Судьба Никольского храма
С появлением братьев Струве, в качестве владельцев Кулебакского горного завода, у села началась новая жизнь. Это выразилось в создании с нуля востребованной инфраструктуры – больница, школа, магазин Общества потребителей, созданного при КГЗ, проведен телеграф, а позднее проложена железная дорога до пристани у села Липня. Всего этого здесь до Струве не существовало.
Однако потребность материальная не живет отдельно от потребности духовной, и разросшееся за четверть века село, а с ним и количество жителей (с 500 до 9000 чел.), заставило руководство завода задуматься о строительстве нового храма для православных верующих. Существующая Воскресенская церковь уже не удовлетворяла потребностям, попросту не вмещала всех желающих прихожан.
В мае 1894 года Его Преосвященство Епископ Нижегородский и Арзамасский Владимир совершал турне по югу губернии с посещением монастырей и приходов. Одной из точек его визита было село Кулебаки. После торжественного богослужения к епископу за благословением на постройку нового храма обратилась общественность села и горного завода, на что Его Преосвященство ответил положительно.
С целью оповестить общественность о стремлении построить новый храм при Кулебакском горном заводе (КГЗ был отдельной территориально-административной единицей, со своим почтовым и телеграфным адресом) в ноябре того же 1894 года, на страницах нижегородской губернской прогрессивной газеты «Волгарь» в разделе Поволжских вестей от собственных корреспондентов вышла заметка о сборах средств на новый храм: «…Наша сельская церковь по своей миниатюрности не может вместить всех желающих помолиться в воскресные и праздничные дни. В виду этого служащие, мастеровые и рабочие завода открыли между собой подписку на три года с отчислением 2% ежемесячно с заработанного рубля на постройку своей церкви, так что с весны будущего года будет приступлено к постройке церкви по плану техника А.А. фон-Вейсенберга, одобренному преосвященным Владимиром в бытность его здесь…»
На очередном техническом заседании Строительного отделения Нижегородского губернского правления в ноябре 1895 года рассматривалось прошение Духовной консистории утверждения чертежа храма, выполненного инженером КГЗ А.А. фон Вейсенбергом к исполнению. В приложенном консисторией прошении было и заявление директора Кулебакского горного завода Инженер-Технолога К.И.Рейнера, что надзор за строительством он принимает на себя. В итоговом заключении техники Строительного отделения губернского правления, подтвердили правильность составления чертежа, но осуществлять надзор за строительством директору завода Рейнеру производить не разрешили, ссылаясь на разъяснения Главного управляющего Министерством Внутренних Дел за № 32 от 1893-го года: «…Инженер-Технологам и Технологам, как не специалистам в архитекторской профессии, по закону не предоставлено вообще право производить городские и общественные постройки, подлежащие в строительном отношении ведению Министерства Внутренних Дел…».
Итоговый вердикт технического заседания Строительного отделения звучал следующим образом: «…Означенный чертеж утвердить, но с тем, чтобы место для постройки отведено было согласно требованию Закона… и чтобы работы по постройке Церкви произведены были под наблюдением имеющего право… подписку которого доставить в Строительное Отделение; впредь же до принятия надзора, работы не производить…»
Место для возведения нового храма (современное место, на котором находится д/с №15 «Родничок») выбрали на северо-восточной окраине села Кулебаки на «Линии», так называлась тогда эта улица из-за проходившей по ней железнодорожной ветке, ведущей на торфразработки и кирпичный завод (будущая улица им.Струве, а позднее ул. Труда).
Спустя три месяца, в феврале 1896 года, состоялось собрание служащих, мастеровых и рабочих кулебакского горного завода по случаю окончания строительства нового православного храма при Кулебакском горном заводе, сооруженного на собранные средства вышеперечисленных лиц. Собравшиеся единогласно приняли решение освятить построенный храм во имя св. Царицы Александры в честь предстоящего святого коронования Их Императорских Величеств Государя Императора Николая II и Государыни Императрицы Александры Фёдоровны. Помимо этого, собравшиеся обратились к присутствовавшему директору Кулебакского горного завода К.И.Рейнеру с просьбой: «повергнуть к стопам Их Императорских Величеств верноподданнические чувства собрания и беспредельной преданности.»
