Влияние союзников. Итоги
Ленд-лиз, бомбардировки, уничтожение самолетов Люфтваффе, блокада, морская война, высадки в разных регионах и сама потенциальная угроза этих высадок. Все эти вещи мы так или иначе рассмотрели в статьях. Однако по отдельности они не показывают полной картины. Так давайте же попробуем в первом приближении рассмотреть это всё целиком.
Еще когда я только задумал написать о действиях наших союзников, у меня было понимание, что последняя, итоговая, статья будет самой противоречивой. Ну, сами посудите, как мы можем провести анализ влияния? Можно, конечно, посвятить этому всю жизнь и написать колоссальную научную работу, которую никто не прочитает. Ни мне, ни вам это не нужно. Поэтому мы поступим более простым способом. Применим ретропрогнозирование – то самое сослагательное наклонение, которое история, якобы, не терпит. Да, метод крайне неточный, и результаты получатся упрощенные, исключительно для наглядности. Тем не менее, совсем без итогов я вас оставить не могу.
Здесь мы будем рассматривать итоги событий, детально описанных в предыдущих статьях про влияние союзников:
Братская могила или боевая машина — танки от Союзников
Ленд-Лиз. Частные вопросы неверной трактовки
Но сперва я бы хотел рассмотреть две вещи. Две вещи, которые наиболее часто гуляют при попытке оценить «вклад» сторон. Первая – это попытка оценить вклад через сравнение количества убитых немецких солдат. Мол, кто больше убил, у того вклад и больше. Второе – это распространенное мнение, что, де, американцы могли и в 42-м высадиться, да только не хотели, и протянули до 44-го, «когда и так всё было понятно». Давайте разберемся.
Обычно как говорят, мол, наши убили 75% немецких солдат, а «ихние» – 25%. Вот такой и вклад в уничтожение сухопутных сил. Я же считаю, что вопрос этот более сложный. Для начала прям самую сложную концептуальную часть его и рассмотрим. Мы еще ниже будем рассматривать разные соотношения, так что пока что без деталей. Просто напомню, что немцев на Восточном (и не только) фронте преследовала постоянная нехватка сил. И чем дальше, тем в большей степени. Так вот, когда у Красной Армии сил заметно больше, чем у ее противника, ей и уничтожать его проще. Он ведь менее эффективно способен противостоять. Если у немцев вдруг оказывается больше танков, больше грузовиков, больше людей, больше авиации, больше снарядов, больше всего — насколько сложнее Красной Армии будет этих самых фашистов убивать? Насколько больше Красная Армия понесет потерь? Насколько снизится глубина продвижения вперед? Насколько больше нужно будет проводить операций для достижения того же эффекта, и сколько из них окажутся неудачными, как операции зимы 1943 – 1944 против ГА Центр? Неудачными, потому что немцы-то будут сильнее. Сложно сказать, конечно. Но точно будет сложнее.
То есть то, что Красная Армия смогла уничтожить 75% сухопутных войск Германии (цифра примерная) – это, конечно, результат, полученный не в вакууме, не в соревнованиях, а во взаимодействии с нашими союзниками. Конечно, в обратную сторону это тоже влияло. Но нас-то интересует их влияние на наши дела. Это нам фашистов со своей территории гнать надо было, а не США. В США гитлеровцы пока людей не вешали, деревни не жгли и народ на работы не угоняли. Поэтому нам важнее было.
А если представить себе, что у немцев не только вдруг стало больше всего, нет блокады, нет проблем с топливом (ведь их вдруг не бомбят), не потрачена куча ресурсов на многие сотни субмарин. Так вот, не только у них стало больше, но и у нас стало меньше. Ведь как правильно посчитать тех фашистов, кто убит снарядом, начиненным импортной взрывчаткой? Кого раздавил танк Шерман советского мехкорпуса? На кого сбросил бомбу Дуглас А-20? А если снаряд выпустила наша пушка и снаряд наш, но привезли ее Студебеккером? Как это посчитать? Честно, черт его знает! Это очень сложно. Поэтому я и считаю, что вот это сравнение 75/25, оно не то, что неверное, оно вообще ничего толком не говорит. Ситуация там была намного сложнее, и сколько было влияние союзников в наших 75% посчитать, наверное, нереально. Но сколько-то точно есть, и немало. А как посчитать сэкономленные этим всем жизни?
Второй же вопрос, который так больно бьет по душам комментаторов, это «поздняя» высадка. Здесь вопрос сложный. Нет, почему союзники не высадились в Европе в 42-м, тут вопрос простой. Им было нечего и не на чем высаживать, а немцы были еще слишком сильны. Казалось бы, ну так высадитесь, помогите Красной Армии! Она же не смотрит, сильны немцы или нет, а бьется с теми, какие есть! Но на самом деле тут никакой тайны и нет. У Красной Армии выбора нет, немцы пришли на нашу землю. А вот за океаном могли выбрать. И не факт, что для нас их выбор был так уж плох.
