Золотая река, глава 2, Дело Краба

Клан Краба - первая и последняя линия обороны Рокугана от вторжения демонов из Теневых земель. Чтобы держать этих монстров в страхе, Крабы защищают Стену Плотника, массивное сооружение протяженностью в сотни миль. Крабы полагаются на торговую компанию Ясуки в закупках бесконечного количества провизии, необходимой для обеспечения их обороны, которая существует уже тысячу лет.

Эти и другие линии снабжения теперь находятся под угрозой из-за дерзкого рейда так называемого “принца пиратов” Бакучику. По мере того как движение по Золотой реке замедляется, слухи о угрозе от Бакучику в конце концов доходят до господина Ясуки Така, самого коварного торговца из клана Краба. Там, где другие видят обостряющийся кризис, Така достаточно проницателен, чтобы понимать, что каждая неудача - это еще и возможность…

Автор Роберт Дентон III

Ясуки Така уже знал, что скрывается за раздвижными дверями. Он помогал составлять поэтажные планы, наблюдал за строительством и даже выбрал художника, который соткал для двери гобелен с изображением Золотой реки. Но в присутствии представителей Торгового совета Ясуки, которые были полны энтузиазма, особенно дородного Гоичи, сиявшего, как отец новорожденного младенца, Така почувствовал желание подшутить над ними.

Ясуки-но Киджосю Гоичи вытер свой блестящий лоб. Он специально надел свой самый изысканный наряд, чтобы поприветствовать самого могущественного благодетеля совета. Рядом с ним пивовар Шуко сияла, как Госпожа Солнце. "Должно быть, это момент ее величайшей гордости", - подумал Така. Она родилась в скромной семье, и посмотрите, как высоко она поднялась. Еще один сезон, и этот комплекс, по сути, будет принадлежать ей.

Была ли это ревность, которую он видел в глазах других, когда они смотрели на нее? Только его телохранитель Ясуки Коуме – слишком недавно назначенная, чтобы Така мог легко читать её – казалась более заинтересована презентацией, чем положением Шуко.

Гоичи прочистил горло, когда двери раздвинулись. - Господин Ясуки, позвольте мне показать вам, что было приобретено благодаря вашим щедрым инвестициям.

Несколько удивленных возгласов вызвали улыбку у Такы. Главный зал пивоварни саке был таким же величественным, как зал поклонения в любом храме. Гоичи провел их через таверну, где посетители могли попробовать самогон, а затем в пахнущие дрожжами мастерские, где в больших бочках ферментировалось рисовое пюре. "Это пахнет прибылью", - подумал Така, представляя себя сидящим в кругу друзей и допивающим пятую бутылку.

Вот для чего нужны деньги. Улучшать жизнь каждого. Распространять радость.

Он упорно боролся за это. Других лордов Клана Краба интересовало только то, как растущая Дружелюбная Деревня Путешественников может помочь в их вечной войне с монстрами за Стеной. «Что, если на сторожевые башни обрушатся новые землетрясения?» жаловались они. Что, если снова возникнет нехватка хлопка или Крабу придется в срочном порядке вводить фермерские сборы? Они, похоже, не понимали, что деньги лучше всего использовать для того, чтобы зарабатывать больше денег, а не откладывать их в долгий ящик “на всякий случай”. Даже сам Большой Медведь предпочитал впадать в спячку за счет богатства семьи Хида.

Только когда Така пообещал большую прибыль – и возможность финансировать военных – они согласились принять их предложения. Така действительно старался изо всех сил, но, видя радость в глазах горожан, он ни о чем не жалел.

“Для чего эти висячие мешочки?” Спросила Куме, указывая на несколько джутовых мешков, висевших над пустыми бочками.

Ответила Шуко. “Так мы процеживаем сакэ. Мы наполняем мешочки пюре, и жидкость стекает в эти емкости”.

Куме сморщила носик. “Похоже, это займет много времени”.

“С хорошим сакэ нельзя торопиться” - гордо ответила Шуко.

Така ухмыльнулся. Шуко была хорошим выбором для мастера по приготовлению сакэ, несмотря на ее относительную неопытность. Еще одно доказательство того, что деревня была достойным местом для вложения его денег.

Если бы только он мог поменяться с ней местами. Он всегда хотел быть мастером по приготовлению сакэ. Но это было невозможно; даже если обязанности главы семьи Ясуки и не отнимали у него все время, такая работа была ниже его положения.

Гоичи кивнул. “Другие пивовары, возможно, и стремятся производить нефильтрованное пойло, но пивовары этого сообщества давным-давно решили, что мы не будем довольствоваться меньшим, чем самое лучшее. Саке кодзи из наших погребов выращивается поколениями, и мы заказываем только отборный рис, который шлифуем здесь, на пивоварне. Вот почему сакэ "Дружелюбный путешественник" пользуется таким большим спросом. У нас есть заказы даже на север, на территорию семьи Исава из клана Феникс. Даже наши конкуренты из семейства Дайдодзи заказали себе годовую порцию.

