НЕЧТО БОЛЬШЕЕ.
ГЛАВА 11.
НЕ БЫЛО НИКАКИХ СОМНЕНИЙ В ТОМ, ЧТО BAD RELIGION создали нечто экстраординарное. На «Suffer» группа не просто вернулась к прежней форме, альбом превзошел ожидания самих музыкантов и вновь привлек к BR внимание панк-рок-сообщества. В поп-музыке семь лет – это целая вечность, но энтузиасты панк-рока, штудировавшие фанзины и заказывавшие пластинки и кассеты по почте, не забыли Bad Religion, так что возвращение группы стало для них настоящим праздником. В какой-то момент из-за задержек при печати винила продажи «Suffer» замедлились, но они быстро вернулись к прежним высоким темпам, как только альбом начал получать хвалебные отзывы. Еще одно доказательство того, что «Suffer» оставил «вмятину во Вселенной» пришло от коллег по сцене.
Бретт узнал, что его услуги в качестве звукорежиссера теперь пользуются спросом. Одной из первых групп, обратившихся к Гуревицу, были NOFX. Фэт Майк, вокалист и басист NOFX, был в восторге от звучания «Suffer» и хотел поработать с Бреттом над альбомом своей группы. Бретт записал альбом NOFX «Liberal Animation» в «Westbeach» и предложил издать его на «Epitaph», но группа предпочла выпустить пластинку самостоятельно. Когда позднее NOFX подписали с «Epitaph» контракт на три альбома, переиздание «Liberal Animation» стало третьим (после «S&M Airlines» и «Ribbed») релизом в рамках этой сделки.
«Тогда у меня было много энергии», - говорит Бретт. «Я был подростком. Я был трудоголиком. Я работал ночами напролет. Не знаю, откуда это взялось, но я был чист и преисполнен сил. Было ощущение, что в меня залили ракетное топливо. С «Suffer» все обстояло отлично. Дела «Westbeach» шли хорошо. Я продолжал подписывать группы, каждая из которых оказывалась лучше предыдущей. Я работал без остановки, семь дней в неделю. Я работал по шестнадцать-восемнадцать часов в сутки».
Остальные участники группы разделяли энтузиазм Бретта, Bad Religion горели желанием повторить успех «Suffer». «На «Suffer» мы выложились по полной», - говорит Бретт. «Теперь нам нужно было доказать, что это не было случайностью. Никто не должен был подумать, что мы сделали один хороший альбом и от его успеха у нас сорвало крышу. Мы должны были показать нашим поклонникам, что нам можно доверять».
Параллельно с работой в «Westbeach» Бретт вместе с Грегом писал новый материал. И хотя песни рождались медленнее, чем в предыдущем году, спустя совсем немного времени у группы имелось достаточно треков для следующего альбома. Той весной Bad Religion отыграли несколько концертов, в числе которых было шоу с NOFX в родных пенатах BR - «Reseda Country Club» на Шерман-Уэй.
В 50-х годах на месте будущего «Reseda Country Club» работала аптека, в 70-х Стив Вулф и Джим Риссмиллер сумели превратить это пространство в престижный рок-клуб. На ранних этапах своей карьеры здесь играли все - от Metallica до Тома Петти и U2. Однако к тому времени, когда Bad Religion стали регулярно выступать в «Reseda Country Club», заведение выглядело лишь бледной тенью своего славного прошлого. «Далеко не высший класс», - говорит Джей. «Все было каким-то запущенным. Стулья сломаны, ковер порван, освещение не работало. Но казалось, что для нас это самое то. Если бы Bad Religion вдруг очутились в красивом зале с люстрами, мы бы подумали: «Нам здесь не место. Это слишком хорошо для нас»».
29 апреля 1989 года Bad Religion играли вместе с Scream в зале «VFW» в Финиксе. Пит вспоминает, что когда Scream должны были выходить на сцену, никто не мог найти их барабанщика. «Все спрашивали: «Где Грол? Где Дэйв Грол?». Я пошел искать его. Я не знал, кто это такой, но мы с роуди нашли его в их фургоне. Он был в отключке».
Пит разбудил Грола, и Scream отыграли свой сет. После этого у Пита состоялась короткая беседа с перебравшим барабанщиком, и этот разговор оказался пророческим:
ГРОЛ: Вы должны поехать в Европу.
