Принятие Грузии в русское подданство. Зачем?

Современные взаимоотношения между Россией и Грузией складываются сложно из-за «абхазского вопроса». Эта странная ситуация вокруг дружественных народов исчезнет лишь с возвращением Грузии домой – в Россию.

Сегодня мы воспринимаем Кавказ как оплот «ислама», но это сравнительно позднее явление. Долгое время – при Византии – единственной мировой религией здесь было христианство. Местные нахские народы сохранили в основном верность язычеству. С падением Второго Рима ситуация переменилась – нет покровителя и враждебное окружение.

А России какое до этого дело? В основном цивилизационное – защита всех православных. С военной точки зрения, Кавказ – большой «забор», который просто защитить изнутри и сложно преодолеть снаружи. В силу первой причины столкновение с османами было неминуемо.

Гладко на бумаге, где гор и оврагов не водится. Кавказ далеко от обжитых земель. Место гиблое на климат, постоянный источник заразы и бесконечные расходы «на защиту». Весь 17 век грузины слали посольства в Россию с мольбой о помощи и целовали крест на верность. От них отмахивались как от мух – своих дел полно.

Все изменилось при персидском шахе Аббасе II, который стал заселять Кахетию туркменами. Вся Восточная Грузия - племена тушинцев, хевсуров, пшавов - могла просто исчезнуть. Шалва, Элизбар и Бидзина – местные святые с тех пор. Грузины кончались буквально – маленький геноцид.

Турки и персы могли оказаться «с нашей» стороны «забора» –пришла пора действовать.

Недавно присоединенные грузинские земли не были стеснены никакими повинностями по обеспечению армии. Хлеб для солдат прибывал из Крыма или Астрахани морем, а затем следовал тяжелым сухопутным путем, по горным дорогам. Не были обременены закавказские народы и воинской повинностью, даже краткосрочной — хотя жизнь грузинского населения напрямую зависела от успехов российского оружия, а местные воинские контингенты были бы более приспособлены к кавказским условиям и климату, чем русские солдаты.

Милиция, создаваемая местными дворянами на добровольных началах, не имела боевой выучки и понятия о дисциплине, и старалась действовать лишь неподалеку от их имений. Когда Паскевич обратился к грузинам с призывом собрать ополчение на время военных действий против Турции, он получил в ответ... мятеж: грузины оценили предложение русского командующего чуть ли не как набор рекрутов.

Не понравилось грузинам и то, что им надлежало служить вперемежку с армянами (которые составляли подавляющее большинство населения тогдашнего Тифлиса). Грузия не дала людей для войны, идущей у ее пределов, хотя неудача русских сил означало бы вторжение на ее земли не только турок, но и лезгин, курдов и тюрок.

Неудача с созывом грузинского ополчения показала один из коренных дисбалансов Российского государства — сложилась по сути «империя наоборот»: те этнические группы («маленькие, но гордые» народы), которые менее всего давали ему, более всего от него получали».

Граница России с Османской империей, от гурийского побережья Черного моря до Тални, была фактически открытой. Правительница пограничного княжества Гурия княгиня Софья Гуриели тайно сообщалась с турками. Княжество, хоть и вошло в в состав России в 1804 г., однако сохранило правящую династию и традиционные «хозяйственные» связи.

В Поти, гурийском порту, занятом турками, не затихала торговля людьми. Поставкой мальчиков и девушек из самой Гурии, Мингрелии, Имеретии на турецкий рынок занималась непосредственно гурийская верхушка. С юга к Гурии примыкала подчинявшаяся османскому правительству Аджария — область, населенная исламизированными гурийцами. Аджарцы активно занимались захватом рабов и работорговлей. Детей из Гурии и других грузинских земель, аджарские работорговцы продавали в Стамбул и Трапезунд.

Когда в 1829 г., во время Русско-турецкой войны, двухтысячный отряд генерал-майора Гессе, вышедший из Кутаиса, осадил Поти, на помощь русским явился и полуторатысячный милицейский отряд мингрельского князя Дадиани. Гурийская правительница отказалась предоставить свои войска для участия в боевых действиях против Турции, и отряд Гессе 29 сентября вошел в Гурию. 2 октября княгиня София Гуриели с сыном Давидом бежала в Турцию, бросив на произвол судьбы двух дочерей. Русские власти определили девочек в Смольный институт. По окончанию войны Гурия лишилась статуса «государства в государстве».