Александровский собор: история одного изъятия
Недавно собор Александра Невского отпраздновал 200-летний юбилей. Много в те дни было сказано о создании храма, но другая страница его истории, связанная закрытием и переоборудование под кинотеатр, не менее интересна.
После революции и почти все 20-е годы прошлого века собор продолжал работать, обслуживая, потребности верующего населения города. Территория вокруг храма была обнесена железной оградой, внутри которой имелось небольшое кладбище, сквер и разного рода хозяйственные постройки в которых, в том числе, священнослужители разводили домашний скот.
Вскоре этому тихому уголку старого Ижевска придётся пошатнуться от революционного ветра перемен.
Сначала был скверПервые звоночки будущего изъятия храма стали доноситься в 1928 году, когда 7 апреля в «Ижевской правде» вышла небольшая заметка, в которой некий аноним высказывает свои предложения по благоустройству города. Среди прочего там проскальзывает следующая инициатива:
«Ограду Александровского собора убрать, могилы сравнять. Получится небольшой сквер и громадная площадь для развёртывания церемониальных колонн во время революционных празднеств»
Идея дальше газетной бумаги не пошла, но в целом мысль о том, что церковный сквер нужно обобществить, не исчезла и уже в июле 1928 года на страницах «Ижправды» появилось новое предложение — выгнать из сквера «поповских коз» и сделать там детскую площадку:
В конце июля Горсовет постановил изъять участок вокруг храма у церковного совета для приспособления его под общественный сквер и детскую площадку.
Вот только дело всё никак не шло, сквер так и не появился, о чём метко упомянул в одной из своих заметок рабочий корреспондент под псевдонимом «Экка»:
Точно неизвестно, что тормозило начало работ. Но что-то подсказывает, что виной тому была традиционная волокита и её величество бюрократия. Принять решение — это одно, а вот воплотить её в жизнь, да так, чтобы не вышло откровенного беззакония — совсем другое. Всё-таки верующий «актив» был значительным, и непонятно, чем могли обернуться поспешные решения.
Требовалось обеспечить легитимность и, к счастью для одних и к печали других, такие возможности были.
Единство и борьбаВесной 1929 года в Ижевске начались перевыборы депутатов Горсовета. В районах гремели собрания, в ходе которых гражданами критиковалась работа городских властей и поднимались наболевшие вопросы. Самыми «горячими» из них стала нехватка культурных учреждений и изъятие под это дело имеющихся в ижевске церквей.
Дискуссии нередко выливались в скандалы между верующими и неверующими:
На защиту изымаемых соборов кроме верующего актива встали представители науки. Свой голос против высказали ученый секретарь Научного Общества по изучению Вотского края, врач Фёдор Стрельцов и заведующий областным музеем Михаил Ильин.
В марте 1928 года на одном из перевыборных собраний Стрельцов настаивал на том, что переустройство Александровского собора недопустимо, как памятника истории и архитектуры. Он предложил законсервировать здание, но его в ответ обвинили в агитации за интересы попов.
Стрельцов, в свою очередь, 11 марта пишет письмо на адрес властей Вотской области и городского совета, в котором, опираясь на ранее изданные циркуляры Союзных властей о сохранности памятников истории, просил не проводить в жизнь постановление избирателей об изъятии храма до приезда представителя центра для его изучения.
Вопреки протестам краеведов и верующей части населения, исполняя волю рабочих городской совет 19 марта 1929 года постановил расторгнуть договоры с церковными общинами Александровского и Михайловского соборов, а также Покровской церкви в Зареке и изъять помещения под следующие нужды:
- Александровский собор — под зимний театр;
- Михайловский собор — под музей;
- Покровскую церковь — под рабочий университет.
За это проголосовало 23 938 горожан, имеющих право голоса.
26 марта постановление утвердил Областной исполкомом, о чём было сообщено в «Ижевской правде». Спустя два дня Фёдор Стрельцов и Михаил Ильин направляют в Главнауку РСФСР письмо, в котором сообщили, что:
«Лично секретарю Горсовета Тарасову 22 марта была передана копия извещения Главнауки от 13 марта на имя Ижевского музея и Областного отдела народного хозяйства, в которой сообщалось, что Александровский собор зачисляется на учёт как памятник архитектуры начала XIX века. Обращая внимание Главнауки на поведение органа, которому <…> ставится в обязанность принимать меры по охране памятников, просим разъяснить, кому найдёте нужным, о недопустимости НЕЗАКОННЫХ ДЕЙСТВИЙ Президиума Горсовета и принять меры к охране вышеупомянутого памятника»Таким образом, Стрельцов и Ильин открыто выступили против решения об изъятии Александровского собора, уличив Горсовет в нарушении законов и прямых директив центральных советских органов в лице Главнауки.
Это не осталось незамеченным, смутьяны попали в опалу, и в конечном итоге были исключены из Краеведческого общества. Михаил Ильин лишился поста заведующего областным музеем, после чего перебрался Малую Пургу. Фёдор Стрельцов продолжил врачебную службу.
Низовой протест тем временем не утихал. В последние дни марта двери собора в присутствии старост религиозных общин закрыли и опечатали. Возле храма стали собираться верующие.