ПИТ: О чем ты говоришь?
ГРОЛ: Поверь мне. В Европе вы станете великими.
ПИТ: А ты кто?
Пит еще не знал, что агент Bad Religion Даг Карон уже предложил Бретту эту идею. Даг считал, что за океаном есть спрос на музыку Bad Religion, и убеждал группу в необходимости поездки. После не слишком удачного опыта гастролей по США музыканты не стремились пережить нечто подобное и в Европе, где у них не было ни друзей, ни знакомых.
Однако Даг был настойчив. Он уже возил в Европу Vandals, и та поездка оставила у ее участников немало приятных впечатлений. В конце концов, Bad Religion сдались и решили ехать. «Карон очень правильно скорректировал наши ожидания», - объясняет Бретт. «Он сказал: «Не ждите чего-то грандиозного. Это просто тур, не думайте, что он может сделать вас великими»».
И хотя Bad Religion действительно не знали никого из европейцев, в самой Европе группа были далеко не безызвестна. Основным дистрибьютором «Epitaph» в Европе являлась голландская компания «Semaphore». «Я отправлял много пластинок за океан», - говорит Бретт. «На экспорт шло пятьдесят процентов того, что мы производили. Грубо говоря, если десять пластинок продавалось здесь, то те же десять пластинок продавались там. Но я не знал, что именно это означает. Популярны ли мы в каком-то одном месте или мы популярны в разных местах? Я действительно не знал. Понять что-то по письмам фанатов было довольно трудно – нам писали из Испании, Италии, Германии, со всей Европы».
Но прежде чем попробовать свои силы в Европе группа начала работу над новым альбомом. К записи «No Control» BR приступили в июне 1989 года, менее чем через десять месяцев после того, как выпустили «Suffer». Впервые в своей карьере они записывали второй альбом подряд в той же студии и тем же составом. Бретт был полон решимости доказать всему миру, что это «Into the Unknown», а вовсе не «Suffer», следует считать отклонением. «Я очень четко помню, о чем я думал: мы не можем совершить ту же ошибку, что и с «Into the Unknown». Мы сделали ее однажды, но не сделаем снова. «How Could Hell Be Any Worse?» был отличным альбомом, людям он понравился, но мы все испортили таким его продолжением. Потом мы вернулись и искупили свою вину альбомом «Suffer». Теперь нам нужно было доказать, что это не было случайностью. Теперь нам нужно было выпустить еще одну столь же запоминающуюся, но еще более мощную пластинку. Я хотел показать, что мы - настоящая панк-группа».
Bad Religion поставили перед собой задачу записать альбом, который будет обладать тремя достоинствами, имевшимися у «Suffer» - то есть новая пластинка должна была быть быстрой, агрессивной и запоминающейся. «Я подумал вот о чем: когда вы покупаете пластинку Ramones, вы всегда знаете, что именно вы получите», - говорит Бретт. «Вот что нам нужно было сделать. Это то, что мы должны были сделать после «How Could Hell Be Any Worse?». Думаю, неудача с «Into the Unknown», за которую я был ответственен на все сто процентов, действительно помогла мне, потому что я смог извлечь уроки из этой ошибки».
Заглавный трек был написан Грегом, и в тексте «No Control» Грэффин возвращается к излюбленной теме тщетности человеческого бытия. Вместо того чтобы рассказывать слушателю об ущербе, который люди наносят окружающей среде, песня рассматривает дальнейшее развитие событий:
Нет ни следов начала, ни перспективы конца. (примечание автора: Эта фраза принадлежит основоположнику современной геологии шотландскому ученому XVIII века Джеймсу Хаттону.)
Когда наши тела распадутся, все повторится по новой.
С точки зрения обычного человека, «No Control» жутко мрачна, но если принять за основу взгляд геолога, то песня, как ни странно, несет освобождение, поскольку сводит всю нашу борьбу к мелкой драме, разыгрываемой на человеческой сцене. Если время - великий уравнитель, а геологическая летопись планеты говорит нам, что это так, то все - от поиска истины до потребительского капитализма - одинаково бессмысленно. Мы можем расстраиваться по этому поводу, но в этом опять же нет никакого смысла.