“На самом деле,” - продолжил он, - “этот новый завод по производству сакэ позволит нам удвоить производство. Не так ли, Шуко?”

“Рис прибудет сегодня”, - объявила она. “И мы уже наняли работников, так как сезон сбора урожая завершен”.

“Удвоить производство?” Така изобразил шок. “Надеюсь, что нет! Мы не должны снижать наш спрос, иначе мы не сможем оправдать цену!” Он наклонился к бледнеющему Гоичи. “Есть ли какой-нибудь способ снизить эффективность?" Может быть, рабочие будут работать медленнее?

Гоичи запнулся, подбирая слова. “Я... я полагаю, мы могли бы сократить количество заказов, милорд, если...”

Така наполнил мастерскую своим смехом. “Я просто пошутил, Гоичи! Чем больше сакэ, тем лучше”. Он подмигнул Шуко. “Я действительно обещала господину Хируме, что благодаря этой пивоварне пьяных Дайдодзи станет больше, и мы должны сдержать свои обещания, да?”

Лицо Шуко стало ярко-красным. Как и подозревал Така, она возражала против превращения страсти своей жизни в оружие. Она открыла рот, чтобы возразить.

Гоичи заговорил быстрее. “Очень хорошая шутка, мой господин! Да, мы должны радовать наших господ”.

Така кивнул приходящему в себя пивовару, давая понять, что заметил ее реакцию.

Ну же, Шуко, подумал он. Это было испытание. Ты должна научиться сохранять самообладание. Теперь, когда тебе завидует вся деревня, они будут стремиться сбить тебя с ног.

Он спровоцировал ее по той же причине, по которой предложил основать здесь школу пивоварения: он думал, что, возможно, кто-то выступит против него. Он предвидел возражения пивоваров, что они будут вынуждены раскрыть свои секреты. Но как только им объяснили, что школа поможет развитию города и защитит их торговлю, они согласились – к разочарованию Таки. Не то чтобы он не желал им процветания. Просто жизнь стала такой... скучной. Где были трудности его юности? Когда они вышли на внешний балкон, Така поймал себя на том, что ему хочется, чтобы произошло что–нибудь – хоть что-нибудь - захватывающее.

"Господин Гоичи! Господин Гоичи!”

Члены совета как один обернулись. Портовый рабочий взбежал по каменным ступеням и упал на колени прямо за балконом. С портового рынка донеслись жалобные крики, шум донесся даже сюда, в деревню. Коуме потянулась за своим мечом, но Така сделал взмах. Портовый рабочий выглядел так, словно увидел привидение.

“Груз” - выдавил он из себя.“Пропал. Людей похитили. Катастрофа!”

Лицо Гоичи побледнело. “Что случилось?”

Рабочий, прерывисто дыша, рассказал эту историю. Ночью на их перевозку золота по реке была устроена засада. Пираты украли большую часть товара, а остальное потопили. Спаслась только одна женщина; ее пощадили только для того, чтобы она могла передать письмо старейшине деревни. Это портовый рабочий передал Гойчи: мокрую тряпку с нацарапанными словами.

Прочитав записку, Гойчи сжался. “Они требуют выкуп”.

“У них заложники?” На лице Шуко отразилось понимание. “Рабочие”.

“Это моя вина”, - отстраненно произнес Гоичи. “Я предложил им путешествовать на речной барже, чтобы сэкономить на расходах. Клянусь судьбой, я подверг их всех опасности”.

“А что с поставкой риса?” - спросил другой член совета.

Работник покачал головой. “Рис пропал, господин. Украден или утрачен”.

Воцарилось долгое молчание. Даже Коуме поняла намек: без поставки этого специфического сорта риса они не смогли бы приготовить сакэ. Это означало, что весь сезон без продукции. Таким образом, будущее всей деревни оказалось под угрозой. И Така не вернёт свои инвестиции в ближайшее время.

Дрожа, Гоичи опустил голову. “Господин Ясуки, я прошу у вас прощения. Если вы дадите нам еще несколько сезонов, я обещаю, мы сможем–”

Ясуки Така рассмеялся.

Блестящий лоб Гоичи удивленно сморщился. Остальные обменялись растерянными взглядами. Смех Така наполнил воздух, когда он захлопал в ладоши. Он чуть не подпрыгнул. Он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя таким счастливым.

“Наконец-то!” воскликнул он, “Что-то интересное!”

Даже после того, как Така забрал себе пустую комнату в новой пивоварне, члены совета не отходили от него ни на шаг, заглядывая в дверь, как любопытные дети. Така быстро писал. Если бы он замешкался, эта возможность ускользнула бы у него из рук.

С тех пор как Така занял самое высокое положение в своей семье, его главной заботой было финансирование бесконечной войны с монстрами за стеной Кайу. Это был долг предков его семьи, и, хотя многие Ясуки служили клану другими способами, Така не испытывал настоящего восторга с тех пор, как унаследовал свою должность. Но сейчас его сердце билось в такт ритму приключений. Он не чувствовал себя так уже много лет!

