«Я убил Маню»
В нашей жизни встречаются люди, что показывают нам пути, о существовании которых мы и не подозревали. Эти люди влияют на нас, подавляют нас, если мы позволяем. Они превращают нас в кукол или преданных соратников, покуда мы не перережем связующие нас нити — нити, что опутывают нас; нити, что врезаются в нашу плоть, становясь частью тела.
Герой нашего повествования был именно тем, кто позволял властвовать над собой. Нет, он хотел быть ведомым — ведомым женщиной, покорившей его, ставшей его жизнью.
Эта история началась со сцены. С искусства. С больших залов, украшенных золотом, с оркестровой музыки, заполняющей комнату, с громких оваций, блестящих льстивыми улыбками, с короткой страсти, сжигающей до пепла, и... с робкой любви, окрашенной позывами смерти.
Мария Висновская была молодой талантливой актрисой, быстро выделившейся из общей массы танцовщиц и ставшей любимицей публики. Она, казалось бы, не знала несчастья и наслаждалась своей жизнью, но яркая эстетика сцены сменилась неприкрытой пошлостью реальности.
«Служа эстетическому запросу публики на сцене, она не обретала покоя и после того, как опускался занавес театра. Любитель, располагавший благодаря средствам возможностью всегда занимать лучшее место в театре, требовал той же доступности от артистки и вне театра, когда артистка оставалась только женщиной», — говорит в своей речи защитник подсудимого Фёдор Плевако.
Висновская всегда была под пристальным вниманием поклонников, которые клялись ей в любви, но вскоре исчезали из её жизни, занеся женщину в список своих побед «в мире будуаров».
«Молодое сердце хочет любить, верить в то, что и ей на долю будет дана отрадная встреча», но каждая такая встреча оказывалась лишь полушутливой ложью.
Так и жила она, желая одного, а получая совсем другое. И такая жизнь нанесла сердцу её тяжелые раны, которые изливались тёмными чернилами в секретные дневники.
В своих записях Висновская часто упоминала о смерти и даже описала картину своей будущей кончины.
В один из дней она встретила молодого Бартенева, теперь обвиняемого в её убийстве. Этот неказистый молодой человек сразу влюбился в красавицу Марию, которая к этому времени уже стала кокеткой, умевшей вскружить голову любому.
Робея в обществе прекрасной актрисы, Бартенев редко наносил ей визиты, но затем их встречи происходили всё чаще. Вскоре гусар сделал девушке формальное предложение вступить с ним в брак. Однако возможность заключения этого союза зависела от согласия его строгого отца.
В отпуске, когда Бартенев должен был встретиться с родителями, молодой человек побоялся просить их согласия, а Марии написал, что отец отказал ему в просьбе.
Плевако объяснял: «У него не хватило духу признаться ей в своей уверенности, что отец не дал бы ни за что своего согласия и что просить этого разрешения он не решался: всё равно это был бы напрасный труд. Ему казалось, что если он будет откровенен, если скажет всю правду, то она подумает, что он считает её не заслуживающей быть его женой и что самое предложение он делал ей с задней мыслью, — словом, что и он такой же, как и все остальные».
К счастью гусара, отношения между ним и артисткой не прекратились. Но «большой сценический успех, красивая наружность и сильно развитое кокетство Висновской привлекало к ней мужчин, и их посещения вызывали в Бартеневе чувство ревности. Под влиянием этого чувства и горя, что он не может жениться на Висновской, Бартенев часто говорил ей о своем намерении лишить себя жизни».
Как ни странно, женщина поддерживала такие настроения, охотно говорила о кончине и окружала себя эмблемами смерти. Она показывала своему избраннику небольшую баночку, где, как она говорила, находились яды, а также пистолет с белой ручкой.
В один из дней Виснонская сказала Бартеневу снять квартиру где-то на окраине города, объяснив это тем, что посещения мужчины компрометируют её.
