Укрощение «большого айсберга» в трёх актах

Троекратное «увы» – так бы могла называться история покорения полуострова сокровищ. Бованенковское месторождение, открытое всего на пару лет позже Медвежьего, ждало своего часа четыре десятилетия. Откладывать его в настолько долгий ящик не планировали, но история распорядилась иначе. За это время спящий арктический гигант пережил распад страны, дефолт и три волны масштабного освоения. Штурм 80-х завершился заморозкой, постсоветский перезапуск разбился о череду геополитических и экономических потрясений, а следующему наступлению аккомпанировал мировой кризис. Но, вопреки всему, именно последняя попытка стала действительно последней.

К подготовке технико-экономического обоснования проекта разработки Ямальских месторождений подключили более ста институтов. Научные расчёты не всегда совпадали с реальными условиями производства, и «Надымгазпрому» приходилось отстаивать свою позицию, опираясь на практический опыт. Идеальному «сценарию» предшествовали десятки вариантов. Путь проб и ошибок, допускаемый на Медвежьем в начале семидесятых, даже не обсуждался – слишком дорогое удовольствие.

– В первом проекте просматривалась наша традиционная в прошлом гигантомания. Он предусматривал добычу газа на Бованенково до 160 миллиардов кубометров газа в год. Институт запланировал строительство всего двух газовых промыслов под этот объём. Один мощностью 120 миллиардов, другой – 40. Исходили из одного аргумента: нет устойчивых грунтов, некуда «посадить» несколько средних установок, поэтому решили совместить три по сорок – в одну на 120. Но когда мы проанализировали карту размещения скважин, то пришли к выводу, что здесь необходимо ставить пять ГП, – рассказывал Зульфар Салихов, первопроходец Медвежьего и первый руководитель Ямальского газопромыслового управления.

Ответственность за добрую сотню совещаний и научно-технических конференций взяла на себя природа Ямала. В своё время геологов шокировало Медвежье, но арктическая зона оказалась ещё коварнее. И пусть накопленный опыт не дал простых ответов, он, по крайней мере, научил задавать правильные вопросы и трезво оценивать возможности.

– До 110 дней в году – ветры, метели. Погода меняется в течение получаса. Смотришь: тишина, штиль и вдруг – туманы. Это снижает возможность перелётов, то есть существенно влияет на организацию. Грунты на 90 % льдистые, поэтому особо подвержены техногенным воздействиям. Ни на одной неподготовленной площадке работы вести нельзя. И ездить без специально отсыпанной дороги тоже. Вот поэтому, взвесив все за и против, уже летом 91-го все работы по первоначальному обустройству Ямала мы приостановили, законсервировали. Отложили на зиму. Но оказалось, что в это время развернуться тоже затруднительно. Нужна тщательная подготовка, – вспоминал Зульфар Салихов.

Фактор влияния на окружающую среду прочно закрепился в списке основополагающих, да и надёжность конструкций напрямую зависела от умения «договариваться» с вечной мерзлотой. Школа Ямбурга показала, что недопустимо по инерции прятать в землю трубопроводы и шлейфы. Чтобы избежать растепления грунтов, все коммуникации предстояло поднять на эстакады. Это лишь малая доля технических решений, продиктованных климатом и геологическим строением полуострова.

– Я вообще называю Ямал большим айсбергом. Разумеется, полагать, что мы «ухватим» его запросто, как жар-птицу за хвост, было бы крайне неосмотрительно. Сегодня, во-первых, не хватает финансирования, чтобы идти туда, как раньше, «семимильными шагами»: вложения дозируются весьма скромными инъекциями. Но ведь и большой газ с Ямала ожидается только в следующем веке. Так что отсутствие излишней суеты и торопливости в этом вопросе, я считаю, только на пользу делу, – рассуждал Леонид Чугунов, генеральный директор «Надымгазпрома» с 1993 по 1998 год. – У нас за плечами хороший багаж. Мы уже на «ты» разговариваем с нашей мерзлотой. У нас наконец-то появилась возможность поездить по свету, посмотреть, как работают наши коллеги за рубежом. Мне вот, в частности, довелось побывать на севере Канады. Хотя при ближайшем рассмотрении их опыта, убедился, что наши методы, наши технологии не только не уступают канадским, американским, но во многом даже превосходят их.

Тем не менее на рубеже веков стабильности едва ли прибавилось. О периоде активного строительства не шло и речи – перед новым руководством стояла задача сохранить то, что уже было построено и не допустить развала. Мегапроект во время дефолта – сюжет, созвучный классической пьесе.

– В 1999 году не хватало буквально всего. Это время, когда люди по полтора года не получали заработную плату. Авансы давали, но полностью с людьми не рассчитывались. «Надымгазпром» на тот момент задолжал всем. У меня до сих пор в памяти, как после трудового дня, в час ночи, когда я только начинал засыпать, звонили американские поставщики с вопросом: «Виктор Иванович, когда вернёте деньги?» И так через день! Можно сказать, брали меня измором, чтобы я не забывал о них! Деньги мы, конечно, вернули, – вспоминал Виктор Кононов, генеральный директор предприятия с 1998 по 2007 год. – Всё, что было связано с Ямалом в тот период, обсуждалось «наверху», но разговоры эти не заканчивались конкретными решениями. Все понимали, что нельзя оставлять без внимания дальнейшее развитие газовой промышленности. Да и наши руководители докладывали высоким гостям о возможных последствиях. Но определённых задач не ставилось.

Лишь в новом тысячелетии, когда стало предельно очевидно, что без ямальских месторождений в перспективе будет ещё тяжелее, вновь дали команду к активному наступлению на Бованенково. В 2003 году Газпром издаёт постановление, которое фактически знаменует старт новой стадии промышленного освоения. К практической части реализации мегапроекта приступили только через пять лет, законсервированные скважины получили ещё один шанс. Дату официального запуска снова пришлось сдвигать, но после очередной запятой в этой истории всё-таки поставили грандиозную точку. 23 октября 2012 года призрачная мечта семидесятых, пройдя через десятилетия отсрочек и сомнений, наконец подала первый газ в магистральный газопровод.

Фото из архива ССОиСМИ