Заметки краеведа. Захоронение Ксаверия Бирули

Русско-японская война 1904–1905 гг. на Камчатке.

26 января 1904 года Япония без объявления войны атаковала русскую эскадру в Порт-Артуре, тем самым положив начало военным действиям против России.

Волна варварских нападений японцев с Курильских островов прокатилась по всей Камчатке. Почуяв безнаказанность, японские дельцы остервенело и настойчиво рвались к рыбным богатствам, чтобы впоследствии превратить весь полуостров в свою колонию. Но их мечтам сбыться не довелось. Путь им преградили местные жители совместно с русским населением. Все, кто мог держать в руках винтовку, встали на защиту родного края. Они одерживали одну победу за другой над хорошо вооруженными и обученными военному делу отрядами японских десантников.

Военные вторжения завоевателей не обошли стороной и юг Камчатки. Красной нитью вошло в историю нашего края уничтожение японского десанта вблизи реки Озерной на западном побережье Камчатки.

По официальным данным десант численностью в 150 человек высадился в конце мая 1904 года и был разделен на два лагеря. Основной располагался на северной приустьевой косе, а второй (Максим Сотников называл его «передовой табор») находился на два километра севернее, точнее, за локатором погранзаставы, в том месте, где небольшой ручей впадает в глубокий залив, прикрытый каменистым мысом от северо-западных ветров.

4 июня 1904 года группа японцев из «передового табора» вторглась в село Явино, разорила его и ушла обратно, унося награбленное добро. После себя же они оставили убитый скот, разрушенные избы да столб с прибитой к нему доской, что эта земля принадлежит Японии. Они думали, что все закончилось. Но просчитались. Военные действия не закончились.

Существенная помощь населению была оказана начальником обороны западного побережья Камчатки, старшим унтер-офицером Максимом Сотниковым. В короткий срок им был сформирован боевой отряд из жителей камчадальских селений Голыгино и Явино. В нем насчитывалось всего 88 человек, из которых большинство составляли камчадалы – 71, русские – 17. Отряд в любое время был готов дать достойный отпор непрошенным гостям из Страны восходящего солнца.

Хорошо изучив обстановку и подходы к японским военным лагерям, М. Сотников решил атаковать «передовой табор» как наиболее уязвимый с точки зрения военной стратегии. С этих позиций победе отряда, несомненно, была обеспечена.

М. Сотников пишет в своем донесении: «…в 2 часа 30 минут 17-го подошли к табору, я выслал разведчиков-японцев (до этого боя они были взяты в плен отрядом Сотникова. – Прим. автора), чтобы там сложили оружие. В таборе раздался выстрел, потом второй, третий по нашему отряду, ввиду чего мной был открыт огонь».

К 4-м часам утра 17 июля 1904 года разгром японцев был завершен. И далее из донесения: «Потери с японской стороны составили убитыми 17 человек и какое-то количество раненых. Потери дружинников составили 5 человек, из которых тяжело раненый ополченец Ксаверий Бируля в 7 часов утра скончался при перенесении его в Явино». По местному обычаю, он был похоронен на месте смерти. В лагере было найдено много имущества, награбленного в Явино.

Место захоронения старожилам села Запорожье известно было еще с 1907 года. Это мыс Глинянный, севернее реки Озерной на расстоянии 4,5 километра.

Примерно между 1910-м и 1912-м годами (точной даты не установлено) на могилу ополченца Ксаверия Бирули была возложена чугунная плита. Старожилы говорят, что и заказал и доставил ее сюда Сергей Грушецкий. Этому можно верить: он был одним из немногих рыбопромышленников, заинтересованных в развитии рыбной отрасли и благосостоянии местного населения юга Камчатки. Есть еще сведения, что плита была изготовлена в Америке, а вот кто ее доставил и возложил на могилу, остается загадкой.