Тут самое главное – нам было невыгодно, чтобы союзники высадились в Европе в 42-м. С моей точки зрения, и в 43-м тоже. Дело в том, что чтобы американской армии высадиться именно во Франции пораньше, им нужно было собрать себе армию, причем такую, какая сможет победить. Потому что максимально плохой вариант для СССР – это если англо-американцы высаживаются недостаточно подготовленными силами в недостаточном (но серьезном) количестве, и немцы их громят и сбрасывают в море. Всё, на этом вопрос о высадке можно закрывать на ближайшее время, немцы могут спокойно разворачивать всю свою сухопутную военную машину против СССР. А чтобы высадиться эффективно, да еще и не быть запертыми на плацдарме, надо подготовить полноценную армию. Это надо натренировать людей, как минимум. А США в войну вступили только в декабре 1941-го, у них и армии-то толком не было. Численность всех вооруженных сил США в декабре 1941-го составляла около 2 млн человек. Это вообще всё, что было. В 1942-м году достигло 4 млн. Причем готовить, например, младших офицеров желательно не 8 месяцев, как в СССР в самый тяжелый период. А ведь они еще воевали на Тихом океане! Раньше лета 43-го вообще никак не получится, при этом надо ж не только лейтенантов подготовить, но и командиров рот, батальонов, полков. Они из ниоткуда не берутся. Крайне желательно было получить боевой опыт, проверить свои наработки, изменить их по опыту войны. А значит надо проводить какие-то промежуточные высадки, участвовать в боях, а значит — тратить силы и время.
Потом, нужны не только люди. Нужны самолеты, танки, артиллерия, боеприпасы, грузовики, куча всего. Это всё нужно произвести в должном количестве. А если ускорять этот процесс, то значит нужно ничего не отправлять в СССР – всё себе. А значит у нас будет меньше танков, меньше самолетов, меньше взрывчатки. А то и меньше алюминия с топливом. Едва ли это нам понравилось бы — у нас тяжелейшие сражения в 42-м – 43-м, каждый снаряд, каждый танк на счету. Причем, в 42-м и начале 43-го высадиться точно не получится, а вот поставки придется в этот период очень сильно урезать. А у нас самые тяжелые времена были, нам даже небольшие поставки были очень важны – особенно по взрывчатке.
Но мало с сухопутными разобраться проблемами, ведь надо еще в воздухе вопросы решить – тяжело высаживаться, пока Люфтваффе в силах. Активное противодействие авиации – это дополнительный кирпичик в крышку гроба высадки, при том, что немецкие пилоты будут сражаться как бы над «своей» территорией, а Западные – над «чужой», не имея толком аэродромов. А активные действия по уничтожению Люфтваффе – это как раз 1943-й – первая половина 1944-го. До этого особо нечем было уничтожать – ведь должно быть что-то, что заставит немецкие истребители раз за разом вылетать и вступать в невыгодные для них бои. Этим занимались коробки из сотен бомбардировщиков, способные долететь до «болевых точек» Германии и заставить истребители вылетать им на перехват и подставляться под истребители сопровождения. Эти же бомбардировщики бомбили авиазаводы, мешая восполнять потери. На всю эту деятельность тоже нужно время. Сколько-то приличное количество бомбардировщиков было готово для налетов только во второй половине 1943-го.
Ну и, наконец, флот. Требуется огромное количество транспортных судов и высадочных средств. Их надо построить. А для этого нужны мощности, для этого нужно время, для этого нужны материалы. Даже в Америке этого всего не бесконечное количество. А ведь они еще и войну с Японией ведут, которая требует строительства кораблей и самолетов, и тех же транспортов и высадочных средств. Причем в 1942-м – 43-м война шла активно, корабли терялись. Одних только полноразмерных авианосцев в 1942-м году США потеряли четыре штуки из семи имевшихся. А еще пять тяжелых крейсеров, два легких и более двадцати эсминцев, не считая эскортов. Надо было не только восполнить эти потери, но и построить дополнительные, чтобы переломить чашу весов в сражениях. Поэтому не стоит думать, что ресурсы США были прям бесконечны.
При этом сами высадки тоже надо было отработать. Это всё требует времени и ресурсов, это не такое простое дело! Поэтому нам было намного выгоднее, чтобы союзники делали свои дела постепенно, уверенно, увеличивая давление на Германию и поставляя нам кучу материалов, ресурсов, продукции и боевой техники. Чтобы они потихоньку учились воевать, высаживались сначала в Африке в 42-м, потом на Сицилии и в Италии в 43-м, а затем уже, как следует подготовившись и получив опыт, во Франции в 1944-м. Так, чтобы у немцев не оставалось возможности их разгромить и перекинуть все силы на нас. Да, наши совершенно справедливо их торопили, ну так нам наверняка и не было точно известно ни состояние немцев, ни состояние самих США, ни их планы. Не было известно нашим и что удастся выстоять против немцев в 1942-м. Но мы-то знаем, как оно обернулось. В общем, с «ранней» высадкой всё далеко не так просто, как кажется. Как минимум есть еще какие-то причины, помимо хитрых капиталистических планов измотать СССР.