Довольно тяжелая тема для песни длиной чуть более минуты и сорока пяти секунд, но если кто-то не обратит внимания на текст, то вполне может счесть этот трек оптимистичным. Ускоренный ритм, беспечный вокал и припев, которому хочется подпевать. Это песня, которая требует внимания слушателя. Наверное, удобней всего рассматривать «No Control» через призму чувств человека, который размышляет о ненужности людей и в то же время имеет дело с вполне реальными сроками сдачи работы, жесткими требованиями, предъявляемыми аспирантурой, и т.д.
В новый альбом вошла и одна из любимых песен Бретта – «Automatic Man». «Эта песня о ценности свободы воли, - поясняет Бретт, - и о том, что в нашей повседневной рутине зачастую присутствует неосознанный элемент автоматизма. Однажды я ехал куда-то на машине и без всякой надобности свернул на дорогу, по которой всегда ездил в свою студию. Помню, я тогда подумал: «Я гребаный автоматический человек». Я так много работал, что был полностью погружен в свои мысли, а в это время мое тело на автомате управляло автомобилем».
В альбоме есть несколько песен, которые быстро полюбились поклонникам группы, но, пожалуй, ни одна из них не стала столь популярна, как «I Want to Conquer the World» («Я хочу покорить мир»). Этот трек является еще одним примером того, как BR используют сатиру, чтобы привлечь внимание слушателя к определенной теме. По мнению Бретта, «это ироничная критика национализма, а также идей мачизма и патриархата». При этом очевидно, что Bad Religion не хотят «дать всем идиотам совершенно новую религию» («give all the idiots a brand-new religion») или «разоблачить виновных и отдать их на растерзание детям» («expose the culprits and feed them to the children»). В этой песне есть выпады против всех - от высокопоставленных и могущественных до самодовольных и лицемерных. Однако в контексте серф- и скейт-культуры, где первой задачей является преодоление собственного страха, идея «покорения» имела огромную привлекательность. Покорить общество? Ну, так себе. Оседлать волну или завоевать скейт-парк? Вот это радикально.
Конечно же, было бы просто чудесно, если бы запись «No Control» прошла так же гладко, как запись «Suffer», но на этот раз не обошлось без накладок. У Пита возникли проблемы с песней «Sanity». По мере того как он раз за разом сбивался с ритма, напряжение в студии нарастало. Пит вспоминает, как Бретт укорял его. «Да хорош уже, Пит. Это простая песня! Почему ты не можешь сыграть ее?». В какой-то момент Хетсон разозлился до такой степени, что бросил наушники и выбежал из студии. В итоге Файнстоун сыграл под метроном, что для него как барабанщика было довольно унизительно.
«Я испытывал сильное давление», - говорит Пит. «Я всегда чувствовал себя неуверенно, когда играл с Бреттом. Мне постоянно казалось, что я нахожусь на расстоянии всего одной ошибки от того, что Бретт скажет: «Ты больше не в группе!»».
Любой другой участник Bad Religion счел бы это бредом, но Пита однажды уже просили уйти из группы, когда BR записывали «Into the Unknown». Кроме того после выхода «Suffer» члены коллектива в своих интервью открыто говорили о некоторой шаблонности в игре Пита. И хотя отсутствие у него академической школы зачастую расценивалось как достоинство, Пит ощущал себя слабым звеном.
Проблемы с новым альбомом продолжились и после окончания его записи. Бретт был недоволен тем, как звучит пластинка, но это не имело никакого отношения к игре группы. Стремясь добиться самого мощного звука, Бретт записал «No Control» при помощи «Aphex Compellor». Бретт был одержим идеей использования самой современной аппаратуры и постоянно искал способы улучшить звучание панк-записей.
«Билл Стивенсон из Black Flag и Descendents записывал в моей студии группу Chemical People», - рассказывает Бретт. «В то время «Westbeach» пользовалась популярностью, многие работали в ней. Билл принес в студию аппарат «Aphex Compellor», контролировавший динамический диапазон. Я подумал, что это очень крутая штука. Тогда я позавидовал Биллу, поэтому вскоре купил себе такой же аппарат».
«Aphex Compellor» работал как комбинированный компрессор, выравниватель и лимитер (отсюда и его название) и являлся частью волны нового цифрового оборудования, наводнившего рынок. Однако это не означало, что данный «улучшайзер» хорошо подходил для того, что пытались сделать Bad Religion.
