В погоне за тенями

Пролог

Белохвост открыл глаза и увидел вокруг непроницаемую тьму. Он вертел головой во все стороны, до боли напрягая зрение, пытаясь заметить хотя бы малейший проблеск света. Но вокруг не было ничего, кроме кромешной тьмы. На мгновение его охватила паника, голова закружилась, и он испугался, что ослеп.

Однако его нос уловил резкий пыльный запах камня. Подушечками лап он ощутил твёрдую землю. Задрав голову, он приоткрыл пасть, пробуя воздух, и почувствовал привкус холодной, слегка затхлой воды, которая находилась где-то впереди в нескольких лисьих хвостах.

«Должно быть, я в пещере», — подумал он, растерянно моргая и пытаясь увидеть сквозь тьму, окутавшую его, словно густая шкура.

«Я не ослеп, — сказал он себе. — Но я никогда раньше здесь не был. Как я сюда попал?»

Он насторожил уши и вновь принюхался, держась настороже, чтобы понять больше об этом странном месте. Единственный кошачий запах, который он ощущал, был его собственным, и это успокаивало. Ни лисицы, ни барсука, никакого другого хищника он не чуял. Он был совершенно один.

Сначала осторожно, почти на ощупь, он двинулся вперёд, выискивая малейший проблеск света, пытаясь ощутить дуновение более прохладного, движущегося воздуха, который мог бы указать ему путь наружу. Однако не было никаких полезных знаков, только сырой камень, холодная вода и непроглядная тьма.

Что, если выхода нет?

Страх, который поначалу он пытался подавить, начал овладевать им. Белохвост ускорил шаг, он начал метаться туда-сюда, охваченный неконтролируемым желанием выбраться из этого места. Он налетал на каменные стены, спотыкался о выступы и застревал лапами в трещинах в земле.

Прошло несколько мгновений, прежде чем он понял: он двигается слишком легко, слишком быстро — внутри бурлила непривычная сила. Словно он вновь стал тем молодым воином, каким был много лун назад, а не старейшиной, каким стал сейчас.

Белохвост замер, облегчение захлестнуло его.

Конечно же, это сон!

Он снова отправился на поиски выхода из пещеры, наслаждаясь свободой движений и отсутствием боли в лапах, без отчаянной жажды воздуха в груди. Но вскоре он осознал, что уже довольно долго блуждает, не находя выхода, а его глаза так не привыкли к темноте.

Он остановился, снова пытаясь совладать с подступающей паникой.

«Это просто сон, — сказал он себе. — Во сне со мной не может случиться ничего плохого. Мне не могут причинить вред, и я не могу умереть…»

Но как бы Белохвост ни пытался успокоить себя, дурное предчувствие не отпускало. Оно ощущалось как невидимый враг — тяжестью на спине: будто кто-то обхватил его лапами и вонзил когти глубоко в живот, прижимая к камню под лапами. Желание распластаться на земле и завыть от ужаса, как потерявшийся котёнок, почти захлестнуло его.

Пока он пытался совладать с собой, неожиданно сбоку он заметил слабый отблеск. Резко обернувшись, он увидел, что стены пещеры начали излучать приглушённый, пульсирующий свет — холодное сияние, которое напомнило ему о…

Не успев додумать, Белохвост проснулся в знакомой палатке старейшин, в тёплом, уютном гнезде. Воздух был наполнен запахами и тихим дыханием Яролики и других соседей по палатке.

Сон уже ускользал из памяти, словно тяжёлый камень, тонущий в воде. Цепляясь за последние круги на поверхности, он пытался вспомнить, что видел — и почему свечение в стенах пещеры показалось таким знакомым.

Белохвост зажмурился изо всех сил, пытаясь сосредоточиться. И, наконец, ответ пришёл.

Луна!

Сияние в пещере напомнило ему о луне.

Глава 1

Несмотря на всю боль, Скворолап никак не мог забыть образ Грача, уносимого ввысь огромным орлом, а затем камнем падающего с огромной высоты и исчезающего за скалами.

Острая боль пронзила его лапу, когда он попытался догнать остальных котов, отправившихся в поход. Они уже все стремглав мчались к обрыву. Рана почти затянулась, но от этой гонки снова разошлась. Всё, что могли сделать Скворолап и другие измученные коты со стёртыми в кровь лапами, — сорваться в отчаянный бег, лишь бы успеть к краю утёса и узнать, мог ли Грач вообще пережить такое падение.

