Поэт и журналист Александр Дракохруст
Александр Абрамович Дракохруст (1923-2008) родился в Москве; детство его прошло в городе Борисове. В 1937 г. отца, Абрама Генриховича, дивизионного комиссара, расстреляли; арестована была и мать будущего поэта. После семейной трагедии Александр покинул город Борисов; среднюю школу юноша окончил в Одессе в 1941 г. и сразу же был призван в ряды Красной армии.
Александр Дракохруст воевал в инженерном батальоне, был командиром взвода, комсоргом, участвовал в боях на Юго-Западном, Южном, Втором Украинском и Первом Белорусском фронтах, штурмовал Берлин и был награждён тремя орденами и восемью медалями.
С 1946 по 1971 гг. Александр Дракохруст был военным корреспондентом. После войны, окончив Московское военно-инженерное училище, был командирован в Хабаровск; с 1947 до 1964 гг. работал в редакции ежедневной газеты Дальневосточного военного округа «Суворовский натиск». По долгу службы бывал в разных воинских частях – от Камчатки до Приморья. «Жизнь моя – марш-бросок», – писал о себе поэт.
В 1962 г. Александр Абрамович окончил историко-филологический факультет Хабаровского педагогического института.
Первые публикации стихов Александра Дракохруста появились в одесских газетах ещё до войны, в 1938-1939 гг., но профессиональная литературная деятельность началась у него на Дальнем Востоке, в Хабаровске. В 1951 г. во Владивостоке вышел первый поэтический сборник «Миру быть на земле», там же через два года – «Цветы счастья». В Хабаровске в 1959 г. был издан сборник «Зарницы над сопками», в 1964 г. – «Тревожный ветер».
В 1964 г. Александр Дракохруст был переведён по службе в Минск. Тема войны и защиты Родины всегда оставалась главной в творчестве поэта. Перу Александр Абрамович принадлежит 16 поэтических книг и две книги прозы. Среди них – «Бухта смятения», «И нет конца тревогам», «Мост», «Раздорожье», «Мои вы годы – эшелоны», «Дальняя связь», «Притяжение» «Исповедь», «Круговорот», «Лицо твое» и мн. другие.
***
Я помню: смертью подавились пушки,
В накрапах крови стыл широкий луг.
И в этот миг кощунственно кукушка
Откуда-то закуковала вдруг.
Что ей людские боли и невзгоды!
Сердца надолго обрывая нам,
Бессчётные она сулила годы
В траншее холодеющим телам.
Я плакал, слыша, как друзьям хорошим
Посмертно набавляют жизни срок.
А то, что нам на плечи эта ноша,
Тогда мне было просто невдомёк.
И лишь потом, оставшись жить на свете,
Когда прошёл весенний хмель побед,
Я ощутил в пути всю тяжесть этих
В могиле братской не зарытых лет.
Попробуй-ка, когда придётся круто,
Не выдержать – суров у мёртвых суд!
Мне не дают покоя их минуты,
Врываясь властно в бег моих минут.
***
Лишь осень за окнами с ходу
Поднимет желтеющий вихрь,
Октябрь сорок первого года
Стучится в суставах моих.
И словно забытый осколок
Мне в памяти чертит всегда
Горящую рожь за Осколом
И мрущие в поле стада.
Ни хлеба. Ни койки. Ни дома.
Мороза пронзительный дых.
И стёганки наши в солому
Вмерзают в овинах пустых.
Шоссе. И просёлки. И тропы.
И кровь на степном ковыле.
Окопы. Окопы. Окопы
В озябшей до боли земле.
Мы шли на Восток. А за нами
Спокойный снежок заносил
Сожжённые танки с крестами
И холмики братских могил.
Свинцовая тяжесть отхода
И залпы… И дым позади…
…Я боль сорок первого года
Ношу, как осколок, в груди.
Автор: Н.П. Гребенюкова, старший научный сотрудник музея