«К началу девяностых годов можно было получить любой звук из чего угодно», - говорит Джей. «У вас были драм-машины, педали, компьютеры. Это было классное, но и по-своему ужасное время. Люди выбрасывали аналоговые пульты, которые сейчас стоят сотни тысяч долларов. Вам говорили: «Это старый мусор. Вам нужно что-то новое, цифровое. Однако, вполне возможно, аналоговая техника была лучше».
Когда Бретт прогонял треки через «Compellor», они звучали нормально, но при микшировании картина была совсем иной. «После того как я закончил, я подумал: «О-о-о, наверно, не стоило делать этого». Звук получился немного странным. Там был один компрессионный эффект под названием «дыхание» («breathing»), мне казалось, что я слышу его повсюду. Я исправил все в процессе микширования – я вернулся к проверенной, не раз использованной мной аппаратуре, и все получилось отлично. Но, к лучшему это или к худшему, я думаю, что все это не могло не отразиться на звучании «No Control»».
Наряду с постоянными экспериментами в студии Бретт не переставал искать новые способы донести музыку Bad Religion до слушателей. Иногда такие возможности появлялись без всяких усилий с его стороны. Как-то Гуревиц сидел в своем офисе в «Westbeach», когда ему позвонил Келли Слейтер.
СЛЕЙТЕР: Эй, это Бретт?
БРЕТТ: Да.
СЛЕЙТЕР: Меня зовут Келли Слейтер, я профессиональный серфер.
БРЕТТ: Я знаю, кто вы.
СЛЕЙТЕР: Я выпускаю серф-видео, которое будет продаваться в скейт- и серф-магазинах. Сколько будет стоить использовать в нем вашу музыку?
БРЕТТ: Абсолютно бесплатно.
СЛЕЙТЕР: Правда?
БРЕТТ: Вставляйте в свое видео столько нашей музыки, сколько захотите, бесплатно. Я буду в восторге!
Слейтер хотел сделать что-то похожее на музыкальные клипы, транслировавшиеся по MTV, только вместо групп, притворяющихся, что играют музыку, в его видео показывалось бы как он, Келли Слейтер, покоряет волны. Бретт понял, что Слейтер пытался получить музыку от крупных лейблов, но те запросили за нее немалые деньги. Гуревиц избрал противоположный подход и отдал музыку BR, не прося ничего взамен.
Слейтер стал самым известным в мире серфером, и эти клипы сыграли не последнюю роль в его успехе. Бретт вспоминает, что вскоре после выхода видео Слейтера «все компании, связанные с серфингом и скейтбордингом, стали звонить мне по поводу нашей музыки, потому что знали, что смогут использовать ее бесплатно. Для меня это не имело никакого значения. Серфинг, скейт- или сноубординг - наша музыка была идеальным саундтреком для всего этого».
Самой популярной песней из «No Control» стала «You», и произошло это во многом благодаря тому, что этот трек был включен в видеоигру «Tony Hawk's Pro Skater 2». В этой игре геймер выбирал скейтера, за которого будет играть, после чего проходил своим персонажем определенную дистанцию, по ходу дела исполняя различные трюки. Саундтрек игры воспроизводился в фоновом режиме. В первой версии игры было всего восемь композиций, но в «Tony Hawk's Pro Skater 2» песен стало в три раза больше, и «You» оказалась среди них. «Pro Skater 2» познакомила с Bad Religion многих молодых любителей скейтбординга, которые, не появись эта игра, возможно, так и не узнали бы о BR. Геймеры по-настоящему полюбили «You». Сочетание запоминающихся хуков, хардкора и фирменных гармоний Bad Religion стало идеальным аккомпанементом для многочасового виртуального катания.
«Это было потрясающе, - говорит Бретт, - потому что в игре у вас есть ограниченное количество песен, и вы снова и снова выполняете трюки под эту музыку. Музыка из игры становится саундтреком к этому периоду вашей жизни». Это был новый способ донести свою музыку до потенциальных поклонников, и здесь все сложилось, как нельзя лучше - правильная музыка для правильной аудитории.
