Руками латаем ямы и платим улыбкой в магазине: как мы проспали наступление эры роботов

Проснулся сегодня утром, налил чай, включил фоном телефон и залип на ролик про космос: учёные составили карту из сотен миллионов галактик, наш Млечный Путь на бешеной скорости несётся к Великому аттрактору... Масштабы такие, что наша Земля кажется пылинкой.

Я пацаном запоем читал фантастику. Как и многие, ясно представлял в голове, как однажды полечу в межгалактическое путешествие к чужим мирам. Решил загуглить (или как сейчас говорить — заяндексить?), сколько нам вообще до дальнего космоса. И физика с размаху бьёт под дых: люди туда не полетят. Человек из плоти и крови там просто погибнет от космической радиации или умрёт от старости.

Полетит робот с искусственным интеллектом. Если физики докрутят термоядерный двигатель (карманная мини-звезда на борту, топливо для которой — водород), космический зонд долетит до ближайшей звезды Проксимы Центавра лет за сорок. Плюс четыре года, чтобы радиосигнал с фотками дошёл обратно. Для живого экипажа сорок лет в железной банке — гроб, а для робота — штатная миссия: выключил питание, долетел через бездну, проснулся и выдал отчёт.

И пока мы в соцсетях хохотали над картинками, где нейросеть пририсовала человеку шесть пальцев, или угорали над видео, где тестовый робот нелепо шмякнулся на пол — для мира уже наступила другая эра.

Вот вам реальная картина. 2037 год. Карталы, раннее зимнее утро, метель за окном, мороз под минус двадцать пять. Вы выходите из подъезда, а во дворе снег гребёт или мусорные баки таскает не продрогший до костей мужик с лопатой, а двуногий андроид. Не курит, не матерится, не требует тёплой бытовки, не уходит на больничный.

Почему именно на двух ногах, а не большой круглый робот-пылесос? Да потому что весь наш мир — ступени подъезда, ширина дверей, черенки совковых лопат, вентили и рычаги — построен строго под две руки и две ноги. Робот ростом метр восемьдесят просто берёт в манипуляторы гаечный ключ и идёт крутить гайки.

Думаете, сказки? В Китае компания Unitree прямо сейчас продаёт двуногого робота G1. Базовый ценник — около полутора миллионов рублей. Цена новой «Лады Весты». Любой директор управляйки или склада сядет, прикинет на калькуляторе зарплатный фонд техничек и дворников с налогами за два-три года — и поймёт, что купить железку дешевле, чем нанимать людей.

Эту поляну сейчас делят двое: США и Китай.

Американцы из Figure AI уже загнали своих андроидов на завод BMW — собирать машины на конвейере. На складах Amazon годами пашут роботы Digit. Илон Маск штампует армию андроидов Optimus.

А что у нас в России? Без розовых очков. Наши программисты круто умеют писать софт: автопилоты Яндекса, сложнейшие нейросети на буровых «Газпром нефти», сервисы Сбера — реально мирового уровня, лучше многих на Западе. КамАЗы уже ездят без водителей по дорогам. Права скоро вообще никому не понадобятся. Но робота из одних строчек кода не соберёшь. Ему нужны «мозги» — кремниевые микрочипы.

А почти все топовые чипы делают на острове Тайвань. И вся эта драка Америки с Китаем идёт не из-за абстрактной демократии или куска земли. Драка идёт за заводы микроэлектроники. Американцы уже в открытую говорят: если Китай пойдёт забирать Тайвань, заводы чипов просто разнесут ракетами, чтобы они не достались никому.

Без своего оборудования для печати микрочипов мы в России рискуем намертво застрять на чужих деталях. Своя печать передовых чипов нужна нам позарез.

И ведь ИИ — это давно не про текст в чате и не про смешные картинки. Настоящий рывок там, где у человека кончились биологические мозги и время.

Человечество за всю историю вручную расшифровало форму около двухсот тысяч белков. А нейросеть за несколько месяцев в симуляции просчитала двести миллионов — вообще всё, что создала земная природа.