17 августа 1897 года при большом собрании народа состоялось торжественное поднятие крестов на вновь строящийся заводской храм в присутствии главных его строителей - инженера С.И.Щукина (начальника пути и движения Кулебакской ж.д.) и И.Е.Тузова (заведующего Строительным отделением Кулебакского завода).
Руководство КГЗ планировало закончить строительство храма к концу года 1897 года. Как отмечали корреспонденты «Волгаря», храм хоть и был деревянным, но отличался своей архитектурой и внешним убранством, делая тем самым реверанс в сторону архитектора Александра Вейсенберга. Необходимо отметить и участие директора завода англичанина Кверина Иоганна Рейнера, который по вероисповеданию был католиком, и тем не менее приложил большие усилия по строительству православного храма. Возможно такое лояльное отношение к православию ему привила его верная супруга Юлия Михайловна, с которой он был венчан в православной церкви…
Тысячу рублей на украшение нового храма пожертвовал директор-распорядитель Общества Коломенских машиностроительных заводов, а по сути владелец - Аманд Егорович Струве, накануне посетивший село, и остался крайне доволен администрацией завода и строительством в целом.
В октябре 1897 года дирекция Кулебакского горного завода направила ходатайство в Нижегородскую Епархию об открытии самостоятельного прихода при только что выстроенной заводской церкви. В состав прихода должны были войти служащие и рабочие завода, которые согласились отчислять определенный процент из своего жалованья на содержание будущего причта.
22 ноября 1897 года нижегородский «Волгарь» пишет, что на Кулебакском заводе закончено строительство деревянной церкви, сооруженной на средства служащих, мастеровых и рабочих завода: «…Новый храм весьма обширен: вместимость его рассчитана на 2000 человек; храм отличается удобствами и изяществом архитектуры; на постройку его израсходовано свыше 40 000 руб. Большое участие в этом деле принял директор завода К.И.Рейнер. В настоящее время… возбуждено… ходатайство об освящении… храма и назначении к нему особого трехчленного причта, с образованием при заводской церкви самостоятельного прихода…»
4 декабря этого же года состоялось освящение церкви в честь Николая Чудотворца. Должность церковного старосты для ведения церковного хозяйства до открытия самостоятельного прихода была возложена на дворянина С.И. Щукина.
В апреле 1898 года Нижегородское епархиальное духовенство направило ходатайство в Священный синод об открытии самостоятельного прихода при новой церкви Кулебакского горного завода, однако дело это оказалось отнюдь нелегким. Благодаря тому, что епархиальное начальство приняло сторону жертвователей и ходатайствовало перед Святейшим Синодом об исполнении их желания. Итак, Указом Святейшего Правительствующего Синода за № 3142 от 22 июня 1898 года при церкви Кулебакского горного завода, приписанной к приходскому Воскресенскому храму села Кулебаки Ардатовского уезда, было утверждено открыть самостоятельный приход с причтом из священника, дьякона и псаломщика. Членам причта назначено содержание от казны по 400 рублей в год, в том числе священнику 300 руб. и псаломщику 100 руб. со дня назначения причта при церкви Кулебакского горного завода. В начале июля 1898 года уведомление получила и Нижегородская духовная консистория. 12 июля из села Хохлома Семеновского уезда в приход Кулебакского завода был переведен священник Андрей Штернов.
Построенный храм отличался благолепием. Дубовый иконостас с живописно исполненными в Дивеевском женском монастыре изображениями святых, барельефы с позолотой, мастиковый пол придавал особый блеск. Не только богатым убранством отличался новый храм, но и применением новейших технологий и инженерных мыслей строителей. Еще нигде в Российской Империи деревянные храмы не строились с центральным водяным отоплением – кулебакский заводской был первым. Отсутствие печей увеличило полезное пространство храма, где свободно могли присутствовать более 2000 прихожан. По соседству с церковью был выстроен многоквартирный дом для священнослужителей, который существует и по сей день.