Теперь давайте перейдем, собственно, к нашим альтернативкам. Рассмотрим несколько срезов по времени, чтобы хотя бы примерно прикинуть, чем для нас могло обернуться в каждый конкретный момент отсутствие союзников. Сразу скажу, что этот способ очень неточный и много чего не учитывает, в чем-то даже притянут за уши. Он нужен исключительно для наглядности, для иллюстрации. Причем, я буду пользоваться методом «что если союзники вообще не участвуют», их как бы нет, потому что иначе просчет был бы просто безумно сложным, даже чисто умозрительный. Много деталей здесь не будет, детали были в предыдущих статьях.
1941
Итак, начнем с 1941-го года. Вот прям летом 1941-го, Германия нападает на СССР, но представим себе, что у Германии нет никаких других противников, кроме СССР. По крайней мере в явном виде. Ведь это только кажется, что летом 1941-го года помощи еще никакой не было. А в реальности немцы к этому времени уже почти два года воюют с Британией, которую к этому моменту уже поддерживает США, причем к этой войне немцы готовились заранее – флот строили. Не против СССР же им рейдеры нужны были. В дополнение к этому было потеряно немало самолетов в сражениях Битвы за Британию – эти истребители, пикировщики и бомбардировщики могли дополнить силы Люфтваффе летом 1941-го.
Итак, лето 41-го, а Германия воюет только с СССР. В первую очередь это сразу снимает вопрос блокады. В принципе, я мог бы на этом и закончить, потому что снятие вопроса блокады резко увеличивает потенциал Германии. Как в плане возможностей самого немецкого производства, так и в плане использования промышленности и сельского хозяйства той же Франции. В реальности они очень сильно зависели от поставок извне, и поэтому от блокады очень страдали. Это не значит, что оно вообще не использовалось немцами, но в случае возможности морской торговли, я думаю, рост отдачи от Франции был бы более чем двухкратный. Итог – Германия получает больше техники, вооружения и боеприпасов.
Второй стороной будет флот. Для войны в первую очередь с Британией немцы построили к лету 1941-го года два крупных линейных корабля, два крупных линейных крейсера, три «броненосных» крейсера, три тяжелых (четвертый достраивался на плаву), ряд легких крейсеров и приличное количество эсминцев. Более того, уже в 1941-м году производство подводных лодок дошло до более чем 200 в год. А это всё колоссальное количество стали, станкочасов, человекочасов и денег. Как я писал в статье:
«Например, в 1941-м году доля, приходящаяся на строительство военных судов, в промышленности заметно (в разы) превышала долю, приходящуюся на производство танков. Т.е. на строительство флота уходило больше ресурсов, чем на строительство танков. С апреля 1941-го военное судостроение также настигло долю автомобилестроения (которая была существенно больше доли танкостроения). С октября 1941-го кораблестроение уже настигает суммарно долю танков и автомобилей, а затем и опережает ее.»
Собственно говоря, для войны с СССР всё это было не нужно. Ну, совсем от флота отказываться бы не пришлось, но сократить его количество примерно вдвое, а подлодок – вчетверо, было вполне можно. Зачем, собственно, против СССР линейные корабли, перестреливаться с линкором Марат в Балтийской луже? Поэтому флот можно сократить. Один Адмирал Хиппер весит больше чем 500 танков, чисто по весу. Бисмарк потянет уже примерно на 2000. Представьте себе, сколько танков, САУ, орудий, грузовиков, тягачей можно было сделать только из этих двух кораблей? А из лишних 100 подлодок? Я уж не говорю про стоимость, говорят, одна торпеда стоила как полтанка. Одна, а в подлодке их 14! (Речь идет о том, чтобы станки, материалы, ресурсы и рабочих, занятых в кораблестроении, заранее отправить на другие сферы деятельности, собственно, если нет нужды в большом флоте)
А в итоге немцы имели флот, а вместе с ним имели дефицит танков, грузовиков, тягачей. Опять процитирую себя: «Из 17-ти танковых дивизий, участвовавших в кампании на Востоке в 1941-м году, шесть дивизий всё еще имели танки Pz.I. Причем в трех из них единичек было больше, чем двоек – порядка 40 – 44 единиц. Существенные проблемы были и с оснащением современными основными танками. За современные на тот момент танки я беру Pz.III c 50-пушками. Шесть дивизий из 17-ти вообще не имели танков Pz.III, а оснащались чешскими танками, в основном Pz.38(t) с более слабой броней, 37-мм пушкой и меньшим экипажем. При этом шестая танковая оснащалась совсем устаревшими Pz.35(t). Но и те дивизии, что оснащались немецкими танками, имели новые машины далеко не поголовно. В восьми дивизиях еще сохранялись старые тройки с 37-мм пушкой, причем в трех дивизиях их было значительное количество, а в одной из этих трех (в 18-й) – большинство. Кстати, Pz.I в этой дивизии тоже были. Имелась и нехватка Pz.IV. По максимальному штату в роте таких танков могло быть 14 штук, однако в большинстве дивизий их количество не превышало 10 на роту не только в 41-м, но и летом 42-го года. И на протяжении военной кампании 1941-го года потери превышали производство танков, так что дивизии постоянно ослабевали.»
