От каменных фундаментов к 3D-модели: в Новгородском детинце раскрыта алтарная часть храма Бориса и Глеба
Новгородская архитектурно-археологическая экспедиция Института археологии РАН завершила запланированные на 2026 год раскопки участка в Новгородском кремле, на котором находилась церковь Бориса и Глеба – шестистолпного храма, построенный в XII веке по заказу новгородского купца Сотко Сытинича, возможного прототипа былинного Садко. В ходе работ археологи раскрыли в алтарной части древние стены собора XII, сохранившиеся на высоту около полутора метров, изучили валунные фундаменты храма, деревянные лежни в основании фундамента южной абсиды и сделали точные обмеры сооружений на современном уровне архитектурной фиксации, которые станут основой для создания цифровой трехмерной модели памятника.
Исследования проводит Новгородская архитектурно-археологическая экспедиция Института археологии РАН при постоянной поддержке Новгородского музея-заповедника. В исследовательском проекте участвуют сотрудники лаборатории «Технологии информационного моделирования» Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого.
Наследник деревянной Софии
Сейчас о существовании каменной церкви Бориса и Глеба напоминает лишь маленький храм Андрея Стратилата, когда-то бывший ее приделом. Но в древнем Новгороде Борисоглебский собор был одним из важнейших храмов города.
Первое упоминание в летописи о строительстве церкви Бориса и Глеба в Детинце относится к 1146 году. По сообщению Новгородской первой летописи младшего извода, деревянная София сгорела в пожаре 1044 года, а первый деревянный Борисоглебский храм был создан в 1146 г.: «а ту стояла святая Софея конець Пискуплей улице, идеже ныне поставил Сотьке церковь камену святого Бориса и Глеба над Волховом».
Борисоглебский храм в Детинце, или в Околотке (еще одно его древнее наименование), освященный в честь первых русских святых, обладал в древности для новгородцев исключительно важным значением. По преданию, он как бы получил "по наследству", а, значит, вмещал в себя смыслы новгородской деревянной Святой Софии – первого христианского собора, по легенде сооруженного на этом месте после крещения новгородцев.
По мнению академика РАН В.Л. Янина, каменный храм, воздвигнутый в 1167–1173 годах, был вечевым храмом Людина и Загородского концов Новгорода и аристократической Прусской улицы, а в XIV веке приобрел значение второго (после Софийского собора) центрального храма города. В 1300 году здесь рукоположили нового архиепископа Феоктиста, который был поставлен затем в Святой Софии в присутствии митрополита и епископов. Такая последовательность церковного чина архиерейского назначения – единственный случай в истории Новгорода.
Храм неоднократно перестраивался и поновлялся. В начале XIII века церковь была разрушена ударом молнии и восстановлена, спустя столетие, в начале XIV века, вновь отремонтирована. В 1441 году старый храм был основательно перестроен. В XVII веке собор был разобран из-за ветхости, а придел остался стоять.
История исследований
В 1940–1941 годах сотрудники Новгородского музея под руководством директора музея А.А. Строкова и его заместителя В.А. Богусевича начали раскопки памятника. Из-за начавшейся войны материалы раскопок не были опубликованы. Перед захватом города немецкой армией раскоп был в спешном порядке засыпан, а документация об этих работах сохранилась очень фрагментарно. Она не позволяет составить обоснованную реконструкцию важного памятника, а также совсем не дает возможности судить о высотах стен, уровне полов и других деталях здания.
Работы по исследованию памятника возобновились 18 лет назад. В 2008 году Новгородский архитектурно-археологический отряд ИА РАН провел разведочные раскопки рядом с церковью Андрея Стратилата. Спустя десять лет археологи продолжили изучение памятника. Начиная с 2018 года, археологи ежегодно изучали храм отдельными «захватками» – площадями по 6–8 археологических квадратов, каждый 2 х 2 м. Но собор обладает такими внушительными габаритами, что за 8 лет была изучена только четвертая часть сооружения с прилегающей территорией.