После этого молодые люди начали отдаляться друг от друга из-за ревности гусара, который даже решил порвать все отношения с актрисой. Но последняя, наконец, предложила встретиться в этой новой квартире.
Здесь и случилась трагедия. Свидание молодых людей сначала не предвещало ничего страшного, но вскоре...
«И вот оба неудачника, — рассказывает знаменитый юрист, — оба изломанные жизнью или ошибками воспитания, они начинают поддаваться влиянию любимой темы своих прошлых свиданий, один другого опьяняя мечтами вслух о могильном покое, о прекращении земных страданий и бесцельности жизни, о мрачном будущем их общей судьбы».
Виснонская и Бартенев, заигравшись в смерть, решили вместе покончить с жизнью. Девушка приказала возлюбленному принять опиум, что сделала и сама, а потом убить её из револьвера, как гусар и поступил. И яд, и оружие женщина принесла с собой.
«Яд и орудия убийства везёт тот, кому они нужны для задуманной цели. Но мы не имеем ни одного сносного доказательства, что их принёс Бартенев. Наоборот, прислуга Висновской видела, револьвер был завёрнут в сверток при уходе Висновской из дому; она [прислуга] уже узнала яды, найденные в комнате убийства, как бывшие в руках Висновской», — объясняет позицию защиты Плевако.
И вот оба самоубийцы пишут предсмертные записки. Висновская рвёт бумагу, выбирая подходящий вариант своих последних слов.
На оставшихся клочках, разбросанных по полу, — обвинение в её смерти Бартенева; целая записка — без обвинений.
Экспертиза настаивала, что разорванные записки были написаны позднее, а уничтожить их попытался именно Бартенев. Доказательством был факт, что изорванные записки были написаны тупым карандашом, а целая — наточенным. Но Плевако не согласился с этим. Он считал, что, имея столовый нож, молодые люди вполне могли сначала пользоваться тупым карандашом, а затем наточить его, когда тот отказался служить им. Что ещё более странно: клочки других записок, обвинявших мужчину, лежали тут же, у всех на виду, а не были сожжены или развеяны по ветру города.
Плевако так же доказывает, что Виснонская сама хотела умереть и думала, что гусар последует за ней: «что над ней стоял не убийца, который уйдет, как только покончит с ней, а подобный ей неудачник, долженствующий тут же рядом с ней умереть, она не сомневалась», ибо в своих записках девушка не использует имя друга, а говорит только «этот человек», будто указывая на лежащее рядом с её бездыханным телом тело любовника.
Да, Бартенев убил актрису, а сам, выйдя из-под её влияния, освободившись от ниточек, ведущих его к самоубийству, не стал накладывать на себя рук.
«Что было потом, мы не знаем того. Сколько продолжался столбняк ужаса, когда он увидел, что он сделал, определить трудно. Но только не заботой о своем спасении был занят несчастный Бартенев. Не ненавистью, а какой-то нежностью звучали его слова, когда он сказал товарищу: «Я убил Маню».
Бартенев сразу же пошёл в полицию и сознался в содеянном. На судебном заседании гусар отвечал на всё честно, не призывая лжи себе на помощь.
Плевако закончил своё выступление так: «Вот и всё, что я мог сказать за Бартенева. Обвинитель согласится со мной, что я был прав, сказав, что между нами нет непримиримых противоречий. Он требует справедливого приговора, — я напоминаю и ходатайствую о сочетании в нём правды с милосердием, долга судьи с прекрасными обязанностями человеколюбия».
Бартенев был признан виновным в умышленном убийстве и приговорён к 8 годам каторжных работ. Однако по «высочайшему повелению» каторжные работы ему были заменены разжалованием в рядовые.
Как относиться к совершённому преступлению, каждый решает сам. Однако представленная версия защиты и непревзойдённое ораторское мастерство Фёдора Плевако наводят на мысль о невиновности подсудимого. Так ли это на самом деле? Мы никогда не узнаем.