В общем, к лету 1941-го года Вермахт подошел уже не в самом лучшем виде, и в первую очередь этому виной война против наших, на тот момент будущих, союзников. А теперь ко всему этому великолепию мы добавим еще две танковых дивизии из Африки, и учтем все поставленные им за 41-й год танки, то там выйдет порядка 550 машин – это ж как можно пополнить части где-нибудь осенью – зимой 1941-го?
Постой, возразит читатель, ведь воюют не только танки! Воюют люди! Их же промышленность не делает! И это правда. Вопрос в другом. Лучшее оснащение дивизий танками, САУ, артиллерией, грузовиками и тягачами, полученными за счет перераспределения сил и ресурсов, позволит и тех самых людей терять меньше, и результатов добиваться бОльших.
Добавится и авиация. По лету 1941-го года у меня точных данных нет, но начиная с ноября – есть. И там было чем усиливать немцев в СССР. В этой статье я буду много цитировать свои предыдущие статьи, так как она является итоговой:
«Итак, на Восточном фронте находилось, без учета резерва:
Ноябрь 41 – 50% одномоторных истребителей, 69% бомбардировщиков, 84% штурмовиков и пикировщиков, а всего – 63% самолетов. Но в середине ноября часть сил Люфтваффе отправилась в Средиземноморье, и в декабре уже другие цифры.
Декабрь 41 – 47% одномоторных истребителей на Востоке, 56% бомбардировщиков, 69% штурмовиков и пикирующих бомбардировщиков, а всего 53% самолетов.»
То есть к концу 1941-го года без учета союзников на Восточном фронте могло бы быть в полтора раза больше истребителей, на треть больше бомбардировщиков и на четверть больше пикировщиков – и это я не всех «перебрасываю». Напомню, что в ноябре 1941-го в Рейхе одних только ночных истребителей 322 штуки, а это большие двухмоторные машины на базе бомбардировщика или тяжелого истребителя. В общем, ситуация была бы до ужаса сложной, и это только 41-й год, когда принято считать, что помощи еще толком и не было!!! Где бы остановились немцы в такой ситуации?
Причем для серьезного влияния на положение на фронте им, с моей точки зрения, достаточно было успешно завершить Тихвинскую операцию. Я не помню, как она называлась у них, но если б им удалось хотя бы просто окружить и уничтожить нашу группировку западнее Волхова и устроить фронт по р. Волхов, то это грозило бы Ленинграду полной катастрофой в самое ближайшее время. Никакой «дороги жизни» могло просто не получиться. А если б вышли на соединение с финнами, то и подавно. Разумеется, далеко не факт, что немцы бы выбрали именно это направление, но хоть какой-то вариант для наглядности я должен был предложить.
1942
Перейдем теперь в 1942-й год – лето-осень.
Что мы здесь имеем? Влияние союзников резко усиливается. Всё ещё остается англо-американская блокада Германии, из-за которой происходит общее снижение возможностей промышленности, особенно на оккупированной территории.
В некоторые периоды особенно возрастает доля флота, как я писал в предыдущих статьях:
«В 1942-м году среднемесячная доля военных кораблей примерно равнялась суммарной доле танков и автомобилей и превосходила суммарную долю как танков + полугусеничных тягачей, так и автомобилей + тягачей. Причем летом 1942-го доля кораблей превосходила суммарно танки+тягачи+автомобили. Доля танков превысила долю кораблей только в конце 1943-го, при этом даже летом 44-го доля кораблей составляла 2/3 от доли танков. И на всем протяжении периода от конца 1943-го до середины 1944-го доля кораблей превосходила суммарную долю автомобилей и тягачей. С четвертого квартала 1941-го и до середины 1943-го превосходили корабли и производство артиллерийского и стрелкового вооружения, причем летом 1942-го почти вдвое.»
