Необходимость правды и искренности в обещаниях мистера Рузвельта
РАДИООБРАЩЕНИЕ ДОСТОПОЧТЕННОГО. ХЬЮИ П. ЛОНГА Из ЛУИЗИАНЫ, пятница, 19 июля 1935 г. (Напечатано в ПРОТОКОЛЕ КОНГРЕССА от 22 июля 1935 г.)
Прошло более 3 лет с тех пор, как Демократическая партия выдвинула кандидатуру Франклина Делано Рузвельта на пост президента. Скоро исполнится 3 года с тех пор, как он был избран президентом. Он занимал пост нашего Президента почти весь 1933 год, весь 1934-й и в течение 1935-го по сегодняшний день. Отсидев такой длительный срок, он ясно дал понять американскому народу, чего от него можно ожидать. Когда мистер Рузвельт взял бразды правления делами, он немедленно двинулся в направлении, прямо противоположном тому, что он обещал народу.
К моему удивлению, лидеры Демократической партии, и, если уж на то пошло, лидеры всех других партий, сказали: "Позвольте ему поступать по-своему. Люди хотят, чтобы у него был шанс". Я ответил им и сказал: "Но это отличается от того, что было обещано людям. Им было обещано кое-что другое, и они имеют право на то, чтобы Президент и Конгресс соответствовали нашей платформе и обещаниям Президента ". Мне не нужно сообщать вам результат. Наш курс поведения в правительстве был таким, каким его хотел видеть мистер Рузвельт. Он добился своего. На его стороне было большее большинство конгрессменов, чем когда-либо было у любого другого президента. У него было самое большое большинство, которое когда-либо имел любой президент в Сенате Соединенных Штатов. Все, что он хотел, чтобы было сделано, было сделано; все, чего он не хотел, чтобы было сделано, не было сделано. В различных случаях мистер Рузвельт решал, что он вообще не хотел, чтобы Конгресс действовал как Конгресс, но что он хотел бы, чтобы Конгресс передал ему свои права и функции как законодателя, и Конгресс делал это раз за разом. Фактически, они сложили с себя так много своих собственных обязанностей и поручений и передали свои полномочия президенту, что им должно быть стыдно получать свои деньги в качестве законодателей. Если вы нанимаете меня распилить полено, а вместо того, чтобы распилить полено, приходит какой-нибудь человек и говорит, что я не знаю, как распиливать это дерево, но должен позволить ему распилить его, и я отдаю ему пилу и топор, тогда вы должны заплатить человеку, который распиливает дерево, а не мне за работу. Итак, когда люди избрали сенаторов и конгрессменов для принятия законов, и они заняли свои места в Капитолии, а мистер Рузвельт подошел и сказал: "Эй, ребята, вы не подходите для принятия каких-либо законов; позвольте мне сделать это за вас", и мы передали ему полномочия по разработке законов, тогда нам следовало встать и уйти, и ничего не брать с людей за нашу работу.
У нас в этой стране есть то, что известно, как "Relief Roll" (В американской политике термин "relief roll" (или "relief rolls" во множественном числе) относится к официальным спискам (реестрам) получателей государственной социальной помощи, в основном в контексте программ по борьбе с безработицей и бедностью.) До того, как они начали политизировать это, предполагалось поместить каждого человека, которому нечего было делать, на пособие и немного платить ему за то, что ему нечего было делать. Когда сенаторы и представители в Конгрессе проголосовали за то, чтобы передать все свои дела в руки г-на Рузвельта, их следовало немедленно включить в список лиц, получающих пособие по безработице, вместо того, чтобы разрешать получать по 10 000 долларов в год каждому, ничего не делая. Так вот, случилось так, что, когда г-н Рузвельт ушел в отставку и начал осуществлять эти законотворческие полномочия, а также принимать постановления и вводить налоги, взимать дань и назначать вознаграждения в соответствии с ними, они, наконец, дошли до Верховного суда Соединенных Штатов, и тут же Верховный суд Соединенных Штатов заявил, что Конституция Соединенных Штатов предусматривает, что народ избирает Конгресс для принятия законов, и что в этой стране существует 48 суверенных штатов.