Однако летом 1989 года группа находилась в несколько странном положении, уже имея в загашнике «No Control», она продолжала заниматься раскруткой «Suffer». 20 июня Bad Religion отыграли концерт в голливудском клубе «Raji's», а затем открыли шоу своих героев Ramones в «Warner Grand Theatre» в Сан-Педро. Место на разогреве у Ramones BR получили благодаря тому, что сами предложили свои услуги Гэри Товару из «Goldenvoice» и при этом отказались от гонорара за выступление. И хотя это был отличный опыт - играть на одной сцене с легендами и выступать перед подростками, которые никогда раньше не слышали о Bad Religion, участникам BR было горько видеть, что их кумиры заметно сдали. «Ramones были близки к завершению своей карьеры, - вспоминает Джей о том шоу, - и они были ужасны».
За исключением выступления в «Reseda Country Club», тем летом Bad Religion больше не давали концертов до начала своего европейского турне. 16 августа они прилетели в Амстердам (Нидерланды). Грег вспоминает, что на их первом шоу было около 100-150 человек. Тур-менеджер группы постоянно повторял, что для того, чтобы обрести собственную аудиторию, нужно время. «Вы не станете звездами только потому, что вы американская группа». Однако когда Bad Religion добрались до Германии, там их ждал совершенно другой прием.
«Я помню это так, будто это было вчера», - рассказывает Пит. «Этими клубами в Германии управляли ребята-панки, а правительство выделяло им субсидии из бюджета. Это были своего рода молодежные центры. Помню, как мы ехали по грунтовой дороге, а затем, перевалив через холм, увидели тысячи выстроившихся в очередь фанатов. Что за хрень? Серьезно? Может быть, мы и вправду чего-то добились…»
Возле клуба было так много народу, что музыканты не могли поверить, что все эти люди пришли посмотреть на них. И это были только те, кто не смог попасть внутрь. В зале была еще тысяча человек, и они с нетерпением ожидали, когда Bad Religion выйдут на сцену.
«Это было довольно большое помещение», - вспоминает Бретт. «Вместимость - пятьсот-шестьсот человек. Может быть, больше. Что-то вроде склада. Возможно, бывшая угольная шахта. Не помню точно, что это было за место. Могу сказать одно, там было три тысячи панков. Тысяча втиснулась в это помещение, а на улице осталось еще две тысячи, не сумевших попасть внутрь. Они знали каждое слово каждой нашей песни. Они пели так громко, что я не слышал Грега. Это было просто безумие. Наш агент только и мог сказать: «Вау, никогда бы не подумал!»».
«Мы не верили своим глазам и были полны благодарности», - говорит Грег. «Мы приехали в Эссен, и местная публика была одета в наши футболки и пела наши песни. Как эти люди узнали о нас? Мы дали кучу интервью тамошним фанзинам, за нами повсюду следовала съемочная группа. Они просто хотели задокументировать приезд в их края одной из панк-групп старой школы, но для нас это было как второе рождение».
Потребовалось совсем немного времени, чтобы недоумение группы переросло в ее желание устроить для этой публики грандиозное шоу. Это была аудитория, для которой «Into the Unknown» никогда не выходил. Из-за языкового барьера и склонности Бретта и Грега к громким словам и грандиозным идеям немецким поклонникам пришлось потрудиться, чтобы понять тексты Bad Religion. Они пользовались словарями и обсуждали смысл песен между собой. Возможно, немцы вникали в суть текстов BR даже глубже, чем американские поклонники группы, ведь им нужно было подтвердить свое право именоваться фанатами Bad Religion.
«Европейским фанатам пришлось преодолеть массу препятствий», - говорит Джей. «Им приходилось вникать в каждое слово, чтобы понять смысл песни. Один фанат сказал мне после концерта: «Я ненавижу тебя, потому что ты американец, но я люблю твою музыку!»».
Bad Religion, наткнувшись на аудиторию, о которой всегда мечтали, собирались извлечь из этого максимальную выгоду. Концерт в Эссене стал первым из серии аншлаговых шоу в Германии. Мало того, что залы были переполнены до отказа, снаружи неизменно оставалась масса людей, надеявшихся каким-либо образом все-таки попасть внутрь. Бретт четко видел, что билетов было значительно меньше, чем желающих посетить концерты BR, так что группа могла бы играть в гораздо более вместительных залах.
«Наша популярность там была огромной, - вспоминает Бретт, - и везде был наш перечеркнутый крест. Именно тогда я осознал силу нашего логотипа. Европейцы сразу же приняли его, он стал известен повсюду. Может быть, потому, что Европа на сотни лет опережает США в плане секуляризации (*процесс снижения роли религии в сознании людей и жизни общества), плюс наше лого очень соответствовало духу того времени. В любом случае наш логотип встречался повсеместно. Он стал мемом еще до того, как появился сам этот термин».