Церковным старостой, теперь уже официально, был избран начальник пути и движения Кулебакской железной дороги инженер С.И. Щукин. Приходское попечительство возглавил сам директор Кулебакского горного завода К.И. Рейнер. Газета «Волгарь» восторженно писала: «…Вновь сооруженный храм будет служить справедливой завистью, к гордости жертвователей, окружающих нашу местность горных заводов, среди которых наш Кулебакский является сравнительно очень молодым…»
Владелец завода Аманд Егорович Струве успел восхититься выстроенным храмом, но увидеть законченный Дом для народных развлечений (современный «Теремок») не успел – он скончался 12 сентября 1898 года… При строительстве одновременно двух серьезных объектов, такой выдающейся архитектуры по проектам заводского инженера А.А. фон Вейсенберга, приоритет отдавался храму. Никольская церковь стала еще одним архитектурным украшением села Кулебаки. Так началась относительно недолгая история прихода церкви при Кулебакском горном заводе.
6 августа 1899 года, на праздник Преображения Господня, Кулебаки посетил Преосвященнейший епископ Нижегородский и Арзамасский Владимир, который совершил божественную литургию в церкви Кулебакского горного завода в сослужении с Его преосвященством за всенощной литургией были: Архимандрит Феодосий, Епархиальный миссионер протойерей Н.В.Фиалковский и священники: Выксунского Иверского монастыря И.И. Лебедев, и настоятель Никольского храма Кулебакского завода А.А.Штернов.
В 1900 году тщанием настоятеля прихода Андрея Штернова при Никольском храме были открыты народные чтения.
В 1901 году на должность церковного старосты был избран заведующий конторой горного завода Михаил Аполлинариевич Плаксин, позднее эту должность занимали Петр Иванович Лебедев (1903 г.); заведующий земской школой, учитель Порфирий Дмитриевич Щеглов (1906 г.); купец 2-й гильдии Дмитрий Иванович Михеев (с 1908 по 1910 гг.). При храме был создан певчий хор.
Позднее, рядом с храмом образовалось кладбище (современная улица Полевая). Район Никольского храма стал обживаться, вокруг вырастало жильё мастеровых и рабочих горного завода, рядом же находились дома купца Михеева и служащего конторы КГЗ А.В.Смирнова (оба дома сохранились, ул. Труда, д.9 и д.11).
После смерти владельца завода Аманда Егоровича улице Линия, на которой стояла церковь, присвоили имя Струве в честь заслуг братьев владельцев, сделавших из захолустных Кулебак мощный индустриальный центр центральной России.
В период с 1900 по 1916 годы приход посетило большое количество представителей высшего духовенства губернии, государственных лиц, чиновников самого разного ранга, не говоря уже о гостях и владельцах самого горного завода и Общества Коломенских заводов.
С 1907 года завод возглавил Петр Михайлович Вавилов, который на прежнем месте работы являлся церковным старостой подобного заводского храма. Вавилов многое сделал в поддержку прихода и причта, выделяя дополнительные средства на убранство и иные цели.
Никольский храм стал центром притяжения не только верующих прихожан, но и местом проведения манифестаций. Февральская революция 1917 года пришлась на Крестопоклонную неделю Великого поста. В эти дни в храмах пели тропарь: «Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое, победы благоверному императору нашему Николаю Александровичу на сопротивныя даруя, и Твое сохраняя Крестом Твоим жительство». Но, как только свершилась революция, Синод заменил эти слова на новые: «…Победы благоверному Временному правительству на сопротивныя даруя». Иногда это сокращалось до «благовременного правительства», что звучало довольно двусмысленно, но в атмосфере тогдашней эйфории это мало кто замечал. Пасха в 1917 году выпала на 2 апреля по старому стилю (15 апреля по новому стилю). Временное правительство всячески старалось отождествить революцию с пасхальным красным цветом – торжественным, праздничным. Не пройдет и года, и большевики станут противопоставлять революцию и Пасху, а вот Временное правительство пыталось воспользоваться Пасхальным торжеством, вписаться в него, сделать его «своим». В риторике некоторых проповедников Пасхальные торжества 1917 года иногда совмещались с освобождением от Распутина, с момента убийства которого не прошло еще и полугода.
