События 25 мая 1918 года или кто убил кулебакских красногвардейцев.
25 мая 1918 года в Кулебаках произошло неординарное событие - практически террористический акт… Группа боевиков Партии социал-революционеров (эсеров) бросила бомбу в здание Штаба Красной гвардии, что повлекло ранение и гибель людей. Последующая погоня за террористами повлекла за собой гибель еще двух красногвардейцев. Эти события стали эпохальными для последующих поколений кулебачан. Так что же предшествовало этим трагическим событиям?
Немного предыстории. Кулебаки и работающий здесь горный завод стояли в авангарде революционного подполья начала XX века. Первый социал-демократический кружок был образован здесь еще в 1896 году, с этого момента всё и началось… За 20 лет подпольной работы в селе и на заводе выросло целое поколение профессиональных революционеров самых разных партий и направлений. Наиболее многочисленными были «эсеры», в меньшей степени «большевики», встречались «кадеты», «октябристы» и даже анархисты…
Образовавшаяся в 1905 году на горном заводе Кулебакская социал-революционная организация была арестована в конце июля 1907 года в связи с подозрениями местных властей о готовящихся эксах и террористических актах. Обыски у ее членов в большинстве своем оказались безрезультатными. При обысках были обнаружены устав и прокламации ПСР. Под стражу были взяты два человека, остальные остались на свободе и продолжали свою деятельность. После ареста главы организации Анфимова в декабре 1908 года она почти прекратила свою деятельность. Оставшиеся ее 339 членов примкнули к социал-демократам. Функционирование эсеровской организации в Кулебаках в 1907-1908 гг. подтверждается также тем, что в ноябре 1909 года во время ремонта бани у крестьянина Ардатовского уезда Коршунова было найдено большое количество нелегальной литературы и отчеты Кулебакской организации ПСР за 1907-1908 гг.
События Первой русской революции 1905-1907 годов очень ярко отразились и на состояние общества. Кулебакские подпольщики неоднократно организовывали стачки вовлекая простых рабочих, устраивали политические демонстрации и митинги, а в июне 1906 года вступили в вооруженную схватку с царской полицией, разоружили и разогнали ее. Полиция, прекрасно осведомленная о роли, которую играли социал-демократы в событиях, происходящих в Кулебаках, принимала меры к разгрому партийной организации. В конце 1906 и в начале 1907 года были проведены массовые аресты. При обыске у арестованных обнаружили прокламации и устав организации. За распространение запретной литературы многие подпольщики были сосланы. Но окончательно разгромить Кулебакскую организацию РСДРП Отделению по охране общественной безопасности и порядка не удалось. К февралю 1908 года в Кулебакскую партийную организацию входило 275 социал-демократов. Пристальная слежка за организацией усилилась. Как следствие в стране наступило время реакции. Настала пора относительного подпольного затишья, однако протестующие всё-таки добились некоторых требований - отмена цензуры, разрешение организации профсоюзов, уменьшение продолжительности рабочего дня и самое важное - появление Государственной Думы, как модно сейчас рассуждать - развитие парламентаризма, а по сути официально разрешена деятельность политических партий.
В Кулебаках этот период был относительно мирным. Пока «охранка» гонялась за «политическими» к концу 1907 года у Кулебакским горным заводом у пристани Липня началось строительство собственной судостроительной верфи, под заказы Товарищества нефтяного производства братьев Нобель. Рядом прокладывался железнодорожный путь соединяющий Москву и Казань, где конструкции судоверфи использовались для строительства моста через Оку близ Мурома.
Страна вошла в новую фазу экономического развития. В 1910-1912 гг. Кулебакский горный завод почти заново перестроил свои прокатные цеха и выстроил новые мартеновские печи в связи с надвигавшейся Первой Мировой. В 1914 году был получен большой заказ на сортовой прокат повышенного качества для нужд Морского министерства. Завод полностью вставал на военные рельсы.