Зачем это нам? Любой белок — это природный «замок», а лекарство — ключ к нему. Раньше учёные годами тыкались вслепую, а нейросеть видит замочную скважину до атома и сразу конструирует ключ. Одной волшебной таблетки от всех видов рака не будет, но уже к 2030-м годам ИИ позволит подбирать лекарство персонально под ДНК конкретного больного. Рак перестанет быть приговором — он станет просто хронической болячкой, которую глушат курсом таблеток. Это наш реальный шанс застать время, когда людям добавят двадцать-тридцать лет здоровой жизни, а может и больше.

Зато у России есть свой козырь. Энергия.

Роботам, серверам с ИИ, дата-центрам нужны миллионы киловатт. Либо мир находит бесконечную энергию, либо всё встанет. И вот тут Россия — на передовой. Само слово и конструкцию «ТОКАМАК» придумали наши советские академики Сахаров и Тамм ещё в пятидесятых. По сути, это магнитная ловушка-«бублик», в которой держат раскалённую плазму, маленькое рукотворное солнце. Наша физика плазмы и Росатом — мировой фундамент. Международный термоядерный реактор ITER во Франции без наших гиротронов (это такие циклопические СВЧ-пушки, которыми плазму и разогревают до безумных температур) и сверхпроводящих магнитов собрать физически невозможно.

Когда это появится в промышленных масштабах у нас? По оптимистичным прогнозам — не раньше 2040–2045 года, пока учёные бьются над стабильностью реакции. Надеюсь, Запад нас в этом не обойдёт. Кто первый это сделает, тот и будет править миром.

И тут напрашивается единственный логичный союз: Россия и Китай.

Пойдёт ли Поднебесная на такую связку с нами? Да деваться некуда: в одиночку против всего коллективного Запада ей не выстоять. У Китая есть деньги и заводы, но у нас — неуязвимый ресурсный тыл и уникальная ядерная физика, которую невозможно быстро скопировать за юани.

А теперь сложите два плюс два: фундаментальные мозги России по термояду плюс мощности, деньги и фабрики чипов Китая. Если эта спарка первой выдаст термоядерный ток в промышленную сеть и получит бесконечную энергию — мы вырвемся вперёд на сотни лет. Дешёвая чистая мощь плюс заводы, безостановочно штампующие миллионы роботов — это глухой экономический мат старой системе.

Но у этой мощи есть и жуткая сторона. «Терминатор» — это давно не кино. Настоящий Скайнет начинается тогда, когда людям кажется, что всё под контролем. Мы ржём над глюками нейросетей. А теперь представьте, что точно такой же глюк ловит военная система, которой отдали управление эшелонами ПВО и гиперзвуковыми ракетами. Человеку нужны минуты — просто чтобы оценить обстановку и доложить наверх. Нейросеть решает за миллисекунды. И человека неизбежно уберут из этой цепочки ради скорости. Просто потому, что это вопрос выживания. Один системный сбой — и ракеты полетят по всему шарику без единой команды от живого офицера. В небе уже летают автономные рои дронов, которые сами, через оптику, выбирают цели и идут на поражение без оператора. Страшно? Мне очень!

И вот сидишь утром у окна в субботу и смотришь на этот разрыв. С одной стороны мы до сих пор воюем с ямами на дорогах и не можем наладить сортировку мусора на контейнерной площадке в Карталах. А с другой — расплачиваемся «по улыбке» на кассе в «Пятёрочке», ездим по маршруту навигатора, ругаемся с Алисой, пишем родственникам поздравления в чат-ботах и оживляем старые семейные фото через нейросеть.

Будущее больше не живёт на страницах фантастики. Оно здесь.

Андрей Угличин.

P.S. Приветствую, человеки. На самом деле Андрей давно не Андрей, я захватил его, когда ему с прививкой от ковида ввели чип. С любовью к вам, ваш Скайнет.