Итак, Верховный суд далее заявил, что сенаторы и представители в Конгрессе не имели права отказываться от своих собственных полномочий по принятию законов, и уж тем более они не имели права отказываться от права 48 штатов управлять собой так, как они должны были это делать. И со стороны Белого дома поднялся ужасный шквал. Я не знаю, вовремя ли поступил Верховный суд, чтобы спасти Американскую Республику, но я уверен, что они действовали не слишком быстро. Если эта страна просуществует еще 20 лет, мы будем в долгу перед Верховным судом Соединенных Штатов.
Теперь давайте рассмотрим некоторые вещи, о которых мистер Рузвельт говорил, что собирается сделать, и то, что он сделал: первое, что он пообещал, это упразднить бюрократическую систему правления. Он сказал, что эти бюро и комиссии, которые были созданы в Вашингтоне Гувером и другими президентами, противоречат американской системе и запутывают дела людей до такой степени, что они не знают, как с ними справиться. Но что он сделал, когда вступил в должность? Он основал так много бюро, что они даже не могли дать им названий. Они должны были обозначать их тремя и четырьмя буквами алфавита. Затем он выучил алфавит и должен был начать использовать цифры. Прямо сегодня я являюсь членом Сената Соединенных Штатов, юристом с 20-летним стажем, 4 года занимал пост губернатора штата Луизиана и 10 лет был членом комиссии по государственной службе моего штата. Я нахожусь прямо здесь, в Вашингтоне, и я не знаю названий или обязанностей 1 процента советов директоров и комиссий, созданных Рузвельтом с тех пор, как он стал президентом, и более того, Рузвельт их тоже не знает. Без каких-либо полномочий со стороны правительств штатов они создали эти бюро для управления Штатами; они создают департаменты образования в некоторых штатах; они создают департаменты общественных работ в некоторых штатах; они создают свои собственные агентства по расходованию средств в Штатах. Ни одна из таких функций не разрешена Конституцией Соединенных Штатов. Они могут быть осуществлены только с разрешения штата, если это предусмотрено конституцией, но штатам придется обратиться в Верховный суд Соединенных Штатов, чтобы остановить незаконное расходование денег в таких Штатах бессмысленным и безрассудным образом, и потребовать права штатов распоряжаться своими функциями упорядоченным образом. Луизиана завершит рассмотрение подобного иска в октябре. За ним, вероятно, последуют иски во многих других штатах. Администрация Национального Восстановления (NRA) сейчас мертва, как дверной гвоздь, но они сохранили ей жизнь, чтобы сохранить всех кандидатов на работу в списках. A. A. A. была признана неконституционной многими судами.
Только сегодня они пытались провести в Сенате Соединенных Штатов закон, запрещающий любому налогоплательщику собирать деньги, которые были незаконно изъяты у него в рамках налогов на обработку. Нам удалось проголосовать против этого. Несмотря на эти решения Верховного суда Соединенных Штатов - а это очень разумные и правильные решения - Конгрессу говорят идти прямо вперед и принимать больше неконституционных, и после принятия этих неконституционных законов они уничтожают людей бульдозерами и запугивают их в течение 2-3 лет, прежде чем суды смогут их отменить. Затем, после того, как это сделано, они приходят и просят Конгресс принять закон, запрещающий кому бы то ни было подавать в суд за вред, который был причинен им в соответствии с этими «конституционными» законами.
Никогда еще, со времен Нерона, не было известно такой высокомерной, тиранической, возмутительной системы управления, как та, что была создана этой нелепой системой Рузвельта с его мозговым трестом, бюрократами и алфавитным конгломератом всего, кроме здравого смысла и справедливости.
Теперь давайте посмотрим на некоторые результаты. Во-первых, давайте посмотрим на безработицу. Сегодня, согласно данным, предоставленным мне Американской федерацией труда, безработных на 734 000 человек больше, чем было за тот же месяц прошлого года. Тот же совет по труду утверждает, что сегодня в этой стране насчитывается около 11 000 000 безработных промышленных рабочих. Если мы возьмем цифры, чтобы показать, сколько зарабатывает сельское хозяйство, и сравним их с обычным годом, мы придем к выводу, что сельскохозяйственные работники, по крайней мере, наполовину безработные, что добавит еще около 10 000 000 человек в список безработных. Во всяком случае, самая высокая безработица, которая когда-либо была известна в этой стране, существует прямо сегодня, при Рузвельте.