23 февраля (8 марта) – началась и 27-го февраля (12 марта) 1917 года успешно завершилась «демократическая» или «буржуазная» - кому как нравится – революция. Национальная монархия была повержена. 3 марта 1917 года кулебакские металлисты объявили политическую забастовку. В селе состоялась многолюдная демонстрация. В этот день, - пишет в своих воспоминаниях В.М. Горячев, - по цехам проводились митинги. С судоверфи в Кулебаки поездом прибыли рабочие. Кулебачане их встретили и вместе организовали шествие по улицам села. Демонстранты пели революционные песни. Вечером в Народном доме состоялось собрание, на котором выступали ораторы разных политических взглядов и направлений. В итоге дебатов был создан Временный волостной революционный исполнительный комитет, организована народная милиция. От большевиков социал-демократической организации в комитет вошли В.А. Слепов, М.Ф. Шершаков, И.Н. Захаров. По существу, комитет стал местным органом Временного правительства.
Старый коммунист, бывший учитель коммерческого училища И.Н. Захаров вспоминал потом: «…Избрание меня и других большевиков в местный орган Временного правительства сильно озадачило и меня, и нашу организацию большевиков, так как у всех представление о создавшейся новой обстановке было весьма смутное… В тот же день вечером на квартире И.П. Пародни собралось совещание большевиков, на котором я высказал пожелание о выводе меня из состава Временного комитета. Это моё желание не было удовлетворено, главным образом потому, что выборы во Временный комитет были проведены в порядке всенародного голосования, нарушать который сочтено было неудобным…».
Реально взявшись за властные рычаги, наши революционеры растерялись: «…обязанности Временного исполнительного комитета были весьма расплывчаты: он то занимался выработкой плана развития народного образования в волости, то намечал организовать местный земельный комитет, то обсуждал вопрос об учете населения. Было принято также решение разоружить местную царскую администрацию. Но действовал комитет нерешительно, поскольку там оказалось эсеровское засилье».
Мечтатели рухнули с марксистских небес на землю. «Буржуев» прогнали, нужно вместо них налаживать процветание и благоухание новой России, но дела не шли, и Россия всё больше скатывалась не в процветание, а в самую настоящую разруху. Никто не хотел брать на себя ответственность за малейшие решения, начались любимые мероприятия социалистов – заседания, съезды, собрания, выборы, избрания кандидатов в кандидаты, протоколы, резолюции, лишь бы не было персональной ответственности.
«22 марта 1917 года на объединенном собрании организации был избран партийный комитет, который начал подготовку к выборам в Совет рабочих депутатов. Выборы состоялись в апреле. Но из 47 депутатов Совета только 6 человек были большевиками, а у руководства исполкомом оказались эсер Тростин, правые октябристы Зоря (директор коммерческого училища) и Круковский (казенный лесничий). Надо сказать, что и профсоюзными организациями, созданными в этом же месяце, руководили меньшевики и эсеры. Это объясняется тем, что большая прослойка рабочих была так или иначе связана с деревней, с земельными наделами, в силу чего была заражена мелкобуржуазной идеологией» -писал всё тот же Иван Захаров. В ту пору желание не остаться без порток называлось именно так – «мелкобуржуазной идеологией».
После Февральской революции Кулебакский горный завод стал одним из центров партийно-политической активности в Нижегородской губернии. Летом 1917 г. из 6–7 тыс. рабочих завода в Партии социал-революционеров (эсеров) состояло около тысячи (в социал-демократической организации СДРП – до пятисот). Эсеры в Кулебаках, как и их партийные товарищи в Нижнем Новгороде, пользовались массовой поддержкой демократического электората, что позволило им занять руководящие должности в местных органах власти. В частности, 3 сентября 1917 г. на выборах в Кулебакское волостное земство эсеры получили 1881 голос из 3330. Председателем волостной уездной управы был избран упоминаемый Степан Николаевич Жбанов. Он же еще с марта 1917 г. выполнял обязанности председателя исполкома волостного Совета.
