Куда поступали студенты XIX века?

Сегодня среди студентов существует негласная иерархия факультетов, с которой в той или иной степени соглашается большинство. Есть направления «для карьеры» – экономика, юриспруденция, IT. Есть «модные» – дизайн, медиа, психология. А есть факультеты, куда поступают скорее «для галочки» или просто потому, что хватило баллов. В студенческих разговорах легко обсуждается, где учиться престижно, а где тяжело, кто идёт за дипломом, а кто за призванием.

Но подобные разговоры велись и полтора века назад. Уже в XIX веке молодёжь выбирала между престижем и интересом, между «лёгким» и трудным факультетом, между карьерой в чиновничьем аппарате и поисками новых идей. Вот как это выглядело тогда.

Императорские университеты были вершиной дореволюционной системы высшего образования. К 1917 году в Российской империи фактически действовало около 10 университетов. Учебные планы в целом были схожи: «классический набор» факультетов включал историко-филологический, физико-математический, юридический и медицинский. Лишь Петербургский университет выделялся факультетом восточных языков.

Самым массовым и популярным был юридический факультет. Его выбирали будущие чиновники, адвокаты и судьи, но не только: для многих студентов он казался сравнительно легким способом получить диплом и обеспечить себе стабильную карьеру. Выпускники находили работу в судебных и административных органах, но нередко уходили и в литературу или журналистику. В студенческой среде не раз шутили о юрфаке, сравнивая строгие науки с «юридическим формализмом» и утверждая, что он даёт «образование обо всём и ни о чём».

Уже в 1840-е годы сюда поступали Лев Толстой, который вскоре разочаровался в системе образования и покинул Казанский университет, и Александр Островский, позже отчисленный из Московского университета за увлечение театром и несдачу экзамена по римскому праву. Михаил Врубель, напротив, окончил юридический факультет Петербургского университета с золотой медалью в 1880 году, но вскоре сменил кодексы на кисть и палитру.

Что касается математических и естественно-научных направлений, то в первую группу шли люди с соответствующими способностями. Второе же отделение притягивало куда более разношёрстную публику, и в аудиториях и коридорах кипели не только споры об опытах и формулах , но и о судьбах России.

С середины XIX века именно «естественники» стали восприниматься как символ «новой молодёжи». В этой среде распространялись идеи нигилизма, материализма и социализма; студенты зачитывались Герценом, Чернышевским, Добролюбовым, обсуждали «новую науку» и «новую философию».

Не случайно Тургенев сделал героя своего романа «Отцы и дети» Евгения Базарова студентом именно естественно-научного отделения. Базаров, разночинец, нигилист, рационалист, был узнаваемым образом для читающей публики 1860-х годов, олицетворением того самого «естественника», который отвергал авторитеты и искал опору только в науке и опыте.

Однако университеты были не единственным вариантом. В дворянских семьях нередко считалось более престижным получить образование в военных училищах и академиях, чем в университетах с последующей гражданской карьерой. Среди выпускников таких заведений были такие заметные фигуры, как Алексей Аракчеев, Михаил Кутузов, Михаил Лазарев и Кондратий Рылеев.

Существенное место в образовательной системе занимали духовные учебные заведения – семинарии и академии. Они готовили священников, педагогов для церковных школ и других служителей церкви. С середины XIX века семинарии постепенно становились всё доступнее для представителей разных сословий (правда, с квотой в 10–20 %) и превратились в одну из немногих возможностей для детей из низших слоёв получить системное образование.

Причём не все семинаристы выбирали духовную стезю. Для многих учёба в семинарии становилась своеобразным «трамплином» в университет. За строгой дисциплиной и богословскими занятиями нередко скрывались амбиции и мечты о светской карьере. Это было настолько заметным явлением, что государство пыталось ограничить «утечку кадров»: до конца 1870-х годов семинаристы могли свободно поступать в университеты, а позже им и вовсе закрыли туда путь. Запрет сняли только в 1908 году.

Вчера модно было идти на юридический и естественный, сегодня в IT или психологию. А завтра, может быть, студенты ринутся изучать метавселенные или этику искусственного интеллекта. Как думаете, какой факультет станет «трендовым» у следующего поколения?