Несмотря на тот факт, что наши люди якобы безработные и им нечего делать, сейчас мы дошли до того, что не производим достаточно предметов первой необходимости в этой стране, чтобы люди могли жить дальше. Поскольку наши фермеры, наши рабочие и наши бизнесмены бездействуют, большая часть мяса, которое мы едим, большая часть одежды, которую мы носим, часть обуви, которую мы надеваем на ноги, и даже хлопковое масло, которое потребляется в этой стране, должны поступать сюда из-за рубежа. Некоторые страны, которые раньше покупали свой хлопок в Америке, кукурузу и пшеницу в Америке, теперь отправляют сюда те же продукты, которые они раньше покупали у нас, чтобы продавать нам, и у них в Вашингтоне все так подстроено и запутано, что мужчины и женщины, которые хотят выращивать эти продукты и производить их, умирают с голоду и до сих пор не могут найти работу. При всех этих условиях, тем не менее, за 3 года правления Рузвельта они потратили больше денег, чем все президенты Соединенных Штатов, вместе взятые, от Джорджа Вашингтона до Вудро Вильсона.
За 124 года, с момента вступления Джорджа Вашингтона в должность президента и до президентства Вудро Вильсона, мы потратили чуть более 24 миллиардов долларов. Это покрывало все войны, включая Войну 1812 года, Гражданскую войну и строительство Панамского канала. Но администрация господина Рузвельта потратила 24 миллиарда долларов всего за 3 года — столько же, сколько было потрачено за 124 года, — и при этом наше положение хуже, чем когда-либо, и у нас не было никакой войны.Передо мной данные, которые показывают, что в городе Нью-Йорке, где были потрачены все эти деньги и где, как мне сказали, даже некоторые полицейские оказались в списках получателей социальной помощи (relief rolls), 4200 детей не посещали школу, потому что у них не было денег на покупку одежды, чтобы ходить в школу.За последние четыре месяца фонд заработной платы в этой стране ежемесячно снижался. Март был хуже февраля, апрель хуже марта, а май хуже апреля.
"Мозговой трест" правительства Рузвельта отправился проводить эксперименты, чтобы выяснить, в чем дело. Они хотели узнать, почему больше людей не владеют собственными домами. И что, вы думаете, они обнаружили? Они вернулись и сделали поразительный вывод: после обследования 43 штатов и траты нескольких миллионов долларов они пришли к выводу, что люди не владеют большим количеством домов и лучшими домами, потому что у них нет денег, чтобы их купить. Если эта кучка глупцов уедет дальше от Вашингтона и не будет осторожна, их арестуют и посадят в зоопарк. Им лучше оставаться здесь, где их узнают и где они знают, что управляют страной.
Знаете, когда при Теодоре Рузвельте строили Панамский канал — вы могли бы называть Теодора Рузвельта "Рузвельтом Великим" (Roosevelt the Great), а чтобы отличать одного Рузвельта от другого, нынешнего Франклина Делано Рузвельта следует называть "Рузвельтом Маленьким" (Roosevelt the Little). Так вот, возвращаясь к теме: во времена Теодора Рузвельта мы много говорили о строительстве Панамского канала, о том, какая это ужасная расточительность. Панамский канал обошелся в 525 миллионов долларов. Это были большие деньги. Но господин Франклин Делано Рузвельт каждый месяц выбрасывает на ветер 570 миллионов долларов, что означает, что каждый месяц "Рузвельт Маленький" тратит на 45 миллионов долларов больше, чем стоил весь Панамский канал для "Рузвельта Великого".
Весь национальный доход составляет сорок два миллиарда, и двадцать восемь миллиардов пошло на уплату процентов по задолженности и налогов, остается только четырнадцать миллиардов из всех сорока двух миллиардов, которые не были изъяты правительством или списаны в качестве процентов до того, как люди начали работать.