В октябре 1917 г. нижегородские социалисты-революционеры принимают довольно решительные меры для того, чтобы не потерять контроль над социально-политической ситуацией. Однако через две недели в Нижегородской губернии, вслед за столицей, начался процесс вооруженного перехода власти к большевикам и их леворадикальным союзникам. О послеоктябрьском этапе своей деятельности кулебакские эсеры рассказали сами на окружной конференции бывших рядовых членов ПСР, которая состоялась в рабочем клубе Кулебак 3–4 июня 1923 года. Так, один из эсеров П.И. Щербакин, говоря о периоде до 1920 года, указал «на связь Кулебакской боевой организации с Центральным комитетом [ПСР], затем говорил о поручении Центрального комитета членам Кулебакской организации организовать экспроприацию на заводского кассира, с оговоркой чтобы в это дело Центральный комитет не был вмешан и экспроприаторы приняли ответственность за него лично на себя. А также Центральный комитет прислал директивы для работы организации в направлении разложения советской власти и хозяйственной жизни». Кроме того, он показал, что члены Кулебакской организации служили в 11-й дивизии Колчака, «затем бежали и вступили в РКП(б). Покушение на взрыв моста под Муромом Московско–Казанской железной дороги производилось также при участии членов Кулебакской организации...»
Не мудрено, что в конце 1917 года Кулебаки не могли похвалиться производственными успехами. Заводское руководство идёт к местному купцу Михееву занимать денег на выплату зарплаты рабочим. В июне месяце новой властью был арестован директор завода П.М.Вавилов, а через несколько дней и вовсе уволен с завода. Началась директорская чехарда… Зато был создан отряд Красной гвардии, затем он был реорганизован в отряд Красной Армии. Начальником его стал рабочий сортопрокатного цеха Иван Васильевич Бухвалов. Красногвардейцы спешно обучались военному делу.
Дела завода стали настолько плохи, что начали поговаривать о его закрытии к декабрю 1917 года. Для разрешения сложившейся ситуации, на завод направляется новый управленец Н.Л.Мануйлов, занимавший до этого должность директора Коломенского машиностроительного завода. Выражаясь современным языком это был настоящий «кризис-менеджер», который должен был вывести завод из штопора, предотвратить надвигающуюся гуманитарную катастрофу, ведь 9000(!) рабочих Кулебак могли в одночасье остаться без средств к существованию.
10 января 1918 года объединенный пленум правления профсоюза металлистов и Совета рабочих депутатов постановил ходатайствовать перед правительством о национализации завода. Что в июне и произошло. А в декабре работой завода начало руководить, только что созданное коллегиальное управление во главе с Председателем Н.Л.Мануйловым. Одному Богу известно, каких трудов стоило ему выправить ситуацию на заводе, предотвратить голод и наладить сырьевые поставки и сбыт готовой продукции. Кстати в это время в местности названной Пушлеем будет создана трудовая коммуна, которая вела подсобное хозяйство для обеспечения продовольствием рабочих КГЗ. Это еще одна заслуга Мануйлова.
На фоне продолжающейся лихорадки горного завода внутри села то и дело происходят стычки разнопартийной публики. Эсеры никак не могли смириться с тем, что власть забрали большевики, которые уже успели оборудовать штаб в самом центре села (ул.Советская, д.5 и д.6 - утрачен). Здесь и развернулись те самые трагичные события мая 1918 года, а именно теракт в отношении красногвардейцев. Покушение на штаб Красной гвардии по мемуарам одного из участников кулебакского эсеровского подполья П.А.Соколова был спонтанным неорганизованным решением боевиков группы ПСР (Партии социалистов революционеров). Но и у этого решения были предпосылки, о них нужно рассказать подробнее.