Как видите, строительство флота занимает важную часть. Да и шутка ли, производить по 200 с лишним субмарин в год – это не так-то просто. Как итог, у немцев опять не хватает … всего. Не буду останавливаться очень подробно (подробнее в статье), но летом 1942-го года у немцев не хватало как танков в целом, так и современных на тот момент танков. В большей части дивизий количество старых танков превосходило количество новых (длинноствольных). Сокращалось количество автомобилей, тягачей, артиллерийских орудий. Промышленность не успевала за потерями и формированием новых частей.
Промышленность, не находящаяся под блокадой, и не тратящая столько сил на флот, могла бы лучше обеспечить наземные части боевой и транспортной техникой. А тут еще в Африке действия активно развиваются. Только с января по август 1942-го туда отправили 420 танков. Причем не каких-то там неимоверно устаревших, а таких, на каких воевали и на Восточном фронте. Как думаете, пригодились бы они немецким частям подо Ржевом и Сталинградом летом-осенью 1942-го? А если туда добавить еще две танковые дивизии (пусть без учета танков, мы их уже учли), 15-й и 21-ю, которые воюют в Африке? Как думаете, прошагают эти две свежих дивизии до Волги в Сталинграде? А может на Кавказе до Баку? В начале ноября 1942-го в Африку начала прибывать пополненная и отдохнувшая 10-я танковая. А если б она начала прибывать под Сталинград?
Помимо прочего, в 1942-м получила развитие новая напасть для немцев – налеты английской авиации. Пока что в основном ночные, но это тоже требовало противодействия. А противодействие выражалось, например, в необходимости в зенитной артиллерии. В 1942-м году на Восточный фронт приходилось порядка 25% зениток, прожекторов и дальномеров, и 36% выпущенных зенитных снарядов. Как вы думаете, по кому стреляли остальные? А ведь вместо этого можно было делать, например, дивизионную или противотанковую артиллерию и снаряды к ней. Этого очень не доставало немецким частям на Восточном фронте в 1942-м году. А ведь еще усилия по развитию радарной системы и ночная истребительная авиация – 382 ночных истребителя в декабре 1942-го на защите Рейха. Они могли бы быть бомбардировщиками и тяжелыми истребителями на Востоке.
В целом с авиацией в 1942-м году стало очень тяжело. Такой концентрации сил на Востоке, как летом 1941-го, уже никак не получалось добиться. В декабре 1942-го на Востоке находилось примерно 50% авиации Германии, при этом истребительной только 38%. Отразилось это и на количествах сбитых самолетов. Например, в апреле 1942-го из 436-ти точно потерянных немцами самолетов только 205 было потеряно на Востоке – 47%. А в июле 42-го из 748 на Восток приходится 417 – 55,7%. В октябре Союзники вырываются вперед, 511 потеряно всего, из них 199 на Востоке – 39%. Подробнее в этой статье. В общем, авиации пришлось разлететься в разных направлениях.
Добавился и Ленд-Лиз. В 1942-м году РККА получила 1,7 своего месячного выпуска танков. Самолетов тоже прилично – 13% от выпущенных, за вычетом По-2. По некоторым данным, до одной трети поставляемого армии ТНТ было получено из импортного сырья. Эти данные многими оспариваются, так что давайте возьмем по более низкой «ставке». Пусть будет четверть. Мы получали и многое другое, хотя в основном начиная со следующего, 1943-го года. Тем не менее, это уже прилично! В особенности для фронта на Кавказе, который, в силу отрезанности от основной части страны, в некоторый период опирался на Иранский маршрут Ленд-Лиза в поставках, например, бронетехники.
В итоге что получается? Без наших союзников у немцев больше танков, орудий, грузовиков, тягачей, боеприпасов. Самолетов больше прям намного – раза в полтора минимум, а по истребителям может и в два. А у нас? А у нас на 14% меньше танков, на 13% меньше самолетов. На 25% меньше ТНТ для снарядов. И куча еще всего, что нам начали поставлять в 1942-м. И фронт на Кавказе не получает ничего из Ирана. А у немцев еще и на несколько дивизий больше – ведь нет Африки и потенциальной угрозы высадки Союзников где-то. Ситуация пахнет потерей Сталинграда, неудачей Урана и взятием Баку. А может быть и взятием Ленинграда в плотную блокаду.
Кто забыл, я еще раз повторю. Да, это всё не прибавляет количество людей (ну, кроме тех дивизий, что поедут не в Африку, а под Сталинград). НО! Люди ведь теряются не просто по факту нахождения их на Восточном фронте. Они уходят в потери, потому что их кто-то убивает, ранит или берет в плен (хотя для 1942-го года это небольшая статья у немцев, они еще мало сдавались – Сталинградские сдадутся уже в 43-м). А теперь представьте, что у них стало больше артиллерии и снарядов! Больше современных танков. Больше 50-мм и 75-мм ПТО и снарядов к ним. Больше самолетов. А у нас – наоборот, всего стало меньше. Грубо говоря, это выразится в том, что их солдат умрет меньше, а наших – больше. И войсковые операции их будут эффективнее, а наши – наоборот. Просто потому, что наши где-то недоподавят оборону, где-то будет меньше танков, где-то налетят немецкие самолеты. И в итоге продвижение РККА будет менее глубоким, меньше удастся создать угроз окружения, меньше окружить, меньше заставить бросать позиции и бежать, и так далее. К сожалению, незаметно такое изменение баланса не проходит, оно вот так работает.