В дни закрытия собора «Ижевская правда» писала:
«Около Александровского собора десятками собираются старухи. К ним примазываются торговки, поповские сынки и дочки, бывшие люди, лишенцы. 27 марта торговка мясом кричала: «Что это за право? Мы торгуем, на свои деньги содержим батюшек, а тут церкви закрывают»
Церковные советы пытались отстоять своё имущество подав ходатайство в Областной исполнительный комитет. Власти жалобу отклонили, пеняя на то, что для обслуживания религиозных потребностей в городе остаётся 5 действующих храмов, которых должно хватить для верующего меньшинства.
По городу поползли всякого рода слухи, мол, никаких постановлений об изъятии церквей рабочие не выдвигали, что это всё обман, что глава советского государства Михаил Калинин через две недели вновь откроет храмы.
На заводе вновь проводятся собрания, чтобы разбить эти слухи и вновь подтвердить решение о закрытии Александровского собора. Созывается конференция Союза Безбожников. В адрес Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК) полетели телеграммы:
ВЦИК, в свою очередь, утвердил постановление об изъятии ижевских объектов культа. Однако один из них — Михайловский собор — верующим удалось отстоять. Он ещё на несколько лет останется в их пользовании.
Борьба за владение церквями завершилась в пользу атеистически настроенной части жителей и городского Совета. Храмам религии предстояло преобразиться в очаги культуры.
СломПредстояла большая работа по переустройству собора в кинотеатр. Вот только Горсовет в своей уже привычной манере не особо шевелился с началом работ.
Только в конце мая 29-го года появилось сообщение о создании специальной комиссии по переоборудованию собора, но и она ограничилась лишь изъятием колоколов. Сброшенные колокола позже стали жертвами хулиганов:
Ещё через месяц было объявлено, что в храме откроется кинематограф.
Вскоре негодование от медлительности Горсовета стало выливаться на страницы «Ижправды». 10 июля вышла заметка с требованием ускорить процесс переустройства изъятых храмов.
Председатель Горсовета Матвеев, в ответ на требование ускорить процесс, сообщил на страницах «Ижевской правды» от 14 июля 1929 года, что работы задерживаются из-за «нехватки рабочих рук», но обещал, что к осени всё будет готово.
Приступить к делу получилось лишь в начале августа. Ижевцы стали свидетелями невиданного доселе события — разбора огромной колокольни собора Александра Невского.
Интересно, что снос колокольни привёл к одной неожиданной проблеме — город лишился оборудованного наблюдательного поста пожарной охраны. Требовалось срочно искать новое место для этих целей. Одним из возможных вариантов стала водонапорная башня, которая и по сей день стоит у музея Калашникова.
Интересна и судьба некоторых старинных икон, которые, как исторически ценные, были посланы в музей. Возможно, они всё ещё хранятся в фондах Национального музея Удмуртской Республики.
Пока шла реконструкция собора, внутри уже вовсю проводились светские мероприятия. Атмосферка на них стояла та ещё. Вот что писала «Ижевская правда» 24 сентября 1929 года о заседании финансово-бюджетной секции Горсовета в помещении бывшего собора:
«На колоннах необъятной толщины янтарно поблёскивают огневые слова лозунгов, дрожат строчки плакатов. А с утопающих в полумраке стен хмурятся пёстро раскрашенные гигантские фигуры «святых отцов».В октябре 1929 года в Ижевске начался дискурс о том, что же всё таки следует открыть в стенах бывшего Александровского собора. Стало ясно, что очередной кинотеатр в городе будет лишний. Пять синематографов уже имелось, в строящемся Клубе Октябрьской революции (ныне Русский театр) должен был появиться ещё один.
8 октября «Ижевская правда» опубликовала мнение ряда работников Горсовета, комсомольских активистов и рабочих, которые считали, что вместо кинотеатра в бывшем соборе нужно открыть библиотеку.
Рабочие механической мастерской Столов и Варламов пошли с козырей и сослались на мнение самого председателя ВЦИК РСФСР, «всесоюзного старосты» Михаила Калинина, который, по словам рабочих, сказал следующее:
"Моё личное мнение сводится к тому, что отобранные храмы нужно использовать под школу или другое какое-нибудь культурное предприятие, но ни в коем случае под кинематограф»
Нужен был компромисс и он нашёлся. 22 ноября к Горсовету обратились пионеры Ижевска с ходатайством о передаче им здания бывшего собора под дом культуры.
Требование пионеров было услышано и бывший храм после реконструкции открыл свои двери уже в качестве детского дома культуры со своим кинотеатром и эстрадой. В начале 1930-х годов его помещения также использовались для размещения Краеведческого музея.
Далее была очередная реконструкция, снос величественного купола и открытие всем известного кинотеатра «Колосс» — первого звукового синема в Удмуртии. Но это уже другая история.
Так в Ижевске прошло одно из самых интересных культурно-политических событий, которое повторится с точностью да наоборот, но уже в 90е годы, когда детский кинотеатр «Колосс» был отобран у общественности и отдан обратно в руки церковников. История закольцевалась. Обязательно расскажу об этом в другой раз.