В этот период кулебакская эсеровская ячейка насчитывала до 3000 человек, но 80% состава не имело реальных политических убеждений. Помимо жителей села, руководители ячейки под председательством И.И.Воронкова успели завербовать возвращающихся с фронтов Первой мировой вооруженных солдат, симпатизирующих эсерам, которых набралось около 300 человек. Этот контингент наилучшим образом подходил для организации вооруженного восстания против власти большевиков. Солдатская часть организации не заставила себя долго ждать и начала проявляться - отправив делегатов в Совет рабочих и крестьянских депутатов. После последовали акции разоружения большевиков, после доставки тем оружия из Москвы. Оружие было конфисковано и поставлено под охрану. Одним словом, всячески тормозили действия власти большевиков. Однако вся эта недолгая гегемония была нарушена прибывшим отрядом муромской Красной гвардии, оружие теперь конфисковали у самих эсеров. Весной 1918 года организация распалась. В связи с этими событиями, дабы удержать контроль из Москвы приехал представитель ПСР некто Мольков для организации из местных эсеров боевой дружины. После конспиративных явок состав боевой дружины из 25 человек был утвержден - москвич Мольков, Соколов, Степанов, Мокров, боевой офицер Нарциссов, ардатовский мещанин Жидков, Коршунов, Лобанов, Самсонов, Кочетков, Юдин и др. Выбранными в «боевую пятерку» оказались Лобанов, Нарциссов, Коршунов, Самсонов и Соколов. В ходе нескольких собраний и приобретения оружия, большевиками Кошечкиным и В.Кулаковым был убит эсер А.Ерошкин. Общее собрание ячейки ПСР постановило совершить ответные меры и убить Кошечкина и Кулакова. После долгого преследования эсерами Жидковым, Кочетковым, Ухановым и Мокровым совершить покушение на вышеуказанных красногвардейцев не удалось. Но затаившаяся месть не давала покоя боевой пятерке, учитывая их лихой нрав.
Из воспоминаний эсера П.А.Соколова:
«… От боевой пятерки я был командирован для связей в Муром, Павлово, Сормово и Нижний Новгород. Перед отъездом я Мокрову отдал свой наган и 16 штук патронов, а Жидкову купил карабин у красноармейца Архипова Николая. Выехать мне пришлось в 12 часов ночи с 24 под 25 мая. На станции [ЖД-вокзал Кулебак] слышал винтовочную и пулеметную стрельбу и думал, что коммунисты или страх наводят на население, или упражняются…»
Что же за стрельбу услышал мемуарист Соколов?
Как оказалось боевая дружина в составе Уханова, Жидкова и Мокрова, выдвинулись в очередной раз на поиски преследуемого Кошечкина и Кулакова. После бесполезных поисков, проходя мимо штаба Красной гвардии (ул.Советская д.5), эсерами было замечено, что там проходит собрание красноармейцев. Мокров предложил бросить в штаб бомбу, которая была с ним, Жидков был против бессмысленных жертв. Но после раздумий теракт был совершен - эта тройка во главе с Жидковым после удачного бомбометания, расположилась с револьверами у выходных дверей с расчетом, добить выбегающих красногвардейцев. Расчеты не оправдались, и террористы покинули место преступления по направлению к дому Жидкова, где завязалась уличная перестрелка между Жидковым, Мокровым и красногвардейцами. Как видим, атаку на коммунистов рабочие-эсеры предприняли в ответ на убийство теми единомышленника нападавших. Во время ответных действий был застрелен ещё один эсер — Василий Мокров.
Некоторые источники называют это событие восстанием. Действительно удивляет, что на подавление этого выступления было послано сразу два достаточно крупных отряда красногвардейцев, прибывших из Мурома (128 человек) и Выксы (120 человек). Село Кулебаки было объявлено на осадном положении. Естественно, «восстание» было подавлено, часть его руководителей арестована.
Федор Ермолаевич Жидков во всей этой истории является одной из наиболее загадочных фигур. Мещанин из Ардатова, проживавший в Кулебаках и являвшийся здесь чуть ли не центральной фигурой эсеровского подполья еще с дореволюционной поры. Именно он ответствен за гибель в ночь с 24 на 25 мая 1918 г. помощника начальника штаба «Кулебакской Красной гвардии» М.Ф. Есина, красноармейцев А. Шипова и Г.Бутова, ранение Ф.Хохлова, А. Кошечкина, В.Жданова, находившихся в здании штаба. А также он ранил в руку начальника штаба И.В. Бухвалова и в обе ноги красноармейца Ивана Цепаева во время обыска в его доме. Но сумел скрыться с оружием в руках. Сбежав в Москву Жидков в дальнейшем имел отношение к Центральному боевому отряду ПСР во главе с Давыдовым. Ценнейшим свидетельством П.А. Соколова является признание Ф.Е.Жидкова в разговоре с ним о том, как готовилось покушение Каплан на Ленина. Однако полное представление о фигуре Жидкова сможет дать изучение документов хранящихся в ЦА ФСБ России, огромного «Дела по обвинению А. Гоца и др.» в 118 томах, один из которых (том 97) относится полностью к Жидкову, умершему в заключении.
