он на стороне французского короля участвовал в войне против герцога де Жюльера, путешествовал по Германии и сражался против турок под знаменами венгерского короля. «Знайте, что какое бы военное испытание ни было бы ему предложено, вы всегда найдете, что он готов идти навстречу этому испытанию. Если же он проживет достаточно долгую жизнь, то в своем рыцарстве сможет сравниться лишь со славными рыцарями Круглого Стола сэром Тристаном или сэром Паламедом», — заключает автор[4].

Сноски

[1] Боевых коней.

[2] Fiorini V. Archivio muratoriano: studi e ricerche in servigio della nuova edizione dei «Rerum italicarum scriptores» di L. A. Muratori. Città di Castello: Stamperia di S. Lapi, 1904. P. 449.

[3] Jorga N. Thomas III, Marquis de saluces: etude historique et litteraire, St.Denis, 1893.

[4] Кин М. Рыцарство. M.: Научный мир, 2000. С. 38.

Благодарю за внимание!