Работы 2008–2020 годов проходили на участках, затронутых раскопками довоенного времени. В 2021 году археологи впервые провели исследования на участке, который ранее никогда не изучался: в западной части храма был открыт фрагмент западной стены, основания лопаток, каменных вертикальных тяг, членивших фасады, а также валунные фундаменты. Это позволило более точно представить расположение стен храма.
2026 год: от фундаментов к 3D-модели
Полевые работы, проходящие в рамках трехлетнего научного проекта «Древнерусский храм в археологическом окружении: историческая топография, материаловедение и трехмерное моделирование», распланированы таким образом, чтобы за это время полностью раскрыть все оставшиеся под землей конструкции громадного средневекового сооружения.
В археологическом сезоне 2026 года археологи расчистили самую восточную часть собора: сохранившиеся на довольно большую высоту две полукружия северной и центральной абсид и третье полукружие южной абсиды, от которой под землей сохранились лишь остатки фундаментного рва и его забутовка. Для исследования прилегающего к храму средневекового некрополя был раскопан участок к северу от собора.
В ходе работ археологи расчистили большие части древних стен собора XII века, сохранившиеся на 1,5 м в высоту. В основании стен были раскрыты валунные фундаменты храма, заглубленные на 0,95 м в землю, и фрагменты деревянных лежней. Археологические исследования позволили определить различные периоды строительства храма: в частности, выделены участки кладок 1441 года, когда храм был выстроен заново с сохранением основных форм.
В средней абсиде исследователи открыли участок древнего «наливного» пола, для которого древние матсера сначала подготовили песчаную основу, которую затем залили известковым раствором. Также здесь был обнаружен синтрон – общая скамья для священства, сохранившийся в виде фрагментов каменно-кирпичной кладки.
Южная абсида не сохранила кладку стен, поэтому при ее изучении представилась исключительная для археологов возможность исследования основания полукруглого фундамента с уложенными под углом лежнями для скрепления валунных рядов. Эта техника армирования ленточных фундаментов при помощи деревянных конструкций известная в княжеских соборах первой половины XII века, но в 1160-1170-е годы уже не использовалась. Присутствие лежней в кладке фундаментов Борисоглебского храма говорит о последовательном копировании «образца» – Георгиевского собора.
В ходе работ были сделаны точные обмеры всех сохранившихся конструкций и проведено сканирование раскопа и всех древних кладок с использованием современного оборудования и программного обеспечения. Полученные данные станут основой для создания высокоточной трехмерной реконструкции памятника.
«Севский чех», 1686–1687 гг., печать Совета господ Великого Новгорода, 2-я четверть XV в.
В культурных слоях памятника археологи собрали большую коллекцию находок, отражающих жизнь, протекавшую на южном холме Детинца.
Часть находок составляют монеты, среди которых есть довольно редкие: поддельный арабский дирхем, денарий XI века, пенни 1906 года, выпущенные во время царствования Николая II для территории Финляндии, входившей в состав Российской империи. Еще одна редкая русская монета – так называемый севский чех, чеканившийся в городе Севске в самом конце XVII века. Это уже вторая монета этого типа, найденная на месте храма Бориса и Глеба: первая была найдена во время работ 2025 года.
Сфрагистические находки пополнились в этом сезоне печатью новгородского Совета господ с пробитым отверстием. Печать датируется около второй четверти XV века.
Среди найденных украшений – шумящие подвески-уточки и различные бусины. Также возле конструкций храма XII века найдены фрагменты оконного «лунного» стекла.
В наиболее ранних слоях, предшествовавших строительству каменной церкви Бориса и Глеба, обнаружен орнаментированный костяной псалий (элемент конского уздечного набора), датирующийся XI веком.
XII в.
Не только символические смыслы Борисоглебского храма заставляют ученых исследовать его конструкции, скрытые под землей. Для истории древнерусской архитектуры его сооружение знаменует обращение к образцу Георгиевского собора Юрьева монастыря – с желанием повторить его громадные размеры и тип четырехстолпного собора с нартексом (шестистолпного храма), то есть дополнительным помещением с запада, существенно увеличивающим и расширяющим храм. Видно также желание выполнить это здание по тем же строительным принципам – с деревянными армирующими лежнями в основании фундамента, внутренними лопатками и смешанной кладкой стен с использованием плинфы и каменных блоков.