Скворолап так переживал за Грача, что невольно задумался: «А стоило ли всё это того?» Они прошли путь от территорий у озера до горного дома Клана Падающей Воды в надежде отыскать способ восстановить связь со Звёздным племенем после того, как Двуногие отрезали их от Лунного Озера.

Грач, предводитель отряда, встретился с Камнесказом, целителем Клана, а затем с Ласточкой, отважной воительницей Речного племени, погибшей в горах. Ласточка, теперь обитающая в небесах Звездного племени и Клана Бесконечной Охоты, заверила Грача, что Звездное племя не забыло о племенах и что целителям следует внимательно наблюдать за знаками.

Но было и более мрачное пророчество: Ласточка сказала, что грядут времена великих перемен. Будут они к добру или к беде — зависит от решений, которые примут племена.

«Как же нам понять, какой выбор правильный?» — гадал Скворолап.

Теперь, когда он спешил узнать, что случилось с глашатаем племени Ветра, все вопросы кружились у него в голове, словно клубок сцепившихся котят.

«Если Грач погиб, узнаем ли мы когда-нибудь ответы?»

Земля впереди внезапно оборвалась, и коты в смятении остановились. Скворолап, который бежал последним, задыхаясь, услышал вопль ужаса и увидел, как Сычеус начинает соскальзывать в пропасть. Камень под его передними лапами крошился и осыпался. Искра, которая находилась всего лишь в шаге позади, прыгнула вперед, схватила зубами хвост Сычеуса и с силой потянула его на себя.

— Спасибо, Искра! — выдохнул Сычеус, его грудь тяжело вздымалась, он судорожно хватал ртом воздух.

Тем временем Скворолап и остальные коты осторожно подошли к самому краю обрыва и заглянули вниз, в ущелье. На дне журчал тонкий ручеёк, по берегам росла скудная трава, а среди камней у подножия скалы виднелось несколько чахлых кустиков.

Грач неподвижно лежал у ручья, его лапы были раскинуты в стороны, а хвост свисал в воду. Даже когда Вечерница громко позвала его, он не шевельнулся.

«Он мёртв?»

Скворолап ощутил, как от шкур его товарищей исходит запах напряжения и страха. Он понимал, что все они задаются тем же вопросом. Мог ли глашатай племени Ветра пережить такое падение?

— Идём, — Искра нарушила молчание, её голос звучал решительно и деловито. — Нам нужно добраться до него.

Она пошла первой, осторожно, шаг за шагом, перебираясь по опасному склону утёса. Остальные последовали за ней. Скворолап напряг мышцы, чувствуя, как галька и рыхлая земля съезжают у него под лапами. Весь вес тела то и дело приходился на раненую лапу, пока он пытался удержаться на крутом склоне. Он не мог угнаться за остальными, каждое неловкое движение отзывалось так, будто в его мышцы вонзаются острые клыки.

Наконец Нектарница остановилась и оглянулась через плечо.

— Ты в порядке, Скворолап? — окликнула она.

Каждая шерстинка на шкуре Скворолапа вспыхнула жаром от досады и смущения. Он догадывался, что через мгновение его наставница вернётся и будет настаивать на том, чтобы он опирался на её плечо, демонстрируя его слабость перед всеми.

— Я в порядке, — ответил он. — Но мне нужно найти более пологий спуск.

— Пойти с тобой? — спросила Нектарница.

Скворолап решительно покачал головой.

— Нет, я справлюсь, спасибо. Я сильно не отстану. Вам нужно добраться до Грача как можно быстрее!

Нектарница поколебалась ещё мгновение, потом кивнула в знак согласия и продолжила спуск вслед за остальными.

Отвернувшись, Скворолап слышал, как его спутники осторожно сползают вниз, и как их движения ускоряются по мере приближения к подножию.

Осмотрев скалу, он не заметил более простого пути. Это не был отвесный обрыв, но все уступы, которые он видел, были слишком далеко друг от друга. Он уже знал, что эти камни могут легко обвалиться под его весом. На несколько долгих мгновений ему показалось, что он навсегда застрял на этом утёсе, не в силах ни подняться, ни спуститься. Страх, что его придётся спасать, снова охватил его.

Скворолап осторожно двинулся боком, стараясь найти безопасный путь вниз. Наконец он увидел узкую тропинку, вьющуюся по склону. Она была едва шире одной лапы, усыпана острыми каменными осколками, но выбирать не приходилось.

— Спасибо, Звёздное племя! — пробормотал он себе под нос, ковыляя по пыльной тропе; его шерсть задевала скалу с внутренней стороны.