1943
В 1943-м году ситуация просто становится критической! Всё больше немецких дивизий начинает воевать против наших союзников. Как я уже рассказывал в статье, за счет частей из Африки и Италии можно было сформировать летом 1943-го года два танковых корпуса (примерно по три дивизии каждый) с усилением тяжелыми танками, пополнить длинноствольными танками дополнительно несколько дивизий (а летом 1943-го года танков был серьезный дефицит), да еще хватило бы как следует докинуть людей в пехотные дивизии ГА Центр на Северном фасе тысяч по пять в каждую (и это я сознательно беру сильно меньше людей, чем там было, не все ж годятся)! В августе 1943-го уже и на четыре танковых корпуса хватило бы, да еще с усилением их тяжелыми танками!
Количество авиации также бы возросло. По данным на декабрь 1943-го на Восточном фронте 42% авиации. При этом истребительной, которой немцам более всего не доставало, всего 27%. Собственно, без истребительной авиации очень сложно организовать эффективную поддержку войск пикирующими бомбардировщиками — они очень уязвимы. Да и прочие ударные самолеты тоже.
Отразилось это и на потерях. В апреле 1943-го из точно потерянных 868 самолетов на Восточный фронт приходится 208 – 24%. В июле 1943 потери немецкой авиации резко возросли на всех фронтах – у нас началась Цитадель, на Средиземноморье — высадка на Сицилии, а над Германией пошли массовые дневные налеты американских бомбардировщиков. В итоге за июль потеряно 1577 самолетов, из них на Востоке – 564 (36%). В августе 1201 всего и 453 на Востоке (38%). В октябре 1008 и 283 (28%). А теперь представьте, что этих потерь не Западе нет, и большинство этих самолетов, что воевали на Западе и в Средиземном море, окажутся на Восточном фронте. Большинство, а не все, потому что надо ж немцам что-то оставить на потенциальную защиту Рейха, мало ли что. Да, цифры могут быть не идеально точны, но общий порядок едва ли сильно изменится. Уже одно только резкое увеличение поддержки авиации может кардинально изменить ситуацию на фронте.
А ведь в 43-м есть и еще «добавки». Как раз, как многие любят писать, что Ленд-Лиз пошел массово со второй половины 1943-го года. Ну вот он и пошел. И Красная армия получила сверх своего выпуска 12,5% танков и 22% самолетов. А ведь Ленд-Лиз – это не только танки. Взрывчатку мы уже рассматривали применительно к 1942-му, а ведь получали мы помощь также по порохам и сырью для них. В 1944-м году доходило до доли в 28% самих импортных порохов. А в 1943-м году зависимость от союзников у производства нитроглицериновых порохов составляла до 100% (по глицерину) и до 60% (по централиту). Разумеется, это не значит, что наши в 1943-м году остались бы вообще без снарядов. Для 76-мм артиллерии использовалась другая рецептура без такой зависимости. Но беда была с боеприпасами калибра 122-мм и выше.
Стал 1943-й год и годом массового поступления в РККА импортных автомобилей. До такой степени, что за этот год доля таких машин (не трофейных) поднялась в армии с 5% в начале года до 19% в конце. Это не только увеличило общее количество автотранспорта, но и подняло перевозимый тоннаж и проходимость за счет массового поступления полноприводных машин и Студебеккеров грузоподьемностью 2,5 т (наиболее массовая грузовая машина, выпускавшаяся нашими заводами, это ГАЗ-ММ грузоподъемностью 1,5 т).
Опять же, как я уже писал, с лета 1943-го начались активные дневные бомбежки Германии, то тут, то там временно снижавшие производство. Порой серьезно, как в налетах на Алькетт в конце 1943-го. А в первой половине, я напомню, состоялась ночная «битва за Рур», когда британцы бомбежками добились снижения производства стали при планировавшемся немцами росте.
А теперь представьте, что всего этого нет! И у немцев, как я описывал для 1942-го года, стало больше дивизий, танков, больше снарядов, больше орудий, больше самолетов, больше грузовиков и тягачей. В том числе заместо сотен подлодок, которых в 1943-м построили уже почти 300 штук. А у нас меньше снарядов, меньше танков, меньше самолетов, меньше грузовиков, меньше радиостанций, меньше топлива (нам поставляли и его), даже меньше тех самых пресловутых банок тушенки, ботинок и пуговиц, над которыми так любят посмеиваться у нас, и которые тоже массово поставлялись. А ведь без Ленд-Лиза у нас есть риск сокращения выпуска и своей продукции. Например, без поставок алюминия, что придется сократить? Выпуск самолетов? Они у нас не все деревянные. Выпуск моторов для них? Или моторов для танков Т-34? Как вы думаете, пойдут ли операции второй половины 1943-го года так же успешно, как они шли в реальности? Я сомневаюсь.
