Глава 4. Цигун: когда тело начинает говорить само
Антон Садовод и основы цигун
В Карасёво у меня был друг — Антон Садовод. Человек старше меня, умудренный опытом и ранней сединой, он с молодости практиковал цигун и был для меня непререкаемым авторитетом в этом вопросе.
По его совету я начал осваивать базу: «Стояние столбом» (Чжан Чжуан или «Большое дерево»), комплекс «Бадуаньцзинь» («Восемь кусков парчи»), «Хуньюаньгун» и «Чансыцзинь» («Наматывание шелковой нити»).
Помню свои первые попытки стоять в столбе. Через 10–15 минут ноги дрожали, спина ныла, и единственное желание было послать всё это к чертовой матери. С огромным трудом я вытягивал полчаса. «Бадуаньцзинь» я делал механически, как обычную гимнастику, не понимая глубинного смысла движений. «Хуньюаньгун», будучи практикой внутренней работы (нейгун), оставался для меня китайской грамотой.
Цигун входил в мою жизнь волнами. Когда я бросал жесткие дыхательные практики и позволял себе есть нормально, я занимался цигуном. Когда наступало время аскетизма, я переходил на дыхание. Но после последнего эксперимента с Анулома-виломой всё изменилось кардинально. Став вновь «чистым проводником», я обнаружил, что могу стоять в столбе легко целый час, а позже довел время до двух часов.
Инициация в цигун: Поток и кайф
Удивительным совпадением стало то, что именно в этот период в Карасево «занесло» семейную пару инструкторов цигун — Скворцовых. Они привезли группу на ретрит и провели для местных жителей инициацию в первую ступень. Тогда я впервые понял разницу между самостоятельной практикой и работой с мастерами. Во время совместной медитации нисходящий поток энергии буквально прижимал меня к земле. Я находился в пограничном состоянии, «между сном и явью», где грань реальности размывается. Стоять в столбе стало не просто легко — это был настоящий кайф.
Прошло несколько лет. Практика прерывалась, жизнь текла своим чередом. И вот «кураторы» снова поместили меня в условия Карасево, благоприятные для практики. Я снова попробовал штурмовать Анулома-вилому, но былого фанатизма уже не было. Насилие над собой больше не привлекало. Зато цигун вышел на новый уровень.
Начальный нейгун
Я часами стоял в столбе. В «Бадуаньцзине» я почувствовал, что такое раскрытие суставов. Во время упражнения «Промывание небесной ци» тело стало сверхчувствительным к энергетическим потокам: каналы прочищались, и тело судорожно содрогалось от спазмов, выбрасывая блоки. В столбе руки начали сами подниматься, демонстрируя уровень накопленной энергии.
Во время практики «Чансыцзинь», при длительном выполнении этого упражнения, имитирующего наматывание тончайшей шелковой нити, стало получаться входить в измененные состояния сознания.
Цигун: когда тело начинает говорить само
Затем начались явления, которые в цигун называют «спонтанный цигун». Всё началось в столбовом стоянии. Как только я расслаблялся, тело начинало совершать внутренние микродвижения, снимая остаточные спазмы.
А потом произошло нечто совершенно необычное. Без моего сознательного участия тело само принимало сложные позы, очень похожие на формы из Тайцзицюань, и застывало в них, выстаивая энергию. Я стал наблюдателем собственного тела, которое знало о движении больше, чем мой разум.