Андрей Дегтярёв ("Дурной Вкус"): «Тем, кто гонится за цифрами и славой, я бы точно посоветовал быть аккуратней со своими желаниями…»
Андрей Дегтярев ("Дурной Вкус"): о концертах в Китае, ремастеринге альбома «Светомузыка», пятой волне пост-панка и диссе от «Буерак». Вопросы задает Иван Бортников.
Бортников: Есть легенда, что «Светомузыка» записывалась в карантин как домашний проект. Теперь, спустя годы, ты возвращаешься к этому материалу с ремастером. Что ты чувствуешь, слушая тот альбом сегодня? Какие воспоминания и эмоции он вызывает, и что побудило тебя сделать это переиздание именно сейчас?
Дегтярёв: В первую очередь был запрос от слушателей на издание альбома на виниле, и Anchor Lights сделали специальный виниловый мастеринг и новую обложку, за что им огромное спасибо. Хочется еще развеять заблуждение, что «Светомузыку» я писал в карантин. Многие песни были написаны еще в 2019, в 2020 я их уже аранжировал и выпустил. Сегодня я чувствую, что эта работа своего времени, из другой эпохи, другой жизни. Мне бы хотелось многое переделать, но я ограничился пересведением и ремастерингом. Слишком много воды утекло.
Бортников: Ремастеринг — это всегда про переосмысление звука. Что было твоей главной задачей в работе над новым звучанием «Светомузыки»? Чувствуешь разницу двух версий?
Дегтярёв: Главной задачей было почистить эту запись, не влезая в настроение. Это была скорее необходимость, нежели переосмысление. В изначальной версии были свои проблемы, лишние шумы и прочее. Думаю, я просто закрыл пятилетний гештальт. Альбом стал звучать легче и прозрачней.
Бортников: Изначально в «Светомузыке» не было трека «Пластинки», который позже стал визитной карточкой группы. Он появился в физических изданиях на Sierpien Records. Я знаю, что ты планируешь включить в ремастер на виннили «Пластинки». Однако почему же «Пластинки» (и, например, «Звук и темнота») изначально не вошли в альбом?
Дегтярёв: Эти два сингла изначально просто не очень то вписывались в эту ипишку. «Пластинки» я написал в 2016 году, они еще пару лет лежали в демках. «Светомузыку» я писал в 2019. Возможно, поэтому я не оправдал чьих-то ожиданий в ночь релиза. С другой стороны и задачи такой не стояло. Цифровой ремастер на площадки выйдет без синглов, мы добавили синглы только на винил.
Бортников: Твой театральный опыт работы осветителем, судя по названию альбома и группы, оказал влияние на творчество. Можешь рассказать, как именно визуальная, «световая» составляющая повлияла на музыку «Дурного вкуса» и на этот альбом в частности?
Дегтярёв: Не думаю, что мой театральный опыт как-то сильно повлиял на творчество. Мне всегда нравились разные световые приборы, огоньки и в целом ощущение праздника от этого всего. К примеру, в моей семье Новый Год был важным праздником, с гирляндами, огоньками, дождиками. Думаю, это все оттуда, из детства. А в театре мне больше нравился сам вайб, нежели работа осветителя. Ты ставишь свет 4-5 часов и либо работаешь спектакль на пушке, либо идешь курить в цех и читать книжку. В основном творческая атмосфера, но работа временами тяжелая.
Бортников: Альбом создавался как сольный проект, а сейчас «Дурной вкус» — это полноценная концертная группа. Пересматриваешь ли ты сейчас эти песни с точки зрения коллективного исполнения? Изменилось ли для тебя их значение после множества живых выступлений?
Дегтярёв: Да, конечно, некоторые песни в концертном варианте звучат иначе, мы пофиксили аранжировки на репетициях. После множества сыгранных концертов я понял, что хочется дальше прокачивать скиллы и есть еще чему учиться. Да и некоторые песни по ощущениям немного устарели. В данный момент я больше сосредоточен на сочинении новой музыки, захотелось освежить звук. Во многом «Дурной вкус» остается моим сольным, авторским проектом, поскольку большую часть аранжировок я делаю сам. Я очень рад, что Игорь вписался в проект, мы отлично ладим, не спорим по мелочам и мэтчимся как музыканты.
Бортников: Несколько лет назад ты дал интервью шведскому Hinsides Magazine. Расскажи, как это получилось? Чем заинтересовал русскоязычный пост-панк европейцев?
Дегтярёв: На нас просто вышли редакторы этого журнала и попросили интервью. Думаю, это обычный живой интерес к артисту и его музыке. «Дурной Вкус» много слушают в Европе и Латинской Америке. Хотелось бы однажды доехать к ним с концертами, и нам очень часто пишут слушатели из Бразилии, Португалии, Мексики, зовут нас к себе. Промоутеры правда пока молчат.
Бортников: Копаясь в твоих соцсетях, я заметил, что ты любишь отечественный нью-вейв советских времен, группу «Центр» и «Телевизор». А с кем из артистов тех же 80-х ты бы посчитал за честь сделать фит и почему?