1944
Ну а в 1944-м году всё совсем может стать плохо. Ввиду уже реально максимального включения наших союзников в борьбу во всех ее видах, внезапное их исчезновение могло сыграть просто роковую роль. Как мы уже обсуждали в статье о Ленд-Лизе, в феврале 44-го в результате крупной аварии были выведены из строя огромные мощности по производству ТНТ, ремонт шел до июня, и то восстановили не полностью. Закрывали поставками готовой взрывчатки по Ленд-Лизу – именно поэтому, я думаю, в 1944-м году такая солидная доля импорта в поставках ВВ – 65%. Представьте себе, что авария случилась, а взять неоткуда? Чем будем стрелять? А с учетом того, что еще и доля поставок пороха до 28% в 1944-м? Как будем проводить наступательные операции?
А ездить на чем будем? В начале 44-го доля импортных машин в автопарке 19%, а в конце года – 30%! А ведь у нас даже с этим со всем был дефицит транспорта, что и в 1945-м порой «мотопехота» пешком ходила. Я даже не буду говорить про БТР-ы Скаут для разведки.
Летать на чем будем? Почти 20% от нашего выпуска нам послали по Ленд-лизу. А еще нам поставляли алюминий, из которого делаются детали для самолетов и двигатели. То есть, у нас будет меньше самолетов, а у немцев – больше. Ведь не будет бомбардировок, а значит не будут страдать авиазаводы. Значит не будут истребители заниматься отражением налетов и нести большие потери. Эти истребители окажутся у нас, на Восточном фронте. А ночные истребители, которых в феврале 1944-го было более 500 штук, могут стать бомбардировщиками и тяжелыми истребителями. Бомбардировщики, которые в начале 1944-го бомбили Англию (да, этим и в 44-м году немцы занимались, причем активно), тоже полетят к нам. Так себе перспектива.
А топливо? Примерно с мая 1944-го англо-американцы постоянно бомбили заводы синтетического горючего, из-за чего у немцев примерно вдвое упал выпуск топлива. ВДВОЕ! Им пришлось сильно сокращать программы подготовки летчиков даже. Ну вот теперь не пришлось бы. Я даже не буду говорить про бомбежки танковых и прочих заводов, некоторые из результатов я приводил в статье о бомбардировках. Кстати, нам по Ленд-Лизу поставляли топливо. Теперь не будут.
А что делать с сухопутными войсками? Вот на июль 1944-го по разным данным примерно 25% сухопутных сил Вермахта стояло против войск наших Союзников. И среди них 11 танковых дивизий, 5 панцергренадерских и три тяжелых танковых батальона. Опять процитирую свою же статью: «По количеству бронетехники на 15.06.44 есть следующие данные: на Западном и Итальянском фронтах было 1676 исправных немецких (не французских или каких еще) танков и 659 штурмовых орудий, на Восточном – 1192 исправных танка и 1319 штурмовых орудий. Как мы видим, на Западном фронте намного больше танков – основной ударной силы. Особенно стоит отметить наличие на Западе и в Италии намного большего числа исправных танков Пантера – 498 против 226 на Востоке, это к вопросу о том, что «против Союзников держали всякий устаревший хлам». Все эти 1676 танков с Западного и Итальянского фронта – это очень приличная сила, позволяющая оснастить танками парочку танковых армий. Еще раз отмечу, что в этих данных указаны танки немецких моделей, о количестве на фронтах трофейных французских танков мне неизвестно.»
Это не считая тех, что просто на оккупированной территории стоят. Так-то в целом группировка во Франции была порядка 800 000 человек. Насколько хуже пойдет Багратион с учетом этих всех данных? Ну, если эти войска окажутся на Восточном фронте. С учетом недовыпущенных из-за бомбежек примерно 1200 штурмовых орудий за 1944-й год?
А на конец 1944-го года на остальных фронтах стояло уже примерно 35% дивизий. Насколько немцам сподручнее будет проводить наступление в Венгрии и сдерживать Висло-Одерскую? Если до нее вообще дойдет в таких условиях. С учетом того, что довольно немало сил немцы потратили на закончившееся провалом еще до начала Висло-Одерской Арденнское наступление.