Разрешение на теракт кулебакским эсерам ни боевая дружина, ни сама партия не давала, выходит это была затаённая месть за товарища (А.Ерошкина). По сути террор был осуществлен против рабочих-большевиков руками рабочих-эсеров. И вот здесь можно было бы процитировать героя фильма «Статский советник» Глеба Георгиевича Пожарского фразой: «СДД» - сожрите друг друга, и это могло бы быть справедливым, если бы не одно но. История встанет на сторону большевиков, они поведут дальше народ к строительству новой страны на обломках рухнувшей в одночасье величайшей державы, а вот все стремление эсеров к великому и светлому выразится лишь в мести за свой провал и потерю власти в пользу первых, захлебываясь в злобе, терроризируя и убивая…
27 мая 1918 года в Кулебаках состоялись пышные похороны убитых заместителя начальника штаба «Кулебакской Красной гвардии» М.Ф. Есина, красноармейцев А. Шипова и Г.Бутова. Траурная процессия началась от здания штаба под знаменем Отряда (ул.Советская, 5) с оркестром и транспарантами - «Спите, товарищи - мы отомстим!». Это может показаться сюрреалистичным, но на траурной процессии присутствовали и эсеры (не из боевой дружины) со своими транспарантами - «Вечная память погибшим товарищам от предательской руки контрреволюционеров».
Похоронить мучеников революции было решено на специально отведенном месте отдельно от кладбища, дабы выделить могилу «героев революции». Позднее это место новая власть назовет площадью Революции и возведут обелиск, а в 1950-х годах сюда перенесут прах остальных выдающихся, по мнению власти, революционеров и создадут братские захоронения. Обелиск увеличат навершием со шпилем, а вокруг могил разобьют сквер. Кладбище, где похоронены активные участники установления и защиты Советской власти Решением Горьковского областного Совета народных депутатов № 559 от 03.11.1983 объявят памятником истории регионального значения. Это место станет одним из самых почитаемых у городской общественности с основания вплоть до начала 1990-х. За мемориалом закрепят обязанности по надлежащему содержанию за учениками школы N8.
Имена Матвея Есина, Алексея Шипова и Григория Бутова были увековечены в названиях городских улиц. А вот судьба их убийцы Фёдора Жидкова была весьма незавидна. Он успел совершить несколько преступлений - подорвать железнодорожный мост в дни Муромского эсеровского мятежа, совершил несколько нападений будучи в Москве, неоднократно инкогнито возвращался в Кулебаки, готовил здесь «экс» (нападение на кассира завода) без санкций на то Партии эсеров, из-за чего не нашел поддержки среди местных соратников. В итоге скрывался в Подмосковье, а позднее был арестован и сгинул в заключении.
Все эти события весьма неоднозначны, и сегодня едва ли мы сможем со всей полнотой рассудить правых, и виноватых в тех страшных событиях. Но одно мы знаем точно - нужно знать свою историю, чтобы не повторять ошибок прошлого, за которыми могут скрываться глобальные разрушения…
А.В.Маскаев, 2024 г.
В статье использованы материалы:
- Кулебаки на пороге грядущего века. С.Колобаев;
- Боевой восемнадцатый год. Я.В. Леонтьев.
- Рабочие-эсеры и их партийные руководители. Комментарий к «Автобиографии» П.А. Соколова. Я.В. Леонтьев
- ГОПАНО. Ф. Р-1866. Оп. 2. Д. 740. Л. 1–8. Заверенная копия. Машинопись
- «…У меня к ЦК и его руководителям запало недоверие»
Автобиография члена боевой группы Кулебакской организации Партии социалистов-революционеров П.А. Соколова (1925 г.). Журнал «Отечественные архивы» № 4 (2016), вступительная статья, подготовка текста к публикации и комментарии В.П. Сапона.