Дегтярёв: Кстати недавно взял на виниле редкий сольник Василия Шумова «Время Три». Это супер мрачный и мистический альбом, обожаю. «Телевизор» тоже очень люблю, это вообще музыка моей бунтующей юности. Борзыкин был и остается моим рок-героем. Уникальный артист. А насчет фита... Если ты имеешь в виду наших, то я даже не знаю насколько это уместно сегодня. Тут надо подумать, кто еще из таких классиков готов был бы поработать с «Дурным вкусом».
Бортников: Не так давно группа «Буерак» записала дисс на артистов пост-панка и нью-вейва, и «Дурной вкус» тоже попал под раздачу. Как ты относишься к группе «Буерак»? Нравится ли тебе их творчество, и как ты думаешь, с чем связана их резкая критика? Стоит ли ждать ответный трек от «Дурного вкуса»?
Дегтярёв: К группе «Буерак» отношусь спокойно, что-то нравится, что-то не особо. У парней много крутых треков. Как же мне нравилась песня «Советский парфюм». И «Танцы по расчету» я одно время гонял. Не сказал бы, что их легкий наброс можно назвать резкой критикой, диссы в рэпе куда мощнее и зубастей. А ребята так, слегка накидали нам за наши сопли, что в целом даже принимается. В нашем пост-панк лягушатнике не так уж много каких-то бифов, интересных фитов и историй. История скорее забавная, у меня лично с самоиронией все в порядке.
Бортников: Сейчас активно набирает обороты термин «пятая волна пост-панка». И «Дурной вкус», наряду с «Перемоткой», «Совой» и «Где Фантом?», называют одним из коллективов, запустивших эту новую волну интереса к ретросоунду. Как ты думаешь, почему жанр остается таким востребованным в России уже больше 10 лет, и почему за волной середины 2010-х (Буерак, Ploho, Сруб) пришла новая, начала 2020-х?
Дегтярёв: Честно говоря у меня нет ответа на этот вопрос, да и я не то чтобы являюсь таким последовательным адептом этого жанра и сильно слежу за ростом интереса к пост-панку. Я слушаю в свободное время другую музыку. Не знаю с чем связан накат тех или иных волн, сейчас вообще все так быстро меняется. Меня вот термин «новые добрые» больше смущает. Хочется ответить: «предпочитаю старых злых». Одно время еще был термин «новая искренность», я так и не понял что это значит. А так волны это прекрасно, особенно на море.
Бортников: «Дурной Вкус» недавно ездил в Китай в тур в поддержку альбома «Встретимся во сне». Кажется, что КНР стала одной из главных стран, куда на гастроли ездят отечественные пост-панк-артисты. Чем вы берете китайскую публику? Чувствуется ли звуковой барьер между вами и зрителем? Проще говоря, могут ли китайцы подпевать и куражиться, как это происходит на ваших концертах в России?
Дегтярёв: Куражиться – хорошее слово. В основном китайцы просто слушали и слегка пританцовывали. Я бы сказал, что концерты в России более движовые, а в Китае более организованные. Мы были приятно удивлены тем, как нас там встречали. После концертов были огромные очереди что-то подписать и подарить нам подарки. Пока это был самый насыщенный впечатлениями тур.
Бортников: В 2025 году группа не выпустила ни одного нового релиза (ни сингла, ни EP, ни альбомов). С чем связано это затишье? До этого коллектив каждый год презентовал как минимум один новый трек. Может, вы готовите что-то большее?
Дегтярёв: Мое затишье – это способ сохранить себя. У нас был тяжелый год в плане подготовки к концертам, было много репетиций, и мы с прошлой осени почти постоянно были на чемоданах. В перерывах между всем этим мне было трудно взяться за работу над новыми песнями, я был просто выжат. Мне нужно было прийти в себя, оглядеться и спокойно поработать над новой музыкой, понять куда двигаться дальше. Сейчас я чувствую, что готов покорять новые вершины и активно работаю над новым материалом.
Бортников: Хрущевку читает большое число музыкантов, которые только начинают свой путь. Их точно интересует этот вопрос. Скажи, по своему опыту, игра стоит свеч? Насколько сильно жизнь популярного артиста отличается от тех представлений, которые у тебя были до того, как группа стала востребована? Какие ожидания от «популярности» были «до», и что изменилось после достижения высоких показателей на стримингах?
Дегтярёв: Стоит ли игра свеч? Хм, думаю, каждый должен для себя решить сам. Сейчас я понимаю, что быть популярным артистом/музыкантом – это не просто играть на гитаре и писать песни, это целый комплекс задач, как внутренних так и внешних. Мне трудно быть всегда на виду, я с этим не очень то справляюсь. Мой случай с «Дурным вкусом» скорее исключение из правил. Когда я стрельнул, у меня даже не было никаких знакомых в музыкальной индустрии. Я не сразу понял что произошло, и много времени потратил на всякую ерунду. Быть артистом – это путь. И у каждого он свой.
Да, сейчас сложнее пробиться к слушателю, но шансов быть услышанным гораздо больше, чем скажем лет 10 назад. Поэтому для тех, кто верит в себя и в музыку, я думаю игра стоит свеч. А тем, кто гонится за цифрами и славой, я бы точно посоветовал быть аккуратней со своими желаниями. Популярность не панацея.
Ноябрь 2025 год.