Так, 2 апреля 1917 года, здесь, возле Никольской церкви Кулебакского завода, состоялся пасхальный митинг, о чем свидетельствует замечательный фотофакт. Собралось огромное количество народа, толпа от мала до велика заполонила всё пространство возле храма – одни и те же люди, которые еще ночью на крестном ходе несли хоругви, а уже днём сменили их на кумачовые транспаранты с лозунгами совсем не церковного содержания…
С приходом к власти большевиков для Русской православной церкви наступили страшные времена. Желание новой власти покончить, в первую очередь, с Русской православной церковью, как несовместимой с марксистской идеологией, было огромным. Стоит отметить, что и сами вчерашние прихожане с нескрываемым энтузиазмом взялись за уничтожение религии…
С 1927 по 1937 годы настоятелем в Никольской церкви Кулебак был священник Михаил Гусев, он же служил и благочинным.
В 1929 году вышли постановления властей о закрытии церквей в районе и передачи помещений под иные организации. В начале 1930 года церковный совет Николаевской церкви под председательством С.Я.Хлыстунова, вышел с ходатайством об оставлении церкви в пользовании прихожан, как единственной оставшейся в рабочем поселке и обслуживающей религиозные нужды обширной группы верующих: «…Наш храм обнимает собою верующих до 3,000 (трех тысяч) человек, как это видно из церковных списков верующих. Кроме того, считаем нужным указать и на то, что наш храм удовлетворяет религиозные нужды прихожан закрытого Воскресенского Храма, в котором тоже насчитывается более 1000 (тысячи) верующих. Просим принять во внимание, что с закрытием этой последней церкви религиозные нужды столь обширной группы верующих трудового населения останутся неудовлетворенными.
К этому следует еще прибавить и то, что, когда дело шло о закрытии Воскресенской церкви, нам было заявлено от местной власти, что в распоряжении верующих остается еще одна церковь в городе – Николаевская и таким образом, имелось ввиду именно оставить ее для религиозных нужд верующих.
Желая предупредить повторение той ошибки, какая имела место при ликвидации Воскресенской церкви в смысле поспешного и недостаточно обоснованного ее закрытия, мы и просим при обсуждении вопроса о ликвидации и этой последней церкви детально проверить правильность нашего заявления и число верующих нашей церкви и оставить таковую в нашем распоряжении…»
Таким образом, Никольский храм удалось отстоять почти на десять лет. И всё- таки в 1938 году в ходе кампании, направленной на закрытие приходов по всей Горьковской области вопрос о закрытии Никольской церкви встал очень остро и жестко. После ареста в августе 1937 года священника Михаила Гусева, Райисполком закрыл Никольский храм и запретил в дальнейшем отправления религиозного культа. В течении года прихожане и Церковный совет принимали попытки зарегистрировать нового священнослужителя, в чем им было отказано в грубой форме в кабинетах Райисполкома. В сторону кандидата в священники проводились проверки документов, часть из них вызвали сомнения, о чем наводили соответствующие справки и т. д. Со стороны власти создавалась преднамеренная волокита. В связи с этим кулебачане неоднократно обращались в вышестоящие инстанции - Кулебакский Горсовет, Облисполком, писали жалобы на имя Н.К.Крупской, прокурора СССР А.Я. Вышинского, в Президиум Верховного Совета, и даже на имя самого И.В.Сталина, все эти жалобы сохранились в деле «О закрытии церкви в г. Кулебаках Кулебакского района», хранящегося в ЦАНО.
