Глава 6. Какие бывают родовые программы?
– Самые разные. Например, из поколения в поколение мамы (папы) ненавидят своих свекровей (или тёщ). Их дети, вроде бы, тоже должны ненавидеть бабушку из солидарности с мамой (папой). Но ведь это же его бабушка, и она любит своих внуков, и она ничего плохого им не сделала… Внутренний конфликт? – Точно. Он.
Или другая, типичная в наше время программа: родители переживают тяжелый процесс развода, постоянно ругаются, обвиняют друг друга… А ребёнок, любя их обоих, неизбежно должен будет принять чью-то сторону. Он берёт на себя энергетические проблемы семьи. Такие ситуации создают слепок для его дальнейшей жизни и отношений и… букет внутренних конфликтов.
Многие задаются вопросом: у кого-то родители умерли, а у кого-то живы, но живут в другом городе. И, казалось бы, их нет рядом! Так почему же мы всё равно продолжаем ощущать влияние родителей на нашу жизнь? Почему, когда мы пытаемся управлять своей жизнью, что-то снова мешает, не дает двигаться вперед, будто бы ты едешь на машине с включенным ручником? Что именно не даёт жить так, как хочется? Симптомы проблемы могут быть самыми разными: от финансовых неурядиц до запутанных отношений…
Хотя, большинство симптомов обычно укладываются в такой психологический диагноз, как незавершённая сепарация со своими родителями. Да-да! И не спешите с выводами, даже если вы уже давно не живёте с родителями, даже если вам далеко за тридцать-сорок или даже за пятьдесят. Ведь речь здесь идет об эмоциональной сепарации. И когда/если эмоциональная сепарация не завершена, возникает такая штука, как «проекция».
Проекции бывают двух видов. Первая возникает, когда мы «засовываем» какого-то человека себе в голову, и затем с ним начинаем разговаривать. Это может быть кто-то из значимого в детстве окружения, а может быть и кто-то из нынешних «доброжелателей». Но каждый раз, когда нам необходимо что-то сделать, в наши мысли как бы «влезает» уверенный голос этого человека, говорящий: «Что-то мне подсказывает, что у тебя ничего не получится… Брось… И даже не думай начинать! Потратишь зря и время, и силы. Лучше пойди – выпей/поешь чего-нибудь!» Знакомо?
Когда же мы создаем «проекции второго вида», мы уже не слушаем слова значимого для нас человека, который до сих пор так и «сидит в голове», как, кстати, у огромного большинства людей. Нет, на этот раз мы поступаем иначе, гораздо более изощренно! Мы берем и навешиваем «светлый образ» одного из своих родителей (или других значимых для нас людей из родовой системы) на тех, кто нас окружает. В результате, мы смотрим на человека как бы сквозь призму этого чрезвычайно значимого для нас человека. Мы ошибочно предполагаем, что вот этот – совершенно другой (!) человек - имеет те же самые ценности, те же убеждения, что имели наши родичи (а теперь и мы сами). Мы практически уверены, что у него - в этой ситуации - те же самые цели, что и у нас… Мы полагаем, что он умеет то же, что умеем мы, благодаря своим родителям. И поэтому он будет непременно думать и действовать так, а не иначе по отношению к нам самим. А потом… мы горько разочаровываемся и даже обижаемся на то, что человек поступил совершенно иначе, вразрез с нашими ожиданиями. Вот так работают проекции.
Родитель (или «лицо его заменяющее», как говорят юристы) для нас чрезвычайно важный и значимый человек как бы мы к нему ни относились. И его мнение, засевшее в нашей голове с детства, для нас - почти синоним утверждению сможем мы выжить или нет.
Под влиянием проекций мы часто не задумывается о том, чего на самом деле хотят другие люди, что приводит к серьезному конфликту между тем, что мы ожидаем и тем, что в реальности получаем.
Мы также, именно под влиянием проекций, не осознаём своих собственных ожиданий, желаний и реакций. Вместо того чтобы принять ответственность за то, что нужно нам, за процесс пошагового достижения цели, - мы видим то, что хотели бы иметь, но не разрешаем этого себе, вследствие полученных когда-то осознанных или неосознанных запретов от значимых для нас людей или нашей родовой системы.