Фанаты выплескивали на концертах невероятное количество энергии, и группа вечер за вечером подпитывалась ею. Такой успех BR отчасти мог объясняться тем, что в то время, еще до падения Берлинской стены, в Западной Европе гастролировало очень мало американских панк-групп. Circle Jerks и Black Flag отыграли по несколько европейских концертов, но ни те, ни другие не решились на полномасштабное турне. Своим туром Bad Religion помогли создать в Европе сеть действующих концертных площадок, оснащенных профессиональным звуковым и световым оборудованием – в большинстве своем это были общественные центры, которые финансировало государство.
«К нам относились как к королям, люди ценили нашу музыку, и мы зарабатывали деньги», - говорит Грег. «Мы вернулись домой не с пустыми карманами. Так что у нас появилась традиция играть там. Европейские фанаты – одни из лучших в мире».
По мнению Джея, европейское турне вдохнуло в группу новую жизнь. Оно подтвердило: все, что Bad Religion делали до этого момента, было правильным. Эти гастроли дали группе колоссальный заряд энергии, благодаря которому BR могли двигаться дальше. «Это было все, что нам нужно», - говорит Джей. «Если бы мы не поехали в Европу тем летом, я просто не знаю, смогли бы мы продолжить наше дело. Если вы хотите свести все к финансовому вопросу, то гонорары за этот тур стали вознаграждением за все, что мы делали ранее. Нам наконец-то заплатили. Мы не летали в «Learjet» (*самолет бизнес-класса), но люди покупали билеты именно на нас. Подобное случалось и в Калифорнии, но не в таком масштабе. Было очевидно, что люди приходили на шоу, чтобы увидеть не просто какую-то приезжую группу, а именно нас - Bad Religion. Это на сто процентов подтвердило нашу правоту. Такие вещи побуждают работать еще больше».
Эти европейские концерты были сняты на пленку и выпущены в виде «живого» видео под названием «Along the Way». Видеосъемки с четырнадцати различных шоу того тура были объединены в одно целое и синхронизированы с аудиодорожкой, записанной на седьмом немецком концерте BR, проходившем в бременском «Kesselhalle». Кроме того «Along the Way» содержало короткие интервью с участниками группы, в том числе подробный рассказ Бретта о том, как он боролся с наркозависимостью. В Германии видео было выпущено в 1990 году, в США оно вышло годом позже.
Покинув Германию, Bad Religion завершили свой европейский тур в Лондоне, после чего вернулись в США - как раз к выходу альбома «No Control». Джей начал работать в «Epitaph», при этом он не входил в число штатных сотрудников лейбла и не имел каких-либо официальных обязанностей. «У меня был пикап, а это означало, что я мог поехать на завод «Alberti», забрать пластинки и отвезти их на склад, который находился под одной из автострад».
Пока Бретт был занят управлением лейблом, Джей делал черновую работу - комплектовал заказы и перевозил товар. «По правде говоря, - говорит Джей, - я рассматривал работу в «Epitaph» не как работу на Бретта, а как работу на Bad Religion. Делая что-то для Bad Religion, я делал это и для себя, ведь я играл в этой группе. Так что мне не нужна была зарплата. Способствуя развитию карьеры BR, я обеспечивал свой будущий заработок. Я делал это, потому что верил в наш «продукт», я знал, что позже обязательно буду вознагражден».
Жизнь Бретта не ограничивалась делами группы и лейбла. После того как он завязал с наркотиками, Бретт начал встречаться с Мэгги Туч. До этого Мэгги была подругой Хиллела Словака из Red Hot Chili Peppers. Когда в июне 1988 года гитарист RHCP умер от передозировки, Бретт связался с Мэгги, чтобы выразить свои соболезнования. В дальнейшем молодые люди поддерживали друг друга в стремлении вести трезвый образ жизни и очень скоро стали больше, чем просто друзьями. 10 сентября 1989 г. Бретт и Мэгги поженились.