В жалобе кулебачан Совету Народных Комиссаров от декабря 1938 года говорилось следующее: «…После ареста священника, религиозное общество приглашало других, но райисполком не разрешал открывать храм и служить в нем. 12 октября 1938 г. созвали общее собрание горожан, на котором было вынесено решение переоборудовать церковь под клуб. О решении известили верующих. Однако, по сведениям, большинство на собрании высказалось за то, чтобы собрать деньги на строительство нового здания для клуба. Кроме того, в городе имелся «готовый дом, который общество охотно окупает своими средствами и передаст для клуба. Но райисполком непременно настаивает на отобрании церкви…»
Однако на заседании Президиума ВС РСФСР от 16 января 1939 г. по делу «О закрытии церкви в городе Кулебаках Кулебакского района Горьковской области» было решено: «…Постановление Президиума Горьковского облисполкома от 11 ноября 1938 года о закрытии церкви утвердить... Здание церкви передать Кулебакскому райисполкому для переоборудования под пионерский клуб…»
28 января 1939 года Кулебакский Горсовет объявил явиться Председателя Церковного Совета Приезжевой М.В. для проверки церковных ценностей и передать ключи от дверей храма. Председатель Горсовета Лапин в составе намеченной комиссии и представителя РИКа Хватова объявил о решении Верховного Совета закрыть церковь, не предъявляя никаких документов, на что верующие засомневались в легитимности решения местных властей и усомнились в том, что Верховный Совет постановил закрыть церковь, а также не мог нарушить статью 124 Конституции СССР. Однако комиссия, конфисковав ключи, вошли в церковь и немедленно приступили к проверке и кощунственному изъятию церковной утвари, приказав членам Церковного совета оставить данные действия без огласки. Тяжба верующих и властей продолжалась до конца февраля и завершилась после ответа из Секретариата Председателя СНК СССР, что с 3 февраля 1939 года облисполком предписал районным властям объявить верующим, что церковь закрыта. На этом закончилась эпопея противостояния власти и верующих кулебачан.
Рядом с храмом началась масштабная стройка нового здания средней школы №8. Позднее начался демонтаж храма. Сам храм разошелся на строительные материалы. По воспоминаниям Почётного гражданина г.Кулебаки Б.А.Верина, его дед сумел забрать оконные рамы, которые им пригодились в хозяйстве при строительстве нового дома…
В 1940 году на месте Никольской церкви уже стояли новые заводские ясли, позднее преобразованные в детский сад №15.
Всё сводилось к уничтожению последней кулебакской церкви, храм как будто выживали со своего места, ведь площадь между церковью и кладбищем облюбовали революционеры, устроив здесь братское захоронение в мае 1918 года, похоронив первых жертв революции М.Есина, А.Шипова и Г.Бутова (чьи имена впоследствии увековечат в названии улиц). Спустя некоторое время, тут же возведут обелиск и назовут площадь именем Республики (позднее переименована в пл.Революции), и всё это в окружении православного храма, кладбища и дома священнослужителей.
А потом и вовсе начали устраивать на площади массовые мероприятия самой разной направленности – митинги, демонстрации, выступления агитбригады «Синяя блуза» и т.д., как бы попирая былое…
Кладбище будет уничтожено местной властью с одобрения партийной общественности к середине 1950-х годов, предварительно эксгумировав останки борцов революции и героев гражданской войны, которые были перенесены к могиле революционеров убитых в 1918 году. Могилы остальных кулебачан были просто стерты с лица земли… Таким образом, рядом с бывшим кладбищем образовались Братские могилы революционеров, которые кстати охраняются государством, как объект культурного наследия.
С 1946 года в Кулебаках начал действовать молитвенный дом, который откупили у частного владельца. Сначала молитвенный дом был в честь Святителя Николая и престолом в честь преподобного Серафима Саровского, который со временем стали называть храмом, но это история уже совсем другого храма, пусть и сохранившего имя Николая Чудотворца…
А.В.Маскаев, 2024 г.