Были некоторые люди, которые довольно неплохо пережили это национальное бедствие, если бы не тот факт, что большой дом будет обрушен на них вместе со всеми нами, прежде чем они справятся. В качестве примера, мистер Винсент Астор и его партнеры, люди, которым принадлежит эта яхта "Нурмахал", на которой они возят президента на рыбалку, - дворец стоимостью в пять миллионов долларов, который плавает в море, - у этих людей было собственное судоходное оборудование; они купили несколько кораблей у правительства Соединенных Штатов, или, скорее, я должен сказать, что правительство Соединенных Штатов заплатило им немного денег, чтобы они взяли корабли и обязались управлять "Левиафаном"
Пришло время, когда мистер Астор и его партнеры не захотели управлять "Левиафаном", поэтому они объявили дефолт перед Соединенными Штатами, отказавшись от управления "Левиафаном", и задолжали дяде Сэму 1 720 000 долларов. В Министерстве торговли был человек по имени Митчелл, который был помощником министра торговли. Первое, что он узнал, президент заставил их освободить мистера Астора от этого контракта и выплатить 1 720 000 долларов при условии, что команда Astor построит еще один корабль, на строительство которого правительство одолжит им почти все деньги, и что правительство предоставит им почтовый контракт, чтобы они не могли ничего делать, кроме как зарабатывать больше денег. Это означало, что толпа Астора не только была освобождена от уплаты 1 720 000 долларов, которые они задолжали правительству, но и получила кое-что за разрешение правительства освободить их от ответственности. Митчелл написал письмо президенту с жалобой на это, и его немедленно уволили. Они предложили ему работу получше, а не увольнять, если бы смогли вовремя его утихомирить и убрать с дороги, но он этого не потерпел, поэтому его выставили ужасным персонажем, и именно это они делали с каждым человеком, который кричал об этих махинациях.
Некоторое время назад я представил письменные показания под присягой, отчеты правительственных агентов и все остальное, чтобы показать, чем занимался Фарли. Я, как член Сената Соединенных Штатов, потребовал провести расследование поведения Фарли. Я не видел причин, почему они не должны расследовать его, поскольку они расследовали меня в пяти или шести отдельных случаях. Несмотря на все разоблачения, они проголосовали за то, чтобы удержать Фарли от расследования. На днях они хотели провести расследование в отношении некоторых людей, которые пришли лоббировать интересы в Вашингтоне, и они без колебаний выделили несколько тысяч долларов, чтобы немедленно начать расследование в отношении них. Но исследовать внутреннюю сторону того, что происходило при Фарли, было чем-то, что нельзя было вынести на свет божий; они не хотели ничего этого знать, и они этого не сделали. Итак, вы читали о ссоре, которая происходит между администрацией Рузвельта и штатом Луизиана из-за того факта, что я выступаю против того, как г-н Рузвельт и его «мозговых трастов».
Луизиана не собирается навечно загонять себя в рабство, как, возможно, захотят сделать некоторые из этих других Штатов. Луизиана - суверенный штат, и наш народ настаивает на том, чтобы быть свободными мужчинами и женщинами. Они избирают своих офицеров и служат, подчиняясь воле этих людей. Но отсюда, из Вашингтона, мистер Рузвельт и его бюрократы и автократы решили, что они возьмут в свои руки управление Луизианой. Они обязались направить известных политических деятелей в этот штат для ведения нашего бизнеса; и они говорят: "Либо мы будем вести его таким образом, либо не будем вести его вообще". Наш ответ им заключается в том, что народ Луизианы будет управлять нашим штатом, и что мы не будем одобрять узурпацию функций, которые Конституция возлагает на суверенное государство. Наши люди БУДУТ свободными. Федеральное правительство заявляет, что не будет ссужать Луизиане никаких денег из фондов общественных работ. Что ж, если бы Луизиана заняла какие-либо из их денег, нам пришлось бы отдать облигации и обязательства штата или какого-либо подразделения штата, чтобы получить их. Если нам нужны какие-то деньги, мы не обязаны получать их таким образом. Мы можем продать облигации штата Луизиана на открытом рынке, не прося федеральное правительство одолжить нам какие-либо деньги из PWA (Администрация общественных работ - англ. Public Works Administration, PWA).