Резко возросли и потери, которые наносили Германии наши союзники. Ведь все эти дивизии, они не просто стояли фронтом, они ж воевали, и довольно активно. Насколько активно? Так активно, что доля потерь (от общих), приходящаяся на НЕ_Восточный фронт, начинает прям резко расти в июне 1944-го. Если на май 44-го на этот параметр приходилось 9% (за всё время войны нарастающим итогом), что в принципе уже значимый показатель, то примерно за полгода после высадки, к концу 1944-го, стало уже 23%. А ведь всего-то чуть более чем полгода войны во Франции. Все эти люди могли воевать на Восточном фронте! Впереди 1945-й год, а в нем, например, Рурский котел, где в плен было взято более 300 000 человек. А были еще котлы поменьше в начале 1945-го, где в плен попадали многие десятки тысяч человек.
Такое резкое увеличение потерь и интенсивности боев привело как к тому, что приходилось еще сильнее распылять силы, так и к тому, что оставалось меньше возможностей на нормальную подготовку пополнений – слишком быстро надо было пополнять.
А ведь немцы всё еще строят подводный флот, который воюет в основном против наших союзников, причем еще более массово – в 1944-м году выпустили уже более 300 лодок, причем еще и начали строительство новых, намного более крупных.
В итоге, в 1944-м году без союзников (я уже повторяюсь, но что поделать) у РККА было бы намного меньше снарядов. Причем в этот раз прям реально намного меньше. Уже одно это подкосило бы мощь ударов по Вермахту. Но также несколько меньше было бы танков, заметно меньше самолетов, сильно меньше грузовиков и прочих автомобилей. А у немцев – больше людей, и теперь прям намного. А также больше топлива, больше танков и САУ, больше грузовиков и тягачей вместо подлодок, например. Больше пушек, гаубиц и снарядов, вместо многих тысяч зенитных орудий защиты Рейха. Больше возможностей для подготовки пополнения. Намного больше самолетов и в них сидят более подготовленные пилоты! Истребители прикрывают свои бомбардировщики и штурмовики и защищают свои войска от наших штурмовиков.
А что это всё значит? Что у немцев намного больше возможностей по задержке наших наступлений, нанесению нам потерь. А значит больше времени на принятие контрмер и больше возможностей для их реализации. А значит меньше котлов, меньше пленных и убитых, меньше людей, вынужденных сражаться в условиях окружения, без боеприпасов, поддержки артиллерии и авиации. А значит еще один год, подобный 1943-му, когда наши, вроде, наступают, но потери намного выше, чем у немцев, а полноценно разгромить их (как в Багратионе, например, или в том же Сталинграде) не выходит. Насколько далеко сможет в таких условиях продвинуться Красная армия и какой ценой? Я не хочу себе этого даже представлять.
Да, совершенно бесспорно, что Красная армия основывалась именно на своей мощи. Всё описанное выше – это пусть и важная, но добавка сверху. Без той базы, которую имел СССР, всё это не имело бы значения. Но и на одной только базе много навоевать бы не получалось. Важность и влияние наших союзников на ситуацию на Восточном фронте наблюдались уже с самого начала войны, в том состоянии, в котором ее начал Вермахт. И с каждым годом это влияние усиливалось. Поэтому мнение о том, что мы бы запросто справились бы сами, на мой взгляд, очень далеко от истины. Я даже не могу представить, как бы выглядело это «справились», и сколько бы это стоило жизней. Однако и обратное мнение, что за нас всё сделали, тоже неверно. Все описанное в этой статье было надбавкой, надстройкой над основой, заложенной Красной Армией в победу над фашистами. И без этой основы, я считаю, тоже ничего бы не вышло. Союзники по Антигитлеровской Коалиции были нужны друг другу — это была взаимная помощь. Разница в том, что для нас это был вопрос жизни и смерти – фашисты пришли на нашу землю.
Илинич Виталий.
https://vk.com/logicofwar. Мой авторский паблик по истории и военному делу. В нем вы найдете эту и многие другие мои статьи.
https://t.me/theLogicofwar. Логика Войны теперь и в Телеграмме
Логика войны/Виталий Илинич - эксклюзивный контент на Boosty. - Страничка на Бусти. Буду рад вашей поддержке.
https://vk.com/fretless.plague. Личная страничка автора.
https://vk.com/catx2. Коллективный исторический паблик авторов. Там есть всё.
Поддержать автора добровольным пожертвованием:
Карта Сбера — 2202 2061 5462 2430
Материалы в паблике «Логика войны» написаны в том числе с целью создания негативного отношения к идеологии нацизма. Автор осуждает нацизм, преступную политику нацистов и методы, которыми они пользовались, и не ставит целью их пропаганду и оправдание. Также материалы имеют целью прославление Красной Армии и ее Победы над Вермахтом. В материалах могут рассматриваться история и военное дело, в том числе инструменты и методы, с помощью которых гитлеровцы пытались достичь своих преступных целей. Однако, какими бы ни были эти инструменты и методы, автор напоминает, что победила Красная Армия, при поддержке Союзников по Антигитлеровской Коалиции.