Проекции мешают видеть реальность такой, какая она есть. В отношениях с деньгами (и не только), мы также находимся под влиянием проекций родовой системы, которую транслировали для нас родители. Именно поэтому и ситуации, и проблемы у нас зачастую те же, что и у них. Имея те же «шоры» ограничивающих убеждений и страхов, мы не видим очевидных возможностей вокруг. Мы, как и они, например, безумно боимся потерять деньги (или что-то ещё). Нам порой кажется, что такая потеря будет для нас равнозначна потере жизни. Находясь под влиянием страха, мы не позволяем себе делать то, что хотим, и потому занимаемся тем, что безопасно и привычно.
Детство многих из нас пришлось на эпоху Советского Союза, Перестройку, или время перехода к капитализму. Даже если советское время выпало на детство ваших родителей, можете быть уверены, что они, в той или иной мере, передали вам свой детский опыт в виде убеждений и установок. А что мы видели в социалистические времена?
Денег каждый месяц платили одно и то же количество. Новых товаров на полках нет и не предвидится. Поэтому что ни делай, ничего не изменится. Бери то, что есть. Довольствуйся малым. А те, у кого водятся деньги — одно из двух: или воры, или спекулятны - по ним тюрьма плачет…
И этот «замечательный» набор установок отпечатался в сознании людей.
Приведу пример из своей жизни. Пока я росла и училась в начальной школе, мама не работала: я была очень болезненным ребенком. Когда мне ещё не было и 2 лет, в детской поликлинике мне ошибочно вместо прививки БЦЖ - ввели вакцину против оспы в «лошадиной дозе». В результате этой врачебной ошибки развилась непереносимость любых животных белков. Сейчас это называется аллергия, но тогда даже слова такого ещё не было.
При любой простуде меня, как и полагалось, отпаивали наваристым куриным бульончиком, да теплым молочком с медом и маслом, не подозревая, что всё это для моего организма - сильнейший яд! И в 2 годика у меня был отек легких, после которого врачи диагностировали клиническую смерть. К счастью, меня вернули к жизни. И, более того, я тогда принесла «с того света» множество «даров». Но сейчас речь не об этом!
Далеко не сразу, чисто опытным путем - мама выяснила после чего я начинала задыхаться, исключив это на долгие годы из моего рациона. Она готовила мне вегетарианские супы, морковные и свекольные котлетки вплоть до 5-го класса... Думаю, теперь вам понятно, что мама просто не могла выйти на работу, до тех пор, пока мой организм не «перестроился». Помню, что она пыталась брать «надомную» работу – плела какие-то авоськи, шила распашонки, чтобы добавить в бюджет семьи хоть какую-то копеечку...
Мой папа - военный врач - в советское время получал 160 рублей в месяц, из которых порядка 60 сразу же, после получки оставлял в «кассе взаимопомощи». Мы годами расплачивались: то за машину, то за гараж, то за что-то из мебели или зимней одежды. У меня есть старшая сестра. Я всё детство носила то, что перешивалось из её одежды или что связала для меня мама, распустив что-то ненужное. Вот так на 100 рублей мы жили вчетвером…
Мама вела хозяйство умело и очень экономно, ужимаясь во всем. При этом наша семья производила впечатление финансово благополучной: машина, гараж, пианино... Тем не менее, мысль о том, что «надо экономить» на всем, на чем только можно, с тех пор прочно засела в подсознании у нас с сестрой.
Пока я рассказывала, думаю, вы сравнили это с тем, как жили ваши семьи.
Так к чему же обычно приводят подобные стартовые условия?
А вот к чему: к подсознательным ограничивающим установкам типа таких:
1. Денег нет, и им нЕоткуда взяться.
2. В жизни денег всегда ровно столько, чтобы не умереть с голоду. И если вдруг их где-то много, это - не про меня. Мне же всегда надо экономить.
3. Я не достоин/ не достойна хорошей жизни. Жизнь – это борьба!
