О городах, которых нет…
Подольская земля – это земля, на которой в прошлом было несколько древних городов. Сегодня о них практически ничего не помнят и не знают. Между тем полистаем ломкие желтые страницы духовной грамоты Московского князя Ивана Калиты 1328 года. И уже здесь мы встречаем название подольской деревни Щитово. В XIV веке она была небольшим городком на реке Моче. Уезжая в Золотую Орду, Иван Калита завещал Щитов (в таком склонении дается Щитово) своему старшему сыну Семену. Если бы князь не вернулся из Золотой Орды, а такое было возможным, Семену отошли бы не только Щитов, но и Лопасня, Серпухов.
Помимо земельных владений, старшему сыну Ивана Калиты отходили и кое-какие материальные ценности: жемчужный красный кожух и золотая шапка.
Щитов упоминается и в духовной грамоте Владимира Андреевича Серпуховского и Боровского. В XVI-XVII веках о нём говорится как о Щитове-Ордынцеве, принадлежавшем графу Ивану Воронцову.
В 1845 году городок Щитов стал сельцом Екатерины Михайловны Богдановой, надворной советницы. Господский дом обслуживали 22 дворовых человека. В самом же Щитове проживали 70 мужчин и 73 женщины.
В 1865 году сельцо превратилось в деревню.
В конце XIX века Щитово стало селом.
«А земли при селе, – говорилось в описании земель Подольского уезда, – принадлежат наследникам дворянина Николая Дмитриевича Дормидонтова. Заняты те земли посевами ржи, овса, гречихи...»
В 1900 году щитовские земли отошли графу Павлу Сергеевичу Шереметеву. Он же был попечителем Щитовской начальной школы.
На реке Моче был и другой древний городок – Перемышль Московский. Он являлся не только военным городком, но и центром ремесла, ранней металлургии с использованием болотной руды. Его площадь составляла 9 гектаров.
Можно предположить, что название города происходит от слова «промышлять», т. е. заниматься всем необходимым для жизни, в том числе вести разведку о неприятеле, что вполне соответствовало первоначальному назначению приграничного города. Первое упоминание о Перемышле встречается в «Истории Российской» В. Н. Татищева. Перемышль на р. Моче был заложен Юрием Долгоруким в 1152 г. как форпост Суздальского княжества.
Отправляясь в Золотую Орду, Иван Калита не будучи уверенным, что вернётся живым, завещал своему старшему сыну Андрею не только Щитов, но и Перемышль, входивший в состав Серпуховского княжества. И после смерти Андрея переходит в его сыну Владимиру.
Владимир Андреевич по прозвищу Храбрый не раз приходил на помощь своему двоюродному брату — великому московскому князю Дмитрию Ивановичу, впоследствии прозванному за победу над татарами на Дону «Донским». В лютом декабре громкого 1370 г. стоял в Перемышле полк Владимира Андреевича Храброго, готовый выступить на смертную сечу с войсками великого литовского князя Ольгерда, осадившего Московский Кремль. А уже в следующем году, по совету старшего брата, он берет в жены дочь Ольгерда Елену, принявшую крещение с именем Евпраксии. Этот шаг был направлен па укрепление русских княжеств.
С постройкой крепости в Серпухове в 1374 г. Перемышль начинает терять своё значение. Однако храбрые и опытные воины Перемышля и его окрестностей принимали участие в Куликовской битве 1380 г., показав себя бесстрашными воинами, людьми слова и дела.
В 1411 г. Перемышль переходит во владение пятого сына Владимира Андреевича Храброго и литовской княгини Елены Ольгердовны, 17 летнего Василия, и становится столицей небольшого самостоятельного удела. Это был последний взлет города перед его окончательным падением. Василий Перемышльский так же, как его дед и отец, принимал активное участие и военном и политическом объединении Руси.
В переписных книгах 1627-1628 годов называют Перемышль уже не городом, в городищем, определяя лишь приблизительно его местоположение — на Моче против впадения в нее небольшой речки Колоденки, напротив Сатино-Татарского, с погостом и Никольской церковью, составляющими часть прежнего посада. Городище принадлежало станичному служилому татарину посольского приказа Богдану Есенчурину сыну Байкишеву, который получил его «за московское за царя Васильево осадное сидение». Перемышльская десятина с XVIII века была даже церковно-административным центром.
В 1904 году на территории бывшего древнего города-крепости появилось необычное здание, построенное московским булочником Филипповым. Филипповские пирожки славились на всю Москву. Они были с рисом, яйцами, мясом, грибами, изюмом, вареньем. На хорошем масле пирог был так велик, что за пять копеек им без труда люди завтракали.
Необычно вкусным считался черный хлеб.
Сам Филиппов говорил: – Хлебушко черненький – труженику первое питание. Его спрашивали:
– Почему он у вас такой вкусный?
Филиппов отвечал:
– Потому что хлебушко заботу любит...
Горячие сайки от Филиппова приходили на стол генерал-губернатора Закревского.
Но однажды произошел казус. В сайке оказался таракан. Закревский вызвал к себе Филиппова.
Показывая сайку с тараканом булочнику, он закричал.
– Что это, позвольте вас спросить?
– А что?
– Как это что? Тараканами вздумал кормить?
Булочник Филиппов взял сайку, выковырял мякиш с тараканом и съел, сказав:
– Это, ваше сиятельство, не таракан. Это – изюм!
Вскоре в Москве появились сайки с изюмом.
В духовной грамоте Ивана Калиты встречается город Добрятин. Для нас он особенно важен, ибо село Подол (будущий Подольск) входило в административные границы Добрятинской земли.
После раздробления Руси на отдельные княжества Добрятин отошел к Смоленской земле, а по уставной грамоте 1136 года смоленского князя Ростислава Мстиславовича, внука Владимира Мономаха, обязан был платить дань 300 гривен уже смоленской епархии.
Вскоре смоленские земли захватили литовцы. Добрятин под Подольском взял под свою защиту владимирский князь Юрий Долгорукий. В 1389 году уже Дмитрий Донской завещал городок князю Василию.
А вот на Пахре, одновременно с Подольском, был открыт город Никитск. Его основой стало село Шестаково. Название городу дала сама Екатерина II в память одного из прежних владельцев села боярина Никиты Борисовича Колычева, убитого в 1552 году при осаде Казани.
Он был лишь одним из плеяды боярина Федора Александровича Колыча-Кобылина, владевшего Шестаковом еще в XV веке.
С преобразованием села в город ему был присвоен герб: в желтом поле обозначались три белых камня «в знак каменоломен в городе и Никитском уезде».
Во вновь образованном городе находились уездный суд, народное училище, кузница, харчевня, питейный дом. Очень популярной была ярмарка, на которую приезжали и жители Подольска. Но нужные «для пропитания и жизни вещи» привозились из Москвы, кроме овощей. Их жители Никитска выращивали на своих огородах, поливаемых из реки Пахры. Не пугайтесь, воду из реки брали без всякой очистки и также прямо черпали для питья.
Однако Никитск был в стороне от главных дорог и практически не развивался. В 1796 году по указу Екатерины II его перевели за штат. А в 1802 г. и вовсе был упразднён, так и не обогнав Подольск, которому вернули статус города и уезда, включив в него село Колычево и деревню Шестово. Так исчез город, занимавший в 1787 г. среди городов Московской губернии по количеству домов и жителей тринадцатое место.
© Автор: Дмитрий Панков.
«Подольский рабочий» (№95/30.08.2007 г.)