Захоронение находилось неподалеку от пешеконной тропы, пролегающей вдоль Охотского моря, в пределах видимости на расстоянии не более 100 метров. Это был основной тракт сообщения между поселениями. И каждый, кто проходил или проезжал на лошадях, непременно заходил поклониться одинокой могиле.

Впервые мне пришлось побывать в этих местах в годы отрочества, в самом начале 40-х годов, проходя по тропе из селения в селение. Плита хорошо просматривалась с дороги. Потом, придя с военной службы в 1952 году, вновь посетил это историческое место. Плита все так же лежала на своем исконном месте, но заметно заросла шиповником, который навис со всех сторон над царством низкорослой растительности.

В 1962 году вновь посетил могилу Ксаверия Бирули. Крестика на плите уже не было, обстрелянный из ружей и отбитый от плиты он валялся рядом с плитою в небольших кустах ольхи.

Где-то в середине 60-х годов партия и правительство Советского Союза издали постановление о приведении памятников старины в нормальное состояние. Наши власти незамедлительно приступили к выполнению его. Только перестарались. В результате чего захоронение на многие годы было потеряно.

Дело было так. В 1968 году под руководством председателя озерновского поссовета В. И. Горшкова плита была сдернута с могилы и увезена в поселок Озерновский, где и была установлена на бетонное основание, но уже без крестика.

Потом опять в 80-х годах прошедшего столетия вспыхнул интерес к единственному на Камчатке памятнику русско-японской войны. Приезжие и местные люди пытались отыскать утерянную могилу, но не смогли. Практически на этом можно было поставить крест. Но…

Летом 1989 года приблизительное место, где находилось захоронение, было установлено. Дело оставалось за малым: найти отпечаток, оставленный плитой. Это оказалось самой трудной задачей: за 20 лет растительный покров изменил местность до неузнаваемости, даже следов от тяжелой техники, которая увозила плиту, не сохранилось.

Осенью 1990-го года, став следопытом, я установил место, где лежала плита. При первых осенних заморозках хорошо выделяются спрятанные под побелевшей от инея травой углубления, дорожки, проложенные мышами, лисьи тропинки, канавки от ручейков, пешеходные тропы и прочие детали. На белом покрывале все это чернеет. Дождавшись хорошего заморозка, утром я выехал к месту захоронения. При подходе, где по всем предметам было место предполагаемой плиты, моему взору предстала следующая картина: под белым от инея шикшовником виднелись очертания прямоугольной формы, особенно выделялись западная и северная стороны. Это оказалось место, где лежала плита. Я снял замеры и сличил их с плитою, находящейся в поселке Озерновском. Они оказались идентичны с размерами плиты.

В 1991 году, в июне, на место обнаруженного захоронения выезжала группа добровольцев в количестве 7-ми человек во главе с председателем сельского Совета села Запорожье Л. В. Гениной.

Они установили, что это действительно очертания прямоугольника от тяжелого предмета, совпадающего размерами (142 см на 72 см) с чугунной плитой, которая находится в селе Озерновском.

Сейчас на месте найденной могилы насыпан холм. Воздана последняя почесть воину-защитнику, павшему в бою за родной край, установлен крест с памятной табличкой.

В приведении могилы в порядок принимали участие депутат районной думы В. Юрковсий, библиотекарь села Запорожье Н. Юрковская, Н. Сушко, библиотекарь поселка Озерновского И. Лагута и автор этой статьи.

Уважаемые земляки! С чистой совестью можно сказать, что желание и воля тех, кто так упорно стремился отыскать потерянное захоронение, выполнено. Многие из них уже давно ушли в мир иной. Ну, а те, кто на сегодняшний день живет и здравствует, стараются возродить забытую историю в назидание молодому поколению.

В. Г. Спичак.

9 сентября 2002 года,

с. Запорожье.

Спичак В. Г. Захоронение Ксаверия Бирули // Рыбак Камчатки. 2002. 30 октября.