На 2 ноября «Epitaph» отгрузил своим клиентам двенадцать тысяч экземпляров «No Control». Успех «Suffer» привел к большому количеству предварительных заказов на «No Control», но Бретт, благодаря «Into the Unknown», знал, не стоит спешить с выводами. Однако, несмотря на все опасения, продажи «No Control» шли очень хорошими темпами, и Гуревицу, дабы удовлетворить покупательский спрос, пришлось работать сверхурочно. Не успел Бретт опомниться, как альбом разошелся тиражом более шестидесяти тысяч экземпляров.
Bad Religion оказались в любопытной ситуации. Они только что выпустили новую пластинку и совсем недавно вернулись из тура в поддержку предыдущего альбома, но теперь группа не могла снова отправиться на гастроли. Грег заканчивал магистратуру в Калифорнийском университете, так что новый тур был возможен не раньше лета. За год до этого Грег стал лауреатом премии Брайана Паттерсона, учрежденной Обществом палеонтологии позвоночных. Эта премия вкупе с небольшим денежным призом вручалась раз в год лишь одному студенту на всю страну. Грег был настолько сосредоточен на учебе, что даже не заметил, как подскочили продажи альбомов Bad Religion. Он был занят больше, чем когда-либо, к его привычным обязанностям добавились новые, ведь теперь Грег был еще и мужем.
Тем не менее Bad Religion придерживались жесткого графика репетиций и раз в неделю собирались в студии «Uncle» в Ван-Найсе. Здесь же группа обсуждала текущие дела. «Мы считали, что нам обязательно нужно делать это», - рассказывает Джей. «Зачастую происходило следующее: когда все были в сборе, кто-нибудь говорил: «Я разговаривал с таким-то и таким-то. У нас концерт через две недели». Мы встречались, обсуждали текущие вопросы, а потом репетировали, именно в «Uncle» мы планировали ближайшее будущее Bad Religion».
Пока группа не могла отправиться в полноценный тур, BR не пользовались услугами концертных менеджеров. Bad Religion играли местные шоу, о которых договаривались Бретт, Джей и Хетсон, как правило, это случалось на выступлениях других групп. Кроме того Bad Religion входили в короткий список южно-калифорнийских коллективов, к которым обращались «Goldenvoice», когда привозили в Лос-Анджелес иностранные панк-группы. Например, в конце ноября - начале декабря Bad Religion играли в «Santa Monica Civic» вместе с Buzzcocks. Грег вспоминал, что именно тогда он познакомился и подружился с Эдди Веддером, который работал роуди Buzzcocks. Эдди был давним поклонником Bad Religion и посетил не одно выступление группы в Сан-Диего, но в то время Грег понятия не имел, что Веддер и сам талантливый певец.
Помимо этого Bad Religion съездили в Тихуану, где выступили в «Iguana's», трехуровневом клубе, в котором недолгое время проводились рок-концерты. Заведение располагалось в торговом центре на окраине Тихуаны, но было практически нелегальным, как и некоторые из наиболее известных ночных клубов в центре города. «Это было просто безумие», - говорит Джей. «Там не было никаких правил. Предполагаю, что большинство публики составляли приезжие из Сан-Диего, в то же время я точно знаю, что туда ездило немало людей из Лос-Анджелеса, потому что там было очень весело. Многие приезжали туда, чтобы напиться и оторваться, но это было крайне опасно. Там не было никаких возрастных ограничений для употребления алкоголя. Охраны не было, поэтому люди без труда проникали на сцену. Прямо перед сценой были какие-то углубления, где, возможно, когда-то стояли вентиляторы, и я видел, как люди падали в эти ямы. Они просто исчезали. Куда, блять, делся тот парень?»
Хотя вместимость «Iguana's» составляла не менее тысячи человек, порядка трехсот из них не могли видеть сцену, и это способствовало тому, что очень часто на концертах зал был переполнен. Несмотря на опасность, Bad Religion нравилось выступать перед большой аудиторией «Iguana's». «Все концерты в «Iguana's» были просто супер», - говорит Джей. «Ни одного неудачного шоу. Понимаю, это прозвучит ужасно, но там были и сломанные кости, и кровь. «Ебать, вы видели, как тот парень упал с балкона третьего этажа?» Настоящее безумие».
После почти десяти лет деятельности, вместивших в себя четыре студийных альбома, дела у группы шли как никогда хорошо, но, как вскоре обнаружат Bad Religion, с ростом популярности появляется и дополнительная нагрузка.