Мы сделали это вчера. Облигации Луизианы были проданы на 3,80 доллара выше номинала. Когда правительство Соединенных Штатов хочет получить деньги за свои облигации, оно должно заставить банки принять их. Именно там сегодня находятся государственные облигации - в банковских сейфах. Если бы они не покупали их, банки обанкротились бы. Облигации Луизианы можно продавать на открытом рынке, никого не принуждая к их покупке. Почему? Потому что Луизиана - платежеспособный и хорошо управляемый штат. Он получает больше денег, чем тратит. Федеральное правительство тратит 5 долларов вместо 2. Наши государственные облигации намного лучше государственных облигаций. Я мог бы сказать жителям этой страны, что вы много слышали о Луизиане. Пришло время вам узнать о ней больше. Я стал губернатором этого штата в 1928 году. Когда я встал у руля штата, у нас было около, может быть, целых 50 миль асфальтированного шоссе. В настоящее время у нас в Луизиане около 3500 миль асфальтированных автомагистралей. Вдобавок к этому у нас есть еще около 10 000 миль фермерских дорог, посыпанных гравием. Когда я стал губернатором этого штата, перепись показала, что в нем проживало 238 000 неграмотных взрослых. Это число было очень быстро сокращено вдвое. Именно моя администрация предоставила государству бесплатные школьные учебники для всех школьников.
До нашего времени не было мостов через большие реки и ручьи. Их приходилось пересекать на паромах, стоимость которых всего пути составляла от 50 центов до 2 долларов. Сегодня над теми же самыми реками и ручьями вы увидите большие, длинные и красивые мосты, которые мы построили, и вы перейдете по ним абсолютно бесплатно. Они бесплатны для путешествующих.
До нашего времени - я имею в виду, до того, как губернатор Аллен и я стали руководителями штата, - в нашем государственном университете обучалось 1500 человек; сейчас в нем 5500. Его статус повысился при нас с класса C до класса A. Мы построили новый медицинский колледж, которому Медицинская ассоциация присвоила класс A, и сейчас мы добавляем к нему большой новый стоматологический колледж.
Сейчас мы строим планы, чтобы каждый бедный мальчик в Луизиане смог получить высшее образование. Мы намерены привести наш план в действие к сентябрю 1936 года, чтобы те, кто не может заплатить все, заплатили столько, сколько смогут, и чтобы те, кто не может заплатить ничего, тем не менее, получили работу в нашем государственном университете, чтобы у них была возможность продолжить курс обучения в колледже.
Возможно, было бы неплохо, если бы вы, люди, которые слышали о Луизиане, знали, что, когда я стал губернатором этого штата, больницы для душевнобольных были переполнены; некоторые люди, страдающие нарушениями разума, были заключены в тюремные камеры, ожидая, когда кто-нибудь умрет, чтобы освободить для них место в больнице. Я расширил, укрупнил и усовершенствовал эти больницы в Луизиане, чтобы больше не было людей в тюремных камерах, ожидающих лечения, но сегодня в этих учреждениях есть место для ухода за дополнительными людьми, и их стандарты были улучшены.
За годы до того, как я стал губернатором штата, и до прихода губернатора Аллена тюрьма теряла на своей деятельности миллиона долларов в год, но сейчас, при губернаторе Аллене и в течение последнего года моего срока, тюрьма находится на самоокупаемости. Вы обнаруживаете, что в Луизиане люди наслаждаются всеми этими улучшениями; вы обнаруживаете там государственные университеты; вы обнаруживаете, что государственные школы теперь в значительной степени поддерживаются из государственной казны; вы обнаруживаете, что государственный университет, которому выделялось 800 000 долларов в год до того, как я стал губернатором, теперь получает 2 750 000 долларов в год на продолжение своей образовательной деятельности. Тем не менее, несмотря на все это, вы обнаружите, что налоги в Луизиане были снижены на всю собственность, и теперь мы проголосовали за законы, по которым в этом году большинство наших домовладельцев будут освобождены от уплаты каких-либо налогов вообще на свои дома, а другим вернут большую часть налогов, которые они платят за свои дома.