Сидевшая напротив него Коуме, казалось, подыскивала слова. “Я бы хотела, чтобы вы лучше контролировали себя”, - наконец сказала она.

Значит, у телохранителя есть твердость характера, понял он. Хорошо. До этого момента Така беспокоился, что она умеет только соглашаться.

“Нет более естественной реакции, чем радостный припев”, - ответил он, не поднимая глаз. “Маленький Учитель однажды сказал это, не так ли?”

“Да, и теперь все думают, что вы сумасшедший”.

Така пренебрежительно махнул рукой. "Ба. Все и так думают, что я сумасшедший. Какая разница?” Закончив, он подул на чернила, пока они не высохли, затем завернул письмо в плотный цилиндр и запечатал его воском.

Мы заплатим выкуп полностью. У меня есть средства, чтобы заплатить его. Но за тем, кто его получит, мы проследим. Именно так мы найдем преступников. Как только мы это узнаем, мы сможем понаблюдать за ними, узнать как можно больше.

У каждого из собравшихся в дверях членов совета был один и тот же вопрос, но только Шуко, казалось, был готов задать его. “Мой господин, разве это не лучше подходит для семьи Хирума? Один отряд разведчиков–”

“И снять воинов со стены?” Така покачал головой. “В этом нет необходимости. Слишком бурная реакция. Мы можем справиться с несколькими речными пиратами”.

Гоичи выглядел так, будто вот-вот взорвется. “Несколько речных пиратов! Господин Ясуки, я умоляю вас передумать! Если не Хирума, то, конечно, семья Хида может выделить самурая, чтобы разобраться с этим!”

Така снова покачал головой. “Если бы об этом пронюхала О-Юси - или, не дай бог, ее брат – они бы взяли все в свои руки и сами бы со всем справились!”

Гоичи подыскивал слова. В этом и заключалась вся его мысль.

Така отложил кисть. “В юности у меня были такие грандиозные приключения. Теперь я только целыми днями сижу в офисе. Я читаю бухгалтерские книги, слушаю отчеты и наблюдаю за течением реки. У всех остальных есть немного поводов для волнения. Теперь моя очередь. И это давно назрело!

Коуме тщательно подбирала слова. “Я обязана вас защищать”.

“О, у тебя будет шанс”, - ответил он.

У неё отвисла челюсть. “Тогда, я полагаю, у вас есть план?

Така позволил улыбке расплыться по его лицу. “Судя по отчетам магистрата, я готов поспорить, что эти пираты - крупная организация. Крупная и дорогостоящая. Крупные предприятия по своей сути хрупки. В этом, видите ли, и заключается их слабость. Операция может легко превысить прибыль, которую она способна принести. И, на самом деле, я думаю, что принц пиратов – как его звали?

Куме взглянул на письменное заявление выжившего. “Э-э, Бакучику”.

“Бакутику. Верно. Что ж, я думаю, что Бакучику - это и их слабость тоже. Если мы сможем превратить принца, так сказать, в нищего, то, я думаю, у него не останется последователей. В конце концов, бандиты более лояльны к монетам.”

Така хлопнул в ладоши. Присутствующие в зале дружно подпрыгнули.

“Таков план!” - объявил он. “Мы обанкротим компанию, а затем выкупим у него рабочую силу. Вместо этого они будут работать на нас!” Така развел руками, словно пораженный собственным талантом. “Да. Это прекрасно.”

Коуме нахмурилась. “И как вы собираетесь это сделать?”

“Я… пока не уверен”. Така почесал шею. “Я что-нибудь придумаю”.

“Это дайме семьи Ясуки?” - раздался громкий шепот Шуко.

Гоичи покачал головой. “Судьба пощади нас.”

Така едва сдерживал смех. Если бы он сказал это вслух, у них не осталось бы сомнений в том, что он не в своем уме. Возможно, другие правители наказали бы Шуко за высказывание, и особенно Гоичи. В конце концов, у самурая есть только его репутация. Но Така слышал, как жители деревни разговаривали друг с другом. То, что они осмелились сказать такое здесь, означало, что им было комфортно рядом с ним. Что они считали Таку одним из них. Ему это даже нравилось.

Но если бы он промолчал, Коуме обиделась бы за него. И меч был у нее. Поэтому он встал прежде, чем она успела обнажить его, обезоружив присутствующих своей широчайшей улыбкой.

“Не волнуйтесь. Все будет хорошо! Подготовьтесь к открытию новой пивоварни. Мы скоро вернемся к графику. Но сначала…” Он сунул множество свитков в руки Гоичи. “Пусть герольд доставит это немедленно. Наш груз не был единственным, который пропал. Пострадали и другие кланы. Возможно, они знают что-то, чего не знаем мы.

“И вы уверены, - спросил Коуме, - что не хотите вовлекать в это другие семьи?”

“В то время когда мы можем справиться со всем сами?” Така усмехнулся. “Ну, Коуме, в чем же тут веселье?”