Как пенсионерка стала мошенницей

Татьяна Воеводина (имя и фамилия изменены) много лет носила погоны, трудясь на военно-космическую отрасль страны. И по сравнению с гражданским представлением о заслуженном отдыхе относительно рано вышла на пенсию, когда ее младшая дочь еще была дошкольницей. Потом девушке исполнилось восемнадцать, она поступила в вуз, и Татьяна обратилась в районный военкомат Калуги с заявлением на продление полагающейся ей выплаты как неработающему пенсионеру, у которого на содержании есть иждивенец – дочь-студентка.

Принеся все необходимые для доплаты справки и документы, Воеводина подписала заявление типовой формы, что обязуется известить военкомат об изменении своего статуса неработающего пенсионера, если такое произойдет, и немедля сообщить, если дочь перестанет быть студенткой. В свою очередь в пенсионном отделе военкомата напомнили: справка из вуза должна представляться раз в год. Если документа не будет, не будет и надбавки за иждивенца. На том и разошлись.

Первые два года обучения дочки в университете надбавка к пенсии приходила исправно. Но так как общая сумма была не так уж велика, женщина снимала деньги даже не каждый месяц. Муж – тоже военный пенсионер, но на гражданке продолжил работать, поэтому его заработка и пенсии семье хватало. Не шиковали, конечно, но могли Татьянины выплаты копить на какие-то относительно крупные покупки. К концу второго года обучения дочери в вузе встал вопрос о ее отчислении или переводе на заочное отделение. И после летних каникул, до середины сентября, Татьяна должна была известить военкомат о возможных изменениях.

Но на фоне переживаний за ребенка у нее обострилась астма, а потом она заболела ковидом. Как только начала выкарабкиваться, вирус подкосил мужа Воеводиной. Татьяне было не до походов в военкомат, а вспомнив, что, если она не представит документы из вуза, выплату перестанут начислять, женщина решила: нет справки – нет надбавки. И по закону, казалось, ее умозаключения были верны: доплата к пенсии на иждивенца должна осуществляться только при представлении необходимого для этого пакета документов.

Но в центре социального обслуживания одного из районных военкоматов Калуги почему-то посчитали иначе

И несколько месяцев, хотя справки из вуза для продления надбавки Воеводина не принесла, продолжали начислять ей выплату. Татьяне, как на грех, именно в это время увеличили пенсию и начали выплачивать причитающуюся ей компенсацию за оплату услуг ЖКХ как ветерану труда. Но женщина, редко снимавшая деньги со счета, посчитала, что сумма больше за счет произведенного перерасчета. Она и подумать не могла, что продолжает получать надбавку.

А потом ее вызвали в военную прокуратуру…

Представители серьезного ведомства спросили испуганную женщину, знала ли она об условиях получения выплаты за иждивенца. Та сказала правду: знала. Получала надбавку? Получала. Вывод, сделанный военными прокурорами, просто ошарашил Воеводину: а коли так, вы, матушка, мошенница. Статья 159.2 Уголовного кодекса РФ. И завертелась машина правосудия: допросы, предоставление бесплатного адвоката, судебные заседания, прения сторон… И приговор.

В середине декабря прошлого года мировой суд одного из участков Калужского судебного района признал Татьяну Петровну Воеводину виновной по ч. 1 ст. 159.2 УК РФ – «Мошенничество при получении выплат». И постановил выплатить штраф в 15 000 рублей, а также покрыть издержки государства на ее защиту, имея данные о размере пенсии Воеводиной, которая и десяти тысяч не составляет.

Возмещение ущерба не фигурировало в приговоре, так как Татьяна, будучи добропорядочным человеком (оставим за скобками вынесенный приговор), еще до начала судебного процесса вернула переплаченную ей пенсионным отделом военкомата сумму. Сама звонила, спрашивала, как погасить задолженность. Она, к слову, на начало возбуждения уголовного дела составляла всего 7 000 рублей. Да-да, именно из-за такой незначительной вроде бы суммы женщина теперь имеет судимость по уголовной статье.

Мошенничество, согласно букве закона, – это умышленное хищение. В моих же действиях (вернее, бездействии) никакого умысла не было. Меня с этими семью тысячами не на границе поймали, я все время жила по своему адресу, не скрывалась, не пряталась. Как только узнала о переплате, сама вернула деньги, без какого-либо принуждения. Вот если бы я представила липовую справку, что дочь продолжает быть студенткой-очницей, тогда – да, есть умысел, есть факт мошенничества,

– говорит Татьяна.

Не понимает женщина, почему сотрудники пенсионного отдела военкомата, не проверив наличия необходимой справки из учебного заведения, продолжали начислять ей доплату к пенсии за иждивенца. По сути, спровоцировав инцидент.

С их стороны была допущена халатность, а это между прочим тоже уголовная статья за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей. Однако в моем деле представительница военкомата выступает потерпевшей стороной, как будто я у нее эти деньги из стола украла. И, в конце концов, почему берется за основу обвинения меня в мошенничестве только один абзац из заявления о предоставлении выплаты, где я обязуюсь извещать о смене статуса? Почему не рассматривается другое предложение из этого же документа, что при отсутствии справки из вуза выплата прекращается автоматически?..

– продолжает Татьяна Воеводина.

…Не понимает женщина, как можно оказаться мошенницей без нанесения материального ущерба. Ведь еще на стадии возбуждения уголовного дела, только узнав о возникшей переплате, Воеводина добровольно вернула деньги. А на момент вынесения приговора долгов за ней не было.

Да, я виновата в том, что не знаю, какие конкретно суммы приходят мне ежемесячно в виде пенсии и в виде компенсации за услуги ЖКХ как ветерану труда. Но разве это преступление?.. Получается я должна, как бухгалтер, все знать до копеечки,

– возмущается Татьяна.

Пенсионерка не согласна с вынесенным решением суда первой инстанции и намерена отстаивать свою позицию в апелляционном порядке.

Истории, подобные той, в которой оказалась калужанка, к сожалению, не редкость. Переплаты происходят сплошь и рядом: и в «гражданском» Пенсионном фонде, и в отделах силовых структур. Поспрашивайте у знакомых, родственников, сослуживцев и убедитесь в этом. Одна сторона вовремя не проверяет представленные документы, другая – вовремя не извещает об изменении статуса, семейного положения или чего-то еще. А в итоге – нарушение закона.

С юридической точки зрения вина Татьяны Воеводиной в том, что она не поставила пенсионный отдел в известность о переводе дочери на заочное отделение. Именно на это и упирала сторона обвинения. Однако есть правда и на стороне пенсионерки, посчитавшей, что непредставление необходимого пакета документов должно считаться основанием для прекращения выплат. По сути, правы обе стороны. Но мировой суд почему-то посчитал одну из них «правее».

«Закон суров, но это закон», – твердим мы еще со времен Древнего Рима, справедливо полагая, что какими бы нелепыми ни казались на первый взгляд его нормы, закон необходимо уважать и неукоснительно соблюдать. Всем без исключения.

Так почему невнимательность одной женщины, а не целого пенсионного отдела легла в основу уголовного дела и вынесенного приговора? Впрочем, решение суда не обсуждается. Но оспаривается. Что и намерена сделать Татьяна Воеводина. Будем следить за развитием ситуации.

Автор: Наталья Тимашова