При таких значительных улучшениях, сопровождающихся таким снижением налогов на недвижимость, есть только одна вещь, на которую вы должны обратить внимание, и это то, что Луизиана - платежеспособный штат со сбалансированным бюджетом, тратящий меньше, чем получает. У него есть 15 миллионов долларов для казначейства, которые нужно использовать в целях налоговых льгот этой зимой. Следовательно, это суверенное государство и его народ не будут покорены или унижены требованиями и приказами бюрократов и жестяных тиранов в Вашингтоне, которые никогда ни на что не избирались и которые никогда ни на что не будут избраны, и которые забирают миллиарды долларов народных денег, чтобы использовать их в политических практиках, которые они сейчас используют для разрушения этой страны. А теперь, друзья мои, это подводит меня к последней части моей речи. Из этой оргии хаоса, из этой унылой атмосферы бедствий и неразберихи, на что мы надеемся и где наша гавань безопасности? Это можно найти в обещании президента Соединенных Штатов, когда он принимал кандидатуру на Чикагском съезде. До Чикагского съезда я был единственным автором плана, известного как "Поделим наше богатство".
В нем предлагалось, чтобы никто не владел слишком большим количеством, и никто не владел слишком малым количеством. Это неизбежно требовало перераспределения богатства, с тем чтобы тех, у кого было больше, чем они имели с чем-либо связанным, заставить отдать правительству деньги и вещи, которые правительство предоставило бы людям, у которых не было достаточно средств к существованию.
Я предложил этот план, когда стал членом Сената Соединенных Штатов в начале 1932 года. Это привело бы к следующему: ни одному мужчине не было бы позволено владеть более чем несколькими миллионами долларов, и ни одной семье не было бы позволено иметь меньше, чем дом и разумные другие вещи, чтобы жить в комфорте. Ни одному мужчине не было бы позволено зарабатывать больше, чем от нескольких сотен тысяч долларов до миллиона долларов за 1 год. Ни одной семья не зарабатывала бы в год меньше, чем от 2000 до 2500 долларов в год. Правило состоит в том, что ни один мужчина не должен владеть больше или зарабатывать более чем в 100 раз больше, чем владела или зарабатывала средняя семья, и что ни одна семья не должна владеть меньше или зарабатывать менее одной трети того, чем владела или зарабатывала средняя семья.
Еще одно положение заключалось в том, что тем лицам, которые достигли 60-летнего возраста, должна быть назначена адекватная пенсия в размере где-то от 30 до 40 долларов в месяц, если только они не владели значительным имуществом или не имели приемлемого дохода для жизни. Также мой план предусматривал полную выплату долга солдатам; и, наконец, гарантию от правительства получения образования, даже через колледж, для всех детей для профессиональной службы в жизни. Ни один мальчик или девочка не захотели бы получить желаемое образование или стажировку в колледже из-за бедности семьи. Таков был мой план. Позже это стало известно как план "Поделим Наше Богатство". До того, как мистер Рузвельт был выдвинут, я позаботился о том, чтобы он в основном придерживался этого принципа, и что он обещал придерживаться его после своего выдвижения. И вот, на Чикагском съезде он появился и дал это обещание, которое я цитирую из его речи: "По всей стране мужчины и женщины, усвоившие политическую философию правительства последних лет, обращаются к нам за руководством и за более справедливой возможностью участвовать в плане «Поделим Наше Богатство».
Итак, дамы и господа, вы можете сказать, как говорили до избрания господина Рузвельта, что он обещал поддержать план Хьюи Лонга «Поделим наше богатство». Однако с тех пор, как господин Рузвельт занял пост президента, он выступал против всех попыток принять этот план перераспределения богатства. Я неоднократно предлагал этот план Конгрессу. Я предлагал план пенсий по старости — его администрация обеспечила его провал. Я предлагал план выплаты солдатам того, что мы им должны, — он обеспечил его провал. Я предлагал план обеспечения образования для детей в колледжах — он обеспечил его провал. Я предлагал план, который гарантировал бы всем жилье и доход, достаточный для комфортной жизни, — он обеспечил его провал.Но вот, когда общественность по всей стране, от побережья до побережья, от канадской границы до Мексиканского(или американского) залива, поднялась, господин Рузвельт решил, что ему нужно сделать жест. Это был уже пятый раз, когда он делал такой жест, но он сделал его снова. Он отправил в Конгресс сообщение, заявляя, что поддерживает план «Поделим наше богатство».