Спускаясь по пологому склону, Скворолап мог не так сильно нагружать больную лапу. Почти всё время, если только не нужно было удержать равновесие на повороте, он мог поднять её и ковылять на трёх остальных. Боль утихла, и он с облегчением перевёл дух.

Однако более долгий путь дал Скворолапу возможность поразмыслить о том, что он увидит, когда доберётся до Грача. Рискнув бросить взгляд назад, он заметил, что его спутники всё ещё карабкаются вниз по скале. Отсюда было не понять, осталась ли хоть какая-то надежда. Издалека казалось, что падение оборвало его жизнь. Если же он ещё жив, то Скворолап опасался, что его ранения могут быть настолько серьёзными, что даже самые опытные целители не смогут помочь.

К тому времени, как Скворолап, прихрамывая, подошёл к своим спутникам, все они собрались вокруг тела глашатая. Непоседа и Тенесвет склонились над ним, а остальные стояли поодаль, предоставив двум целителям пространство для работы.

— Он дышит! — воскликнул Непоседа, и в его голосе прозвучало искреннее изумление.

— Что? — Голубые глаза Искры широко распахнулись от шока. — Не может быть... Как...

Непоседа не ответил, только присел рядом с головой Грача и тщательно обнюхал его пасть.

— Запаха крови нет, — сказал он. — Это хороший знак...

Тем временем Тенесвет осторожно провёл лапами вдоль позвоночника Грача, по его животу, потом проверил каждую лапу. Закончив осматривать последнюю, он выдохнул — не то вздох, не то всхлип — от удивления.

Сердце Скворолапа сжалось от этого звука.

«Неужели Тенесвет обнаружил что-то ужасное?»

Но когда целитель племени Теней поднял взгляд, в его глазах смешались радость и растерянность.

— Вы не поверите, — дрожащим голосом пролепетал он. — Я и сам едва верю. Но у Грача... нет ни одной сломанной кости!

От его слов по шкуре Скворолапа пробежала дрожь надежды, а остальные коты выдохнули — кто вслух, кто сдавленным восклицанием облегчения. Но Непоседа всё ещё смотрел на тело Грача с сомнением.

— Это всё хорошо и замечательно, — проворчал он. — Но он всё ещё без сознания, и у него могут быть внутренние повреждения.

Скворолап, услышав слова целителя, взглянул на Грача. Увидев, как грудь серого кота медленно поднимается и опускается в такт неглубокому дыханию, он ощутил прилив надежды, словно луч солнца, пробившийся сквозь тёмные тучи.

Однако вместе с новой надеждой он ощутил острую необходимость действовать.

— Нам нужно что-то делать! — выпалил он.

Оба целителя одновременно повернулись в его сторону, и их глаза сузились, словно их оскорбило, что ученик смеет давать им указания.

Смутившись, Скворолап не выдержал их взгляда — опустил голову и уставился на свои лапы, пока Непоседа снова не заговорил.

— Тенесвет, можешь осмотреться и поискать полезные травы? — спросил он. — Крапива была бы хороша, на случай внутренних повреждений, и пижма — от шока.

Тенесвет бросил на него взгляд, полный сомнений.

— Не думаю, что тут много найдётся, — ответил он. — Это место, должно быть, совсем бесплодное даже в Зелёные Листья, не то что в Голые Деревья. — Он поднялся на лапы и отряхнулся. — Но я постараюсь.

— Мне пойти с тобой? — спросил Скворолап.

Тенесвет покачал головой.

— Спасибо, Скворолап, но тебе будет нелегко искать, когда ты ковыляешь на трёх лапах. Искра, пойдёшь со мной?

— Конечно.

Двое котов быстро побежали вниз по ручью; Искра наблюдала за окрестностями, пока Тенесвет обнюхивал скудную растительность у кромки воды, перебирая листья передними лапами.

Когда они скрылись за выступом скалы, воцарилась тишина. Один за другим коты садились, пока не образовали неровный круг вокруг Грача. В животе Скворолапа зашевелился червячок страха.

«Хотел бы я хоть что-то делать, — подумал он с нетерпением. — Это слишком похоже на бдение».

Время от времени Нектарница склоняла голову, чтобы обнюхать шерсть Грача, или прижималась ухом к его морде, проверяя, дышит ли он. Но никто не мог ему помочь, пока Тенесвет и Искра не вернутся с целебными травами.

Тишина затягивалась, и страх, который испытывал Скворолап, становился всё сильнее. Он ощущал его как острый камень, застрявший в груди и горле. Он стиснул челюсти, чтобы не сорваться на вой от чистой, беспомощной тоски.

В конце концов тишину нарушил Сычеус.

— Даже если Грач выживет, — начал он, — нам придётся нести его обратно к озёрной территории? — Он беспомощно покачал головой, не скрывая своего отчаяния. — Это займёт целую вечность!

Нектарница вытянула хвост и коснулась плеча Сычеуса, стараясь утешить его.

— Если Грач очнётся, возможно, завтра он уже сможет идти, — с надеждой мяукнула она. — Раз у него нет переломов, он должен быть в состоянии идти сам.

Непоседа нервно выпустил когти.

— Даже если он сможет идти, — заметил он, — ему точно придётся идти медленно. Надо смотреть правде в глаза: дорога домой займёт много времени.

Нектарница кивнула.

— Может, одному или двоим из нас стоит отправиться вперёд, — предложила она.

«Какой в этом толк?» — подумал Скворолап и с трудом удержался, чтобы не ляпнуть вслух — он ещё помнил, чем заканчиваются такие высказывания. Какой смысл мчаться обратно к озеру, если среди них нет кота, который узнал что-то от Камнесказа? Это Грач говорил с целителем Клана в Пещере Остроконечных Камней, Грач получил послание от Ласточки и Клана Бесконечной Охоты. Крайне важно, чтобы он вернулся к племенам у озера.

Грудь Скворолапа сдавила паника, острый камень, казалось, рос, заполняя горло и перекрывая дыхание.

«Что, если Грач больше никогда не придёт в себя?»

Он вспомнил, как видел Грача прошлой ночью — тот сидел допоздна, и в его синем взгляде, как пескари, мелькали мысли. Тогда Скворолап заподозрил, что кот из племени Ветра что-то скрывает. Теперь отчаяние охватывало его еще сильнее. Он должен был верить, что их миссия важна и имела огромное значение для благополучия племён. Но теперь эта вера заставляла его опасаться, что всё окажется напрасным.

«Очнись, Грач, — беззвучно молил он, не отрывая взгляда от неподвижного тела. — Пожалуйста, очнись…»

Солнце уже клонилось к горизонту, и тени в ущелье становились всё длиннее, когда вернулись Тенесвет и Искра . К тому времени остальные коты уже соорудили гнездо из сухих листьев и мха под сенью тернового куста. Они осторожно перенесли туда Грача. Даже когда его поднимали и несли, это не изменило его состояния — серый кот не пошевелил даже усом.

Тенесвет подошёл и бросил пучок крапивы рядом с телом Грача.

— Даже следа пижмы не нашёл, — доложил он. — Придётся пока обойтись этим.

Скворолап наблюдал, как Тенесвет разжёвывает листья крапивы; Непоседа осторожно приподнял голову бездыханного кота, чтобы Тенесвет смог влить немного сока в пасть Грача. Скворолап не мог понять, удалось ли тому проглотить хоть немного.

Пока Искра сопровождала Тенесвета, она успела поохотиться и вернулась с добычей: парой тощих мышей и чёрным дроздом.

— Спасибо, Искра. — Сычеус, казалось, заставлял себя звучать бодро. — Отличная добыча.

Искра с досадой уставилась на дичь.

— Нет, это жалкая добыча. Но всё, что я смогла найти. Мы можем собрать патруль на охоту, если кто-то захочет присоединиться.

Никто не вызвался; все только неловко переминались с лапы на лапу и переглядывались. Скворолап чувствовал себя таким вымотанным, что, казалось, не поймал бы мышь, даже если бы она сама прыгнула ему в пасть.

— Мы не знаем, кто может здесь прятаться, — сказала Вечерница. — Давайте разделим эту дичь и попробуем поспать.

Остальные тихо согласились и поделили скудную добычу. Скворолап торопливо проглотил свои пару кусочков и вместе со всеми устроился в импровизированном гнезде неподалёку от того места, где лежал Грач.

Несмотря на то, что он был так измотан, что едва доплёлся до подстилки и рухнул в неё, Скворолап не смог отдохнуть. Он лежал, вслушиваясь в храп других котов, но сон ускользал от него, словно проворный кролик, вырывающийся из его когтей.

Наконец он перевернулся — как ему хотелось верить, в последний раз — и крепко зажмурился.

«Я сейчас же усну!» — подумал он.

Но почти сразу Скворолап заметил слабое свечение за своими веками.

«Лунный свет?» — удивился он, сбитый с толку. Когда он ложился спать, небо было затянуто облаками.

Моргнув, он приоткрыл глаза, приподнялся и огляделся, пытаясь понять, откуда исходит этот свет.

Луны не было. Вместо неё над неподвижным телом Грача парила его мерцающая серебристая фигура.