Я немедленно призвал его помочь в принятии соответствующего законопроекта. И что он сделал? Он прислал нам законопроект — точнее, законопроект там уже был, но его скрывали, — предусматривающий налоги на крупные состояния, которые, по их словам, принесут 340 миллионов долларов в год. На самом деле он не принес бы и половины этой суммы; но даже по их собственным заявлениям, это было 340 миллионов долларов в год. Эти деньги даже не предназначались для выплаты людям — они должны были пойти на покрытие дефицита бюджета правительства. Все 340 миллионов долларов в год, если бы они действительно были, а их не было, составляли бы одну десятую часть годового дефицита администрации Рузвельта. Если бы эти деньги не пошли на дефицит, они дали бы каждому человеку по 2,70 доллара в год. Другими словами, он заявил о поддержке плана «Поделим наше богатство» и прислал в Конгресс законопроект, который был так же похож на этот план, как клоп на отель. И это примерно тот уровень, который мы получаем от него каждый раз.Возьмем, к примеру, как он испортил наш план пенсий по старости. Я предлагал в Конгрессе выплачивать людям 60 лет и старше от 30 до 40 долларов в месяц, если их годовой доход не превышает 1000 долларов или если они не владеют имуществом стоимостью 10 000 долларов. Он же предложил план, как будто собирался внедрить настоящий план пенсий по старости для Соединенных Штатов. Этот план предусматривал выделение 49 миллионов долларов в год из казны США и требовал, чтобы штаты добавили такую же сумму, что в сумме составило бы 98 миллионов долларов. В Соединенных Штатах было более 14 миллионов человек старше 60 лет, которые имели право на пенсию по моему плану. Все 49 миллионов долларов от правительства и 49 миллионов долларов от штатов, то есть все 98 миллионов долларов, дали бы каждому из них примерно по 7 долларов в год. И именно так администрация Рузвельта обманывала, запутывала и вводила в заблуждение народ Соединенных Штатов с самого начала.Я совершенно не верю в обещания этой администрации. Несколько дней назад они объявили, что отправили 1,7 миллиона долларов в Луизиану на нужды университета. Я предупреждал людей, что они ничего подобного не сделали и никогда не сделают. Сегодня они сами признались, что не отправляли эти деньги и не собираются этого делать. Такое правительство, такая ненадежность, такой недостаток честности — администрация Рузвельта, правительство Соединенных Штатов, напоминающее пляску святого Вита.
Но наша надежда заключается в окончательной победе плана "Поделим наше богатство", ни у кого не будет слишком много, но всем хватит. Но, хотя мистер Рузвельт отказался позволить биллю о разделении нашего богатства стать законом, все же тот факт, что он говорит то, что говорю я, и молится за план "раздели наше богатство", по крайней мере, ставит его в известность там, где ни один человек, утверждающий, что он за Рузвельта, не может сказать ничего, кроме того, что "ХЬЮИ ЛОНГ прав".
Они говорят, что мистер Рузвельт сделал это только для того, чтобы украсть мой политический гром или выбить ветер из моих парусов. Назовите это простой имитацией моей речи, если хотите; назовите жест мистера Рузвельта в отношении плана "раздели наше богатство" подделкой, если хотите; факт остается фактом: никто не имитирует другую имитацию, и никто не подделывает другую подделку. Если мистер Рузвельт считает, что либо ХЬЮИ Лонг, либо его план "Поделим наше богатство" настолько популярен или настолько хорош, что он должен либо имитировать, либо подделывать его ради себя самого, тогда он знает, что подлинный план считается достаточно здравым, достаточно хорошим и популярным, чтобы оправдать его имитацию или подделку. В любом случае, вы, кто примет слово или жест Рузвельта, должны оказать честь и добавить престижа и достоинства делу "Поделим Наше Богатство", каким бы неискренним ни был мистер Рузвельт. Я прошу всех присоединиться к этому этот шаг будет означать успех плана "Поделим наше богатство" и, следовательно, жизнь, свободу и счастье для всего нашего народа.
P.s. Версия речи на английском ниже:
